Глава 39. Открыть карты

Через два часа яростных переговоров мы покинули дворец, как и саму Айвирию. Ушли через портал, расположенный неподалёку от того зала, где случилась столь знаковая встреча. Сегодня были подписаны несколько соглашений, Хельм настоял на полном обмене пленными, умудрился добиться возвращения Вергонии центральной и южной части страны, отдав без претензий обширные площади на севере и западе. Он признавал, что эту войну наше королевство всё же проиграло, потому и не настаивал на полном возврате территорий.

А ещё мой хитрый братец прихватил с собой королеву Элину, в качестве гарантии исполнения договорённостей с Айвирией. Узнав об этом ультиматуме король Сергиус пришёл в бешенство. Орал, требовал, угрожал. Вот только ничего сделать не мог. Его супруга оставалась за магической преградой, преодолеть которую не имел возможности ни одни крылатый или обычный маг. Не знаю, каким образом брат создал такую удивительную вещь, как вообще решился на столь дерзкий поступок, как захват монарших особ в их же дворце, но сейчас я гордилась им. И понимала, что иными способами с минимумом потерь и в столь короткие сроки добиться таких успехов в войне было бы просто невозможно.

Когда мы уходили Мар смотрел на меня не отрываясь. Я хотела подойти к нему ближе, попрощаться, но Хельм не позволил и сам подтолкнул меня к активированному порталу. А потом магический переход в одно мгновение унёс меня за десятки или даже сотник километров от того, кому я уже дважды отдала собственное сердце.

До конечного пункта назначения добрались только в сумерках. Пришлось совершить четыре портальных прыжка, а финальную часть пути проделать на машинах. Но в итоге мы всё же оказались в небольшом городке Ферсис, являющимся центром всего востока Вергонии.

Здесь нас встречали, как победителей, хотя я сомневалась, что стоит прямо сейчас праздновать победу. Ведь война закончена пока только на словах, многие из которых могут так никогда и не воплотиться в жизнь.

Хельм привёз меня во дворец. Это строение хоть и не было таким большим, как наша столичная резиденция, но назвать его особняком или просто домом ни у кого бы не повернулся язык. Я бывала здесь всего пару раз ещё в глубоком детстве, потому почти ничего об этом месте не помнила. Зато братец, как оказалось, наведывался сюда частенько.

Здесь ко мне снова относились как к принцессе. А я никак не могла поверить, что происходящее реально, и я снова на своём месте. Выжила. Справилась. Смогла. Хотя, если бы не брат с его безумными, но действенными планами, ничего бы этого не было.

Горничная проводила меня в мои личные покои, помогла устроиться, даже ванну для меня набрала. А когда, вдоволь належавшись в горячей воде, я вернулась в свою гостиную, там меня уже ждал свежий и чрезвычайно довольный брат.

– Отпразднуешь со мной? – спросил он, указывая взглядом на накрытый стол, где помимо еды красовалась бутылка игристого вина и бокалы.

Если честно, на душе было печально. Да, я вернулась в родную страну, снова заняла своё место согласно титулу и статусу. Со мной рядом любимый брат, и любая другая на моём месте кричала бы от радости. И я радовалась, но при этом очень скучала по Мару. А перед глазами всё ещё стоял его прощальный взгляд… полный любви, тоски и сожаления.

– Потерпи, Эни, – сказал Хельм, когда я опустилась в кресло по другую сторону небольшого круглого стола. Брат явно понял причины моего нерадужного настроения. – Ты молодец, что смогла сама добиться того, чтобы он тебя отпустил. Я же помню ту клятву, что ты ему дала. Но поверь, сестрёнка, теперь всё будет хорошо. А вам это расставание пойдёт лишь на пользу.

– А наша связь? Что станет с ней? – спросила, подняв на него взгляд.

Анхельм вздохнул и посмотрел с сочувствием.

– Её скорее всего придётся порвать. Слишком большое вас разделит расстояние. Есть вероятность, что из-за ритуала вам будет невыносимо в такой разлуке.

– А если нет? Если мы сможем справляться? – не могла не спросить я.

– Дело твоё. И решать тебе. Просто знай, мне известен способ избавить тебя от этой магической цепи.

– Спасибо, – ответила, глядя на него с благодарностью.

А брат потянулся через стол, поймал мою ладонь и крепко сжал её в своей.

– Мы вместе, сестрёнка. Мы выиграли.

– Ещё нет, – напомнила, что впереди много сложностей, переговоров и встреч. Да и войскам пока не известно о заключённом мире.

