Глава 32

Полыхнула вспышка, я зажмурилась и на несколько секунд оглохла от рычания. В ноздри ударил запах… какой-то странный, похожий на запах костра, только очень-очень сильный.

В холле стало жарко, как в печи.

Всего этого — звука, запаха, боли в отбитом животе, боках и лице, — стало так много, что я на некоторое время потеряла, кажется, сознание.

Потому что иначе не объяснить, почему все погрузилось в темноту и тишину, а затем я вдруг почувствовала на лице детские ладошки и подозрительные капли влаги.

Кое-как проморгавшись, я открыла глаза и увидела перед собой расплывающееся лицо Джесси.

Мой малыш плакал и тормошил меня, вцепляясь ручками то в плечи, то в щеки.

— Ну тише, — пробормотала я, прижимая его к себе. — Тише, тише. Что ты плачешь?

Может, сон плохой приснился?

Или…

Раньше, чем я успела додумать эту мысль, воспоминания о произошедшем обрушились на меня. Развязный тон Уэйна, улыбка на отвратительно влажных губах, удары, боль, Ашер-дракон…

Ашер — дракон! Как это вообще возможно? Может, мне все приснилось?

Прижимая к себе Джесси, я рывком села и оглядела холл: на стенах красовались подпалины, перила в нескольких местах были сломаны, как будто за них цеплялись когтями, паркет в центре как будто оторвали от пола огромными лапами.

А Ашер…

Я вздрогнула, наконец увидев его. Ашер лежал у стены неподвижно — обычный человек, не дракон. Только обнаженный — логично, я ведь не видела на драконе ни следа брюк, когда он вдруг появился в холле…

Боже, что за ерунда лезет в голову.

Протеза тоже не было. Должно быть, он слетел и разбился во время обращения.

Я попыталась вспомнить, сколько лап было у дракона — и не смогла.

Он в порядке? Почему он не двигается?

— Дерек!

Крепче обняв Джесси, я рванула к Ашеру и рухнула рядом с ним на колени.

— Ашер! Ашер! — Я отпустила Джесси и с трудом улыбнулась. — Малыш, побудь пока рядом. Ашер, чтоб тебя!

Почему он без сознания?.. Что с ним?

Я беспомощно заозиралась, Ашер вдруг открыл глаза и выдавил:

— Но вот. Был же.

— Что? — наклонившись, выкрикнула а.

— Был же. Дерек.

Он застонал, его глаза закрылись.

Мое сердце рухнуло в пятки.

— Дерек! Ответь мне! Что за…

Не договорив, я мысленно отвесила себе пощечину.

А ну возьми себя в руки! Ты, мать твою, целительница, а не вздорная баба, кто бы что ни говорил!

Сосредоточься и будь добра, сама ответь на вопросы о том, что с Ашером, почему он без сознания и как ему помочь!

Истерики она тут устраивать собралась, ишь ты!

Я вытерла лицо рукой, поморщилась от вспышки боли — хорошо же меня Уэйн отделал, лицо по ощущениям напоминало один большой синяк, — а затем повернулась к Джесси.

— Ты молодец, что меня разбудил! Как ты себя чувствуешь, все хорошо? — Дождавшись неуверенного заплаканного кивка от Джесси, я растянула губы в улыбке: — Вот и славно.

Джесси продолжал всхлипывать, у меня сердце разрывалось от того, что я не могу сейчас его обнять и успокоить, но времени на это просто не было. Мне нужно было понять, что с Ашером.

Он ведь обратился в дракона! Это должно было означать окончательное выздоровление.

Или нет?

Дышал он тяжело, прерывисто и медленно, как будто каждый вдох давался ему с огромным трудом.

Глаза его были закрыты, кожа…

Чтоб его, кожа Ашера была просто раскаленной.

Он как будто горел заживо.

Что с ним?

Снова стерев с лица слезы, я постаралась взять себя в руки.

Сосредоточься, целительница, чтоб тебя.

Что произошло? Ашер стал драконом. А сразу после этого… К слову, где Уэйн? Где эта падаль? Если он снова набросится на меня или на моего сына, видит бог…

Я огляделась, но не нашла в холле ни следа Уэйна, только подозрительные подпалины на стенах и на полу, а еще — осевший на все вокруг пепел.

В голове заскреблось какое-то смутное подозрение о том, как могут быть связаны разозленный дракон, вспышки света, жар, пепел и пропавший непонятно куда Уэйн, но я решила не придавать пока этому значения.

— Ашер. Ашер, как ты себя чувствуешь? Где болит?

Как он вообще умудрился обратиться драконом? Он ведь не мог, связь со второй ипостасью была практически разорвана — оставшейся в Ашере магии не всегда хватало даже на какие-то бытовые действия, вроде бросить Джесси кубик или…

От возникшей в голове догадки все внутри похолодело.

