Глава 19

«Не пытайтесь контролировать женщину, милые мои джентльмены. От этого она может разозлиться и стать куда более неуправляемой. И тогда… Бегите, только это сможет вас спасти. И то не факт».

Возникшее подозрение никак не желало пропадать. По этой причине, вернувшись домой, я быстро подготовила материал для колонки, и попросила Инессу разбудить меня пораньше. И пусть Нейтон уже обещал прислать мне книги об аэртах, я снова собиралась его навестить. Если кто и может проверить мои опасения, то только он.

Но моему появлению Нейтон не очень-то удивился.

– И во что ты на этот раз вляпалась? – ласково поинтересовался он.

– Почему сразу вляпалась? – нахмурилась я, обиженно на него глядя. И почему мне вечно приписывает то, в чем я не виновата?

– Потому что иначе ты бы так быстро не пришла, книги я собрал, сегодня бы тебе отправил с посыльным, – покачал головой он. – Значит, тебя что-то сюда привело. И что же?

Я закатила глаза. М-да, что-то ничего хорошего от меня уже не ждут. Ну да ладно, это еще можно как-то пережить. Есть более актуальные проблемы.

– Много всего, – собравшись с мыслями, я рассказала Нейтону о том, что я нашла в папиных дневниках. Он нахмурился и в задумчивости потер подбородок:

– Наследие аэртов… Не похоже на твоего отца – гоняться за привидениями. Значит, у его были основания считать, что разыскать его возможно.

– Но какие тут могут быть основания? – не выдержала я. – И вообще, какое наследие может быть у аэртов? Знания? Золото? Драгоценности?

– Или все сразу, малышка, – резюмировал Нейтон. – Вот только какие тут могут быть основания? И знает ли его величество, что твой отец собирался искать сокровища?

– Подожди, – я вскочила со стула и в волнении прошлась из угла в угол. – А кто такой может быть этот В.Л.? Я так понимаю, именно с его подачи папа собрался искать наследие аэртов?

– А вот это хороший вопрос, на который так сразу я тебе ответить не могу, – Нейтон нахмурился, словно перебирая в уме имена светских знакомых. – Нет, не могу вспомнить. Надо подумать и составить список. И ты тоже пообщайся с тетушкой, она гораздо лучше меня знает высшее общество.

– Хорошо, – я согласно кивнула и с надеждой продолжила. – Скажи, это как-нибудь может помочь найти родителей? И связано с их исчезновением?

– Не знаю, малышка, – честно признался он. – Когда твои родители пропали, я пытался их разыскать, но безуспешно. Предполагал, что они пропали на одном из заданий.

– Заданий? – уцепилась за слово я, понимая, что вряд ли слово выбрано случайно. Но наставник только покачал головой, намекая, что больше по этому поводу он мне ничего не собирается сообщать.

– Лучше не углубляйся в это, девочка. Дела Тайной канцелярии. Но мы попробуем поискать по той ниточки, что осталась в дневниках, – пообещал он. – Только тебе нужно меня слушаться и не лезть на рожон.

А вот с этим сложно, и мы оба это понимали. Не тот характер. Но иначе меня вообще оставят в стороне от поисков. И я пообещала:

– Я попробую.

Это самое большее, что я могла сказать. И Нейтон понимал это, как никто другой. Не стоит давать тех обещаний, которые я не в состоянии выполнить. Это в меня еще с детства втолковывали родители. Так что я тем более не вправе это нарушать.

– Хоть так, – махнул рукой Нейтон. – Это все, что у тебя произошло? Или ты успела где-то еще отличиться?

Нет, мне не стыдно, поскольку я не чувствовала себя виноватой. С моей стороны никаких косяков не наблюдалось, подумаешь, столкнулась в библиотеке с Мартином Филдингом. Так встреча вышла относительно приличной, меня никто не засек, репутация тоже не пострадала. Но легче от этого не становилось. Я в двух словах рассказала о нашей случайной встрече, упуская подробности. И приступила к наиболее важному вопросу.

– Нейтон, послушай, ты же знаешь, я умею накладывать на себя тень. И никто не может меня обнаружить, смотрят и в упор не видят. А он засек! Как такое может случиться?

М-да, кажется, у меня сегодня кредо – озадачивать этого мага. Потому что ответа на этот вопрос у него не нашлось. Но он пообещал проконсультироваться и изучить книги. Оставалось только надеяться, что это хоть каким-то способом сможет привести нас к ответу. Но у меня оставалась еще одна проблема:

– Нейтон, а можешь проверить, все ли чисто с моей аурой?

