Часть 25

***

Адэр бросил газету на стол, подошел к окну. На фоне красного неба чернели деревья и кустарники. По ступеням парадной лестницы шуршал песок. Разгулявшийся ветер доносил запах близкого дождя.

Адэр провел пальцем по пыльному подоконнику, закрыл раму. Прижался лбом к стеклу. На душе было тревожно и гадко.

Шумиха вокруг конфискованного концерна Троя Дадье достигала апогея. С легкой руки журналистов тяжебное дело получило название «Трой против народа». Человека, который построил в нищем Порубежье десятки заводов и фабрик и спас от голодной смерти тысячи семей, сейчас обвиняют в мизантропии. Противно…

В странах Краеугольных Земель профсоюзы проводят забастовки в поддержку Грасс-дэ-мора. Газетчики выуживают пикантные подробности из нелицеприятного прошлого председателя судебной комиссии. Советник по вопросам правосудия Юстин Ассиз дает бесконечные интервью. Вокруг него вьются сорок восемь помощников – выпускников университета, в котором Юстин преподавал семнадцать лет. Грязная война идет полным ходом.

Адэр посмотрел на старый телефонный аппарат без диска для набора номера. Два месяца назад его перенесли в кабинет из комнатки под центральной лестницей, и за всё это время он ни разу не зазвонил. Один разговор с Троем мог бы прекратить изматывающую борьбу. Один разговор без условий.

Адэр посмотрел в окно. По дороге, ведущей к замку, мчался старенький автомобиль. Возвращается Эйра. Это хорошо. Не надо будет объясняться перед гостями, почему на балу нет тайного советника.

Взгляд вновь перекочевал на телефон. Адэр прошелся по комнате, уселся в кресло, опустил руку на трубку. Немного подумав, снял трубку с рычага.

– Приемная Троя Дадье, – проворковал голос.

– Адэр Карро.

В трубке щелкнуло.

– Добрый вечер, Ваше Величество, – прозвучал усталый голос старшего советника Великого.

– Как отец?

– Еще болеет, но ему уже лучше.

– Передай ему мои пожелания скорейшего выздоровления.

– Передам, Ваше Величество.

– Трой… Надеюсь, ты не отговорил Элайну от поездки в Грасс-дэ-мор.

– Завтра вечером ваша сестра будет у вас. С ней приедет Галисия Каналь.

– Да… Галисия… – Адэр потер лоб. – Трой…

На другом конце провода молчали.

– Трой… – промолвил Адэр, не дождавшись ответа. – Такие люди, как ты, встречаются раз в жизни. Если очень повезет. Моему отцу повезло.

– Я не думал, что вы когда-нибудь это скажете, – прозвучал после паузы охрипший голос.

– И мне повезло, Трой. Надеюсь, ты поймешь меня.

Раздался настойчивый стук в двери.

Адэр прикрыл ладонью трубку:

– Войдите.

На пороге возник Мебо. Охранитель Малики выглядел, как бродяга, который провел несколько ночей на скамейке в городском парке: мятая одежда, одутловатое лицо, покрасневшие глаза, взъерошенные волосы.

Адэр бросил трубку на рычаг:

– Где она?

Предутреннюю тишину нарушил рев двигателей. Два автомобиля: один – черный, как смола, второй – сверкающий серебром, проехали по спящим улицам Аврааса и затормозили перед невзрачным зданием постоялого двора. На двери висела табличка «Мест нет».

Адэр заглушил двигатель. Поправил на Парне кожаный ошейник, инкрустированный рубинами.

– Не могли найти укромное место? – недовольно промолвил Эш, сидя на заднем сиденье.

– Мы одни в гостинице, – сказал Мебо. – Крикс заплатил за все комнаты. – И открыл дверцу автомобиля.

Адэр выскочил из салона и, придерживая Парня, устремился вслед за Мебо в дом. За ним последовали бывший командир защитников Эш и стражи – Лайс, Ютал и Ксоп.

Спросонья хозяин не сразу понял, кто вошел в вестибюль. Вскочил из-за стола, замахал руками:

– Мест нет. – Заметив Мебо, виновато улыбнулся. – Простите. – Перевел взгляд на Парня и плюхнулся в кресло.

Проскрипев в полутемном коридоре половицами, путники вошли в комнату, вовсе не рассчитанную на такое количество людей.

– Узнаю, где Крикс, – сказал Мебо и скрылся за дверями.

Ютал и Лайс встали на пороге. Эш подошел к окну. Моранда опустил морду на подоконник и, уткнувшись носом в стекло, шумно задышал. Ксоп заглянул за кремовую занавеску, которой был огорожен угол комнатки. Переставил со стула на сундук керосиновый фонарь.

Усевшись на обитое дерматином сиденье, Адэр облокотился на колени и уставился на застеленную шерстяным одеялом железную кровать. Вскоре раздались быстрые шаги.

