35

Позади что-то грохнулось и гомон за столом внезапно смолк. Мы обернулись, я отпустила Мерлина.

Военный советник Шпагавон лежал навзничь на столе, а герцог де Гуз прижимал рукой его руку со шпагой к столу, а кинжал держал у горла. На полу валялся сшибленный канделябр и сломанные свечки. А бледный испуганный Инженьер, застыв, сидел на стуле и таращил глаза на Шпагавона.

— После поговорим, — сказал мне Мерлин и поспешил к столу: — Что такое?

— Он не смеет называть меня трусом! — прохрипел Шпагавон.

— Я всего лишь сказал, — спокойно сказал белый Инженьер, — что все люди боятся высоты, и поэтому…

— Все! Кроме меня! Я ничего не боюсь! — заорал Шпагавон и задергал ногами.

Герцог сжал сильнее его руку и шпага упала на пол, дзенькнув.

— Пожалуйста, если вам угодно, — вежливо сказал Инженьер. — Все, кроме вас.

— Другое дело, — миролюбиво сказал Шпагавон, и герцог убрал книжал от его горла и помог ему подняться со стола.

— Ну, тогда голосуем, — сказал Мерлин. — Запуск дирижабля. На деньги от дорог. Кто «за»? — И сам поднял руку.

Почти одновременно с ним взлетела рука Инженьера.

Рюменпуш демонстративно скрестил толстые руки на груди. Шпагавон, усаживаясь, посматривал на остальных — будто не знал, чего сам хочет.

Инженьер поглядел на него насмешливо. И Шпагавон, горделиво приосанившись, поднял руку:

— Я не боюсь этой вашей дирижабы.

Герцог усмехнулся.

Мерлин сказал:

— Остальные, значит, против? — и взглянул на меня.

— Трое на трое, — сказал герцог.

— Я не против, — сказала я. — Только я не хочу забирать деньги с дорог.

— И где вы предполагаете их взять? — спросил герцог.

— Придумайте что-нибудь, — сказала я.

Пять взрослых мужиков, владеющих замками и дворцами, не знают, где взять денег. И хотят, чтобы я, которая только вчера приехала, научила их, как облагоустроить собственную страну!

И вообще, меня сейчас больше волнует, когда я смогу домой попасть и починит ли Мерлин посох.

— Порассуждайте пока что и придумайте, — повелительно сказала я им. — А нам с Мерлином надо кое-что обсудить… — я приглашающим жестом показала на дверь.

Мерлин кивнул и пошел за мной. Как здорово я с ними разговариваю. Как настоящий король.

Зайдя за мной в мой кабинет и прикрыв дверь, Мерлин сказал:

— Вряд ли они что придумают. Взять с дорог было лучшим вариантом.

— А где вы обычно деньги берете… ну на всякие государственные дела?

— С дорог и берем.

Понятно, почему дорог так и нет. Но я вообще-то о другом собиралась с ним поговорить. То есть не то чтобы поговорить, а поставить ему ультиматум.

— Мерлин, — сказала я, — одно из двух. Или сейчас же отправьте меня домой или опять там время заморозьте. Иначе я брошу трон.

Мерлин нахмурил седые брови:

— Для любого из этих двух мне надо починить посох!

— Ну так почините! Вы же говорили обточить камень — пустяковое дело!

— Это не просто камень, а тяпис-ляпис! Его сначала добыть надо!

— И где вы этот тяпис-ляпис добываете?

— На кудыкиной горе! — прошипел Мерлин.

Ну и грубиян. Так хамить женщине! То есть — так хамить королю! Это уж вообще!

— Только никому об этом не говорите, — тихо попросил он.

— О чем?

— Об горе об этой.

Так это у них название — Кудыкина?

— Хорошо, — пообещала я.

— Хотя забраться туда не всякий сможет… Да еще пещеры найти… Ох, я сегодня намучился, пока добрел. Посох-то сломан! Круговертью не переметнешься никак!

А, это он о волшебном перемещении своем.

— Два часа наверх полз! — пожаловался он. — С рассвета! Да только зря! В пещерах — огонь полыхает, и не зайти! Так что ни ригариков вам, ни тяпис-ляписа!

— Огонь?! — удивилась я.

— Даже трава у входа выгорела.

Так вот почему старик весь в саже.

— Туда-сюда сунулся — все ходы пышут, будто печки.

— Вулкан там что ли?

— Да какой тебе вулкан! Это на Канальских островах вулканы. А у нас тут горы спокойные.

— Тогда чего они в огне?

— Не они в огне, а огонь в них.

— Ну и чего он в них?

— Откуда мне знать? Может, воздух за лето перекалился? Прошлое лето жаркое было. А может, ветер туда солнечную энергию занес.

Темные они тут все же люди. Поди там выброс подземного газа какого-нибудь.

— Что же теперь делать? — в отчаянии вопросила я. — Где еще можно этот ляпис взять?

— Не знаю, — нахмурился Мерлин. — Спишусь с братом — может, он подскажет.

— Он тоже — волшебник?

— Морган? Угу. Да только послабее, чем я. Так что особо умного совета не дождешься. Но все же…

Морган? Мне вспомнились легенды об Артуре.

— А я думала, у вас сестра, Моргана.

— Думал-Л-Л! — завращал глазам Мерлин.

Ой. Хорошо, что мы одни.

— Думал, думал, — повторила я, заучивая.

Мерлин укоризненно мотнул головой. Потом ответил:

— Какая еще Моргана? Морган, брат младший.

Другой вариант реальности, понятно. Если, конечно, вообще считать, что Мерлин и Моргана у нас — были реальностью.

— А он не может вам свой посох одолжать? — встрепенулась я.

— У него там камень другой. У каждого друида — свой, ему согласный.

Я кивнула со вздохом. Понятно.

— Не печалься. Пещера может остынет, подождем.

— Сколько ждать? У них же там время идет! В моем мире!

— Не так уж быстро идет — ты тут день да ночь, а у них всего час прошел!

— Но… через неделю там уже вечер будет! А через две — вообще — ночь!

А если я не явлюсь к ночи и не позвоню — родители меня во всепланетный розыск объявят, это точно. Было уже дело.

— А позвонить им отсюда нельзя? — спросила я. — Ну, как-то связаться.

— Через зеркало, — сказал Мерлин.

Да уж. Не хватало их сумасшедшими сделать.

— А звонить ты хочешь — в колокол, что ли? — задумчиво спросил Мерлин.

— По телефону, — сказала я. — Такая штука… Чтобы разговаривать на расстоянии.

— Хм.

— А если вы почините посох — там время снова застынет?

— Починю, передам силу от старого посоха новому — специальный обряд проведу. Тогда да. Все будет по закону.

Это, видимо, будто все со старого диска на новый скопировать.

— Ладно, — кивнула я, — одну неделю я уж подожду. — И направилась в зал совета.

— Прекрасно! — беззаботно сказал Мерлин, шагая за мной.