Он внимательно на меня посмотрел, прищурился, видимо, переходя на магическое зрение, а потом помрачнел. Ну я так и знала!

И чем дольше Нейтон молчал, тем напряженнее я себя чувствовала. Ожидание беды угнетает гораздо сильнее самой беды. Да что ж такое в моей ауре?

– Не молчи! – не выдержала я. – Что ты там нашел?

– Подожди, – отмахнулся он, внимательнее вглядываясь. – Очень интересно…

– Нейтон! Давай ты будешь присматриваться и рассуждать вслух. Оно мне как-то спокойнее, – честно призналась я. Он усмехнулся и пояснил:

– Видишь ли, милая моя, кто-то поставил на тебя следилку. Очень интересную следилку, – протянул он и снова выдержал паузу.

– Следилку, значит? – процедила я. – Замечательно!

У меня просто злости не хватало. Потому что я практически уверена, что знаю, чьих рук это работа. Иных вариантов просто не находилось. Только он постоянно каким-то образом умудрился оказываться со мной рядом. Вредлорд, что его!

– Снять можешь? – требовательно спросила я, испытывая желание вцепиться в чью-то наглую морду и расцарапать ее. Как только посмел! И зачем?! Но, по крайней мере, это объясняет наши постоянные столкновения. Но ничего, сейчас Нейтон все скорректирует, и теперь он меня точно не застанет врасплох!

– А вот с этим уже сложнее, – разочаровал меня друг. – Я же говорю, очень интересная следилка. Ее практически невозможно обнаружить. И, если бы я специально не вглядывался, даже не заметил бы. Это не типичное заклинание. Это артефакт.

– В смысле? – обалдела я. – Как можно привязать артефакт к ауре? Он же материален, а аура нет. Или артефакт на мне? Не понимаю.

– К тебе его и не привязывали, – сообщил мне Нейтон. – Насколько я понимаю, у него очень интересный принцип работы. Сам артефакт у того, кто его активировал. Но он привязал его к твоей ауре, и теперь может за тобой наблюдать, в любой момент узнать, где ты. И, нет, снять его сможет только тот, кто активировал. Очень интересная разработка. Прямо-таки ювелирная работа, никогда такой не встречал.

– Ты издеваешься? – психанула я. – Ко мне привязали не пойми что, меня могут в любой момент вычислить, отследить и с этим ничего нельзя поделать. А ты этим восхищаешься?!

Да, он старше и, по идее, с ним стоит разговаривать более почтительно. Но какая, к демонам, почтительность, когда я понимаю, что нахожусь в совершенно безвыходной ситуации? А кто-то приходит от этого в восторг.

– Так потрясающая же работа, – попытался оправдаться Нейтон. – Тот, кто это сделал, гений! Иначе и не скажешь.

– Гений, – со злостью повторила я и замялась. Просто мне пришла в голову мысль, которая крайне смутила. Ладно, обычную следилку на меня мог бы поставить любой более-менее сильный маг. Но здесь же явно поработал сильный артефактор. Получается, что Мартин воспользовался чьей-то разработкой? Или следилку поставил совсем не вредлорд? Насчет магии растений он не соврал, я почувствовала это на своей шкуре. Или же эта не единственная его магия? Если так, то кто же обучал его искусству артефакторики, что он может творить такие чудеса? Ведь даже Нейтон откровенно загляделся на работу.

– Гений, – снова кивнул Нейтон. – Но ты права, ничего хорошего для тебя в этом нет. У тебя есть догадки, кто это может быть?

Должно быть, у меня в этот момент был крайне выразительный взгляд. Никаких слов не потребовалось. Маг покачал головой и поинтересовался:

– Но зачем наследнику Филдинга за тобой следить?

– Хороший вопрос, сама им задаюсь, – буркнула я. Да что же это такое! Если Мартин Филдинг действительно тот самый артефактор, то он дважды гений. Сначала он вырастил чудо-Арчибальда, потом создал следилку, что привела в восторг бывшего королевского мага. А ведь Нейтон на своем веку повидал немало разработок и заклятий. Что уж тут говорить о специалистах? И ведь одних сил недостаточно, здесь явно кто-то обучал «гения». Но кто? И где он набрал себе столько редких учителей, которые вырастили из него уникума? Да нет, глупости. Я искренне надеюсь, что он просто воспользовался артефактом. Вот только интуиция отчаянно вопила, что ожидания не оправдаются. И в связи с этим возникает другой вопрос. С кем, демоны меня побери, я затеяла игры и как в них не погрязнуть?