Крикс Силар переступил порог, бросил на пол сапоги и склонил голову:

– Мой правитель.

Бывший командир стражей, по всей видимости, принимал душ. Наспех надетая одежда промокла насквозь, на коротких волосах блестели капельки воды. Повинуясь странному желанию обнять Крикса, Адэр встал. Сколько они не виделись? Почти четыре месяца. Целую вечность.

Крикс поднял голову. Неужели осознание собственной ненужности так меняет человека? Внешне он был таким же – могучие плечи, крепкая шея, скуластое лицо, – но глаза… Так смотрят люди, жизнь которых состоит из одних неудач и бед.

– Я рад, что ты здесь, – сказал Адэр.

Уголки тугих губ еле дрогнули. Крикс провел ладонью по волосам; вокруг его головы замерцала водяная пыль:

– Причина для встречи не радует.

В комнату вошел Мебо:

– Через полчаса будет ужин.

Поборов желание если не обнять, то хотя бы пожать бывшему советнику руку, Адэр вновь уселся на стул:

– Рассказывай.

– Вы зря приехали, мой правитель. – Крикс бросил взгляд на Мебо. – Я просил привести советника Джиано.

– Рассказывай!

– Да, конечно. – Словно решив потянуть время, Крикс принялся застегивать верхние пуговицы рубашки. – В обитель меня не пустили. Сказали, что к ним приходила какая-то женщина, поговорила с Праведным Отцом и ушла. А тут хозяин гостиницы спрашивает: «Куда Малика делась?» Я ему, мол, так и так, пропала. А он мне: «Мой сын – Праведный Брат. Можно у него спросить». Потом привел сына. – Крикс одернул рубашку. – Я целый день его обрабатывал. Оказывается, в обители есть маленькое селение на двадцать дворов. Там живут родители хозяина. Их в город не выпускают. И сын решил податься в секту, чтобы видеться с бабушкой и дедом.

– И зачем мне это? – возмутился Адэр. – Ты по делу говори.

Крикс замялся, чего никогда раньше за ним не наблюдалось.

– Почему молчишь?

– Я не знаю, можно ли верить тому, что он сказал.

– Что он сказал?

– Он случайно услышал разговор Избранных – это высшая каста в секте. Они обсуждали, как какая-то женщина отказалась стать Праведной Сестрой, назвала себя Праведной Матерью и проткнула себе кисти.

– Что?!

– Сняла с шандала свечи и надела ладони на шпили.

Адэр в голос выдохнул:

– Бог мой! – Откинувшись на спинку стула, заложил руки за голову.

– Моруна и не на такое способна, – тихо заметил Эш. – И где она?

– В катакомбах вместе с грешниками, – ответил Крикс.

Адэр сорвался с места, схватил Мебо за горло:

– Я же просил… Я же вас как людей просил…

Раскрыв рот, Мебо хлопал глазами; по лицу пошли красные пятна.

– Где твой дружок? – сквозь зубы процедил Адэр.

– Драго наблюдает за обителью, – откликнулся Крикс. – Они виноваты. Бесспорно. Но вспомните себя, мой правитель. Где вы только ни были. И вас никто не мог остановить. Малика очень похожа на вас. Как ее ни проси, она все равно сделает по-своему. И вы это знаете, мой правитель.

Адэр оттолкнул Мебо, заходил по комнате. Стражи вжались в стены, чтобы правитель не свалил их с ног или, не дай Бог, сам не покалечился об острые углы сундука или металлический каркас кровати.

– Что будем делать, Крикс? – выдавил Адэр.

– Даже если собрать стражей со всей страны, захватить обитель без потерь не получится. Двойной частокол – раз. Две тысячи Братьев – два. Триста волков – три. В городе пятнадцать тысяч жителей. Против Братства они не пойдут – кто-то фанатически им верит, кто-то боится. В обители живут около пятидесяти стариков. Вдобавок ко всему там постоянно находятся дети. Поют молитвы, слушают наставления Отца. Их меняют каждые шесть часов – одних приводят, других уводят. Плюс грешники в катакомбах. Есть Праведные Сестры. Как я понял, они ублажают Избранных. Сколько сестер – никто не знает. Если брать обитель приступом, боюсь, пострадают невинные люди. И Малика в том числе. – Крикс уперся руками в изголовье кровати. – Тут надо действовать по-другому. Поэтому я попросил Мебо привезти советника по религиозным вопросам.

Адэр потер лицо:

– Джиано у климов. За ним уже поехали.

– А вот и Братья, – сказал Эш.

Адэр приблизился к окну. Обступив автомобили, семеро молодых мужчин в белоснежных плащах трогали не успевшие остыть капоты. Поглядывая на окна постоялого двора, перебрасывались тихими фразами. Адэр рассматривал фигуры и лица, освещенные уличными фонарями, и страх за жизнь Эйры вонзал в сердце острые когти. Сектанты не походили на людей, сосредоточенных только на общении с Богом.

