54

Зато гольштанцы были довольны — или, по крайней мере, ужасно впечатлены. Кто-то захохотал, кто-то спросил: «А чего она стриженая?», кто-то вежливо крикнул: «Ура!»

Гномы затянули хором, звякая в такт бутылками и стуча фляжками:

— Ба-ба-ба-ба,

Бу-бу-бу-бу!

Хорошо, что не «бе-бе-бе-бе».

Я приветственно махала им руками и улыбалась.

— Зайди во дворец, дурында! — грубо крикнули за спиной.

Я обернулась: в дверях балкона стоял Мерлин и сердито хмурил седые лохматые брови.

Я обиженно поджала губы, сказала:

— Не смейте обзываться. Я ваш король. То есть, королева.

— Нет, — сказал Мерлин. — Ни то и ни другое.

— Вот еще. — Чего это он городит? У меня корона на голове, вообще-то. Которую он сам на меня надел.

А этот длинный (как я, примерно) старикашка подскочил, захапал корону и сказал скрипуче и вредно:

— Я короновал Льва, мужчину. А ты — не он. А она. И как там тебя зовут? — совсем невежливо спросил он.

— Аля, — сказала я с вызовом. И добавила: — Ну так коронуйте меня еще раз. Уже как Алевтину.

— С чего это вдруг? — прищурился он сердито.

— С того, что вы сами сказали, что я единственный наследник!

Он нарочно мне голову морочит? Испугать хочет, что без короны останусь? Может, еще в тюрьму отправит — только за то, что я женщина?

Я гордо скрестила руки на груди — чуть ниже прекрасного декольте. И где герцог? Мог бы и заявиться. Я ради него так разоделась! И вообще ради него весь этот каминг-аут совершила, между прочим! Мужчины — неблагодарные бессердечные существа, честное слово!

— Мангольд зеленый и авокадо! — выругался Мерлин длинно. А потом ворчливо сказал: — Да, наследник ты был единственный. А вот наследница и помимо тебя есть, и прав у нее больше.

Он шутит? Правда, что ли?

— Почему прав больше? — спросила я, сбавляя гонор.

— Потому что она старше.

Подумаешь, могу и не быть королевой. Я не гонюсь за титулами. Выйду за герцога и стану герцогиней. Все же я поинтересовалась:

— И кто она?

— Брунгильда Бабсбург, — раздалось от двери, и в приемную вошел бледный и злой герцог. Мой герцог. Который смотрел на меня как на врага! — Могли бы посоветоваться с нами, прежде чем объявлять, — сказал он колюче.

— Но я король, то есть, была королем, — сказала я гордо. — А король может сам издавать указы, ни с кем не советуясь.

Герцог только молча сверкнул глазами и, казалось, хотел выругаться, но сдержался.

Кто она такая, эта Брунгильда, что они так на меня рассердились? Ее имя мне ничего не говорило. Хотя… Где-то тут я его слышала. А не про Бабсбургов ли Ля Гуш говорил, что они уже два года нам друзья? Да-да. А еще, что они имеют привычку викингов нанимать, чтобы побить гольштанцев.

И эта врагиня-неврагиня станет тут всем заправлять? Хотя, может, она милая девушка или женщина (если уж старше), просто живет в той дикой воинственной стране…

А Мерлин сообщил:

— Брунгильда — принцесса Бабсбургерии. И она на полгода старше вас.

— Всего на полгода! — воскликнула я.

— Но старше, — сказал Мерлин.

Но среди пяти королевских кланов Гольштании, которые перечислял мне Мерлин, никаких Бабсбургов не было! Там же были смешные фамилии, вроде моей Длин — Ослинг, кажется, потом Блин или как там их… И ничего похожего на Бабсбург… Вроде бы… И я возразила Мерлину:

— Но вы сказали, ее фамилия — Бабсбург.

— Ну и что, — сказал Мерлин. — Ее прадед был из рода Хрюн. По линии матери. — Мерлин вздохнул и добавил: — Хорошо, что по закону ее мамаша не имеет права занимать два трона — а то бы мы ее получили в королевы.

Как им эти женщины из Бабсбургов не нравятся, надо же!

Я произнесла неуверенно:

— Ну, я могу отменить указ.

Мерлин сказал:

— А ты теперь не король, чтобы указы отменять. Тем более что об указе ты на весь мир объявила!

Я виновато сказала:

— Ну, может она будет ничего себе королевой. Под вашим руководством. Вы бы ее направляли.

— Она сама кого хочешь направит, — пробурчал Мерлин.

А мой герцог закусил губу и еще более попасмурнел. И на меня взглянул с досадой! Ну — королева, ну — Бабсбург. Но наши отношения-то при чем?

Я хотела позвать его на приватный разговор в кабинете, но едва раскрыла рот, как с балкона впрыгнул в комнату Ля Гуш и сказал:

— Там какие-то корабли к берегу идут.

Мерлин и Валантьен де Гуз переглянулись.

— Они не могли так быстро, — сказал герцог.

— Если только не узнали заранее, еще до объявления, — сказал Мерлин. И повернулся ко мне: — Вы вчера ни с кем своими планами об указе не делились?