Глава 10.

Я лишь зло замычала в ответ, но по понятным причинам не могла ничего ответить.

– Терпи, будет больно, – предупредил Фидо и сунул мне в рот что-то вроде кляпа, а сам стал делать какие-то пассы руками. Меня пронзила адская боль. Я то ли закричала, то ли захрипела, но из горла однозначно выходили какие-то звуки, четкого обозначения которым я не могла дать. Мне кажется, я в какой-то момент просто отрубилась от боли, а когда пришла в себя, то этой непонятной конструкции у меня во рту не было, а сам рот был закрыт, а голова перевязана под подбородком.

– Ну что, очухалась? – Фидо устало посмотрел на меня и вытер пот с лица. – Ну ты и набедокурила, девка, – старик вздохнул и уставился на меня. – Моргни один раз, если “да”, и два раза – если “нет”. Поняла меня?

Я моргнула один раз.

– Тебя разбойники обижали? Снасильничали? – и старик нахмурил брови, сурово сверля меня взглядом. Я два раза моргнула и еще и одарила старика возмущенным взглядом. – Это хорошо, – кивнул сам себе Фидо. – Ты сказала лорду, что сын не его? – он бы мог и не спрашивать, так как прекрасно знал, чей это сын. Я все же выразительно моргнула и закатила глаза к небу. – Ты давай мне тут не возмущайся, я должен был спросить. А чей это сын, ты успела сказать? – я два раза моргнула. – Не успела? – я снова два раза моргнула. – Ясно, – старик недовольно сморщился. – И что делать-то будем? Там этот лорд сейчас носится и орет, чтобы тебя ему выдали и чтобы он совершил праведный суд, – я возмущенно уставилась на Фидо. Очень хотелось сказать, куда этому лорду и его женушке идти. Я бы даже направление им показала, но с фиксирующей повязкой этого не сделаешь.

– Как она? – в палатку заглянул блондинистый принц, я хмуро на него уставилась.

– Плохо, – отвечает старик, а я удивленно на него посмотрела. Я-то думала, что он скажет, что со мной все в полном порядке и я готова предстать перед всеми судами, на которые меня готовы отправить. – Ваше Высочество, нам надо поговорить с вами и принцем Альдо.

– О чем? – в палатку вошел и темноволосый принц, который, оказывается, просто стоял позади белобрысого. – Что здесь произошло и чей это сын? Фидо, мы не можем выдвигаться в город, пока не разберемся с этим вопросом.

– Об этом и хотел поговорить, – отвечает Фидо. – Этот мальчик – не сын лорда Грехема. И не потому, что леди Грехем грешна перед мужем. А потому, что его родила совершенно другая женщина. Совершенно от другого мужчины. Вернее, от дракона.

– Что? – оба принца переглянулись и уставились удивленно на нас с Фидо.

– Чей это сын? – принц Альдо почему-то зло уставился на меня. Он что, думает, что я – мать этого младенца? Да-а-а-а, с логикой у темненького очень плохо. Он же видел меня не так давно у дома старика, и я там, между прочим, была без живота. Или он вообще ничего не знает о процессе вынашивания и его сроках?

– Твоя внучка – его мать? – это уже принц-блондин вставил свои пять копеек. У блондинчика не лучше с математикой и логикой. Как они страной править собираются, если даже такого элементарного не знают? Или, может, они думают, что у драконов дети как-то по-другому появляются? Так я их расстрою: и делаются они так же, как у людей, и на свет производятся тоже тем же способом.

– Нет, – тут даже Фидо немного очумел от такого вопроса. Он стоял и хлопал глазами, переваривая его. – Мы вместе с Лией принимали роды у девушки.

– Что за девушка? – мне кажется, на лицах обоих принцев отразилось облегчение, и они словно бы расслабились, узнав, что я не мать Уильяма.

– Дочь трактирщика, – рассказал старик. – К ним заезжал один дракон, который путешествовал тайком, и обрюхатил девицу.

– Почему она не связалась с ним? – задает вполне разумный вопрос один из принцев. Крутить головой было довольно больно. Начиналось головокружение, и потому я просто постаралась повернуться так, чтобы мне было удобно смотреть. Ко мне тут же подошел Альдо и помог развернуться, не потревожив повязку. А я удивленно на него посмотрела.

