Глава 31
А она изменилась.
Если бы не запах, Роннар и не узнал бы юную принцессу, на которой женился.
Похудела, хотя и так не была слишком толстой, повзрослела. Вместо струящегося водопада белоснежных волос – рваные перья. Со щек исчезла детская округлость, из взгляда – доверчивая наивность.
Перед ним стояла незнакомка с тонким суровым личиком и серьезными глазами. Ее кожа слегка светилась, говоря о том, что кровь Первородных давно пробудилась и уже дает всходы.
Сердце ёкнуло, подсказывая: все это его вина.
Но хуже всего было то, что она смотрела на него с жалостью. Как смотрят на побитую собаку. И сейчас, ощущая на себе этот взгляд, он и в самом деле почувствовал себя побитым псом.
Роннар был готов снести что угодно с ее стороны. Ненависть, обиду, ярость, отчаяние. Только не жалость. Это было невыносимо. И понимание, что принцесса даже не знает, кто перед ней, только усугубляло ненавистное чувство.
С горькой усмешкой он припомнил слова Имиры. «Пусть посидит здесь, подумает», - старая ведьма сознательно не сказала Валенсии, кто он такой. Решила его наказать.
Что ж, волей неволей придется играть по ее правилам. Но это пока. У драконов тоже есть свои маленькие секреты.
Между тем девушка отошла от его решетки, на минуту пропала за углом, а потом вернулась, держа в руках цинковое ведро и метлу.
Удивленный дракон приподнял одно веко. Видеть особу королевских кровей в роли уборщицы было и смешно, и нелепо. Но бывшая принцесса не улыбалась. Наоборот, ее губы были плотно сжаты. Те самые губы, вкус которых не давал ему спать по ночам.
Роннар помнил их робкими, свежими и податливыми. А теперь они стали похожи на две сухие полоски.
И снова его сердце болезненно сжалось от пронзительного чувства вины.
Ни о чем не подозревая, Валенсия подоткнула подол, засучила рукава и принялась за уборку.
Простые, несложные действия, повторяемые изо дня в день, приносили ей свою нехитрую радость. Они позволяли хотя бы на время не думать, забыться, оставить прошлое в прошлом и просто наслаждаться мгновением.
Вот и теперь, спустя пару секунд тишины, Ленси начала мурлыкать под нос подзабытый мотивчик и пританцовывать, не зная, что за ней наблюдают два внимательных глаза.
Лежа в углу, дракон чутко ловил каждое движение девушки, каждый вздох, каждый взгляд.
Маленькие босые ступни Валенсии едва касались холодного пола. Стройные икры и округлые коленки мелькали из-под рубашки, притягивая взгляд невольного зрителя. Заткнутый за пояс подол позволял рассмотреть ее ножки едва ли не до самых бедер. Но во всем ее облике не было пошлости. В этот момент она казалась не человеком из плоти и крови, а неким таинственным существом, сотканным из света и тени.
Роннара внезапно захлестнуло щемящее чувство.
Раскаяние… Восхищение… Нежность… И, где-то глубоко внутри своего естества, он ощутил отголосок желания.
Волна незнакомых эмоций затопила его, опьяняя разум, обжигая душу. Еще никогда он не был так близок к тому, чтобы возненавидеть себя.
Он нуждался в этой женщине-ребенке несмотря ни на что! После всего, что случилось. После всего, что ей пришлось пережить.
Даже если бы оказалось, что она не принцесса… Плевать. Он хотел только ее. Пусть она будет безродной девкой, портовой шлюхой, да кем угодно! Это уже не важно.
Она его альхайра. Это единственное, что имеет значение.
Он положит к ее ногам целый мир, лишь бы она простила его...
Но как добиться прощения, когда ты сидишь в шкуре дракона, да еще на цепи?
Роннар не знал.
***
Новый анкр вел себя очень странно. Ни в тот день, ни на следующий он так и не прикоснулся к еде. Так и не встал со своей подстилки.
Ленси восприняла это по-своему. В ее глазах гордый зверь не желал мириться с неволей. Странные слова Имиры о наказании все еще продолжали звучать в мыслях девушки, и это ее тревожило. Не так давно она на себе испытала гнев и силу наставницы. Та ясно дала понять, что не потерпит ни малейшего своеволия в стенах Обители.
И все же Ленси не теряла надежды, что однажды сумеет выбраться из этого места. А теперь рядом с ней оказался еще кто-то, чьи мысли и чувства созвучны с ее.
По крайней мере, ей так казалось.
Встревоженная поведением своего подопечного, девушка перед ужином улучила момент, чтобы сбегать в загоны. Сытые анкры довольно похрапывали, и только у новенького кормушка оставалась нетронутой. Сам зверь лежал в углу, закрыв глаза, а его исполинское тело казалось вырубленным из камня.
