Глава 46
Рубиновый дракон в небе над Ирригеном вызвал сначала недоумение, потом – переполох.
Драконья ипостась была для даргов исключительно ритуальной и боевой, и нужен был серьезный повод, чтобы средь бела дня дарг обратился в дракона. А уж о том, чтобы нести на себе всадника – и речи быть не могло! Исключение – собственная альхайра, лишь ей позволено оседлать истинного дракона.
Увидев в небе крылатую точку, стражники на стенах замка настороженно переглянулись. Точка постепенно росла, и вскоре стал виден всадник – хрупкая девушка с белыми волосами, сияющими над головой, будто нимб. Не узнать ее мог бы только слепой.
- Принцесса! – прокатился по стенам тревожный гул. – Принцесса Валенсия!
Супруга Владыки вернулась верхом на Рубиновом! Это была неслыханная дерзость для льеры ее положения!
Но стражники не успели как следует возмутиться. Дракон внезапно спикировал вниз. Его целью была не площадь слева от центрального входа, где обычно опускались анкры, и даже не плоская крыша донжона, которой пользовался Владыка.
Рубиновый стремительно несся к огромным каменным ангарам, в которых содержались анкры Алмазного клана.
- Темных Халл, что творит этот сумасшедший! – кто-то выкрикнул вслух то, о чем подумали все остальные.
Когда до земли оставалось несколько футов, дракон накренился на одну сторону, почти задевая концом крыла посыпанную песком площадку. Его всадница съехала вниз по кожистой перепонке. Спрыгнула наземь и, не задерживаясь, чтобы оглядеться по сторонам, кинулась к воротам загона.
И в этот момент над Ирригеном раздался истошный панический вопль:
- Мальчик! Мальчик исчез!
Кричала женщина. Служанка, пришедшая к Дину забрать пустые тарелки. Ее искаженное страхом лицо застыло в оконном проеме. Вопль отбился от каменных стен и затих…
На долю секунды замок окутала мертвая тишина, а затем взорвалась тысячью звуков.
Крики смешались с топотом сотен ног, звоном доспехов и сухими щелчками ружейных затворов. Где-то встревоженно рычали инкарды, им вторили анкры, голосила прислуга, выли собаки, мычали коровы на заднем дворе, вплетаясь в какофонию звуков.
И над всем этим жестко звучали команды коменданта Халльдоура:
- Оцепить замок! Закрыть все ворота! Первый эскадрон – на крыло! Обыскать территорию с неба! Второй эскадрон – прочесать парк и замок. Мальчик не мог исчезнуть бесследно.
Валенсия этого уже не услышала.
Она почувствовала неладное еще на подлете к Сумеречной Гряде. Но вся беда состояла в том, что Фаэрн за свистом ветра не слышал ее голоса, как бы она не пыталась до него докричаться.
Ленси попыталась бить его по плечам, но чешуя оказалась такой плотной и твердой, что она лишь поранила руки, а он ничего не почувствовал. В отчаянии она послала ментальный удар прямо в мозг, защищенный толстыми костями черепа.
Дрогнув, Рубиновый на секунду утратил ориентацию. Из его пасти вырвалось раздраженное шипение.
«Вниз! Вниз к ангарам! – вспыхнул в голове четкий приказ. – Третий слева! Сейчас!!!»
Он подчинился машинально, действуя на инстинктах и не задумываясь, почему так поступает. Спикировал вниз под удивленные взгляды стражников, и без размышлений дал своей всаднице спрыгнуть на землю.
Будь она простым человеком – переломала бы ноги. Но Ленси еще в Обители научилась скользить по воздуху, не оставляя следов, и вот наконец это умение ей пригодилось. Она подбежала к воротам, схватилась за толстое кольцо, заменявшее ручку, и дернула на себя.
Дин был внутри.
Не один.
С ним был кто-то еще.
Коварный, жестокий и беспощадный. Исполненный жаждой мести.
Женщина!
Ленси не нужно было видеть, чтобы понять: в загоне, в густом полумраке с еле теплящимися кристаллами, ее ждала женщина. Некогда отвергнутая, а теперь полная ненависти к Владыке и ко всему, чем он дорожит.
И она пришла отомстить.
- Стой! – раздался холодный приказ. – Еще один шаг – и мальчишка умрет! Ты же этого не хочешь, принцесса?
Последнее слово было сказано с таким презрением, что Ленси невольно вспомнила дни, когда почти таким же тоном с ней разговаривала Лидия.
Но голос, звучавший из полумрака, был незнаком. К тому же, насколько ей было известно, Роннар предоставил ее сестрам свой родовой особняк в центре Кортарена, и последние несколько дней девушки изучали столицу под пристальным вниманием своих кавалеров.