– Чем руководствовалась девушка и почему поступила так, а не иначе, сможет объяснить лишь одна она. Но мы с Лией точно знаем, что этот мальчик – не сын лорда. Мы шли в город, чтобы найти отца малыша и отдать его ему, – продолжил рассказ Фидо, а я даже дернулась от этих слов и уставилась на старика. Что он такое говорит? Или не хочет, чтобы принцы знали, что он согласился убить мальчика? – Да-да, Лия, я обманул трактирщика и решил, несмотря на его просьбу, найти отца ребенка. А трактирщику я это не сказал, чтобы он отпустил нас без проблем и не чинил препятствий, – это уже старик говорил мне, видя, какими шокированными глазами я на него смотрела. – Неужели ты думала, что я смогу убить или бросить в лесу беспомощного младенца? – я не решилась моргнуть или кивнуть, чтобы ответить на этот вопрос старика. Да. Вообще-то я так и думала. Потому и сбежала и попала в эту передрягу с разбойниками. – Эх…

– Тогда нужно как-то доказать лорду Грехему, что это не его сын, – задумчиво ответил Альдо, отходя от моего ложа. Принц начал расхаживать по палатке, а ко мне приблизился второй принц, который принес откуда-то плед и укрыл меня им. Это что за приступы заботы у них? Я непонимающе посмотрела на Фидо, который лишь хитренько так усмехнулся и прищурился.

– У меня есть идея! – вдруг принц Мерек вскинул палец вверх. – Нужно доставить сюда родовой артефакт, и он определит, чья кровь течет в ребенке.

– А неплохая идея, – согласился его брат. – И тогда не нужно будет никаких судов и разбирательств, на которые нужно будет тащить Лию, – добавляет он. Это они что, так переживают, чтобы меня не судили?

– Как быстро вы сможете его сюда доставить? – Фидо явно понравилась эта идея. Он тоже не горел желанием быть свидетелем в суде. Если начнется какое-то судебное разбирательство, то о тихом-мирном существовании нам стоит забыть. Все узнаю, кто он. И не исключено, что вскроется, что и я не совсем та, за кого себя выдаю. Кто-то обязательно вспомнит, что у старика нет детей, а значит, и внучке взяться неоткуда. Кроме всего прочего, меня очень волновало, что эти два озабоченных принца так странно на меня поглядывали.

– Сегодня же, – ответил брюнет и, кивнув мне и старику, вышел из палатки.

– Мы скоро вернемся, – ответил блондин и последовал за товарищем.

Они сегодня притащат этот артефакт, и вскроется правда. А значит, лорд Грехем узнает, что жена ему наврала. Ох, что будет-то. Даже страшно себе представить. Но, несмотря на то положение, в котором я сейчас оказалась, я не питала к ней злобу. Бедная, запуганная женщина. Если б не предрассудки и страхи, она бы не пыталась выдать чужого ребенка за своего. Мне даже стало страшно за ее жизнь.

– Да не бойся, принцы не дадут этому лорду учинить суд над женой, – старик словно прочитал мои мысли. Говорить я не могла, но у Фидо была хорошо развита интуиция, и он и без слов понял ход моих мыслей. А может быть, это не интуиция, а просто я такая предсказуемая, что буду сочувствовать женщине, из-за которой мне сломал челюсть ее психованный муженек. – Как выяснится вся эта ситуация, поблагодарим принцев, дойдем до города, найдем горе-папашку. Ты к этому времени поправишься и говорить сможешь. И расскажешь все, что тебе рассказала эта девчонка, – я удивленно посмотрела на Фидо. Значит, он догадывался, что Уляния рассказала мне больше, чем кому бы то ни было. – Да, я все сразу понял и решил не мешать. Одно я не учел, что ты меня в душегубы запишешь, – все же старика мое предположение обидело, как бы он ни пытался говорить с некоторой долей юмора в голосе. – Сбагрим малыша родителю и займемся наконец-то своими делами. Построим лавку… – старик почему-то замолчал, а я вопросительно на него посмотрела. – Да беспокоят меня оба принца. Они словно почуяли что-то, несмотря на измененную внешность. Вон как ходят вокруг тебя, словно два пса за хозяйкой. На руках носят да одеялом укрывают, – я на эти слова лишь попыталась закатить глаза к небу. И если бы смогла фыркнуть, то обязательно это сделала бы. – Ты давай не ворочайся. Я тебе только челюсть зафиксировал. Ты же не хочешь перекошенной на всю жизнь остаться? – Я испуганно уставилась на Фидо. – То-то же! Так что лежи смирно и не дергайся, – пригрозил мне старик. – Если они рассмотрят в тебе, дурнушке, свою истинную, то, значит, так тому и быть.