Первым моим порывом стало желание рвануть к Мартину и потребовать у него объяснений. Но потом вспомнила, во что вылилась моя горячность в прошлый раз, и я себя остановила. Какой в этом смысл, если он все равно наврет мне с три короба? Даже если признается в том, что наложил на меня следилку, сошлется на то, что все ради моей безопасности и, возможно, любви ко мне. Увы, мне в такие сказки поверить крайне сложно. Значит, нужно начать думать головой. Зачем он это сделал?

– Ты в порядке? – щелкнул пальцами перед моими глазами Нейтон, когда я не ответила на очередной его вопрос. Еще бы, я, наверное, совершенно тупым взглядом смотрю на стену напротив и не реагирую на любые попытки совести со мной разговор. Конечно же, я не в порядке.

– Что, совсем ничего-ничего нельзя сделать? – жалобно спросила я, и, видимо, мой тон подействовал на Нейтона куда сильнее всех моих заверений. Маг тяжко вздохнул и предложил:

– Мы можем попробовать обмануть следилку. Отключать ее на некоторое время. Но совсем убрать – нельзя.

– Ну хотя бы на время! – я оживилась. Время – это уже лучше, чем ничего. По крайней мере, в какие-то минуты я смогу хотя бы немного побыть наедине с собой без опасения, что вредлорд притащится в самый неподходящий момент. А он, к моему величайшему сожалению, только такие и выбирает.

– Точнее приглушить, – поправился Нейтон. – И то не факт, что получится. Мы можем поэкспериментировать и попробовать.

Вот только не надо так углубляться! Я заранее на все согласна. Терпеть не могу, когда кто-то покушается на мою свободу и пытается контролировать. Особенно если он делает это с совершенно непонятными намерениями.

Следующий час Нейтон сыпал совершенно непонятными терминами и объяснял, каким способом можно приглушить следилку. Вариант он предложил интересный – попытаться сделать это через наложение «тени». И все бы ничего, вот только меня смущал один момент. Если Мартин Филдинг умудрился увидеть меня сквозь тень, кто гарантирует, что он не сможет за мной следить?

Да, конечно, объяснения о том, что тень приглушает ауру, звучат убедительно. Особенно если тень точечно накладывается на один-единственный участок моей ауры. Таким образом, она словно коконом должна прикрывать следилку. Но мой опыт все равно ожидал подвоха от вредлорда.

– Может, вам с ним стоит откровенно поговорить? – предложил мне Нейтон, когда я научилась наконец этим махинациям.

– О чем? – буркнула я. – О том, что я хочу вытащить на свет все его тайны, а он за каким-то демоном ставит на меня следилку? Мы друг другу не доверяем, и это вполне закономерно.

На меня кинули еще один скептический взгляд, но я не хотела спорить. Надо смотреть на вещи реально. Будь я на месте Мартина, я бы точно также себе не доверяла. Потому что он застал меня в весьма двусмысленной ситуации. И пусть даже во всем остальном я не вызвала у него подозрений (я очень на это надеюсь), но сбрасывать меня со счетов рано. Тем более, неизвестно, какие планы он строит и для чего интересуется аэртами. Поэтому я поспешила сменить тему:

– Нейтон, скажи, а ты уже написал своему приятелю? Кто мог обучать Мартина Филдинга?

– Присядь, – неожиданно попросил маг. – Нас с тобой ждет долгий разговор.

– Вот как? – я послушно выполнила указание. Есть моменты, в которые лучше не спорить. Особенно когда мне это ничего не стоит.

– У нас есть версия, кто мог обучать Мартина.  Во всяком случае, очень похоже на его почерк. Так что, если все действительно так, я понимаю, почему он применяет такие гениальные приемы.

Ну вот, снова поет дифирамбы вредлорду. Почему нельзя просто и без предисловий сказать? Я разве многого прошу?

– Девлин Лемминг, – правильно распознал мою гримасу он. – Вредный и крайне нелюдимый тип, отшельник. Но талантливый, гад. Я с ним пересекался пару раз.

– Подожди, – я невольно подняла руку в останавливающем жесте. – Почему Лемминг? Откуда такой вариант?

– Видишь ли, насколько нам известно, он на несколько лет совершенно выпадал из научной жизни. Более того, он не появлялся практически в своем доме. И это время как раз совпало с тем моментом, когда у юного Филдинга должны были проявиться магические силы. Сейчас Лемминг вернулся, но на контакт не особо идет.

– Как странно, – я в задумчивости поднялась и подошла к окну, глядя на оживленную улицу. – То есть мало того, что кто-то украл наследника Филдинга. Этот кто-то еще нанял ему учителей, чтобы вырастить из него гения. А потом вернул его в отчий дом. Я ничего не понимаю, честно.

И это еще очень мягко сказано.