Она послушно остановилась. Не стоит дразнить врага.
- Кто ты? – кинула пробный камешек. – Отпусти мальчика, и мы сможем поговорить.
В ответ раздался насмешливый хохот. Но прозвучал он натянуто.
- О, нет, - все еще смеясь, протянула незнакомка, - на эту уловку ты меня не поймаешь. И говорить мне с тобой не о чем.
- Тебя убьют, если ты причинишь мальчику вред.
- Уверена? Скорее твой любимый супруг будет ползать у меня в ногах, умоляя сохранить жизнь его единственному наследничку.
Пока она говорила, за спиной Ленси скрипнула створка ворот.
- Ваше Высочество? – раздался встревоженный голос Фаэрна.
- Стой!
- Еще один шаг – и мальчишка умрет!
Рубиновый замер. Ему и так пришлось задержаться, пока он пытался вскочить в штаны и натянуть сверху рубаху. И вот теперь он стоял у ворот, босой, расхристанный, сжимая в руке бесполезный палаш. А со стороны замка к нему уже спешили вооруженные ньорды.
- Фаэрн! – голос Ленси дрожал. Но не от страха – от напряжения. – Пожалуйста, оставайся на месте. И никого сюда не впускай.
- Ну, надо же, - съязвила незнакомка. – Какая жертва!
Она пряталась в темноте, за одним из каменных выступов, предназначенных для светильников. Ее аура была насыщенно-желтой, почти канареечного оттенка, с яростными всполохами черного и багрового.
С той же стороны Ленси слабо чувствовала присутствие маленького дарга. Он лежал на полу, скрутившись калачиком у ног незнакомки, и то ли спал глубоким сном, то ли был без сознания.
Сквозь камень Ленси увидела размытую ауру мальчика, пульсирующую в такт сердцу. Рядом тускло светилась аура поверженного анкра. Девушка узнала Королеву. Самка лежала на боку, без движений, лишь слабая пульсация говорила о том, что под плотной шкурой еще теплится жизнь.
«Думай, Ленси, думай! – принцесса лихорадочно перебирала в голове варианты. – Ты же кельфи! У тебя есть магия!»
Эманации злости, исходившие от незнакомки, заставляли ее торопиться. Кем бы ни была эта женщина, ненависть изъела ее душу, как моль. Ненависть стала для нее смыслом жизни и целью. Она пришла сюда отомстить, потому что нет существа более коварного и жестокого, чем отвергнутая женщина, взлелеявшая свои обиды. И не важно, были ли эти обиды надуманными или реальными.
Ленси чувствовала, как за стенами ангара собираются ньорды. Слышала, как Фаэрн что-то им объясняет.
Вот в нестройный гул ворвался голос Халльдоура. Он что-то спрашивал, Фаэрн – отвечал. Она не знала, о чем они говорят, лишь чувствовала всеобщее беспокойство.
Если она сейчас же что-то не сделает, это беспокойство выльется в панику. Ньорды ворвутся в ангар, наплевав на предупреждение, а эта… женщина в темноте… она пришла сюда умереть. Ей не страшно. Наоборот, она этого ждет, она готова расстаться с жизнью.
Только с собой на тот свет она заберет и мальчишку…
Этого нельзя допустить. Дин всего лишь маленький беззащитный ребенок. И он уж точно не заслужил, чтобы расплачиваться за ошибки отца.
- Отпусти мальчика, - заговорила Ленси после минутной паузы. Каждое слово царапало горло, как осколок стекла. – Если тебе нужен заложник, используй меня. Я альхайра Владыки.
Где-то у входа раздался глухой стон Фаэрна.
Ленси почувствовала его недовольство, отчаяние и всплеск злости. Но мысленно приказала себе не обращать на это внимания.
- Я знаю, кто ты, - незнакомка, наоборот, не проявила ни малейшего удивления. – Думаешь, я бы пришла сюда, не выяснив все о жене Роннара и мальчишке, которого так тщательно охраняют его верные ньорды?
В ее голосе сквозила насмешка.
- Так что? – Ленси сделала плавный, почти незаметный шаг в ее сторону. – Ты примешь мое предложение?
- А ты не глупа. Наверняка Владыка оценит жизнь альхайры дороже, чем жизнь единственного сына, - из темноты послышался смех. - Сыновья у него еще будут, дарги живут оч-чень долго. А вот без альхайры он превратится в калеку. Но знаешь…
Тон незнакомки резко сменился. Стал холодным, безжалостным.