Я была возмущена словами и рассуждениями старика. Принцы рассмотрят. А что, мое мнение вообще не котируется? Ну, рассмотрят они, мне-то что до этого? То, что они там для себя решили, это еще не значит, что я хочу быть с ними.

Но мысль о том, что они "рассмотрят" и решат мою судьбу, засела в голове ржавым гвоздем. Я вдруг осознала, что совершенно потеряла контроль над ситуацией. Меня словно перекати-поле несло ветром чужих решений и планов. Интриги Фидо и леди Милы, судьба ребенка, который стал мне небезразличен за это время, чувства принцев – все это кружилось вокруг меня, а я лишь беспомощно наблюдала, не имея возможности повлиять хоть на что-то.

Страх перед будущим сковал меня. Что, если что-то пойдет не так? Вернее, если принцы и не будут выяснять, что я хочу и чувствую? Ведь мир здесь достаточно суров, чтобы желание мужчины ценилось значительно выше желания и мнения женщины. Идея о тихой лавке, которой грезил Фидо, казалась сейчас невероятно далекой и нереальной.

От бессилия на глаза навернулись слезы. Я сжала кулаки под одеялом, пытаясь хоть как-то унять дрожь. Нет, я не позволю им решать за меня! Как только встану на ноги, вырвусь из этого клубка интриг и сама построю свою жизнь. Пусть принцы делают что хотят, а я найду свой путь.

Полная решимости, я все думала о предстоящем дне, где должно все выясниться, но от пережитых событий выдохлась и уснула.

Проснулась я от шума, который раздавался с улицы. Шум людских голосов, возмущенные крики, а все завершилось ревом дракона, после которого воцарилась тишина.

Я начала искать взглядом Фидо и нашла его у стены палатки. Он отодвинул край ткани и подсматривал, что же происходило на улице. Я по-прежнему не могла говорить и промычала, чтобы привлечь к себе внимание.

– Разбудили? – старик обратился ко мне, подходя ко мне и осматривая мое лицо. Видимо, его вполне устроило то, что он увидел, и он вернулся к своему наблюдательному посту.

Я попыталась встать, но резкая боль пронзила висок, заставляя снова упасть на подстилку. В голове пульсировало, словно там плясали маленькие черти. Фидо раздраженно посмотрел на меня, словно я ему невероятно мешала.

– Не шуми, – шикнул на меня старик. – Дай полюбоваться, как Мерек ставит на место зарвавшегося лорда, – я отчетливо слышала нотки злорадства в голосе Фидо. – Пору уже этому недоделанному аристократу намять бока и рассказать, как следует себя вести с женщинами, – это он что, из-за меня так на лорда бочку катит? А это даже приятно, когда за тебя вот так вот заступаются.

Превозмогая боль, я все же села. Голова раскалывалась, но любопытство пересилило. Медленно, стараясь не делать резких движений, я доползла до Фидо и заглянула в щель. Зрелище открылось впечатляющее. На залитой утренним солнцем поляне разразилась целая баталия. Лорд Грехем стоял с перекошенным от злости лицом. На другом конце поляны на лавке сидела леди Мила, а за спиной нее стояла горничная с детьми на руках. С другой стороны, ближайшей к нам, стоял странный кубок с большим кристаллом внутри чаши.

– Что, интересно стало? – Фидо хитро посмотрел на меня, а я выразительно моргнула, подтверждая его догадку. “Любопытно” – это не то слово.

– Если кратко, то лорд Грехем пытается обвинить принца в том, что он хочет скомпрометировать его и его жену перед его людьми, и вызвал принца на поединок. Если принц победит, то над малышами проведут обряд признания рода и выяснят: есть в ком-нибудь из них кровь рода Грехемов. Вот будет умора, если ни в одном из детей эту самую кровь не найдут! – злорадно усмехнулся старик. А я сперва не поняла, что именно он имел в виду, а когда дошло, на что намекает Фидо, выпучила на него удивленный взгляд.

