Глава 16
Я какое-то время нелепо гипнотизировала номер Фета в памяти коммуникатора. А затем все же решительно нажала кнопку вызова.
– Да! – тотчас откликнулся варвар и голос его звучал так, будто дарвийцу подарили то, о чем долгие мечтал. Или даже не так – не мог и мечтать. – Лена! Говори!
Он не извинялся, но голос был такой радостный, обрастал надеждой, теплом… Что я продолжила диалог, хотя изначально еще сомневалась в правильности решения.
– Только не думай, что я простила тебя, и мы снова сможем начать общаться, как раньше! – предупредила я первым делом. Фет усмехнулся:
– Хорошо. Я все равно только о тебе и думаю.
– И на работе?
– Нет. Там я думаю только о том, чтобы до конца выполнить свой долг. Но едва заканчивается операция, в мыслях только ты… Это правда.
– Давай мы пока все это отложим. Я еще обижена и дико зла.
– Я понял. Но уже готова о чем-то просить. Значит, у меня снова появился шанс стать полезным тебе. Говори.
– В общем…
Я изложила все, что узнала от Иу.
Фет выслушал молча, даже не поддакивал. А затем произнес:
– Жди. Я войду в базу попаданцев. Посмотрю про детей. Но мужа-то у тебя здесь нет! – в его голосе звенели победные нотки.
– Фет! – одернула я дарвийца.
– Уже ищу! Чего ты? – невинная интонация Фета меня насмешила. Хотя напряжение нагнеталось. Я понятия не имела – что с Витей и было ощущение, что все очень сложно. Эта фраза крутилась в голове и чудилось – найти сына, это еще далеко не все. Раз его по какой-то причине «стерли» из моей жизни, существует причина.
Близких не разлучали при попадании. Я знала точно. Сестры, братья, мужья и жены были вместе и в Галактике будущего. Еще недавно я думала – может муж тоже попал, и мы друг друга забыли. А те супруги помнили, поэтому остались семьей.
Но вот сейчас, пока Фет рылся в секретной базе, вдруг пришла пугающая, сбивающая с ног мысль.
Я не слышала ни про одного попаданца-ребенка, пока пребывала в центре для адаптации!
Там, откуда нас направляли в разные места Галактики: на работу, на службу, на временное проживание.
Там нам рассказывали о новом мире, читали лекции что тут и как, проводили нечто вроде «погружения в местную реальность». Демонстрировали, как работает та или иная техника. Как пользоваться местной сетью, как общаться с другими расами…
В общем, давали полный ликбез. И там я не видела ни одного ребенка! Вообще никого младше восемнадцати лет! Но ведь туда стекались попаданцы со всех аномалий! Там были и пожилые, которых омолаживали по полной, оздоравливали дольше остальных. Были девушки и парни, взрослые разных возрастов.
Но при этом ни единого ребенка! А ведь в самолетах летали и дети! В каждом! Да и в нашем их было много!
Не знаю почему я до этого момента о подобном не размышляла. Почему эта деталь постоянно ускользала от мысленного взора.
– Лена? – вдруг позвал Фет. – В общем, кидаю тебе досье. Вкратце. Оказывается, у нас очень много попаданцев детей. Но все они находятся в специальном секретном медцентре, где их тщетно пытаются вылечить. У детей при переходе между измерениями травмируется мозг и нервная система, после чего они впадают в кому…
– Лена?
– Лена?
Я так и стояла, глядя на коммуникатор, и в глазах становилось мутно – подступали слезы. В груди будто пылали сотни костров, кулаки сжались до боли в суставах.
Мам? Ну пойдем уже домой, а? Ну пожа-алуйста!
Звенел в голове голос Вити.
Мам?
Он что-то чувствовал, подозревал. А я… я… я посадила его на этот самолет! И я обязана его вытащить!
– Фет! Пожалуйста, мне нужно найти сына. Его зовут Витя! Витя!
– Лена… – Фет тяжко вздохнул. И я поняла – дело дрянь.
– Что? – едва выдавила из себя.