Почувствовав ее появление, он напрягся, но головы не поднял.
- Нет, так не пойдет, - Ленси покачал головой, разглядывая его. – Ты должен слушаться, если хочешь, чтобы с тебя сняли цепи. А отказ от еды - это тоже непослушание. Давай же, возьми хоть кусочек.
Веки животного дрогнули, и на девушку уставились два темных глаза с металлическим блеском.
Это был странный взгляд. Слишком пристальный, слишком проникновенный, чтобы принадлежать неразумному существу. В нем таилась завораживающая печаль, от которой сердце принцессы глухо стукнулось в ребра.
Несколько секунд анкр, не мигая, смотрел ей прямо в глаза. Словно что-то хотел сказать. Потом шумно выдохнул и отвернулся.
Ленси не сразу пришла в себя. Ее вдруг охватило непонятное волнение. Дыхание участилось, кровь прилила к щекам и в голове зашумело. Захотелось по-детски обхватить себя руками, чтобы успокоиться.
- Можешь отворачиваться сколько угодно! – пробормотала она, отступая от клетки. – Твой протест никто не оценит.
Была надежда, что анкр все же сдастся, когда окончательно проголодается. Через день или два, в крайнем случае через неделю.
- Я не могу позволить тебе помереть, пока ты под моей опекой, - заявила Ленси после некоторых размышлений. – Если бы я была даргом, то просто приказала бы тебе есть!..
Она оборвала себя на полуслове, застыв с приоткрытым ртом.
Как эта мысль сразу ей в голову не пришла?!
Этот анкр относится к клану Алмазных, как и все остальные. Значит, Дин может с ним поговорить! Надо только поймать мальчишку и попросить, чтобы он заставил анкра поесть!
Словно почувствовав, как изменилось настроение девушки, зверь обернулся.
На этот раз Ленси спокойно выдержала его взгляд. Глядя в темные глаза ящера, она произнесла, выделяя каждое слово:
- Можешь сколько угодно морить себя голодом. Я не дам тебе помереть, даже если для этого мне придется кормить тебя собственноручно. И я знаю кое-кого, кто мне в этом поможет.
Она немного помолчала, ожидая хоть какой-то реакции. Но глупо было надеяться, что зверь ей ответит.
На главной башне зазвонил колокол, возвещая о том, что всем послушницам надлежит собраться в столовой на вечернюю трапезу.
- Ладно, - пробормотала Ленси, бросая на дракона последний взгляд. - Потом мне спасибо скажешь!
***
Той же ночью, едва над Обителью смолкли последние звуки, она приступила к выполнению своего плана. Улизнуть из комнаты не составило труда, как и добраться до загонов. Мерное сопение Эмле не потревожил даже скрип двери. А на улице было достаточно светло от ночного неба, чтобы Ленси не пришлось блуждать в темноте.
Без приключений добравшись до места, она потянула на себя тяжелую дверь. Рассеянный свет скользнул в коридор, на долю секунды осветив чью-то тень, метнувшуюся в темноту.
Анкры возбужденно залопотали, учуяв появление гостьи.
Ленси шагнула через порог. Дверь за ее спиной тут же захлопнулась, и помещение погрузилось в непроглядную тьму.
Почти непроглядную.
На ладони Валенсии вспыхнул светящийся шар.
- Дин! – позвала она громким шепотом. – Выходи! Я знаю, что ты здесь!
Но мальчик, если это был он, не спешил отвечать.
Ленси отпустила светлячка, и тот поплыл вперед, освещая коридор и прутья клеток. Анкры потянулись к свету, недовольно фыркая и щуря глаза. Но мальчика нигде не было видно.
- Дин! Хватит прятаться от меня. Выходи! Я очень рискую, нарушая правила. Если матушка Имира меня здесь поймает в неурочное время…
Она успела не договорить.
- Зачем ты пришла? – раздался за ее спиной голос мальчишки.
От неожиданности Ленси подпрыгнула и развернулась, машинально вскидывая руки в защитном жесте. Ее кожа вспыхнула ярче.
- Эльха Пресветлая! - вырвалось у принцессы. – Зачем так подкрадываться?!
Дин стоял за ее спиной, недовольно насупившись. На этот раз его костюм составляли вполне приличные бриджи с вышивкой по бокам, наглухо застегнутая парусиновая курточка и прюнелевые полусапожки. Глаза маленького дарга поблескивали из-под сведенных бровей.
- Я не подкрадывался, - заявил он, пряча руки за спину. – Что тебе нужно?
Ленси прищурилась, разглядывая его.
- Почему ты прячешься от меня?
- Я не прячусь, - он насупился еще больше и ковырнул пол носком ботинка.
