Глава 37

— Фомора?

В энциклопедии разумных рас было упоминании об этих естественных врагах сидов, но как-то вскользь, как о сидах-отщепенцах.

Такие же ходоки между мирами, они конкурировали как в родном мире сидов, так и за его пределами. Истоки войны уходили корнями в далекое прошлое…

Помню, в тот момент, когда я это прочла, то подумала, что это сродни вражде лесных и пещерных ильвов. Первые в своем высокомерии считают темных низшей расой (впрочем, как и всех остальных). А темные отвечают им взаимностью.

— Да, дини, да! — запищали малыши-поварята, демонстрируя мелкие острые зубки. — Фомора, фомора! — пели они, комичные в своей кровожадности.

— Казнить, казнить! — радостно скандировали другие, побросав свои дела.

— Э-хм… — я не нашлась, что сказать, и уткнулась в чашку кофе, уже стоящую передо мной.

Они были похожи на детей… очень жестоких детей. Интересно, и часто здесь так развлекались? Чем этот фомор, кто бы он ни был, заслужил мучительную смерть? И как поступили бы с Рейвеном, если бы он оказался в плену? Тоже казнили?

С другой стороны, кто я такая, чтобы судить… Это их дом и их правила.

Я не могла решить, идти к сиду сейчас или подождать, когда он вернется. Для меня время значило все. Один день — еще не страшно, но сколько еще я здесь пробуду? Мне надо было срочно поговорить с сидом.

— А кто может наблюдать за казнью? — спросила я у «кабана».

— Высокие господа и их гости! Вы желаете наблюдать? — осведомился шеф-повар.

— Даже не знаю… я еще кофе не допила.

— Госпожа хочет что-нибудь к кофе? — спросил «кабан» и, не дожидаясь ответа, крикнул, — Сладостей!

Маленькие сиды подсунули мне вазочку с печеньем и сухофруктами и обступили вокруг. Бледные, с острыми чертами лиц и каштановыми кудрями, видневшимися из-под колпаков, теперь они уже не казались мне детьми. Пропорции были не совсем детскими, но и не как у взрослых людей.

Своими маленькими ручками они щупали подол моего платья, хихикали и обсуждали меня.

— Госпожа, красивая госпожа. Волосы как солнце, — пропищал один, касаясь моих волос и тут же испуганно отдергивая руку.

Малыш сжался, ожидая наказания, а остальные примолкли, ожидая моей реакции. Наверное, надо было как-то наказать его за дерзость, но я не хотела.

— Эй! Что вы делаете? Не надо меня трогать, — сказала я.

Кажется, мой ответ им даже понравился.

— Добрая дини! Светлая дини! — начали они кружиться вокруг меня. — Добрая, добрая…

— А ну, кыш отсюда! По местам! За работу!! — заревел шеф-повар, и поварята разбежались по кухне, оставив меня в покое.

А кофе между тем совсем остыл. Не судьба…

— Хочу попасть в амфитеатр! — решительно сказала я, ожидая волшебства.

В ответ на кухне соткалась очередная дверь в туманное ничто, и я вышла через нее наружу.

* * *

По тропинке я дошла до очередной двери и перешагнула завесу, оказавшись на спуске между секторами амфитеатра. По обе стороны от меня находились ряды каменных скамеек, на которых сидели многочисленные зрители.

Думаю, там, где оказалась я, публика была попроще. Не только высокие господа, но и сиды самого причудливого облика, смахивающие на животных, а то и просто люди… с виду. Одеты они были не очень пышно и достаточно практично.

Зато на трибунах с другой стороны арены, прямо напротив меня, сидела самая изысканная публика. Еще бы! Оттуда и обзор был лучше.

Сиды, наряженные, как на иллюстрациях в энциклопедии, и красиво причесанные. Женщины и мужчины в цветах Западного клана, и в одеждах других цветов, вероятно, гости.

На отдельной трибуне совсем близко к арене сидело семейство Рейвена: он сам, его мать и сестра. Еще несколько приближенных расположились рядом. Я обратила внимание, что все они были рыжие и светловолосые, в отличие от правящей семьи.