– Они все в центре. По твоему описанию детей много. И… нам не дают разрешение на поиски внутри заведения. Только, если мы конкретно будем знать все приметы ребенка… Иначе – говорят нарушение секретности и закона о личном пространстве. Каждый ребенок, что попадает сюда, имеет право, чтобы его не разглядывали, как подопытного кролика в поисках потерянного. Я сразу же, как только нашел информацию послал запрос… Надо думать, как дальше действовать.
– Я-а-а… Не помню. Не могу вспомнить, как он выглядел и сколько ему лет! – я пыталась сдержаться, но голос сорвался на рыдания. – Фет! Ну сделай же что-нибудь! Пожалуйста! Я должна найти его! Помоги, Фет!
– А потом? Эрханцы не могут лечить мозг и нервную систему. Ты ведь знаешь!
– Я хочу попробовать в связке с Рахом и Шальтрой. Когда мы исцеляем вместе это не так…
– Я понял. Я буду пробовать. Дай время…
– Фет! Пожалуйста! Все, что угодно! Это я, я виновата! Я посадила сына на этот самолет! Я повезла его с собой в отпуск!
– Я понял. Леся… Я сделаю все, что смогу и больше. Все, что угодно, чтобы не слышать, как твой голос звучит так… Пожалуйста, успокойся. Я этим займусь. И позвоню, как только появятся новости.
– Хорошо, – выдохнула я.
Сбросила вызов, упала в кресло и разрыдалась.
Мам? Ну пойдем уже домой, а? Ну пожа-алуйста!
Боже! Почему я его тогда не послушала???
Вызов пришел как нельзя более вовремя. В космос, на захваченный террористами транспортник.
Я бы просто свихнулась, если б не служба.
Стоило нам с Шальтрой прибыть к указанному ле-порту, как Фет решительно приблизился ко мне, заглянул в глаза и негромко уточнил:
– Ты точно сможешь работать? Ты в порядке?
– Фет! – почти вспылила я. – Я только работать сейчас и могу! Уж поверь! Это лучше, чем ждать вестей и тихо сходить с ума. Я собрана, я здесь.
– И мыслями тоже?
– Да! Потому что запрещаю себе думать о сыне!
Он сглотнул, легонько взял меня за руку.
– Хорошо. Прости. Я опять за свое.
– Да! Ты опять за свое! – возмутилась я.
– Что? Недолго ты выдержала этого варвара? – ехидно заметил Рах, подходя к нам поближе.
– Не вмешивайся! – рыкнул на него дарвиец и впервые я поняла – Фет тоже на грани. Сейчас он выглядел так, словно вот-вот ринется в бой. Упрямый подбородок выпячен, весь подобрался. Просто концентрат силы, ярости и мужества.
– А то что? Если она к тебе охладела, может уже освободишь мне дорогу?
Гез, по-моему, на что-то рассчитывал. Я это четко видела. Его голубые глаза сверкали, губы подрагивали в полуулыбке, а поза прямо вопила о том, что Рах готов немедленно отделить меня от Фета.
Дарвиец вышел вперед, и набычился.
Теперь я видела, что дезориентировала Фета своими «подумаю», «не сейчас», «я тебя еще не простила». И вся его незыблемая уверенность, твердость куда-то улетучились. Он очень боялся меня потерять. И это выглядело так трогательно, истошно, что я решительно одернула Раха.
– Прекрати! Мы с тобой только коллеги! Уж раз выясняем отношения при всех! Да черт с ним! Все равно наша команда наблюдает все это уже давно. Рах! У нас с тобой ничего не будет! Ясно тебе?! И чтобы ты понял! Я сходила к гипнотизеру, узнала, что мой сын попал сюда вместе со мной. Но я никак не могу его вспомнить! Не могу визуализировать его образ и нам не дают пропуск в медцентр, где находятся дети-попаданцы!
Я выпалила на едином дыхании. Ну а что? К чему все это скрывать?
Я не скрывала, что потеряла память, не скрывала, что иду к Иу за ответами. И вот они! Я их получила!
Рах странно задумался, прищурился и… отошел. Выглядело так, словно он что-то замыслил. Я проследила взглядом за гезом, когда руки коснулась теплая ладонь Фета.