– Уже да. Пути назад отрезаны, – не согласился со мной Анхельм. – Эта битва за нами. А пока у нас гостит Её Величество, и король, и оба айвирских принца будут следовать договорённостям. Они обязательно сделают так, что полноценный мир мы заключим в самые кратчайшие сроки. – И по-доброму усмехнувшись, добавил: – А у тебя теперь есть шанс наладить отношения с будущей свекровью. Если, конечно, ты всё ещё намерена выходить замуж за Анмара.

– Намерена, – ответила я.

Брат вздохнул, ненадолго отвёл взгляд в сторону и вдруг сказал:

– Прости меня, Эни. За всё прости. Что не смог забрать сразу после захвата дворца. Я пытался. Отправил за тобой доверенного… но он пропал.

– Ты не виноват, – попыталась заверить я брата.

– Виноват, – отрицательно качнул головой. – У меня была возможность вытащить тебя из дворца иными способами. Но я решил, что важнее собрать оставшиеся силы, мобилизовать военных, заручиться поддержкой ведьм. Я поступил, как плохой брат.

– Но как хороший принц, – сказала с горечью. А, тяжело вздохнув, добавила: – Зато я раз за разом поступала совсем не как принцесса.

– Не вини себя. Ты оказалась в ситуации, которую врагу не пожелаешь. Я безумно боялся, что ты не выдержишь, сломаешься. Но когда мне доложили, что тебя забрал Мар, если честно, стало спокойнее. И пусть ты была под действием зелья, но я сильно сомневался, что этот крылатый тебе навредит.

– Хельм, и всё же. Скажи мне, кто виноват в том, что я его забыла? – задала я столь важный вопрос.

Теперь уж ему придётся ответить. Убегать некуда, отмахиваться поздно. Да, правда и так была мне известна. Я собрала её из снов, воспоминаний, обрывков фраз и рассказа любовника мамы. Вот только общая картина всё ещё не выглядела цельной.

– Я встречалась с эрном Нарли, – сообщила Хельму. – Он поведал мне о романе с нашей мамой. И о том… что сделал с ней отец.

Брат рвано вздохнул и не сразу решился посмотреть мне в глаза. Увы, уже по одному его взгляду я поняла, что тот крылатый сказал правду. Жуткую, горькую, но всё-таки правду.

– Знаешь, – начал Хельм, – я ведь с малых лет начал чувствовать ведьмовскую магию. Мама заметила это и отвезла меня к своей тётке, а та подтвердила, что наравне с обычным магическим даром, у меня есть ведьмовский. Таких, как я когда-то называли колдунами. И наши силы во многом превосходят возможности ведьм. Увы, нас слишком мало. Но сейчас речь о другом. Когда я начал использовать этот дар, то осознал, что чувствую наш дворец, как живое существо, признавшее меня своим хозяином. Он открывал мне потайные двери, позволял слышать интересные разговоры, скрывал от охраны, когда мне нужно было сбежать или спрятаться. И он приводил меня в комнату мамы, где её запер отец. Я предлагал ей сбежать, но она не хотела меня подставлять. Говорила, что наследник престола никогда не должен идти против своего короля. Убеждала, что справится сама. Она действительно верила, что папа одумается. Отпустит её. Но тот поступил иначе.

Хельм сглотнул и отвёл взгляд.

– Я не успел её спасти, – проговорил почти шёпотом. – В момент срыва отца, меня не было во дворце. А когда я пришёл… всё было кончено. Он рыдал, держа в объятиях её бездыханное тело. Сидел с ней на полу… не в силах отпустить. Он на самом деле сделал это с ней. И я ненавижу его за это. – А помолчав, добавил: – Хотя теперь подозреваю, что он мог действовать под влиянием одного ведьмовского отвара. И мне безумно стыдно, что понял я это, лишь после того, как твоими руками дал подобное Анмару.

Я и так была напряжена, но после этих слов попросту растерялась. Смотрела на брата, и боялась поверить своим выводам.

– То зелье, которое тебе передала Лина… Да, это было снотворное, но с добавлением одного специфического отвара, способного вызывать сильнейшую агрессию, – признался Анхельм, наблюдая за моей реакцией. – И сработало оно именно так, как я планировал. Мар вспылил, примчался за тобой, поймал меня и ребят, и в тот момент он мог думать только о тебе. Твоём побеге…

– Он едва не убил тебя, – проговорила, уже почти задыхаясь от шока. – А мог убить и меня…

– Он любил тебя, да и магия ритуала «Хаити» не позволила бы ему причинить тебе серьёзный вред.

– Но ритуал не был подтверждён!

Ошарашенная признанием брата, я подскочила на ноги. Смотрела на него, не понимая, как… Как он мог так со мной поступить?! С нами…

– Эни! – Хельм тоже встал. – Пойми, тебе ничего не угрожало.