Над ареной слышался несмолкаемый гул голосов. Все ожидали кровавого зрелища.

Чтобы не привлекать к себе внимания, я тихонько примостилась на свободном месте и стала ждать. Надеюсь, все закончится быстро. А потом мы с Рейвеном поговорим.

За свою жизнь я уже была свидетельницей нескольких казней. Не то, чтобы я любила такие зрелища… Просто они были неизбежны, как карательная мера. Показательные казни давали людям понять, что произойдет, если они нарушат закон.

Кричать о милосердии — все равно что плевать против ветра. Пусть этим занимаются лицемеры с Тета. К тому же, большинство казненных были отъявленными негодяями, и мучительная казнь не искупала и десятой части их преступлений.

— Введите осужденного!!! — вскричал красивый светловолосый герольд, исполненный значимости момента.

В нижней части амфитеатра возник портал, и появились воины-сиды, конвоирующие фомора.

Толпа заревела от предвкушения. С трибун полетели огрызки и объедки, часть которых досталась не только осужденному.

— Прекратить!!! Тихо!!! — на грани возможностей крикнул герольд и затрубил в рог, чуть не оглушив всех присутствующих.

Думаю, он использовал магию, чтобы усилить звук. Публика притихла, и фомора, связанного по рукам и ногам, кинули в центр арены. Конвоиры удалились обратно, а зрители возобновили развлечение, выкрикивая угрозы и оскорбления и швыряя в беззащитного фомора чем попало.

Я постаралась разглядеть его, насколько это возможно с такого расстояния. С виду — как сид, высокий, пропорционально сложенный, хотя и одетый в лохмотья, в которые превратилась его одежда. Было видно, что он ранен в ногу, кажется, я даже заметила жгут чуть ниже клена. Волосы ему грубо обрезали у самого затылка, а лицо было желто-синим от побоев, так что о внешности сложно было судить.

Я на мгновение отвела взгляд, невольно сочувствуя пленнику. Почему он не сопротивлялся и не пытался сбежать? Слишком вымотался, и повлияли раны? Магическое истощение? Или путы полностью блокировали его магию? В любом случае, мне было неприятно наблюдать, как глумятся над беззащитным человеком… то есть фомором.

Когда толпа натешилась, и шум немного пошел на убыль, Рейвен жестом дал знать герольду, и тот снова протрубил в свой рог.

— Впустить кайт ши!!!

По периметру амфитеатра возникло несколько порталов, через которые на песок выбрались несколько зверей, вроде той кошки, что навестила меня, но гораздо крупнее. Я пересчитала: их было семеро. Шесть крупных котов, и одна сравнительно мелкая, возможно, кошка.

Коты зашипели и, виляя хвостами, стали подступать к своей добыче. Кошка не спешила нападать, а уселась в сторонке, поглядывая на своих товарок. Та самая…

— Кайт?!

Словно услышав меня, кошка повернула голову в мою сторону. Она лениво потянулась и двинулась к краю арены, и шла она явно ко мне. Мгновение, чтобы для нее соткался портал, и вот она уже сидит на ступеньках между рядами, глядя на меня.

— Тви-и-и-г… — протянула кошка, приветствуя меня.

— Кайт, это все-таки ты.

Остальные зрители завизжали от ужаса, отскакивая от нас с кошкой. Вернее, от кошки. Меня-то им с чего пугаться?

Началась всеобщая давка и паника. Кошка вздыбила шерсть и зашипела на грани слышимости, так что у меня разболелась голова. Думаю, остальным было не легче.

Коты отвлеклись от своей жертвы и повернулись в нашу сторону. Герольд что-то выкрикивал, прерывая церемонию казни и пытаясь успокоить зрителей.

Рейвен на главной трибуне привстал, высматривая меня и кошку в толпе, а его сестра опустила руку на плечо матери и что-то ей быстро говорила на ухо. Наверное, она объясняла, что здесь происходит.

Я почувствовала колебание завесы, и рядом со мной возник очень недовольный Рейвен.

— Твигги! Как ты здесь оказалась? — спросил он.

— Я хотела с вами поговорить, — ответила я. — Это возможно?