- Нет, - отрезала она. – Ты кельфи. Отродье Вечного Леса.
Валенсия не увидела - почувствовала, как та запустила руку в складки одежды. И это безобидное, в общем-то, действие заставило принцессу сорваться с места.
Словно сквозь толщу воды, Ленси увидела, как незнакомка медленно, мучительно медленно взмахнула рукой. Ее пальцы светились, будто перепачканные в эльфийской пыльце. Кисть описала в воздухе круг, и его контур вдруг вспыхнул ярким сиянием, разгоняя темноту.
На глазах у Валенсии создавался портал.
Вот ярко-желтое сияние усилилось, перешло в слепяще-голубое. Круг вытянулся, превратился в овал. Пространство внутри его контура дрогнуло, натянулось радужной пленкой, готовой лопнуть в любую минуту.
Женщина нагнулась, подхватывая бесчувственного мальчика. И в этот момент Ленси настигла ее.
Все случилось за доли секунды.
Принцесса налетела всем корпусом, надеясь сбить незнакомку с ног. Та покачнулась, но устояла, невольно сделав шаг в сторону портала. Закрыла его спиной. Еще шаг – и она окажется на той стороне вместе с ребенком!
Из-под капюшона на миг показалось лицо. Красивое, властное, с презрительными складками возле уголков губ и жгучей ненавистью в глазах.
Ленси ни разу не встречала ее. Но что-то в этих глазах заставило девушку выбросить руки вперед.
Впоследствии она будет плохо помнить, что случилось потом. Словно это была не она. Словно кто-то другой, кто в тысячи раз могущественнее и сильнее, управлял ее телом.
Из открытых ладоней вывались обжигающие лучи. Две тонкие линии, полыхающие багровым закатом. Они прошли сквозь грудь незнакомки, не успевшей ни увернуться, ни отскочить.
Женщина закричала. Громко. Истошно. Срывая связки.
Ее вопль перешел в мучительный стон. Руки разжались, мальчик упал. Вслед за ним рухнуло тело его неудавшейся похитительницы.
Время застыло.
Будто в бреду, Ленси смотрела, как мимо нее, оттесняя плечами к ближайшей стене, бегут ньорды. Как Эльрик Халльдоур опускается на колени перед Дином, как срывает мешок с его головы, оттягивает ему веки, заглядывает в глаза. Как передает мальчика в надежные руки, и маленького дарга уносят прочь.
Как кто-то подхватывает незнакомку, заламывает ей руки, чтобы надеть кандалы. Как ее тащат по каменным плитам, а она визжит, вырывается, и желтоватая пена пузырится у нее на губах.
Ленси чувствовала, как ее саму трясут за плечи. Заглядывают в глаза. Что-то кричат в лицо.
Она не могла понять, кто и что. Ее разум не мог осознать, что происходит. Все вокруг колыхалось в тумане, а в пустой голове билась лишь одна мысль: она убийца! Она убила эту женщину… Нарушила правило… Ей здесь не место…
- Принцесса! Ваше Высочество!! А, чтоб тебя!
Резкий удар заставил голову немилосердно мотнуться. Пощечина обожгла кожу огнем, щека вспыхнула резкой болью. Зато в глазах прояснилось.
Будто очнувшись от глубокого сна, Ленси схватилась за горящую щеку. Заморгала, пытаясь сквозь набежавшие слезы сфокусировать взгляд на побагровевшем лице Фаэрна.
- Ты… ударил меня? – удивилась так искренне. Ее голосок прозвучал по-детски тонко и обиженно.
- Простите, - буркнул Рубиновый. – Готов ответить за это жизнью. Но потом. А сейчас нам нужно назад, в Кортарен.
Она пару раз моргнула, пытаясь осознать, что вообще происходит.
- Дин…
- С ним все в порядке. Эта гадина усыпила его и анкра эльфийской пыльцой.
- Чем?
- Порошок такой. Из растения, которое произрастает в Эльвериолле, потому и называется так.
- А…
Девушка растерянно уставилась в каменную стену, где пять минут назад светился пространственный портал.
- Тоже эльфийские штучки, подкрепленные драконьей магией. На этот раз Арман отлично подготовился. Недаром же он столько времени провел на той стороне.
- Да, Ваше Высочество, - к ним присоединился Халльдоур. – На этот раз герцог продумал все до мелочей. Рейна использовала редкий артефакт, притупляющий наши чувства.
Он раскрыл ладонь, показывая кулон, который все это время сжимал в кулаке. Это был темный агат грушевидной огранки, вставленный в оправу из белого золота. К нему прилагалась цепочка из того же металла, но сейчас она была порвана, видимо, кто-то сорвал ее с шеи преступницы.
