Глава 30

Путешествие по горам — это вам не развлекательная прогулка по лесу в своё удовольствие. Тут каждый камешек так и норовит выскользнуть из-под ноги, играючи скинув тебя с обрыва, в бездонную пропасть. А то сверху посыплет — мама не горюй, камнепад решит устроиться сам собой, тут хоть караул кричи, а прятаться почти негде. И только на пологих местностях Василиса могла вздохнуть спокойно, отдышаться, так сказать, тихо про себя проматериться. Чтобы, отдохнув, снова двигаться в путь, с натянутой улыбкой, подбадривающей команду и осознанием того, что злополучный меч скоро всё-таки окажется в их руках и лапах!

Логово Змея Горыныча они приметили издалека, как и говорила его сестра, на самом краю Кудыкиных гор. Тонюсенький дымок струйкой поднимался к небу, и пахло жареным — во всех смыслах. Но отряд, молчаливо посоветовавшись одними только взглядами, уверенно двинулся в нужную сторону, не останавливаясь ни на секунду.

И вскоре их взору предстал тот самый былинный Змей о трёх головах, Горыныч. Он был здоров, жизнерадостен и голоден. Одна из голов его напевала какой-то старинный мотив, жутко фальшивя, вторая дремала, а третья дула на зажаристую ножку, должно быть, кого-то большого зверя, приготовленную только что на костре.

И запах при этом здесь царил обалденный!

Емеля, глотая подступившие к губам слюнки, покрепче сжал богатырский меч, и громко так произнёс:

— Ну, здравствуй, чудище трёхголовое!

Та голова, чей обед был прерван, замерла, медленно обернувшись на голос богатыря; дремлющая приоткрыла лениво один глаз, а напевающая умолкла, с любопытством уставившись на пришедших.

— Кто посмел побеспокоить меня в час обеденный⁈ — рявкнуло чудище так, что поднялся лёгкий ветер, пригнувший редкие деревца, здесь росшие.

Василиса, поймав едва не сваливший кокошник, покашляла, прочищая горло.

— Расслабься. С миром мы пришли…

— С миром они, — пробурчало чудище «голодной» головой. — Пожрать спокойно не дают… Убирайтесь, пока я вас вместо этого барана не слопал!

Было видно, что по лицу Емели скатился пот — то ли от лишнего перенапряжения, то ли от откровенного страха, но не сделал он ни шага назад, лишь ещё крепче сжал свой меч, готовясь к бою. Прокопий Котофеич благоразумно держались в сторонке, чтобы, ежели чего, со всех сил тикануть наутёк.

— Прошу прощения, что мы пришли не вовремя, — продолжила дипломатию Васенька. — Но нам нужен меч-кладенец, Ваша сестра сказала, что Вы можете нам в этом помочь…

«Голодная» голова принялась что-то бурчать, а «дремлющая» при этом разлепила второй глаз, с ещё более нарастающим интересом визуально изучая незваных гостей.

— Подожди, Евлампий, дай на умных людей посмотреть, пообщаться так сказать, на высшем уровне, — томно произнесла она совсем другим голосом. — Видишь, весточку от Змеи Горынчны принесли…

— Евлампий⁈ — ахнула девушка. — Вас что, и зовут по-разному⁈

— Конечно, — подтвердила «дремлющая» голова. — Меня Харитоном кличут, а это (он кивнул на всё ещё замершую в недоумении «поющую» голову — Аристарх.

— Вот это да… — протянула Василиса.

— Да чего с ними разговаривать, сожрать да и точка! Ходят тут всякие, обедать мешают! — вновь заартачился Евлампий.

— Ах, простите его! — высокопарно произнёс Харитон. — Он невыносим, когда голоден…

— А Вы?.. — у Васеньки как-то само вырвалось.

— А я… я на диете. Мечтаю похудеть, знаете ли… И если бы эти двое так не бесчинствовали… нет, вы только посмотрите на мой живот!

Две другие головы машинально, вместе с остальными, уставились на круглое брюха Змея Горыныча, потрясываемое, должно быть, с помощью Харитона, мощными кожистыми лапами.

— Нормальный живот! — тонюсеньким голосом произнёс Аристарх. — Вечно ты со своими глупостями!

— Здоровый образ жизни — это не глупости, — возразил Харитон. — Как-нибудь вы оба это осознаете, когда тело станет слишком тяжёлым, чтобы подняться в небо…

Василиса вновь вежливо покашляла, привлекая к себе внимание — кажется, головы на одном могучем теле, могли спорить до бесконечности, совершенно забыв о пришедших.

— Так что там с мечом-кладенцом?..

— Ах, это, — вернулся к разговору Харитон. — К сожалению, у меня его нет. Но я, кажется, знаю, где искать этот меч…

— И где же? — у Васеньки от нетерпения даже ладони вспотели.

— Не говори им! — взбеленился Евлампий. — С едой вообще обычно не разговаривают, а он ещё и секреты выдаёт!

— Но-но! — решил вставить словечко Емеля, но Василиса на него показательно шикнула.

Харитон закатил выпуклые кожистые глаза к небу, всем своим видом показывая, что стыдится другой своей головы. Но продолжил.

— Меч-кладенец — это оружие против Кощея, — начал вещать он как онлайн-википедия с озвучкой, а потом и вовсе пустился в поэзию. — Висит он на дубе высоком, в ларце широком, в зайце белом, в утке серой, в яйце золотом, под мнимым мостом…

Емеля осторожно посмотрел на Васеньку и чуть заметно покрутил пальцем у виска.

— Чушь какая-то…

— И вовсе не чушь! — воскликнула Василиса. — Знаю я эту сказочку, вот только…

— Ага, и как это меч в яйце может поместится? — не унимался Емельян, туго соображая.

— А никак, — возбуждённо ответила девушка. — Может, это и не меч вовсе. А загадка, которую надо разгадать!

Она вышла чуть вперёд и поклонилась Горынычу.

— Спасибо тебе, Харитон! За помощь, за ответы, да и вообще за всё! Пора нам в путь-дороженьку, пока солнышко не село…

— Куда⁈ — взревел тут Евлампий. — И никуда-то вы не пойдёте, да ещё с тайной, этим дурнем выданной! Нам проблемы с Кощеем не нужны!

Он уже поднатужился, чтобы поджарить наших героев огнём, но тут ему внезапно прилетело от Харитона.

— Я сказал, хватит жрать! — интеллигентная голова, оказывается, дралась очень неинтеллигентно.

Евлампий, закряхтев, выплюнул на землю выбитый клык.

— Ах так! — заревел он ещё громче. — Получай!

— Мальчики, не ссорьтесь! — это уже попытался вклиниться Аристарх, но ему тут же досталось.

Василиса вновь застыла с открытым ртом, понимая, что в жизни вечно можно было смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода и как сказочное чудовище дубасит самого себя, выясняя отношения между своими же головами.

— Бежим! — Емеля дёрнул её за руку, приглашая как можно скорее намылить лыжи. — Пока ему не до нас…

Васенька, кивнув, последовала его совету. Надо было спасться и как можно скорее.