— Хм… интересно. Ты должна была остаться в покоях до моего прихода. А другое время и место ты не могла выбрать для разговора? — злился он.

И я тоже не на шутку разозлилась.

— Другое время? И место? С удовольствием. Ламара меня вполне устроит, — ответила я.

Я тоже умею играть словами, и он не посмеет наказать меня за эту дерзость.

— Идем, — сказал он, проглотив то, что вертелось у него на языке, и потянул меня во вновь созданный портал, в котором виднелась трибуна с той стороны.

Как странно. Я могла одновременно наблюдать то место и через арену, и в портале! Наверное, я загляделась и очнулась только тогда, когда сид грубо дернул меня за руку и потащил за собой.

А магическая кошка тихо проскользнула вслед за нами в открытую другими дверь.

* * *

Мы переместились и вышли прямо напротив Бау Аэнор и его сестры, имени которой я еще не знала.

Мать и дочь выглядели ровесницами, что неудивительно для долгоживущей расы. При свете дня сестра сида выглядела еще интереснее, высокая и статная, соблазнительная, манящая. Красивая той же нестандартной красотой, что и Рейвен, только губы ее были полнее.

— Матушка, сестра, это Твигги из Рэнса, — официально представил меня сид своим родным. — Твигги, ты уже знакома с моей матерью. А это — моя сестра, можешь звать ее Сирен.

Сирен… Я решила, что ей подходит это имя, хоть оно и не было истинным и предназначалось для обычного общения.

— Благословение вечности, дини Аэнор, дини Сирен.

Я присела в низком реверансе и поднялась, только дождавшись жеста Бау Аэнор.

— Можешь встать, — сказала она, как будто видела меня воочию. — Подойди ближе.

Меня удостоили высокой чести, и, кажется, она совсем не злилась на меня за этот переполох. Или просто не показывала свое недовольство. Я послушно подошла к ней, испытывая внутренний трепет.

— Я ожидала тебя позже, Твигги из Рэнса, — сказала она. — В прошлый раз тебя вела волшебная кошка. Кто в этот раз показал тебе дорогу?

Бау Аэнор акцентировала мое имя, как что-то важное. Возможно, она хотела использовать на мне магию, чтобы добиться откровенности? Да только имя было столь же «настоящим», как и ее, хоть и прилипло ко мне намертво за двадцать лет.

— Меня никто не вел, дини. Я сама нашла дорогу, — ответила я, слегка поклонившись и коснувшись груди рукой.

Она не видела, но что с того? Это не отменяет обычной вежливости. Краем глаза я заметила, что сестра Рейвена одобрительно улыбнулась.

— Вот как? — недоверчиво сказала Бау Аэнор. — Ладно, в следующий раз не ищи дорогу туда, куда не следует.

В голосе высокой леди слышался металл. Извиняться не буду, не хватало еще влезть в долги и обязательства.

— Да, разумеется, дини, — еще ниже склонила я голову. — Если бы знала, чем все обернется, не стала бы так поступать. Впредь буду умнее.

И обещать не делать так больше — тоже не буду. Сиду дай палец — руку откусит.

Услышав мою витиеватую речь, хозяйка слегка нахмурилась, но на ее лицо тут же вернулось спокойствие. Она обернулась к сыну.

— Бренн, это не повод прерывать церемонию. Думаю, нам стоит продолжить, хоть публики и стало меньше, — сказала она.

«Бренн?» Сколько же у него имен?

— Да, матушка, — согласился сид. — Думаю, не стоит затягивать, а то он умрет сам, без нашей помощи.

Я вздрогнула от этих слов. Сиды жестоки, как дети, они упиваются болью своих врагов. А я вмешалась и чуть не лишила их удовольствия.

— Твигги, сядешь в первом ряду около сестры, — практически приказал мне сид.

При этих словах красивый золотоволосый мужчина из свиты встал со своего места и плавно, как хищник, сделал несколько шагов в сторону, освобождая мне дорогу. По лицу его не скажешь, но мне показалось, что этот сид недоволен, что его место займет какой-то человек.

Я искоса поглядывала на сестру Рейвена (или Бренна?).

— Э… дини. Скажите, а как мне его теперь…

— Называть его? — засмеялась, как колокольчик, Сирен. — Как тебе и ему будет угодно, только и всего.