– Так же как маме?! – выпалила зло.

– Нет. Не так. Я знал точно, что Мар тебя не тронет.

– Да он… взял меня, хоть я и просила не делать этого! Нет боли не причинил, но… Хельм! Он ведь потом просто ушёл. Я жить не хотела! Едва с балкона не прыгнула! И всё из-за твоих коварных планов?!

Под конец я уже просто кричала. Это длинный насыщенный событиями день и так изрядно потрепал мне нервы, а признания брата стали вишенкой на торте.

– Мои коварные планы принесли нам перемирие на самых выгодных для нас условиях! – жёстко припечатал Хельм, не желая признавать неправоту. – А учитывая то, как ты сегодня ластилась к своему Мару, вину за свой срыв он загладил.

Вдохнул, выдохнул, снова упал в кресло.

– Пойми, Эни, мне нужно было попасть в Айвирию пленником твоего Мара. Я знал, что он захочет лично меня допросить, потому не отдаст военным, по крайней мере не сразу. А чтобы вывести из игры самого Мара, пришлось подставить тебя. И пока вы вдвоём были сосредоточены друг на друге, пока король Сергиус бесился из-за избранницы сына, я смог повернуть то, что провернул. Да, мне жаль, что пришлось использовать тебя, но в итоге ты тоже оказалась в выигрыше. И скоро получишь своего драгоценного Анмара на законных основаниях. – И ехидно добавил: – Или так понравилось быть его хаити?

– Не смей! – выкрикнула я. – Не тебе меня упрекать! Я и хаити стала именно с твоей подачи. Это ведь ты принёс то жуткое зелье! Ты сделал меня уродиной, над которой не издевался только ленивый!

– Да я пытался тебя спасти! – выпалил брат. – У меня был план!

– А тогда на Коддаре, это тоже был твой план? Это ты организовал нападение серых? Ты сделал так, чтобы я забыла Анмара?!

Меня уже просто трясло от всего этого кошмара. Нет, я знала, что ради своих целей Хельм готов пойти на многое. Но даже не представляла, что однажды стану марионеткой в его игре! Если он ещё и…

– Нет! – оборвал мою мысль брат. Потом сорвался с места, обогнул стол и опустил обе ладони на мои плечи. – Нет, Эниремия. Я, конечно, не святой. Но убивать Анмара ни за что бы ни стал. Хочешь правду? Да я вообще не знал, что у тебя закрутился роман с айвирским принцем. Мне тогда своих проблем хватало. А если бы узнал раньше, то вы бы поженились. Ещё тогда. Я заставил бы отца принять этот союз. Поверь, у меня были рычаги давления на него. Но, к моему дикому сожалению, мне всё стало известно уже когда тебя привезли в Харсайд. Едва живую. Без сознания.

– Это Петра, – прошептала я, неотрывно глядя в глаза брата и дико боясь увидеть в них фальшь. – Она стёрла мне память.

– Знаю. Теперь-то мне многое известно, – он провёл ладонями по моим плечам и всё же отступил назад. – Отец ненавидел крылатых… сама знаешь из-за чего. А когда во время твоего отдыха у тётушки на Коддаре папа получил от Анмара письмо с прошением о вашем браке, то по-настоящему взбесился. Мне рассказывали, что он разнёс свой кабинет. Приказал немедленно вернуть тебя в столицу. А ты взяла, да и сбежала со своим айвом. Тогда-то папа и отправил к вам своего верного цепного пса лорда Абельма Сайрона. Именно он нанял серых.

– А Петра?

– Она подчинялась лично отцу. Их связывала какая-то давняя сделка, скреплённая клятвой. Подробности она мне так и не рассказала. Зато я знаю, что план они с Сайроном разрабатывали вместе. У них был приказ короля уничтожить крылатого, и сделать так, чтобы ты забыла о его существовании. Они исполнили всё в точности.

– Почти. Мар выжил, – проговорила, прогоняя воспоминания о том жутком видении, где он дрался с шайкой магов.

– А ведь не должен был. Они даже тебя почти довели до грани лишь для того, чтобы он почувствовал твою смерть. Чтобы перестал сопротивляться. И он умер, Эни. Петра была уверена в этом, она проверяла. Но какая-то искра жизни в нём всё же осталась.

– Отец был готов и меня убить, лишь бы я не досталась крылатому? – прошептала с горечью.

– Он был одержим ненавистью. А ты слишком похожа на маму. Боюсь, если бы ты попыталась сбежать к Мару из дворца, тебя могла ждать незавидная участь.

