10

Я чуть не сказала, что я. Но Мерлин быстро рявкнул:

— Потомок Пипина.

Робин слегка задумался:

— Пипин? Это который коротышка был и любил брагу?

— Нет. Который был длинный и любил пиво, — ответил Мерлин.

— А! — воскликнул Робин радостно. — И в нем утонул?

— Да, — хмуро ответил Мерлин.

— Спасибо за капусту, — сказал Робин и шагнул от телеги. — Ейзжайте.

Крестьянин, который уже забрался на свое место, тронул телегу вперед. Телега подпрыгнула на кочке и меч звякнул о ведрошлем, лежавший рядом.

Робин с высоты своего роста заглянул в телегу и быстро схватил шлем:

— О, новый котел мне как раз нужен.

— Там дырки! — возмутилась я.

— Подлатаю, — пообещал Робин и улыбнулся.

Когда мы отъехали немного и разбойник скрылся в лесу, я спросила Мерлина сердито:

— Почему же вы его не заколдовали? Он даже шлем забрал!

Не то чтобы это ведро было мне дорого или я мечтала снова водрузить его на голову, но как же королевское достоинство или честь — что там должно быть у короля и его доспехов?

— Чтобы мы все на воздух взлетели и приземлились неизвестно где? — спросил Мерлин. — Или чтобы вообще на атомы расщепились?! — крикнул он. И добавил ледяным тоном: — И, кажется, я уже говорил — никогда не тронь посоха!

Откуда он про атомы знает? Какой просвещенный старикашка.

— Извините, — сказала я. — Но вы так крепко спали. Должна же я была нас защитить.

Мерлин только хмыкнул скептически. Потом сказал наставительно:

— Король должен быть благоразумным! И если видит, что силы противника намного превосходят… Короче, не связываться со всякими придурками…

— Но это же несправедливо! — возмутилась я. — Грабеж среди бела дня!

Мерлин только пожал плечами. А возница, повернувшись, сказал:

— Ночью тут можно ездить сколько угодно. Ночью они не грабят.

— Почему? — удивилась я.

— Спят наверное, — пожал плечами крестьянин.

Потом я вспомнила о короле Пипине, который был моим предком, хотя и дальним-предальним. Насколько, кстати?

— А в каком веке жил Пипин? — спросила я.

— Лет сто назад, — сказал Мерлин.

— А портрет его у вас есть?

— Как же. Во дворце, в королевской галерее, — сказал Мерлин.

— Я на него похожа? — не удержалась я — терпения не было ждать, пока доедем, и сравнить самой.

- Похож-ж! — прожужжал Мерлин, сверкнув на меня очами из-под седых нависших бровей. — Длинный ты такой же!

— А как же он, — сказала я после некоторого размышления, — такой длинный и всего лишь в бочке утонул?

— Так то не простая бочка была, а дюжинка.

— Дюжинка?

— Дюжина баллонов туда вмещается.

Спрашивать, сколько литров в их баллоне, я не стала. Какая разница. Да и знакомы ли тут с метрической системой, неизвестно.

— Помню, снимали мы пробу с нового пива, в королевской пивоварне, набрались уж порядочно — и Пипин самолично полез в подвал отведать какие-то особые сорта, ну и свалился с ковшом в дубовую дюжинку…

— То есть… — опешила я, — вы сами там были, в той компании? Это ж сто лет назад, вы сказали… Сколько же вам лет?

— Сколько надо, — хмуро ответил Мерлин и больше ничего про моего королевского предка не рассказывал.

Мы выехали из леса безо всяких дополнительных встреч. Только слышались где-то вдалеке, в чаще, пересвисты.

— Их много, разбойников? — спросила я. У Робин Гуда-то целая банда была. Включавшая и попа, и жену, и кого там еще…

— На много пропитания не хватит, — сказал Мерлин. — Вроде, еще двое сподручных у этого олуха.

— А почему его не арестуют? — спросила я.

— И что? — сказал Мерлин. — Корми его потом бесплатно.

— Он и так бесплатно кормится.

— Ну по крайней мере не нужно ему помещение предоставлять и поварам дополнительной работы не задает. Убытки одни.

Любопытное рассуждение. А то, что он у людей капусту со шлемами забирает — это, значит, не убыток! По-моему, у них в Гольштании порядок надо навести.

Мы въехали на зеленый-зеленый холм с кустиками, цветущими мелкими желтыми цветами, и я его увидела. Мой дворец. Возле моря.