– Ладно. Я верю, что тебе это нужно и что ты все сможешь. Я должен в тебя верить! – твердо произнес дарвиец. – И еще! Прости меня за тот глупый выговор! Я просто… просто чуть с ума не сошел, когда подумал… только представил… Да, проклятье! Пусть меня тысячу раз застрелят, но только не ты… ты не можешь… ни за что!
Я кивнула. Оглянулась на невозмутимый спецназ, парней из команды Фета и наших медиков. И… все-таки чмокнула Фета в щеку.
– Ладно. Самое главное сейчас найти и спасти моего сына. Я простила тебя. Но и ты меня понял.
– Понял! – кивнул он. – Идем!
У выхода из стыковочного коридора в транспортник Фет, как обычно, остановил нас. Дабы поведать, что происходит и как действует каждая служба.
– Значит так. Террорист там только один. Это молодой человек-модификат. Его мотивов мы пока что не знаем. Ясно, что парню промыли мозги, чтобы участвовал в нынешнем предприятии. Кто именно – полиция этим сейчас занимается. Сам парень не преступник, судя по досье. Но у него недавно умерла мать от тяжелой болезни, из вуза отчислили за то, что ухаживал за ней и забросил учебу. Девушка бросила – нашла более «достойного». В общем, обычный набор, который часто толкает на безумства, – дарвиец покосился на меня, вздохнул, но тут же продолжил: – Итак. Он еще не активировал силовые бомбы, раскиданные по транспортнику. Установил их сам, прикинувшись туристом. Кто купил ему путевку сейчас выясняется.
– Те, кто его настропалил, – кивнула я.
– Да. Поэтому. Спецназ выясняет – где бомбы. Датчики внутри корабля вам в помощь. Какие-то отсеки придется самим обойти. Но вас должно хватить. Потому что часть помещений уже исключили команда, охранники и туристы.
– Сделаем! – отозвался кхарахт – командир спецназа. Сегодня с нами работала та же группа, что и в прошлый раз.
– Мы идем к террористу и пытаемся его убедить. Медики – с нами. Парень находится в столовой. Там же есть охранники и туристы.
– Есть раненые? Кому-то нужна срочная помощь? – уточнила я.
– Информации о таком пока нет. Но если выяснится – сориентируетесь на месте. Пока идете с нами! Вперед!
Опять прозвучал знакомый отсчет Фета, после чего мы ринулись внутрь.
На той стороне нас встретил помощник капитана, судя по белой униформе и знакам отличия. Я начала немного в них разбираться. Дарвиец – крупный, как и все мужчины его расы, естественно подтянутый – других на такую работу просто не брали – светловолосый и сероглазый.
– Никтрис Диман, – представился он, сразу же обозначая невельможное происхождение. – Идемте, я вас проведу.
Мы молча последовали за ним.
На транспортнике царили паника и суматоха. Туристы метались по коридорам, прятались в каютах и куда-то бежали.
– Может стоило эвакуировать пассажиров на спасательных челноках? – спросил у Никтриса Фет.
Тот нервно вздохнул и развел руками.
– Весь отсек взорвали первым же делом. Даже без малейшего предупреждения.
– Резервные?
– Тоже испорчены. Взрыв был, но его загасили ловушки. Повезло. Но ни один из резервных кораблей для эвакуации уже не вылетит в космос.
– Плохо, – покачал головой Фет. – Выходит террористы знали – где что находится, обладали информацией о структуре транспортника.
– А разве это тайна? Все есть в сети! – удивилась я.
Фет усмехнулся.
– У каждого подобного звездолета уникальное расположение важных отсеков и знают о нем лишь немногие. Основные каюты и отделения – да, стандартные, как и везде. Но все, что касается безопасности, всегда делается совершенно уникальным.
– Я поняла, – выдохнула я. – Надеюсь, полиция и тут не дремлет.
– Там, как вы выражаетесь, землю роют… Но нам это, увы, сейчас не поможет. Парень тут один, и действовать будет по намеченной схеме… Если не отберем у него пульт или не убедим не активировать остальные заряды… Поймать кукловодов тут не самая главная, хотя и тоже очень важная задача…
Заметив, как я напряглась, Фет коснулся моей руки ладонью, улыбнулся и подмигнул:
– Все будет хорошо, Лена. Все будет хорошо.
Он этого не знал. Не мог знать. Никто не знал.