Можно было только предполагать, как Ашеру удалось обратиться и почему сейчас, но вывод из этого можно было сделать только один: обращение во вторую ипостась у дракона требует огромных затрат магических сил и нагружает магическую систему организма на сто процентов.

Это не воду в стакане разогреть и даже не огненный боевой заряд в стену кинуть!

Так что, скорее всего, мы имеем дело с тем, чего я все это время больше всего боялась. Без полноценного отвода нагрузки через магическую систему любой магический импульс уничтожает тело и в первую очередь бьет по нервной системе.

Во время обращения магический импульс колоссальной силы, проехавшийся по нервной системе Ашера, повредил ее еще сильнее. Несколько минут в теле дракона Ашер еще выдержал, а вот потом… Потом силы и кончились. Поэтому Ашер сейчас без сознания, а иммунная система его тела сходит с ума.

Ему нельзя было использовать магию. Даже немного.

А этот идиот взял и обратился в дракона!

Еще и бывшего мужа моего спалил так, что даже головешек не осталось!

Ну и кто он после этого?! Как мне его спасти? Горячей водой и холодной тряпкой на лоб, как при мигрени, тут не обойдешься!

— Ашер, ты меня слышишь? — ровно спросила я. — Ашер? Ашер, ты слышишь меня?

В этот момент за моей спиной раздались знакомые шаркающие шаги и приглушенный вздох.

Я обернулась и уставилась на Мортимера. Он был предсказуемо перемазан в грязи и держал в руках какой-то саженец. На лице Мортимера, пока он оглядывал развороченный холл, был написан ужас.

Как я и предполагала — ковырялся в саду. Мортимер вообще задался целью привести сад в порядок «для его светлости» как раз к следующему лету. Я точно знала, что он лукавил: Ашеру было плевать на сад, а вот сам Мортимер обожал огородничать.

Вот бы невинная ложь управляющего была главной проблемой.

Стараясь не паниковать, я ровным голосм приказала:

— Бегите в больницу, найдите Метьюза и скажите ему, что мне срочно нужна отражательная сфера и еще кто-то, кто поможет наложить стазис. Лучше пускай придет он сам, но если нет — то просто пускай отправит кого-то опытного. Практикантов чтобы не присылал.

Я на пушечный выстрел не подпущу к Ашеру кого-то, кто может ему навредить.

— Но…

— Быстро, я сказала! — не выдержала все-таки я. По щекам побежали слезы. — Иначе я вашу морщинистую задницу в стену впечатаю! — Я воинственно подняла руку, заставляя ее засветиться. — Или вам плевать на здоровье его светлости? Быстро, Мортимер! Или кого-нибудь другого пошлите, главное — побыстрее.

Мой голос вдруг зазвучал не твердо, а жалобно. Внезапно на меня навалилось, как волна, мучительное чувство дежа вю. Это ведь уже было.

Ашер уже использовал магию, его нервная система уже перегружалась, а я уже угрожала не желающему мне помогать Мортимеру.

В этот раз, правда долго препираться не пришлось.

— Так… — пробормотал он, серея еще сильнее. — Нету ж никого. Отпустил его светлость всех. Я вот только…

— Мортимер, если ты не поторопишься — может случиться страшное!

Управляющий попятился, уронил саженец и рванул наконец к двери.

Я перевела дух и снова позвала.

— Ашер?

Нет ответа.

По спине от испуга пробежали мурашки. Секунды текли медленно, слишком медленно. Ашер не приходил в себя, не отвечал и был горячим, как печка.

Драконов тяжело лечить. Они почти не поддаются магическим воздействиям со стороны, информации о том, как работают их тела, крайне мало.

Одним из немногих вариантов если не лечения, то хотя бы поддержания, был стазис. Но я не смогу наложить его в одиночку, только сделаю хуже.

А если Мортимер не успеет? А если стазис не поможет?

Как ему помочь? Что мне делать? Думай, Амелия Уэйн, думай! Что ты знаешь о драконах?

В какой-то момент мне показалось, что я в самом деле найду ответы.

Вспомню хорошенько все о том, как устроены драконы: и про двухуровневые системы их организма, и про колоссальную магическую мощь, и про все остальное, что успела узнать, — и найду решение.

Сделаю что-то! Ашер откроет глаза — и тут-то я хорошенько его отчитаю! Чтобы не вздумал больше так подставляться и вредить себе.

Но минуты шли, ничего не менялось. Прижавшись ко мне всем телом, рядом сидел притихший Джесси. Кое-как сбросив оцепенение, я отыскала в гостиной на первом этаже плед и накрыла им Ашера.

— Ашер? — позвала я. — Ты меня слышишь? Дерек?

Никакого ответа.

