24

Из зала продолжала звучать веселая музыка. Дворяне снова потянулись танцевать. Ну и я пошла туда. Надо же как герцог увлекся танцами с Бяшей — даже на гномский шум не пришел.

Интересно, если бы я была не королем, а королевой — захотел бы он танцевать со мной? Пригласил бы меня? Да я б сама его пригласила! У королевы на все есть право!

Музыканты старались вовсю — дудки пищали, струнные звенели. Танцы были такими же незамысловатыми, как музыка — дамы и кавалеры то попарно сходились в центре, то расходились, то шли в хороводе.

Ни герцога, ни Бяши среди танцующих не было. Видимо, этот Дон Жуан уже ее в темный уголок — уволок. Мне взгрустнулось. Пойду-ка выпью еще вина и познакомлюсь с другими своими подданными. Когда я выходила через широкую стеклянную дверь, столкнулась с Рюменпуш. Она вдруг прижала пухлые ручки к пухлой груди и произнесла бархатно:

— Я так люблю танцевать, ваше величество!

Похоже, намекает, чтобы я ее пригласила.

— Похвально, — кивнула я важно и, обойдя ее, прошла мимо.

Жаль ее, но танцевать мне хотелось с герцогом.

Едва я сделала несколько шагов по дорожке, сзади послышался топот.

— Ваше величество, хотите, я покажу вам парк? — Это была, разумеется, баронесса Рюменпуш.

— Там темно, — сказала я.

— Я возьму фонарь! — с энтузиазмом вскричала Рюменпуш.

— Да я уже… Я устал.

— Мы на скамейке посидим! Вы там отдохнете — от всех.

Но не от тебя.

Мне пришлось сказать:

— Да я уже спать собираюсь!

— Я провожу вас до спальни!

Вот настырная. Такая любого принца на себе женит.

— Меня Ля Гуш проводит, — сказала я и крикнула для убедительности: — Ля Гуш! Ля Гуш!

Тот примчался от стола, держа в одной руке вилку с куском рыбы, а в другой — бокал. Я хотела извиниться, что оторвала его от еды, но потом спохватилась, что короли не извиняются.

— Я иду спать, — сказала я. — Проводите меня?

Разочарованная Рюменпуш пожелала мне сладких снов. Ля Гуш повел меня к еще одной двери — справа, сказал, что там еще одна лестница. Кусок рыбы он съел и вместо вилки взял в руку фонарь. А от бокала отпивал по пути.

Мы потопали по полутемному коридору к еще одной широкой лестнице — эта была каменной, в отличие от первой. Из парадной залы, слева, доносилась музыка и падали слабые лучи света.

— Очень устали? — спросил Ля Гуш.

— Да, — сказала я, вдруг и правда почувствовав страшную усталость. — День был суматошный…

Чего только не случилось за сегодня: падение в лужу в библиотеке, чудесное спасение от утопления в озере, драка с гномами, взошествие на костер, знакомство с самым красивым брюнетом во всех параллельных вселенных, подгонка королевского костюма, коронация, банкет…

Тяжелой рукой я сняла с головы корону.

— Да, — сказал Ля Гуш, — бумаги, которые мне передал для вас Инженьер, с чертежом новой летательной машины, попросил герцог де Гуз. Он сказал, что пока вы будете на банкете, он ознакомится с ними. Я не мог отказать…

— Да, пусть…

Мы поднялись на второй этаж и шли к королевским покоям.

— Герцог сказал, что будет работать в зале совета, — камердинер кивнул на дверь, оставшуюся позади слева. — И оставит бумаги на столе. Но если вы желаете, я принесу их вам прямо сейчас.

Герцог там? В шаге от моих апартаментов? Но он же сбежал с банкета вместе с Бяш…

— А как же маркизетта Бяш? — тихо спросила я. — Она куда-то скрылась с обеда.

— Кажется, я видел ее в парке с кавалером… — так же тихо ответил Ля Гуш. — Мне ее найти?

— Что? Нет, не надо!

Как чудесно! И вовсе он не с дамой в темном уголке, а сидит себе работает, когда все веселятся… Ох, мы с ним так похожи! Я в гостях найду интересную книжку и сижу читаю — еще с детства так. А во взрослом возрасте меня и на вечеринки почти не зовут — и это логично. Они думают, почитать и дома можно. Да я и не против. Дома никто не отвлекает.