- Неужели? Я приходила сюда каждую ночь, искала тебя, но ты нарочно избегал встречи со мной. Я хочу знать, почему? Я тебя чем-то обидела? Если да, то скажи, чем именно, и позволь мне загладить свою вину.
Пока она говорила, мальчик наклонял голову все ниже и ниже, пока, наконец, взору девушки не предстал его светловолосый затылок.
- Ну? – она нетерпеливо пристукнула босой пяткой.
С тех пор, как ее обучение стало приносить плоды, Ленси забыла о таких проблемах, как холодный пол и камешки под ногами. Теперь она двигалась настолько легко, что ее шаги не тревожили даже слой пыли на плитах дорожек.
Не поднимая головы, мальчик буркнул что-то односложное себе под нос.
- Что ты сказал? – нахмурилась Ленси.
- Прости.
Казалось, он вымучил из себя это слово.
Все еще глядя в пол, Дин добавил:
- Я поступил глупо, когда убежал. А потом… потом мне было стыдно.
- Поэтому ты прятался от меня?
Он кивнул.
Его склоненная голова и опущенные худенькие плечи вызвали у девушки приступ сочувствия. Ей вдруг захотелось обнять паренька, прижать к себе и погладить по непослушным вихрам, как маленького ребенка. Но интуиция подсказала: Дин больше похож на ершистого ежика, чем на ласкового котенка, и не простит ей проявления жалости.
- Ладно, - Ленси стиснула руки, сдерживая порыв. – Будем считать, что мы просто друг друга не поняли. Ты тоже прости меня.
Но вопреки ее ожиданиям, Дин вдруг покачал головой:
- Тебе не за что извиняться. Это я… виноват перед тобой.
В его тоне прозвучала такая тоска, что принцессу невольно охватила тревога.
- Что ты хочешь этим сказать?
Он снова ковырнул пол ботинком и тихо заговорил:
- Помнишь, я говорил, что у меня есть друг? Он иногда приходит ко мне. Учит разным вещам, рассказывает о мире за Гранью. Он тоже дарг, только взрослый.
Мальчик замолчал и, подняв голову, бросил на девушку быстрый взгляд из-под бровей.
Ленси почувствовала, как внутри все сжимается в нехорошем предчувствии. Слова Дина наполнили ее беспокойством.
- Я не понимаю… - прошептала она враз пересохшими губами. Но где-то внутри нее уже зрел ответ.
- Я рассказал ему про тебя. Рассказал, что встретил альхайру. И он захотел посмотреть на тебя.
Ленси застыла. Ей вдруг показалось, что весь воздух куда-то исчез, а легкие наполнил едкий дым. Задыхаясь, она машинально схватилась за горло.
- И… И ты ему меня показал? – голос сорвался на хриплый шепот. – Но когда? Как?!
Судорожно перебирая в памяти прошедшие дни, она пыталась вспомнить все необычное, что с ней случилось. Но в размеренной жизни Обители необычностям не было места. Никаких незнакомых лиц, никаких случайных встреч, никаких чужих взглядов…
Все это время Дин прятал руки за спиной. А теперь опустил их, и в его правой ладони что-то белело.
- Вот, - он протянул девушке листок бумаги, крепко зажатый в кулаке.
В полной растерянности Ленси взяла его и развернула.
Бумага была немного помята и обтрепана по краям, но это была полнейшая ерунда по сравнению с тем, что оказалось внутри.
Несколько мгновений Ленси не мигая смотрела на ее содержимое. Противоречивые чувства и мысли охватили девушку, вызывая дрожь в пальцах, заставляя все внутренности завязаться узлом.
Наконец она обреченно опустила ресницы. Проглотила ком в горле и тихо спросила:
- Это ты рисовал?
- Да.
- Значит, вот как я теперь выгляжу…
На смятой бумаге серым карандашом был набросан ее портрет.
Тонкое лицо, глубокий взгляд, обозначившиеся скулы. Девушка на портрете была старше той, которую Ленси последний раз видела в зеркале. А было это еще в Ирригене, как раз перед той злополучной ночью, когда…
Ее охватила застарелая горечь.
Нет. Не думать об этом! Не вспоминать!
Зажмурившись, Ленси взяла эмоции под контроль. Потом протянула Дину бумагу.
- Ты очень красиво рисуешь, - попыталась изобразить радушную улыбку, но губы не слушались. – Значит, твой друг видел этот портрет?
Мальчик кивнул, любовно складывая портрет в несколько раз и пряча в нагрудный карман.
Ленси пришлось стиснуть руки, чтобы скрыть мелкую дрожь.
- И что он сказал?
- Сказал, чтобы я хорошенько о тебе позаботился.
- И все?
- Ну, и что я правильно сделал, рассказав о тебе. А потом он ушел.
- А твой друг… он Алмазный?