Вокруг на почтительном расстоянии стояли люди, с интересом наблюдая за разворачивающейся сценой. Ну правильно, развлекаловка для простого люда – аристократы ругаются.

– Ну, посмотрим, как ты запоешь теперь, щенок, – пробормотал Фидо, потирая руки. Он предвкушал драку, а я испуганно замерла. Отчего-то стало не по себе. А если лорд навредит принцу? Хотя какая мне разница? Я передернула плечами, пусть творят что хотят. Боль в голове немного отступила, уступая место волнению.

Внезапно лорд бросился на Мерека с кулаками, но тот легко увернулся и одним ударом повалил его на землю. Толпа одобрительно загудела, а у меня сердце испуганно замерло. Лорд Грехем вскочил, лицо его побагровело от ярости. Он выкрикнул что-то нечленораздельное и снова бросился в атаку, но принц Мерек, казалось, играючи отражал все его выпады. Движения принца были плавными и точными, словно он танцевал, а лорд Грехем выглядел неуклюжим медвежонком. Каждый удар Мерека отбрасывал лорда назад, и тот становился все злее и отчаяннее.

– Так ему и надо, – Фидо, наблюдавший за поединком, довольно хмыкал. – Так ему и надо, – приговаривал старик. – Учись, щенок, как надо себя вести!

Я же, забыв о боли в голове, с тревогой следила за происходящим. Что-то мне подсказывало, что это не просто поединок, а что-то гораздо большее.

Вдруг лорд Грехем отступил и, тяжело дыша, указал на кубок с кристаллом.

– Дети не смогут пройти испытание, они слишком малы, – лорд явно проигрывал и пытался свой проигрыш завуалировать благими намерениями. Мне стало неприятно от такого двуличия мужчины.

Мерек нахмурился, а в толпе пронесся вздох удивления. Стало понятно, что если принцы начнут настаивать, то получится, что они рискуют жизнями малышей.

– Тогда остается только одно, – в центр поляны вышел Альдо. – Мы отправляемся в город, где живет другой дракон, который пройдет обряд и призовет свою кровь.

– Хорошо, – лорд склоняется перед принцами на одно колено, опустив голову.

– Вот шельмец! – прокомментировал Фидо. – Выкрутился и жену свою прикрыл.

Я нахмурилась, не понимая, о чем говорит старик.

– Ты не поняла, да? – старик отошел от проема и отвел меня обратно на постель, усадив на нее. – Он побоялся, что ни в одном из детей не будет крови рода, а может, знал, что ее там не будет. Если обряд признания крови пройдет тот самый дракон, предполагаемый отец мальчика, то артефакт просто свяжет их родовой меткой и все. Никто не узнает, что девочка – это не дочь лорда.

Я лишь оторопело смотрела на Фидо. Кажется, я открыла ящик Пандоры, когда крикнула во всеуслышание, что Уильям не сын лорда. Если мужчина пошел на такую уловку, значит, он точно знает, что дочь леди Милы не его ребенок. Чем больше развивается эта история, тем больше грязных подробностей всплывает.

– А сейчас нам надо собираться, ведь мы сегодня отправляемся в город, – Фидо усмехнулся и начал складывать склянки и банки в короб. Кажется, только его забавляла эта ситуация.

Вопрос с транспортировкой всего женского коллектива вместе с детьми до города вызвал много вопросов. Карета была одна. И хоть фактически мы все могли в нее поместиться, ехать вместе с леди Милой, горничной Бесси и двумя карапузами, для которых нашли корзинки для удобства транспортировки, я очень не хотела. Фидо, понимая всю ситуацию, предложил мне ехать в обычной телеге, и я с радостью согласилась.

– Я не позволю этой ведьме ехать с моей семьей в одной карете! – закричал он, когда мы вышли из палатки. Блондинчик все пытался отнести меня на руках до телеги, но я настолько выразительно посмотрела на него, что он перестал настаивать.

– Эта ведьма, как ты выразился, – Фидо не смог промолчать и проглотить оскорбление в отношении меня, – помогла твоей жене разродиться, а не умереть в муках, дурень.

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать, старик! – взвился мужчина, но в этот момент оба принца вышли из палатки и хмуро посмотрели на лорда.