– Ты думаешь… – начала в ужасе.

– Нет. Не знаю, – отвернулся брат. – Отец любил тебя. Он души в тебе не чаял. Но и маму он тоже любил, и это стало её приговором.

Мы оба замолчали. Я пыталась уложить в голове всё, что узнала, а Хельм вернулся на своё место и неспешно пил вино, тоже о чём-то думая. У меня ещё оставалось немало вопросов, но сейчас все они казались слишком мелкими и неважными.

Но один я всё же задала:

– Петра. Она приходила ко мне вчера. Снова приносила письмо якобы от тебя.

– Оно и было от меня. Я должен был попытаться оградить тебя от опасности. Если бы ты прочитала мою записку, Петра вывела бы тебя из академии и спрятала. Тогда бы сегодня тебе не пришлось… пить яд.

– Ну да, – бросила, не скрывая иронию. – Вот только, я почти уверена, что это был не яд, а простое успокоительное. Но будущее покажет и всё расставит по своим местам.

А, помолчав немного, добавила.

– Знаешь, в чём разница между тобой и Гервином? Вы оба прячетесь за масками. Вот только на тебе маска благородного героя, всем сердцем радеющего за свою страну, хотя твои методы очень далеки от гуманных. А он, наоборот, прикрывается образом отъявленной сволочи. Раструбил всем, что сам убил нашего отца. Даже Мар был не в курсе правды. Меня пытался запугать, отравить. А когда дошло до дела, напоил успокоительным и укрепляющим отварами.

– Твой Гервин захватил нашу страну, – со злостью выплюнул брат.

– Мстя за брата! В то время как ты легко подставил сестру, ради победы.

– Снова будешь меня обвинять? – рявкнул Хельм. Но тут же заставил себя успокоиться и продолжил уже ровным тоном: – Да, Эниремия, я виноват перед тобой. Уже извинился и готов просить прощения снова. Понимаю, сестрёнка, ты многое пережила. Но теперь всё будет хорошо. Да, мы не выиграли войну, но хотя бы взяли реванш. И теперь я, как законный правитель Вергонии, сделаю всё, чтобы наладить близкие дружеские отношения с Айвирией. А ваш брак с Маром станет тем самым звеном, которое скрепит союз между нашими странами.

Я не ответила. Тоже взяла со стола вино и сделала несколько мелких глотков. Мне было необходимо успокоиться, но для этого требовалось время. Надеюсь, однажды я сумею понять и принять действия брата. Но вот отца простить никогда не смогу. Он лишил меня матери. Почти лишил любимого мужчины. Искалечил мою душу из-за своей мести всем айвам. Как такое простить?

– Петра теперь служит тебе? – спросила тихо.

– Служила, но теперь нет. Она отправилась к ведьмам в леса. Слишком боится мести Анмара. А там единственное место, где её невозможно найти.

– Вот и пусть сидит там. Потому что я тоже могу научиться мстить.

Но брат в ответ на это заявление только мягко улыбнулся.

– Нет, Эни, тебе чужда месть. Ты вон даже Гервину пытаешься найти оправдание. Ты слишком добрая для того, чтобы творить возмездие. И прошу, не меняйся. Будь такой.

– Наивной слабой дурочкой? – бросила с сожалением и горечью.

– Нет. Доброй и хорошей. А лучше всего постарайся забыть всё, что пережила за прошедшие недели. Закрой эту страницу своего прошлого. Перелистни… и продолжи жить с чистого листа.

– Это невозможно. И, знаешь, потеряв целый пласт воспоминаний, я поняла, что не хочу ничего забывать. Ни плохое, ни хорошее. Ведь из совершённых и пережитых ошибок делаются выводы. Они превращаются в опыт. Он несёт мудрость. А если не помнить плохого, то каждый раз будешь заново наступать на те же грабли.

– Правильно, – он сдержанно улыбнулся и поднял бокал, собираясь произнести тост. – Давай выпьем за то, что мы с тобой есть друг у друга. Пусть впереди нас ждут только светлые и приятные моменты, а любые проблемы и неприятности решаются легко и незаметно. И ещё… пусть в наших жизнях не будет место ненависти. Никогда.

Я кивнула, бокалы с лёгким звоном встретились, и мы пригубили рубиновый напиток. Но этот чистый звон отчего-то показался мне отдалённым звуком колокола. Он отозвался в сердце приятным предвкушением. И лишь теперь пришло чувство, что неприятности позади, а впереди нас ждёт только хорошее.

И я поверила в это. Вдохнула полной грудью и, прикрыв глаза, попыталась дотянуться до Анмара. И что удивительно, у меня получилось даже проще, чем когда мы были рядом.