- Мы потеряли мальчика и не нашли бы его, будь он даже у нас под носом. Если б не вы.
- Рейна? – Ленси нахмурилась. – Я ее…
- С ней все в порядке. Вы ее лишь напугали.
Перед глазами как наяву возникло лицо незнакомки. Она обладала той страстной, чувственной красотой, влекущей мужчин во все времена. Но от нее веяло чем-то пугающим, темным, словно она была прекрасным цветком с дивным ароматом, в котором таился смертельный яд.
- Кто эта женщина? Вы ее знаете?
Она видела по их лицам, что да, знают. И очень хорошо.
Эльрик с Фаэрном переглянулись.
- Владыка…
- Моего мужа здесь нет, - отрезала Ленси. – Я жду.
Они снова переглянулись.
- Ладно, - первым сдался Фаэрн. Он чувствовал себя виноватым из-за пощечины. – Это Рейна Анхаллен.
- И?
- Последняя любовница Роннара.
Брови Валенсии взмыли вверх. Она с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. А смеяться хотелось очень, причем не просто смеяться, а хохотать, выплескивая из себя накопившееся напряжение и злость.
И почему ей это самой в голову не пришло? Ведь все так банально: отвернутая любовница пришла отомстить.
- И… когда они расстались?
Она затаила дыхание, боясь упустить хоть слово.
Но Фаэрн без всякой задней мысли пожал плечами и произнес:
- В тот же вечер, как столкнулся с вами в саду. Если дракон встретил альхайру, другие женщины ему не нужны.
- Я знаю…
«До свадьбы! – мелькнула в голове мгновенная мысль. – Он расстался с Рейной до свадьбы!»
Валенсию охватило странное чувство. Несмотря на все, что ей пришлось пережить за последние полчаса, она была рада. Роннар расстался с любовницей до того, как сделал ей предложение. И пусть на его решение повлиял их знаковый поцелуй… но винить мужа за то, что было задолго до их встречи, Ленси не собиралась. Глупо и бессмысленно. Лучше забыть.
Она глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Огляделась, прислушиваясь к звукам, гуляющим между каменных стен, и тем, что доносились снаружи.
А когда заговорила, на ее губах играла улыбка:
- Фаэрн, кажется, нас ждут в Кортарене. Но сначала доведем до конца одно важное дело…
***
Дин быстро пришел в себя. Не понадобились ни магия, ни помощь целителя. Организм мальчика оказался намного крепче, чем можно было ожидать от ребенка его возраста и комплекции.
Но это не удивительно, ведь он был сыном самого сильного дарга. Он был сыном Алмазного дракона, Владыки Алмазного клана.
Но на этот раз ему не удалось сбежать из-под охраны. Наоборот, пришлось выпить горький настой и выслушать целую проповедь от коменданта.
Эльрик отчитывал Дина, пока понурый вид и худенькая фигурка мальчишки не заставили его самого тяжко вздохнуть:
- Ладно. Что с вами делать? Идите к своей мамаше, а то она там изнервничалась.
Маленький дарг радостно встрепенулся, вскочил, но его тут же осадила дальнейшая фраза:
- Но только под строгим надзором!
Так он и шел через площадь к ангарам в сопровождении шестерых вооруженных до зубов ньордов.
Ленси уже ждала его вместе с Элайсой. От ударной дозы эльфийского порошка разум анкра еще туманился, но материнский инстинкт не давал расслабиться и забыть о главном.
Два яйца в плотном коконе скорлупы были нее неустанной заботой.
Едва очнувшись, Королева первым делом удостоверилась, что ее птенцам ничего не грозит. Она тщательно осмотрела скорлупу на предмет трещин и сколов, потом вылизала со всех сторон, и только после этого, издав глубокий вздох, улеглась в гнездо и обвила их хвостом.
Ленси оказалась внутри этого живого кольца. Элайса ее пропустила, но всех остальных, кто пытался заглянуть в ангар, встречала грозным рыком.
- Тише, тише, моя хорошая, - девушка почесывала ее надбровные наросты, надеясь успокоить рассерженную мать. – Никто тебя не обидит.
Эти слова, звучавшие в адрес исполинского ящера, выглядели смешно. Но они помогали. Элайса ворчала, нервно дергала головой, крутила концом хвоста, но постепенно успокаивалась.
Пока кто-то еще не пытался совершить глупость и сунуть голову между створок ворот.
- Ну, неужели так трудно понять! – возмущалась Ленси, вскакивая вместе с ней. - Она нервничает! И ей плохо от того, что она не смогла защитить Дина и своих детенышей. Дайте ей успокоиться!
