Глава 51. Друг или?..

У Чигару дёрнулся уголок губ, он остановился:

– Не надо направлять на меня оружие.

– Объяснись, – Кайден затолкнул меня себе за спину, а Черныш, словно по беззвучной команде, встал рядом со мной и оскалился. – Я потерял сознание после того, как выпил из твоей фляжки, и очнулся здесь.

А я всё равно выглянула посмотреть на лицо Чигару, когда он будет отвечать.

Если ответит.

Он ответил:

– Скажи спасибо, что это было снотворное, а не яд, как планировала Венанция! – Чигару сложил руки на груди.

– Премного благодарен, – язвительно отозвался Кайден. – Только это не похоже на объяснение.

Со вздохом Чигару закатил глаза и снова посмотрел на нас. Секунду он задержал свой усталый взгляд на мне, после чего снова обратился к Кайдену и ответил:

– Ты собираешься жениться на Венанции.

Я опустила взгляд.

– Это правильное решение, и ты его давно принял, – продолжил Чигару. – Я всё понимаю. И то, что ты не можешь так просто отказаться от Эйны, тоже понимаю. Только не говори, что это меня не касается, потому что меня это касается: я всё ещё твой друг, и я не собирался смотреть, как ты портишь отношения с будущей женой.

У Кайдена дрогнул меч, но он его не опустил.

– Ты что, не видишь, что Венанция сходит по тебе с ума?! – голос Чигару звенел от эмоций. – Она действительно собиралась отравить тебя, чтобы покушение выглядело правдоподобнее, и собиралась подставить Эйну, казнить её за покушение на тебя! Я сделал это ради тебя и ради Эйны!

Кайден скрипнул зубами.

– Да-да, – отмахнулся Чигару. – Я мог бы рассказать тебе о её плане, чтобы ты остановил Венанцию, но что она придумала бы в следующий раз?

– Откуда ты узнал? – глухо спросил Кайден.

– Не ты один приплачиваешь слугам. Благодаря мне тебя всего лишь усыпили, а не отравили, и Эйну лишь припугнули, а не казнили за то, что она якобы собиралась тебя убить!

– И что, – фыркнул Кайден, – хочешь сказать, ты просто так пришёл к Венанции, сказал, что всё знаешь, и она взяла тебя в дело?

– Я не говорил, что это было просто, – Чигару на миг отвёл взгляд.

А я вспомнила, что от него в день приезда пахло благовониями, как здесь, в комнатах Венанции. Чигару вновь сложил руки на груди:

– В любом случае тебя бы разбудили завтра утром, чтобы ты участвовал в турнире и победил.

– Ты должен был сказать мне. – Кайден отчеканил. – Как друг ты должен был сказать мне!

– И что бы ты сделал? – Чигару взмахнул руками и шагнул вперёд. – А, главное, зачем? Остановил бы Венанцию? Но для чего?

И Кайден не ответил. Я не видела выражение его лица, зато у Чигару оно было яростное, почти болезненное:

– Что бы ты сделал за это время до свадьбы с Венанцией?! Ну?

Я вдруг поняла, что он подразумевал, и к щекам прилила кровь. Я отвела взгляд и наткнулась им на Рею. Та откинулась в кресле и наблюдала за всем, словно за представлением.

– Позволь ответить за тебя, друг, – процедил Чигару. – Ты собирался обхаживать Эйну и затащить её в постель.

И тут во мне словно что-то взорвалось:

– Так это вы с заботой о моей девичьей чести всё устроили? – я выступила из-за спины Кайдена и шагнула вперёд. – С заботой обо мне вы организовали мне арест, поездку в арестантской телеге, смехотворный суд и пребывание в тюремной камере с крысами?!

– Что? – Кайден от удивления даже меч опустил, но я шагнула ещё вперёд, жестом пресекая его попытку вмешаться.

На самом деле я испугалась. Теперь, оказавшись в относительной безопасности, я осознала весь ужас случившегося.

– Спасибо, конечно, – мой голос сочился ядом. – За то, что это было не по-настоящему, но вы хоть понимаете, как я себя чувствовала всё это время?! Каково мне было сидеть в холодной камере и выслушивать угрозы Венанции?

– Она не должна была приходить, – качнул головой Чигару, – я просил её…

Его попытка оправдаться разозлила ещё больше:

– И всё это ради того, чтобы красиво меня оттуда спасти и обманом заставить выйти за вас замуж?!

– А лучше быть его любовницей, – Чигару указал на Кайдена, – чем моей женой? Он никогда на тебе не женится! Даже когда появится наследник, Кайден не убьёт мать своего ребёнка!

– Чигару, довольно, – потребовал Кайден и попытался опять убрать меня себе за спину.

– Подожди, – меня поразил командный тон собственного голоса. – Это разговор между нами.

Я смотрела на Чигару, и эмоции, притупившиеся во время заключения, закипали во мне всё сильнее, хотя я понимала, что отчасти несправедлива, что хоть так криво, косо, но Чигару помог.

В этот момент он чем-то напоминал мне Венанцию: та же уверенность в праве распоряжаться моей жизнью, то же нежелание понимать чувства других и намерение блюсти именно свои интересы.