«Мар?» – позвала мысленно, не особо надеясь на ответ. И не сразу поверила, услышав прямо в своей голове:

«Мия? Это ты… или я всё-таки сошёл с ума?»

«Я слышу тебя! – моему восторгу не было предела. – Слышу!»

«Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Как перенесла порталы?» – взволнованно спросил он.

«Всё хорошо. Даже с братом побеседовала. Он многое мне рассказал»

«Мы с ним тоже успели пообщаться сегодня, – чуть удручённо произнёс Анмар. – Но я не хочу сейчас о плохом. Расскажи, как ты?»

«Всё в порядке. Только очень по тебе скучаю»

«И я скучаю. Люблю тебя, Эниремия. Безумно люблю. Ты не представляешь, как мечтаю прямо сейчас сорваться к тебе. Даже выяснил, где ты находишься. Но Гервин и отец взяли с меня клятву не приближаться к тебе без официального разрешения Хельма. Они слишком боятся за маму».

«С ней всё хорошо. Сейчас она спит. Целитель проверил её состояние и заверил нас, что Её Величество в полном порядке. У неё прекрасные покои, охрана. Ей ничего не угрожает».

«Верю, любимая».

«Я не оставлю её, – заверила своего хайта. – Не волнуйся»

«Мы скоро встретимся. Первые переговоры назначены через две недели. За это время нам нужно отвести войска».

«Скажи, как возможно, что мы слышим друг друга? – спросила я. – Ведь раньше такого не было».

«Просто… – начал Мар. – Сила ритуала полностью раскрылась. Ты призналась, что тоже меня любишь, и теперь наша связь стала почти нерушимой. Можно сказать, что ты уже моя жена».

Немного помолчав, он пояснил:

«На самом деле в древности ритуал хаити проводили во время помолвки, он позволял проверить, насколько крепким будет союз. Тогда крылья имели только мужчины, а наши женщины просто владели магией. И если двое на самом деле любили друг друга, ритуал связывал их по-настоящему, и свадьба становилась лишь простым праздником. Но магическое равновесие в Айвирии давно дало сбой. Всё изменилось, и ритуал стали применять не по назначению. Вот такая история, Мия»

Я чувствовала, что он улыбается и сама не могла не улыбнуться.

«Значит, мы теперь сможем общаться в любое время?» – спросила мысленно.

«Да, любимая. Но иногда нам всё же придётся закрываться друг от друга. Я научу тебя»

– Что с тобой? – вернул меня в реальность голос брата. – Улыбаешься, как блаженная. Вино вроде обычное. Или это последствия той гадости, которой напоил тебя святой Гервин?

– Я говорю с Маром, – призналась Хельму. – У нас получилось наладить мысленное общение.

А брат по-доброму рассмеялся, подхватил свой бокал и направился к двери.

– Что ж, голубки. Воркуйте. Не буду мешать.

И ушёл, оставив меня одну. Хотя теперь я была не одна. И, кажется, никогда уже не буду. А ведь Мар обещал, что не оставит меня, и сдержал обещание. Пусть мы далеко друг от друга, но всё равно вместе. И если закрыть глаза, начинает казаться, что я даже чувствую прикосновения Анмара. Его запах, его тепло. Он всегда рядом со мной. Он в моём сердце…

Не знаю насколько сильным были мои чувства к Мару раньше. Увы, мои воспоминания о нём стёрты безвозвратно, а сны – это лишь фрагменты реальности. Но я умудрилась влюбиться в своего крылатого принца повторно. Эх, кажется, мы на самом деле предназначены друг другу самой судьбой. Он говорит, что я его истинная пара. Единственная. Обрести которую дано не каждому айву. И он тоже мой истинный, хоть у людей и нет подобного понятия.

Да, у нас всё сложно, между нашими странами только-только наметилось перемирие. Мой брат взял в плен его мать. И всё же теперь из всего этого бедлама есть вполне конкретный выход. Конечно, Гервин может заупрямиться, сорвать переговоры, попытаться выкрасть королеву… да много чего может. Но я верю, что они с Хельмом всё-таки сумеют договориться. И вот тогда мы с моим любимым хайтом всё-таки сможем быть вместе. Не убегая. Не прячась. Не предавая принципы или свою страну. Просто вместе честно, открыто и официально. Как муж и жена.

«Так и будет, любимая, – услышала я в своей голове голов Мара, который, видимо, слышал все мои размышления. – Обещаю тебе, сделаю всё возможное, чтобы на твоём личике всегда была улыбка»

И я верила ему. Верила и любила несмотря ни на что.