И я прекрасно это осознавала. Но Фет был готов бороться до последнего и закрывать меня своим телом. Именно это он обещал своей улыбкой, касанием и задорным подмигиванием.
И, кажется, у меня не осталось больше сил на него злиться. За этим мужчиной я была будто за каменной стеной. Он замечал, когда я растеряна или напугана. Помогал, если требовалось и даже когда я просила не вмешиваться, как в случае с походом к Я Иу Хану все-таки тайно меня страховал…
Да… мне было безумно сложно продолжать злиться на Фета.
Рах заметил и как-то неприятно усмехнулся, словно знал нечто такое, что поможет ему все изменить. Будто у него какой-то козырной туз в рукаве. Причем, появилась карта совсем недавно. Раньше гез себя так не вел и не реагировал на наше общение с дарвийцем.
Это меня напрягало, но Фет выглядел так, словно ему абсолютно плевать. Так что я решила не поддаваться паранойе. Мало ли что там нафантазировал себе Рах. Он вон даже подумал, будто мы с Фетом всерьез рассорились и расстались. Хотя, конечно же, мы рассорились и вовсе не шуточно. Еще пару дней назад я планировала прервать всяческое общение с Фетом…
Но все случилось не так как вообразил гез. Даже, если я сама недавно считала иначе…
Ладно. Плевать на него. Что может сделать Рах, чтобы мы с Фетом реально расстались?
Боже! А мы разве уже вместе ?
Как будто узнав, что здесь находится мой сын, а не муж и с супругом мы почти развелись, я освободилась от оков и уже воспринимала отношения с дарвийцем практически как сложившийся факт.
Это обескуражило, но почему-то стало отчасти легче.
Даже сейчас, когда мы направлялись к террористу, в чьих руках оставались жизни всех, кто пребывал в эту минуту на транспортнике. И нас, в том числе…
В столовой царил настоящий погром. Перевернутые столы, осколки, остатки еды испещряли пол. Бурые, желтые и сизые росчерки разлетелись по стенам и даже по потолку. Чудо-агрегат для приготовления пищи в подобных местах был вмонтирован в стену. Обращались к нему при помощи терминалов, как во время заказа в земных кафе быстрой еды. Так что он оставался целехонек… Останется, если мы всех выручим и спасем транспортник.
Вытяжки со всех сторон отчаянно купировали запахи: приторные, сладкие, кислые, пряные, солоноватые… Как будто мы в магазине специй.
«Виновник торжества» замер в углу – грамотно, чтобы не подобрались с разных сторон и сзади. Шарик пульта держал в руке и демонстрировал это, чтобы никто даже не усомнился.
Фет сделал знак – и охранники, что дежурили тут, попятились к выходу. Замерли там, готовые выполнить первое же распоряжение дарвийца.
Сейчас им рядом с «виновником торжества» не место. Они уже примелькались и стали раздражающим фактором. Наверняка еще пытались его скрутить, задержать. Так что приравнивались практически к врагам.
Нужны новые действующие лица. Те, что еще не запятнали себя в глазах парня…
Фет разглядывал террориста.
Модификат лет двадцати пяти: высокий, худощавый и немного нескладный. Улучшение на генном уровне не гарантировало привлекательность, а лишь удлиняло жизнь и улучшало физические возможности. Перед нами был эдакий деревенский паренек: курносый, веснусчатый, с зеленовато-серыми глазами и русой шевелюрой.
Ему бы в сказках играть Иванушек…
В черном комбинезоне космолетчика, явно полученном от «заказчиков», парень выглядел совершенно нелепо, как жаба во фраке.
– Не подходите! Следующими я взорву бомбы в отсеке резервного силового двигателя! – предупредил он, глядя на нас загнанным зверем.
Фет выставил вперед руки и усмехнулся.
– Я плазманетик. Прыгну в свой корабль даже из пламени и уйду. Мои друзья тоже.
Блефовал. Но многие обычные граждане понятия не имели, что плазманетики есть только среди дарвийцев.
– Не-ет! Я знаю его! – террорист ткнул пальцем в сторону Раха. – Я видел его лет пять назад в сюжете про эрханцев! Это он, он во всем виноват!