– Я знаю, что Кайден на мне не женится, – ровно сказала я. – И я знаю, что по какой-то причине вы испытываете ко мне чувства. И я понимаю, что ваше предложение руки и сердца щедро до невозможности. Но я хочу сама решить, кем с кем и как мне быть. А вы… вы просто ленивы, эгоистичны и нетерпеливы. Вы могли мне всё рассказать, чтобы я не боялась, но вы предпочли меня запугать! Вместо того, чтобы пробудить во мне симпатию вы скатились до отвратительного шантажа: либо за вас замуж, либо на виселицу или в вечные бега. Это вы считаете хорошим ходом по отношению к будущей жене? Думаете, после этого я могу доверять вам? А что, если завтра ваша блажь пройдёт? И что вы тогда сделаете? Убьёте меня, объясняя это тем, что поторопились, а теперь обстоятельства изменились?

– Не надо трактовать мои действия в таком ключе! Это вообще, – Чигару всплеснул руками. – Только женщина может так всё перевернуть!

Рея хмыкнула.

Чигару глянул на неё:

– О, Рея. Никогда ещё не видел тебя в таком замечательном виде. Пожалуйста, на встречи со мной приходи вот так, с кляпом.

– Пф! – Рея покачала головой.

А Чигару снова посмотрел на меня.

– Возможно, – он шагнул ко мне, – я немного перетянул канат, но…

– Довольно! – Кайден всё же встал передо мной, а я опять выглянула из-за его плеча. – Судя по тому, что я услышал, у Эйны были весьма утомительные приключения, мы отправляемся в мою резиденцию. И тебя я туда не приглашаю.

– Эйна, он на тебе не женится, не делай глупостей, – повторил Чигару. – Кайден, не порти ей жизнь, она не должна становиться твоей любовницей.

Бросив на меня нечитаемый взгляд, Чигару вышел из спальни.

Я выдохнула. Высказанная злость отступала, оставляя усталость от действительно безумных суток. Кайден обнял меня за плечи и, наконец, прижал к груди. И моё сердце стало успокаиваться.

Рея связанными руками приспустила ленту кляпа:

– Уф, вот это эмоции, вот это накал страстей! Вы перед тем, как уходить, книгу мою на колени мне положите, а то ещё долго тут ждать. И кляп надо чуть потуже, а то неправдоподобно…

Читала Рея, кстати, дневник о путешествии в стране оборотней, и, как предупреждала приписка на обложке: «со всяческими любовными подробностями». Как всегда в своём репертуаре.

Оставив её с книгой на коленях, мы с Кайденом покинули комнаты Венанции. Турнир земельных аристократов продолжался, у нас была возможность спокойно уйти.

А ещё надо было обсудить случившееся и… будущее. Всё это уже невозможно оставить просто так.

***

Кайден остановил коня на полпути между городскими стенами и ареной. Здесь он ожидал разговора с Венанцией – после того, как успокоился в достаточной мере, чтобы вообще с ней говорить.

Рассказ Эйны Кайдена задел. Он понимал, насколько она легко отделалась в этой ситуации, но его лихорадило от злости. И бессилия. Пусть даже Кайден забрал подаренных собак и оставил их сторожить Эйну, здесь не его земля, здесь властвовал феникс, а Венанция по праву принадлежности к роду была его сюзереном.

Сейчас, стоя на середине дороги, Кайден понимал, как распадаются королевства: его семья была верна Унии, он сам был верен Унии, но сейчас он с радостью стал бы властителем своего маленького царства, чтобы никогда больше не появляться здесь и не видеть будущую королеву.

У него была армия.

Деньги.

И если бы он меньше ценил жизни своих людей, мог бы восстать и с боем вырвать себе свободу.

Но Кайден ценил людей. Поэтому он не мчался в своё герцогство, собирая всех способных держать оружие, а ждал на дороге.

Сейчас на арене проходили политически, да и технически, более красочные сражения, вокруг арены толпились те, кто не смог прорваться внутрь, но готов был довольствоваться криками зрителей и устными вестями о сражающихся и ходе поединков.

Шевеление в этой толпе обозначило финал состязания. Протяжно загудели трубы. Кайден крепче сжал поводья: ему требовалась вся его выдержка, чтобы сейчас повести себя правильно для герцогства, а не так, как хотелось ему.

Аристократы высыпали из выездов с арены разноцветными точками. Собрались в общую пятнистую массу, двинувшую к столице. Кайден наблюдал за их приближением, и порой уздечка в его руках скрипела от того, как сильно он её сдавливал.

Венанцию среди других придворных он узнал сразу. Да и обознаться было трудно: она одна ехала на белой лошади. И судя по тому, как Венанция рефлекторно натянула поводья, она тоже его узнала. И испугалась.

Но всё же продолжила путь и что-то приказала остальным, после чего и королевские придворные, и герцоги с их сопровождением стали отставать.

А она ехала вперёд.

Любопытные взгляды буквально прожигали их. Венанция потупила взор, по её щекам разлился румянец, она то и дело взмахивала ресницами. Но Кайден стоял неподвижный, как скала, и эти ужимки не трогали его сердце.