– Лорд Грехем, этот старик и эта девушка под защитой обоих королевств. И потому прошу вас не только держаться от них подальше, но и исключить любого рода оскорбления в их адрес, – отчеканил брюнет, и я даже с уважением на него посмотрела.

– Она ведьма! – вскрикнул лорд и ткнул в меня пальцем.

– Она целительница без магии, – припечатал мужчину блондинистый принц. – На этом разговор окончен.

Лорд зло сверкнул взглядом в нашу сторону и отвернулся. В это время как раз появилась леди Мила в сопровождении Бесси, которая несла корзинки с детьми. Я с тоской посмотрела на деток. Как же я соскучилась по Уильяму.

Дракон демонстративно помог жене и служанке забраться в карету, после чего закрыл дверцу. И, бросив в нашу сторону тяжелый взгляд, вскочил на коня и удалился.

Я хотела сказать спасибо, но по-прежнему у меня на лице была надета странная конструкция, которая не давала мне возможности открыть рот. И уж тем более что-то сказать. Этакий примитивный намордник, сконструированный Фидо из подручных материалов.

Принцы молча проводили лорда взглядом и отошли в сторону телеги, обсуждая между собой, что уже жалеют, что ввязались в освобождение его жены.

– Странный он все-таки, – ворчал брюнет в ответ на слова блондина. – Еще и эта темная история про детей.

– Видимо, на больную мозоль ему наступили, – усмехнулся блондинчик, подмигнув мне, и скрылся в палатке. Я лишь удивленно на него посмотрела, когда он вышел из нее с кучей пледов, одеял и подушек. Все это богатство он понес в сторону телеги, на которую брюнет уже выложил довольно прилично сена.

– Заботятся, – усмехнулся, хитро прищуриваясь, Фидо и потопал к телеге.

– А что у него за больная мозоль? – прикинулся простачком старик.

– Да это же у него третья или четвертая жена, не помню точно, – ответил Альдо. У меня лишь брови поползли на лоб от услышанного, и я бросила взгляд в ту сторону, в которую ускакал мужчина.

– А что ж у него с другими женами стало? – Фидо помог принцам делать из телеги царское ложе. Я так понимаю, он тоже планировал на ней передвигаться.

– Кто в родах умер, – брюнет задумался.

– Одна точно со скалы бросилась, – дополнил рассказ блондин.

– Сгинули все, – подытожил брюнет.

– Да, – согласился блондинистый принц. – Так что это его последняя попытка.

– А тут такая неразбериха с детьми, – задумчиво произнес Фидо и, нахмурившись, посмотрел на меня.

– Слухи ходят, что его прокляла какая-то ведьма, которую он то ли обесчестил, то ли оскорбил. А может, просто придумывают. Народ любит легенды, – произнес брюнет, делая мне приглашающий жест и подавая руку, чтобы я смогла забраться в телегу. – Это, конечно, не карета, но, думаю, вас не растрясет.

Я несмело вложила свою ладонь в протянутую руку, и мужчина сперва поцеловал мне руку, а затем одним махом подхватил и закинул на мягкие одеяла.

– Мне руки целовать не надо, но взобраться бы не мешало помочь, – проворчал Фидо. Я прекрасно знаю, можно сказать доподлинно, что этот старик только с виду старик, а на самом деле шустрый и сильный. И уж точно смог бы забраться в телегу без чьей бы то ни было помощи. А значит, старик отвлекает принцев от меня намеренно. Ну что ж, спасибо. Я пока не готова принимать ухаживания от тех, кто не так давно воспринимал меня как очередную девку, которую родители привели на гору, чтобы выдать за их истинную. Хотя теперь понятно, почему они так странно отреагировали. Ну правильно, если они считали меня подосланным “казачком”, то, естественно, решили испугать и были злы. Но все же, не гнаться же за мной из-за этого с собаками. Как вспомню, какого страха натерпелась, так любая симпатия к этим принцам сразу пропадает. Так что я не посмотрела на ищущих моего взгляда мужчин, устроилась поудобнее и закрыла глаза, делая вид, что буду спать. Это лучший выход, чтобы избежать немного навязчивого внимания к моей персоне.

Процессия, выстроившись в караван, двинулась по дороге, а я и в самом деле задремала от мерного покачивания. Парни постарались, и мое путешествие действительно оказалось комфортным. И по прибытии в город я выспалась и чувствовала себя значительно лучше. Правда, была голодной как волк.