Мы все машинально оглянулись на геза, хотя прекрасно понимали, что он – лишь очередной сосуд, в который обиженный на весь мир паренек решил поместить свой гнев.
– Вы даже не знакомы, – усмехнулся Фет. – Рах, в отличие от тебя, за годы спас миллионы жизней. В том числе и от таких как ты. Тех, кто любит их безнаказанно отнимать…
Парень вздрогнул, и я поняла, что дарвиец опять выводит преступника на новые эмоции, как нередко поступал на переговорах. Только что террористу все было понятно, яснее ясного. Вот, они, – те, самые ужасные существа, из-за которых случились все его беды. Гибель матери, уход невесты, отчисление… И внезапно оказывается, что среди них те, кто спасает жизни, а вот он… он, наоборот, по другую сторону баррикад.
– Как тебя зовут? – неожиданно спросил Фет.
– Какая разница? – парень обвел всех еще раз затравленным взглядом. – Все равно ваша задача лишь обезвредить меня. Вам до меня никакого дела! Как и всем в этой треклятой Галактике.
– Да, никакого! Ты совершенно прав. Просто так удобней общаться. Вот я – Фет. А ты?
– Лео. Леонид…
– Красивое имя, – кивнул дарвиец. – А скажи-ка мне, Лео, как это Рах, который все это время служил на скорой, а затем – у меня на базе, спасал людей без перерыва, иной раз, выпивая кучу вреднющих препаратов, чтобы продолжать это делать… от которых крайне неприятная побочка… мог стать причиной твоих несчастий? Мы в курсе, что с тобой произошло. И про маму, и про девушку, и про вуз.
– Я просил, умолял в дорогой клинике, чтобы маму отдали эрханцам на исцеление. Они могли спасти ее! Но мы были там по государственной квоте и, конечно же, на нас сэкономили! И мама… мама…
Парень всхлипнул, рукавом вытер лицо, как ребенок.
– Чем болела твоя мама? – уточнил Фет.
– Дельта-вирус.
– Ты в курсе, что эрханцы не могут лечить инфекции?
Парень округлил глаза и замер, ошарашенно озираясь.
– Врете! Все вы врете! Вы это нарочно!
Он выставил вперед руку, будто защищался.
Однозначно Лео уже объясняли этот простой факт. Немного лукавили, конечно же. Можно задавить инфекцию токсичными препаратами, фактически нарушив всю работу органов и систем, а затем при помощи эрханцев восстановить. Но это совершенно не обязательно получится. Такие опыты были как удачные, так и нет. Ясно, что в платной клинике решили не использовать дорогих целителей в ситуации, когда государство оплачивало лечение по минимуму, и шансы были крайне невелики. Они были. Это правда. Но просто мизерные.
– Уверен, обратись ты к нам, наши эрханцы помогли бы. Они вытаскивают с того света даже бандитов.
– Врете! Вы все врете! Меня предупреждали, что вы попытаетесь запудрить мне мозг! – истерично выпалил парень. Явно ему и такое уже говорили.
Он защищался, пытался внутренне оправдать свои действия тем, что внушили перед террористическим актом. Выстраивал вокруг себя забор вывсеврете , чтобы не думать, что все сделал зря. Напрасно. И его попросту тупо использовали.
Фет усмехнулся.
– Держи! – бросил Лео запасной коммуникатор. Он не давал полного доступа к секретным базам, но иногда помогал поддерживать связь с преступниками, заложниками, разными службами. – Войди в общую сеть и поищи. Узнаешь. Эрханцы не могут лечить инфекции.
«Как он мог раньше этого не знать? Информация есть в общем доступе!»
Уточнила я у Фета по связи, пока Лео занялся презентованным коммуникатором, не забывая посматривать на нас ежеминутно, что здорово замедляло процесс.
«Его держали в какой-то секте. Промыли мозг. Использовали гипноз. Я с подобным уже сталкивался. Да и полиция доложила, что нашла этих «Детей Звезд».»
– Этого не может быть! – воскликнул Лео. – Это же бред! Меня уверили… Я видел секретные файлы… о том, что эрханцы все могут! Только нас, простых граждан постоянно обманывают! Этого не может быть!