Она затаила дыхание, ожидая ответ.
Но Дин покачал головой:
- Нет. Он из клана Рубиновых.
Из уст девушки вырвался облегченный вздох.
Кто бы ни навещал Дина, это в любом случае был не Роннар.
Внезапная мысль захлестнула Валенсию, словно порыв ледяного ветра. Склонив голову набок, она попыталась рассмотреть мальчика магическим зрением.
Дина окружал плотный светящийся кокон, внутри которого извивались и переливались серебристые нити. Это была чистая и светлая душа, не замутненная никакими грехами. И только в центре кокона пульсировал серый сгусток, от которого внутрь уходили тонкие щупальца. Одиночество и тоска, готовые перерасти в обиду и раздражение.
Это новое умение открылось у Ленси только после того, как она сдала первый экзамен. Теперь она могла видеть ауры живых существ, растений, предметов, но ее опыта было еще недостаточно, чтобы понимать значение всех нитей, цветов и переплетений.
Сморгнув, она тихо произнесла:
- Дин, а что ты здесь делаешь?
- Ну, я пришел выгулять Элайсу и Эльрика. Они сказали, что ты зовешь их Королевой и Лежебокой. Элайсе нравится быть королевой, а вот Эльрик не очень доволен. Но он вообще нервный из-за Гона. Может, сегодня Элайса примет его…
- Нет, я о другом, - Валенсия перебила его. - Что ты делаешь в Обители? Как ты сюда попал?
Мальчик беспечно пожал плечами:
- Я всегда здесь был. Мой друг сказал, что скоро заберет меня в другое место.
- Куда?!
- Он не стал говорить. Но это место не здесь, оно там, где все дарги.
И снова внутренности девушки болезненно сжались.
- В Обители о тебе никто не знает. Послушницам запрещено выходить на улицу после отбоя и до самой побудки. А ты как раз по ночам и гуляешь. Тебя скрывают? Но почему?
Дин ответил не сразу.
- Мой друг, - начал он после минутного замешательства, - сказал, что есть кто-то, для кого я очень важен. Этот кто-то очень боится меня потерять. И что есть много других, которые захотят моей смерти. Поэтому я должен быть здесь, в безопасности, до самого Посвящения. Тогда я смогу сам себя защищать… - мальчик вздохнул и закончил: - Но когда он пришел в этот раз, то сказал, что планы изменились. Он заберет меня до Посвящения, потому что я быстро расту.
- А сколько же тебе лет?
- Пять. Так он сказал.
Это не могло быть простой случайностью.
Слишком много совпадений. Слишком много! Вывод напрашивался сам собой, каким бы невозможным он не был.
Но если так, значит, правда намного невероятнее всех домыслов, которые Ленси уже прокрутила в своей голове. Осталось только найти окончательное подтверждение.
Но не сейчас. Она еще не готова принять эту правду.
Сейчас пора вспомнить, зачем она здесь.
Возбужденные голоса анкров вернули принцессу в реальность.
- Ты знаешь, что у нас новенький? – она кивнула на дальний угол. – Я здесь по большей части из-за него. Он отказывается от еды. Можешь заставить его поесть?
Мальчик замялся.
- Не знаю… Я пробовал с ним пообщаться, но его разум закрыт. Я не смог пробиться сквозь этот заслон.
- Что значит «закрыт»?
Не сговариваясь, они двинулись вдоль загонов к клетке загадочного новичка.
- Он будто под куполом. Я его не слышу. Ни мыслей, ни чувств, ни желаний. Кто-то сознательно закрыл его разум.
- Хм… он сам это мог сделать?
- Нет, анкры так не умеют.
Значит, Имира? Это был самый подходящий ответ. Но зачем ей так утруждаться? Или…
Девушка замедлила шаг, вглядываясь в кромешную тьму, застилавшую клетку. Светлячок, все это время плавно скользивший чуть впереди, проплыл сквозь решетку.
Дракон был внутри. Лежал, поджав под себя мощные лапы. Но стоило Ленси приблизиться, как он вскинул голову. На его горле тускло блеснул ошейник. Тут же звякнула цепь, напомнив о своем существовании.
Дин тихо остановился рядом с девушкой. Ухватился руками за прутья решетки и просунул голову внутрь.
- Осторожнее! – Ленси ухватила его за плечо.
Но взгляд мальчика уже столкнулся со взглядом дракона. Погрузился в него и застыл, как насекомое в янтаре.
Воздух наполнило странное напряжение. Словно под потолком собралась гроза.
Поддаваясь порыву, Ленси тоже шагнула к самой решетке, прижалась лицом, попыталась заглянуть в глаза анкра. И вдруг почувствовала, как где-то глубоко-глубоко внутри, на самом дне подсознания, тренькнула какая-то нить.