46. Эмерида

– Кирилл! – позвала я еще раз, высунувшись по плечи из трубы и оглядываясь. Туалетная комната была точь-в-точь как моя, но зеркальная. Дверь открылась, в нее с опаской в глазах заглянул мальчишка лет восьми на вид, худенький (что меня обрадовало, ведь тащить жирненького по узкой трубе было бы проблематично), с волосами цвета соломы, голубыми глазами и веснушками на носу. – Эмерида? – на всякий случай уточнил он. Я кивнула. – Давай быстрей руку, бежим отсюда! – сказала и протянула к нему свои конечности. – Ты прямо как Брюс Уиллис! – восхищенно протянул он, цепляясь за меня и заползая в трубу. Со стороны это могло показаться легко, но попробуйте сами втянуть жилистого пацана. Я чуть не издала неприличный звук от натуги. Тем местом, которым нормальные девушки обычно звуков не издают. Уф! – Не знаю, кто такой этот Брюс, – проворчала, пятясь как каракатица, назад, – но я себя чувствую крысой из канализации. Ох, и неудобно же было мне двигаться задом-наперед! Ремень вдавливался в живот до боли, ногами я нащупывала, не провалюсь ли в идущую вертикально трубу, а локтями периодически ударялась о стенки. Ну и грохот, конечно, мы создавали соответствующий. Как сюда еще не сбежались все ведьмы – не представляю. Наконец, доползла до изгиба, кое-как развернулась и спросила: – Что бы сделал твой Уиллис в этой ситуации? – Наверное, он бы пополз направо, – задумчиво выдал мальчик. – Меня когда вели по коридору, я обратил внимание, что все помещения находятся с одной стороны, с другой – просто стена. Что за ней – непонятно, но скорее всего улица. Я думаю, он бы пополз туда. Вдруг нам повезет, и мы выберемся наружу? Надо спешить. Потому что наше исчезновение быстро обнаружат, и что сделают – неизвестно. Вернее, убьют нас, конечно, особенно меня. И меня тоже особенно, наверное, убьют. Эх, и чего мне не сиделось в доме Алекса? Попивала бы сейчас чаек, любовалась на движущуюся картину, не помню, как она там называется, а сейчас что? Ползу по грязной трубе в компании мальчика. Тьфу, в общем, а не царская дочь! Но что уже сейчас об этом думать? Потерявши голову, по волосам не плачут. Стараясь создавать поменьше грохота, я передвигалась в темноте, следом за мной Кирилл, впереди – неизвестность, позади – опасность. Труба неожиданно сделала резкий поворот. Я больно ткнулась головой в изгиб, ойкнула, потом бочком-бочком протиснулась туда и замерла, ощупывая пространство впереди руками. Вроде, все на месте. Можно двигаться дальше. Было темно и пыльно, нос чесался, глаза слезились, зато впереди замаячил свет. Ура! Кажется, мы добрались до выхода. Ну или где-то близко! Надеюсь, не в эпицентре ведьминского присутствия, а подальше от них. В общем, уже подползая к решетке, я поняла, что наш побег почти удался – пахнуло улицей, и стал ощущаться ветер в лицо. – Кажется, добрались! – прошептала ползущему следом Кириллу. – Ты сразу не выглядывай! – посоветовал он. – Вдруг там охрана или что-то подобное. Хорошо, что предупредил, а то я намеревалась выбить решетку и высунуть голову, осмотреться и потом решить, вылезать или нет. Вот же голова садовая, Эмерида! Осторожно, почти не дыша, я добралась до конца трубы, прилипла моськой к решетке и попыталась рассмотреть хоть что-то снаружи. Ага! Так мне это и удалось! Прямо напротив нашего возможного выхода росло дерево, которое своими ветвями упиралось в стену и закрывало весь обзор. Был там кто-то или нет – неизвестно. – Кирилл! – тихонько позвала я. – Тут дерево. И ничего не видно. Рискнем? Мальчик вздохнул. – Брюс бы рискнул, – сказал с сомнением в голосе. – Наверное. В общем, я не знаю, кто такой этот герой, что так запал мальчишке в голову, но он явно рисковый парень. Я, выходит, тоже рисковый парень, так как ударила кулаком по решетке, но она не поддалась. Это внутренние были слабо приделаны к стене, тут же, похоже, крепили основательно. – Не получается! – пропыхтела возмущенно, толкая обеими руками. – Надо бы ногой, конечно, – вздохнул Кирилл. – Только как тут развернешься? Я задумалась. Теоретически, я бы могла развернуться, если доползти до развилки. Но это же надо будет двигаться ногами вперед, и сначала должен пройти Кирилл, а я опасалась, что он может свернуть куда-то не туда и упасть в вертикальную трубу. Нет, не вариант. Надо как-то так прорываться. Отдышалась и снова попробовала, упершись плечом в решетку и нажимая на него с силой. Вот же гады! Замуровали, демоны, на совесть! Наконец, мне показалось, что крепления поддались. Раздался негромкий скрип, я усилила нажим, чуть не лопнув от натуги. – Эмерида, мне кажется, я слышу голоса! – прошептал Кирилл. Мы замерли. В тишине мне начало казаться, что сердце стучит оглушающе, как колокол – бум!-бум!-бум!. – Мне страшно! – мальчик прижался к моей ноге и вцепился крепко пальцами. Я слышала, как он тяжело дышит, как едва слышно хлюпает носом, и сама старалась не расплакаться от страха и бессилия. Вот она – свобода, чуть поднажми, и окажешься снаружи, но недостижимо. Голоса приближались. – Далеко не могли уйти! – сказал кто-то грубо. – Здесь они где-то. Все шахты ведут наружу. – Сейчас запущу поисковое заклинание, посмотрим, куда наши мышки уползли! – хохотнул второй. Оба были мужчинами! В голове не укладывалось, как они могут быть ведьмами. Или они помощники? Или ведьмаки? Разве такие бывают? – Эми! – заскулил внезапно Кирилл. – Я чувствую силу, они сейчас шарахнут! Уже не таясь, я сама шарахнула по решетке и чуть не вывалилась следом за ней, когда та упала вниз. – Быстрей! – обернулась я, встретившись взглядом с испуганными синими глазами и, вцепившись в ближайшую ветку, рванула наружу Кирилл выполз следом и тоже перелез на дерево. Мы сидели, как две испуганные обезьяны – позади серое здание, под нами не меньше четырех метров высоты, и из-за угла уже выворачивали мужчины в одинаковых черных комбинезонах. – Они где-то здесь! – прокричал один, еще не замечая нас в ветвях. – Вышли из шахты с этой стороны! – Что нам делать? – я обернулась на мальчика. – Как бы твой Уиллис поступил? – Я не знааааю, – глаза того постепенно наполнялись слезами. – Он бы драааался! И победил всеееех! А я не могу драться, я еще ребенок! Я боюсь! – Значит, я буду драться! – ответила излишне бодрым голосом, отчаянно надеясь, что нас не заметят снизу.