Лео всхлипнул, дернулся, выронил пульт и завопил. Фет подхватил его, но… судя по его лицу было уже поздно.
– Простите, я не хотел… Простите, я не хотел… я не хотел… я не хотел… – Лео сполз по стене, бормоча эту фразу, схватился за голову и начал раскачиваться.
Фет задумался лишь на мгновение, а затем рванул в резервный отсек с силовыми двигателями.
…Дарвиец применил «встречный пал» и мы очутились в плену огненной лавы.
Плазма и огонь смешивались, закручивались вихрями, будто схватывались друг с другом или же обнимались. Пламя, вызванное силовым взрывом, сильно отличалось от обычного и было под стать плазме.
Я была «в домике», закрытая Рахом с его защитным куполом и телом Фета, отдавая все силы эрханки, чтобы их вылечить.
Мы не могли уйти, не могли сдвинуться с места. Любое движение усилило бы неоднородность силового и магнитных полей, привлекая к нам больше огня.
Мы ждали… Я ощущала, как немеет тело и как кружится голова – энергия истощалась. Поддерживающие препараты закончились. Я чувствовала, как теряю сознание. Все плыло, все уходило в туман…
Даже ощущения: невыносимый жар, что рвался внутрь, опалял ноздри, жарил глотку, ломота в теле из-за излишка препаратов и перенапряжения дара… Все это становилось едва различимым… Чернота разлилась вокруг, начала засасывать словно в омут… Я сопротивлялась, взывала к Вите! Я должна спасти сына! Обязана! Нет других вариантов!
На какие-то минуты, может чуть больше это сработало. В поле зрения прояснилось – вернулось огненно-малиновое марево и смутные фигуры варваров. Сквозь редкие просветы между столбами пламени мелькали стены отсека – значит пожар начал стихать. Или мне только хотелось так думать сейчас, когда силы были почти на исходе.
Я держалась, терпела…
Но чернота вернулась, хлынула будто из всех щелей, заполняя пространство густыми чернильными всполохами. Растеклась в поле зрения, затмила весь мир и… потянула на дно глубокого обморока…
Однако… неожиданно все вернулось.
Шальтра!
Я не видела ее, но чувствовала, что подруга поддерживает на расстоянии.
Чуть напитавшись, я начала раздавать энергию, деля между собой, Рахом и Фетом…
Гез было уже покачивался, дарвиец немного ссутулился, как обычно поступал, если заканчивались силы. А вот теперь оба полностью выпрямились, принимая удар пламени на себя.
Удар. Еще удар… Еще двадцать минут… Десять…
Я уже начала думать – это никогда не закончится. Когда внезапно пламя взвилось под потолок, лизнуло его сотнями острых языков и… осело. А потом потухло.
Я пошатнулась, почти потеряла равновесие и очутилась на руках у Фета. Он среагировал быстрее геза – тот тоже метнулся, но было уже поздно.
Рах посмотрел так, словно говорил: «Что ж, это ненадолго». Я цепанула его взгляд, но гез немедленно натянул на лицо облегчение. Или выпустил эмоции наружу.
Мы все еще пытались отдышаться. Со всех сторон подбежали Силь, Лин, Маль, Шальтра…
– Вы как? – уточнил Силь, глядя на Фета – дарвиец, по-прежнему, держал меня на весу, словно ему это совсем ничего не стоит.
– Нормально. Что с террористом?
– Порядок. Обезвредили. Пульт дезактивировали. Сюда летят психологи, дознаватели… Скорая. Все, можем быть свободны. Миссия выполнена…
И вот так, «свободные», мы отправились назад, на базу.
Всю дорогу Фет нес меня на руках. Я не сопротивлялась, несмотря на яростные взгляды Раха. Словно гез готов крушить все вокруг, не оставляли камня на камне.
В звездолете я уснула. Очнулась снова на руках у Фета, когда он уже вносил меня в дом. Дарвиец уложил меня в постель, вдруг осторожно коснулся губами губ, кажется, впервые за наше знакомство. Меня словно током пронзило, обдало теплом и почему-то губы растянулись в улыбке. Фет прикрыл меня одеялом, поправил его и я уплыла в сон.
Все, на сегодня с меня было достаточно.