В очередной раз кто-то приоткрыл дверь. Ленси обернулась, мечтая испепелить нарушителя, но, к ее удивлению, Элайса не дернулась, не зарычала. Она узнала того, кому позволено было войти сегодня в святая святых.
- Дин! – Ленси бросилась его обнимать. – Как же я волновалась!
- Прости, - пискнул мальчик, утыкаясь лицом ей в подол. – Я не хотел, чтобы все так получилось...
- Тише, все хорошо, тебе не в чем себя винить.
- Разве ты меня не осуждаешь? – он поднял к ней удивленное личико.
- Нет. Но давай договоримся, что больше ты не сбегаешь без спросу.
Она не стала ему говорить, что сама поступила так же, как он. Сбежала из-под охраны, отправив на Игры служанку вместо себя… И если Роннар все это узнает…
Тихонько вздохнув, она постаралась запрятать эти мысли подальше. Главное, что Дин жив, она тоже, и никто не пострадал.
Мальчик вдруг встрепенулся.
- Смотри!
Они вдвоем уставились на яйцо, которое треснуло с тихим щелчком и мгновенно покрылось трещинами.
Элайса нетерпеливо зарычала. Колупнула когтем скорлупу. Из жесткого кокона послышался тоненький писк, и яйцо закрутилось на подстилке, будто кто-то отчаянно пытался выбраться из него.
Ленси и Дин затаили дыхание.
Не веря своим глазам, принцесса наблюдала за действом, которое до нее не видел ни один человек. Слабенький роговой клюв новорожденного анкра наконец-то пробил скорлупу, и наружу высунулась плоская вытянутая голова на тоненькой шее, покрытая светящейся кожей. Много позже дракончик обзаведется алмазной чешуей, которая будет его защищать. А сейчас он с трудом удерживал шею.
Над их головами, будто наседка, заклекотала Элайса.
Дин взял яйцо в руки, осторожно освободил его от растрескавшейся верхней части, и поднес птенца едва ли не к самому носу. Новорожденный анкр замер, вытянувшись в струну, едва их взгляды столкнулись. Ленси увидела, как ауры мальчика и птенца начинают меняться, пульсировать в унисон, и точно так же, в унисон, начинают стучать их сердца, а дыхание становится общим.
- Я нарекаю тебя… - он оглянулся на Ленси и вдруг прошептал: - Хочешь ее назвать?
- Это она? – опешила девушка.
- Да. Как ты ее назовешь?
- Но Дин, это ведь твои анкры. Ты их так ждал, ты сам хотел их назвать…
- Я назову ее брата.
- Хорошо, - она сдалась, чувствуя, как от слов мальчика сердце охватывает тепло. – Пусть ее зовут Молния.
- Значит, Эмхарт. Я нарекаю тебя Эмхарт, Предвестницей грома.
Он протянул к мордочке анкра указательный палец и малыш, едва держащий голову на тоненькой шее, без колебаний впился зубами в предложенное угощение.
- Они всегда рождаются голодными, - хриплым шепотом пояснил мальчик. – Хозяин должен напоить анкра своей кровью. Иначе связь со временем пропадет.
- Ты молодец, - Ленси потрепала его вихры. – Даже не поморщился. Но мне уже пора.
Она улыбнулась, с сожалением глядя на мальчика. Ей хотелось остаться с ним, увидеть, как появится на свет второй малыш. Но в далеком Кортарене ждал Роннар, и ее сердце стремилось к нему.
Сейчас, в эту минуту, она не смогла бы ответить точно, кто из них ей дороже: Дин или Роннар.
Она любила Роннара со всем пылом своего юного сердца и всей силой женской души. И в то же время любила его сына так, как могла бы любить младшего брата, будь он у нее. Участвовать в его проказах, делить одни тайны на двоих, летать на анкрах, совершая немыслимые кульбиты, или просто валяться в траве, глядя в бескрайнее небо и делясь своими мечтами.
С Роннаром она была возлюбленной и альхайрой, супругой и матерью его будущих детей.
С Дином она вновь становилась самой собой – юной девчонкой с ленточками в волосах.
Несмотря ни на что, ей было всего восемнадцать.
- Ваше Высочество, времени мало, - голос Фаэрна заставил их оглянуться. – Мы должны вернуться в столицу, пока Владыка не раскрыл наш обман.
- Мой обман, - поправила Ленси, поднимаясь. – И я сама ему все объясню.
- Возвращайтесь скорее, - Дин напоследок обнял ее. – Я буду скучать!