Оно слишком было занято Эйной.

– Ну, и что ты творишь? – спросил он.

Венанция остановила лошадь рядом с его белым конём и якобы стыдливо склонила голову, открывая беззащитную шею, но Кайден понимал, что это всего лишь уловка, и раскаяния в ней не было совсем.

– Я просто люблю тебя, – ответила Венанция. – Разве это не очевидно?

– Тогда зачем ты так упорно пробуждаешь во мне интерес к другой женщине?

Она вскинула голову: её глаза потемнели от злости, а лицо побледнело, резче обозначились скулы:

– Я не толкаю тебя в объятия этой шлюхи! Ты сам…

Кайден резко дёрнул коня, и тот надавил боком на кобылу, защемив ногу Венанции. Та охнула, а Кайден порывисто ухватил Венанцию за светлые волосы и притянул к себе, процедил ей на ухо:

– Неужели ты не понимаешь? Чем больше ты своими попытками избавиться обращаешь моё внимание на девушку, интересную мне только её сильным целительским даром, тем больше я думаю о том, что женщина она привлекательная, раз ты так ревнуешь!

Венанция дёрнулась, но Кайден крепче сжал волосы, наплевав на впившуюся в ладонь шпильку, и продолжил зло-интимным шёпотом:

– Полагаешь, она настолько лучше тебя, что я должен бросаться на неё, забыв обо всём?

Кайден знал, что Эйна лучше, и ему не хотелось ставить это под сомнение.

– Считаешь, мне стоит остаться с ней, поэтому так боишься, когда она рядом?

– Ты её так защищаешь, – прошипела Венанция и впилась когтями в запястье Кайдена. – Так заботишься о ней!

– Я обо всех своих людях забочусь! – Кайден терпел и эту боль от её ногтей. – Когда отец Борво сломал ногу, я отправил к нему своего придворного целителя. Когда Алонос поссорился с отцом невесты, я лично съездил к старику и заступился за своего человека. Отправил в университет сына Лугуса. Перевёз в замок мать Сидмона, когда из-за старости она не смогла ухаживать за собой. Помог Мабону с покупкой дома. Элбану нашёл кормилицу для дочери, когда его жена умерла, а он от горя не знал, что делать. Дамно я вытащил из тюрьмы, куда он угодил за пьяную драку. Я знаю об их семьях, решаю их проблемы, если они сами не могут справиться. Ты всерьёз полагаешь, что я делаю это только для того, чтобы с ними перепихнуться?

Извернувшись, Венанция ошалело посмотрела на него и выдавила невнятное:

– Нет, конечно, нет. – Тут же нахмурилась и оскалилась. – Но на Эйну ты смотришь иначе!

– Ну так она женщина! – Кайден резко отпустил Венанцию и сложил руки на луку седла. Просто чтобы не схватить Венанцию ещё раз. – Я на всех женщин смотрю иначе, чем на мужчин, и мне это кажется более чем естественным. И что ты планируешь делать, если мы поженимся? Убрать из столицы всех женщин, чтобы я, не дай боги, на какую-нибудь из них не посмотрел?

– Если поженимся? – голос Венанции дрогнул, и в глазах отразился вопрос вперемешку со страхом.

– Венанция, мне нужна жена, с которой мы будем приумножать наши богатства и влияние, а не та, которая станет распугивать полезных людей только потому, что ей какой-то не такой взгляд померещился. – Кайден коротко кивнул. – Хорошего тебе дня.

Он резко повернул коня и дал ему шенкелей, пуская в галоп. Кайден понимал, что Венанция смотрит ему вслед, практически чувствовал это, но не оглянулся, оставив её думать над его словами и надеясь, что это хотя бы до свадьбы Венанцию немного угомонит.

В небесах пронзительно вскрикнул орёл. Кайден поднял голову, и ветер сильнее задёргал тёмные пряди его волос. Изящная птица кружила над столицей. Был ли это орёл Эйны или какой-то иной, Кайден не знал, он наклонился вперёд и на полном ходу въехал в городские ворота.

На улицах почти никого не было, Кайден нёсся дальше, и цокот копыт эхом разлетался по будто вымершему городу. Кайдену вдруг подумалось, что его вопрос к Венанции – не собирается ли она выгнать всех женщин – может оказаться в некоторой степени пророческим: если дать ей волю – столичные жители сами разбегутся от такой королевы.

Коня Кайден остановил возле таверны «Жирный гусь», бросил поводья выскочившему из заведения мальчишке, а сам стремительно прошёл через почти пустой зал и поднялся на второй этаж с разделёнными перегородками столами.

Его предположения оправдались: народа здесь тоже было немного, поэтому красноволосый Чигару, восседавший за заставленным бутылками, тарелками с огрызками и печёными гусями столом, сразу бросался в глаза, как и сидящие по бокам от него девицы со слишком откровенными декольте. Точнее, даже не сидящие, а висящие на его плечах – по штуке на плечо.

– Как всегда в своём репертуаре, – вздохнул Кайден и уселся на скамейку напротив Чигару.