Глава 18

Ей и вправду было уже стыдно, что они вот так вломились в чужую личную жизнь, а теперь ещё и угрожают ни в чём не повинному… кхм… человеку.

— Вы кто такие? — хриплый голос шерстяного низко прозвучал над поляной. — И что вам от нас потребовалось?

Девушка на его коленях всхлипнула, обиженно озираясь на помешавших им двух ненормальных.

— Мы, это, подумали, ты съесть её хочешь, — Емеля, поняв, что девушке на самом деле ничего не угрожает, испытывал теперь то же смущение, что и Василиса. — Ты только что сам угрожал! Мы всё слышали!

— Дык, это… Игра у нас такая, — спокойно пояснил шерстяной. — Любим мы друг друга давно, никто никого есть даже не собирается.

— Если любите, чего тогда прячетесь? — не переставая удивляться происходящему, спросила Василиса.

Волк тяжко вздохнул.

— Потому что вся родня против нашей свадьбы. Оборотень я, вот и взъелись на меня и мамка, и бабка возлюбленной, то охотников обещали нанять, чтобы от шкуры, значит, избавить. То ещё чего похуже… Вот и приходится встречаться тайно, как преступники.

— Так вот ты какая, Красная Шапочка, — задумчиво произнесла Василиса, всё ещё удивляясь, какие метаморфозы произошли с той милой девочкой, о которой в своё время писал Шарль Перро. — В наших сказках тебя совсем по-другому описывали…

Та, опустив глаза, наконец нашла в себе силы слезть с Серого Волка и одёрнуть до неприличия короткое платье, прикрыв декольте плащом.

— Каких ещё сказках? — капризно протянула она, поняв, что опасности от незнакомцев ждать не стоит.

— Ну уж точно не в русских народных, — продолжала напрягать извилины в мозгу наша Вася. — И, самое удивительное, вы здесь не первые «из-за бугра». Так что, всё-таки, происходит?

Вопрос был обращён не к кому-то конкретно, а, скорее, в пустоту.

— И давно вы здесь? — резко переключилась она на Волка и его возлюбленную.

— Да не очень, — ответил Серый. — Не поймите неправильно, нас всё здесь устраивает. Мы даже поначалу не поняли, что что-то не так: лес такой же, бабка и мамка на месте… Только потом осознали, когда подальше зашли. А так… Нам, в общем-то, без разницы, где жить. Лишь бы пожениться дали…

Емельян сочувственно вздохнул. Видать, вопрос женитьбы и его волновал очень остро.

— А вы сами кто такие будете? — спросила Красная Шапочка, косясь на посох со светящейся черепушкой.

Честно, но отвечать на этот вопрос молодым людям уже поднадоело.

— Да мы тут мимо проходили, не обращайте внимания, — зевнув, сказала Василиса.

— Ааа, — протянула Шапка, будто что-то поняв. — А я думала, вы на нечисть охотились, или там за мертвяками какими. Встретился нам тут недавно один…

— Чего⁈ — глаза Емели на лоб полезли, а сердце Васеньки в пятки ухнуло. — Какой такой мертвяк⁈

Ну, здравствуй — опа, Новый год! Мертвяков им ещё не хватало! Спящая царевна она вроде тоже как под эту категорию подходила, и всё же была живой. Хоть и спала в хрустальном гробу. Короче, всё было сложно, но вполне объяснимо.

— Мертвяк как мертвяк, — задумалась девица, видимо, не в состоянии выдать большего. — Белый, мёртвый, ходячий…

— Вы же не думаете, что мы его долго рассматривали? — усмехнулся оборотень. — Дрипальнули так, что… Ну, вы поняли.

Василиса почувствовала, как от страха перекашивается её лицо. Она взглянула на Емелю, тот был хмур, и страха пытался ничем не выдать. Лишь коленки слегка постукивали одна о другую.

— Нам, кажется, пора, — Василиса взяла Емелю за руку, посильнее стиснув посох в другой.

Они попрощались с Красной Шапочкой и Серым волком, и те, кажется, были рады наконец избавится от непрошеных навязчивых гостей.

Уже отойдя на значительное расстояние, Василиса решила заговорить.

— Как ты думаешь, что это за мертвяк? Есть предположения?

Емельян покачал головой.

— Даже предположить не могу. Но мне это не нравится. А ну как из-за этого искажения магии сюда толпы мертвяков хлынут?

— Да уж, нежелательный вариант, — холодея от ужаса собственного воображения, произнесла девушка. — Но, может, эти двое чего напутали?

Емеля пожал плечами, но ничего не ответил. Вскоре они добрались до места ночной стоянки, где всё так же на разные лады храпели Прокопий и Котофеич, и ничего их не беспокоило и не смущало. Даже клубочек смирнёхонько лежал, не подавая признаков жизни — то есть, спал крепко, или как это у волшебных клубков называется?

Василиса же не была уверена, что сможет спать так же безмятежно, как эти трое. Вернее, она была уверенна, что после последних новостей не сомкнёт глаз вовсе, слишком уж волнительно они звучали. Но тут на выручку пришёл Емеля.

— Спи, Василисушка, тебе отдохнуть надо, — его усталая улыбка была обращена к девушке. — А я посторожу покамест, да за костром послежу.

— А ты как же? Тоже ведь устал… — искренне забеспокоилась Вася.

— Ничего, потом отдохну, — ответил тот.

И Василиса с благодарной улыбкой закрыла глаза, проваливаясь в сон.

* * *

Никто и предположить не мог, что за кустами, которые росли рядом с местом их встречи с Оборотнем и Красной Шапочкой, тёк ручеёк лесной, глубокий. И всё то время, что они разговор вели, некто холодный и сырой, высунувший из воды всего два уха, подслушивал их разговор. А после того, как разошлись они в разные стороны, погрузился он опять в воду, лишь пузыри на поверхности показались. И опять стало тихо и темно, как в страшной сказке.