– Я выйду, – произнес Эш.

– Не надо, – отозвался Крикс. – Завтра у них День Веры. В город съезжается куча народу. Ваш приезд вряд ли вызовет подозрения.

Однако Братья уходить не собирались. Баснословно дорогие автомобили – в Грасс-дэ-море редкость. Вполне возможно, что мужчины решали – потревожить знатных гостей сейчас или дождаться до утра. Если потребуют документы, их дадут все… кроме правителя.

Адэр открыл раму, высунулся из окна. За спиной прозвучал шепот Крикса: «Храни вас Бог».

– Храни вас Бог, – промолвил Адэр.

Братья повернулись к нему:

– Храни Бог.

– Что-то случилось? – спросил Адэр.

– Это ваши машины? – поинтересовался мужчина с черной повязкой на левой руке чуть выше локтя.

Эш встал рядом с Адэром:

– Наши. А что?

– Откуда приехали?

– Из Тезара, – ответил Адэр. – А если точнее, из Градмира.

– Уберите машины с дороги. Они загораживают проезд.

– Хорошо. Сейчас уберем.

– Сколько вас?

Эш уступил место Криксу.

– Восемь человек, – произнес бывший командир стражей. – Может, позвать хозяина? Он на кухне. Готовит нам ужин.

Не соизволив ответить, Братья пошагали вниз по улице.

Адэр закрыл окно:

– Эш! Останься. Остальные свободны.

Крикс и стражи удалились. Упираясь плечом в стену, Эш смотрел на Адэра и мрачнел на глазах. Он явно догадывался, о чем пойдет разговор.

Адэр похлопал Парня по холке:

– Мне нужны защитники.

– Их нельзя в это впутывать.

– А как же ваша клятва? «Плечо к плечу. Спина к спине». Или это пустые слова?

Эш оттолкнулся от стены, вытянул руки по швам:

– Мой правитель, я рядом с вами и сделаю всё, что в моих силах. Но прошу вас… Мы двадцать лет были заперты в резервации и до сих пор не можем вылезти из шкуры изгоев. Вмешательство ветонов еще сильнее настроит людей против моего народа. Не надо впутывать защитников.

Выпроводив Эша, Адэр завалился на кровать. От подушки исходил слабый аромат цветущих горных лугов. Это комната Эйры…

Простучав когтями по деревянному полу, Парень опустил морду рядом с подушкой. Адэр смотрел в кроваво-красные глаза и пытался вспомнить всё, что на протяжении семнадцати лет вкладывали ему в голову преподаватели по истории и философии религий. Память откликалась неохотно, но кое-что удалось выудить из темных закоулков. Ущербные знания позволили сделать неутешительные выводы.

Глава Праведного Братства, без сомнения, обладает способностью воздействовать на подсознание людей и отлично разбирается в психологии масс. Чтобы вызывать восхищение толпы, надо всегда держать ее на расстоянии. Чтобы вызывать священный трепет, надо окружать себя фанатиками, чей вид внушает уважение и страх одновременно. Но есть неоспоримая истина, которая гласит: «Верующие всегда с особенной яростью разбивают богов, которым поклонялись когда-то».

Глядя моранде в глаза, Адэр сжал-разжал кулаки. Ему не оставили выбора. Он вложит в руки верующих молот.

После быстрого перекуса на кухне все вновь собрались в одной комнате. На этот раз говорил Адэр. Стражи слушали, не выдавая чувств. Эш вышагивал из угла в угол, то и дело повторяя: «Это безумие».

Когда Адэр умолк, Эш остановился перед Криксом:

– Скажи, что это безумие!

– Безумие, – согласился Крикс. – Но это должно сработать.

– Нас восемь человек, – не успокаивался Эш. – Против… – Потряс перед носом Ютала руками. – Против тысяч. – Повернулся к Мебо. – Ты даже не клим. Ты полукровка. Что ты можешь? А Драго? Ветон наполовину…

– Зато ты чистокровный ветон, – оборвал его Адэр. – И сейчас мне даже не верится, что когда-то ты командовал защитниками.

– Братство укрепляло свою веру тридцать лет, – сказал Эш. – А вы собрались подорвать ее за три дня.

– Что ты предлагаешь?

– Поговорить с Отцом. Мирно, спокойно. Ему, как и вам, война не нужна.

Сцепив руки за спиной, Адэр сделал круг по комнате. Остановился возле окна. Глядя в светлеющее небо, качнулся с пятки на носок. Обернулся:

– Я хочу уничтожить Авраас. Я уничтожу его так же, как Зурбун – прогнившую общину тезов. А кто не со мной, покиньте поле боя.