А она была весьма проницательна. И она помогала брату в его ухаживании. Думаю, стоит при случае ее отблагодарить.

— Дини? — начала я.

— Что?

— Вы так хорошо меня знаете, что помогали выбирать подарки? — в лоб спросила я, хоть это и выглядело невежливо.

— А ты что-то имеешь против?

— Нет-нет, — пошла я на попятный. — Просто все было настолько…

— Соблазнительным? — снова чарующе засмеялась сестра сида. — Значит, я попала в точку. Я о тебе почти ничего не знаю, зато брат — очень многое. То, где ты росла, наложило отпечаток. Тебе будут нравится те или иные вещи, и ты не сможешь устоять, — закончила она, весьма довольная собой.

Интересно, кто старше, она или ее брат? Мне казалось, что она явно тянула на старшую сестру. Это само напрашивалось из характера их отношений.

— Дини, вы так с ним близки? — спросила я.

— Мы же родственники. Разве может быть иначе?

«Ну-ну. Еще как может». Но тут, похоже, было редкое исключение, лишь подтверждающее правило. Тут моя дотошная натура взяла верх, и я не удержалась от вопроса:

— Только поэтому?

Она не посмеет солгать напрямую.

— Хм… не только. Брат утратил привычный покой, и я хочу, чтобы ты его вернула, — ответила эта женщина.

«Хочу, чтобы ты с ним переспала, и он бы перестал беситься». Только и всего. Вот что я прочитала между строк, и решила не продолжать этот разговор, хотя Сирен явно ожидала от меня еще вопросов.

Мать сида все это время прислушивалась к нашим словам, и по ее лицу, как это бывает у слепых от рождения, пробегали легкие спазмы. Думаю, ей этот разговор тоже показался… небезынтересным.

* * *

А в амфитеатре восстановили порядок и были готовы начать с начала. Коты уселись полукругом около фомора и ждали, когда им разрешат продолжить…

Осужденный выглядел так жалко, что, будь моя воля, я бы спустилась вниз и помогла ему. Что он совершил, чтобы с ним так обошлись? Ему даже не дали возможности защищаться. Ранен и избит, ослаблен и связан, а также лишен магии.

— Вы всегда казните беззащитных? А как же высшая справедливость? — вырвалось у меня.

— Не суди о том, чего не понимаешь, — оборвала меня Бау Аэнор. — Моему сыну ни к чему марать мечи в крови врага.

Она что-то недоговаривала… Но что? Я просто чуяла это, но не могла сформулировать свои подозрения.

— Данна, а в чем его вина? — спросила я у сида, который сидел чуть дальше, по правую руку от матери.

— Он нарушил договор, — ответил он.

— Какой договор и как нарушил?

— Он появился в наших землях, и этого достаточно.

«Всего-то?» Какая нелепость. Если только фомор не проник «под холмы» с целью навредить сидам.

— Данна, а зачем он это сделал? — задала я еще один вопрос.

— Так ли это важно? — отмахнулся сид, напряженно глядя на арену.

Герольд как раз подал знак, и коты начали играть с осужденным. То один, то другой подскакивал к своей жертве и теребил ее, глубоко запуская когти, и мотал по полу, как игрушку. Песок на арене тут же окрасился кровью из многочисленных царапин.

Фомор был в два раза крупнее любого из котов, но на их стороне было численное преимущество. Коты пока только примеривались и играли, оценивая силы своей добычи.

— Ответ на этот вопрос определит степень вины, — сказала я, хотя еще мгновение до этого я хотела промолчать.

— Хм… мне это как-то не приходило в голову. Враг есть враг. И правда, зачем? — широко улыбнулся сид и махнул рукой, останавливая экзекуцию.

Может быть, я сделала только хуже, и смерть фомора будет еще ужаснее? Как глупо. Лучше бы я осталась в покоях сида, ничего этого не видела и не нарушала привычное течение событий.

Сид развел руки в привычном жесте и создал портал.

— Идем, — протянул он мне руку, приглашая войти. — Сама и спросишь его об этом. Если, конечно, он еще может говорить.