ГЛАВА 36

ЛИЛИЯ – Мама, мамочка! – Мама! Моя голова просто раскалывается. Натягиваю одеяло посильнее, хочу накрыться с головой. Меня знобит. Кажется, дверь в мою комнату хлопает. Дети заходят и выходят, а у меня нет сил даже глаза раскрыть. Похоже, у меня жар, а может быть мне это просто снится. Если я заболела, то это конец. Мама далеко, а у меня трое пятилетних малышей. Мне даже лекарство некому дать, а у самой нет сил подняться. Сколько продолжается этот кошмар я не знаю. Но вскоре дверь хлопает, и мой нос улавливает знакомый волнующий запах. Его запах. Его широкая прохладная ладонь ложится на мой лоб. – Ты горишь, Лилия… я сейчас! Может, я в бреду горячки вижу на яву то, чего нет, ибо как тогда объяснить появление шейха в моем доме?! – Дядя Омар! – Мама заболела! – Мама лежит, не встает… Доносятся до меня детские голоса моих малышей. – Давно она так лежит? – спрашивает шейх с легким акцентом. – С утра не вставала, а уже день. – Сейчас будем вашу маму лечить. – решительно заявляет шейх. Потом все стихает. В следующий раз я прихожу в себя, когда мне на лоб кладут мокрую марлю. Вокруг меня врачи. Я дома, в своей спальне. Кажется, мне поставили капельницу. Мышцу жалит укол. – Дети… дети… – еле шевелю я губами. – С вашими детками все в порядке, с ними господин аль Шараф. – Мама! – Мы тебя любим! – Выздоравливай! – слышу я родные голоса. – Я люблю тебя, Снежная Лилия! – шепчет мне на ухо голос шейха. – Я присматриваю за детьми, не переживай! – Госпожа, я смотреть за детьми! Они сказать, какой еда любить, я готовить! – почему-то появляется в моем сознании ломанный английский Салимы. А она-то как здесь оказалась?! – Доченька, давай уже поправляйся! У меня скоро свадьба! Вот на голосе мамы я окончательно прихожу в себя. Открываю глаза. Я не дома. В богато убранной спальне в роскошном стиле. Сажусь на королевской кровати. Голова кружится. В глаза бьет яркое солнце. Окна приоткрыты и оттуда льется знойный ветерок. Где-то вдали будто чудится плеск волн. – Не так резко, доченька, – приговаривает мама, сидя рядом. – Ты еще очень слаба. – Мама… – разлепляю я губы. – Где я? Что это все значит? – Ты заболела, доченька. – мама подносит к моим губам стакан с водой, и я жадно выпиваю его до конца. – Резко свалилась с вирусом. Хорошо, хоть Амир, Амин и Дана сразу поняли, что с тобой неладное. Они подняли трубку твоего телефона, когда я звонила утром, и рассказали мне. – Боже, страшно подумать, как испугались мои малыши, бедные дети! – Они спасли тебя, Лиля! Я как узнала, сразу сообщила Омару, он тут же взял свой самолет и полетел за вами. – Значит, он мне не причудился? – Нет. Он тут же вызвал врачей, те поставили диагноз, и Омар привез тебя к себе. – А дети? – Вместе с детьми, разумеется! В комнату, на наши голоса прибегают мои карапузики. – Ты очнулась, мамочка! – Ты выздоровела! – Пойдем на пляж! Я обнимаю своих детей, и плачу от страха за них. Ну как я могла так расклеиться? Как могла так сильно напугать их? – Мама еще очень слабая. – напоминает бабушка. – Она еще неделю лежать будет, а на пляж пойду с вами я!