Спустя мучительные полчаса в особняк влетел Метьюз. Он замер на пороге, сжав обеими руками объемную отражающую сферу в кожаном футляре, и выдавил:

— Что ты… Что у тебя с лицом? Это… это сделал… вот этот? — Он указал взглядом на дракона.

— Ты с ума сошел?! Метьюз! Он без сознания! Нужен стазис.

Метьюз не пошевелился.

— Метьюз! — выпалила я. — Или ты немедленно подойдешь сюда — или я тебе что-нибудь оторву!

— Амелия, ты должна понимать…

— Сначала стазис — потом разговоры! — отрезала я. — Иначе он прямо сейчас п… погибнет!

Последнее слово я буквально заставила себя произнести.

Несколько секунд Метьюз колебался, а потом быстрым шагом приблизился к Ашеру, сел на корточки и скомандовал:

— Создай круг. Сначала наложим стазис. Потом проверим его сферой. Давно пациент в таком состоянии?

Ответа он, судя по всему, не ждал, потому что тут же принялся плести сеть стазиса, чтобы опустить ее на Ашера.

— Пульс в норме, — бормотал Метьюз, — дыхание учащенное, поверхностное. Температура тела…

Он замолчал.

— Сорок три градуса, — ответила я и задрала голову. — Мортимер, вы не могли бы отвести Джесси на кухню и дать ему горячего молока?

— Но…

— Это был не вопрос, — угрожающе сказала я и улыбнулась сыну: — Сходи пока отдохни, ладно? Я приду через час.

Джесси нахмурился.

“С ним все будет хорошо?” — показал он жестами.

Я сглотнула.

— Конечно! Разумеется! Гене… Дерек просто переутомился. Он скоро придет в себя. Ну, иди. Ты вернешься — и Дерек уже проснется.

Не припомню, когда я хоть раз врала сыну так бесстыже. Последним, что я увидела, был какой-то странный взгляд Мортимера.

В нем светилась… надежда?

Кажется, я обманула не только Джесси.

Вот бы еще и себя в этом убедить.

— Это то, что я думаю? — бросил Метьюз, как только они оба удалились.

Я сглотнула и ничего не ответила.

— Амелия?

— Нет.

— Амелия…

— Он будет жить, ясно?! — рявкнула я. — Это просто… просто переутомление! Нужен стазис, чтобы… чтобы он мог восстановиться.

Раз уж ничто другое на драконов не действует.

Золотистый круг с сетью внутри наконец был готов, и мы с Метьюзом опустили его на Ашера. Кажется, все то время, что мы это делали, я не дышала, и немного успокоилась, только когда золотистые нити коснулись кожи Ашера и растворились в ней, на секунду мигнув лиловым — это значило, что стазис наложен удачно.

Теперь оставалось только ждать, пока организм Ашера восстановится сам после переутомления.

Пожалуй, стазис был единственным магическим методом лечения, который действовал на драконов. Я на него очень рассчитывала.

— Метьюз, дай сферу. Нужно проверить внутренние повреждения.

Я говорила быстро, изо всех сил игнорируя взгляд Метьюза.

— Амелия…

— На пороге оставил? Да, вон она.

Я вскочила, и Метьюз тяжело поднялся одновременно со мной.

— Амелия. Ты сама знаешь, что драконы с отслойкой второй ипостаси не живут долго… Это было неизбежно и ты должна понимать, что стазисом мы просто отсрочим, то, что должно…

— Нет! — воскликнула я так громко, что моя собственная магия вырвалась наружу, и где-то под потолком лопнул светильник. — Отслойка второй ипостаси — идиотский диагноз. Как бы при этом пациент мог пользоваться магией, если бы у него вторая ипостась отслоилась? Правильнее было бы назвать это деафферентацией магической системы.

А из-за деафферентации нагрузку магических импульсов берет на себя нервная система — отсюда-то все проблемы.

Метьюз сглотнул. Конечно, он слышал от меня это уже не в первый раз.

“Поменьше умничай — побольше работай!” — такой у него был обычно ответ на мои теоретические изыскания.

— Как это ни назови, ты должна понимать: дни дракона сочтены с того момента, как он потерял вторую ипостась. А отслойка это или деафферентация — один хрен, уж прости за прямоту.

— Он его не потерял! Ты сам себя не слышишь! Ты идиот — и…

— Амелия! — рявкнул Метьюз.

— Ашер превратился в дракона! Сегодня. Это значит, что я была права! Никакая это не отслойка! Все ваши диагнозы и мрачные предсказания — чушь собачья! А значит, он не умрет. Ему не обязательно умирать!

Метьюз нахмурился.

— Что ты сказала?

— Ты слышал. А теперь — может, мы наконец обследуем его сферой?!

Я в тайне надеялась на чудо. Что сфера покажет что-то… что-то, что даст ответы.

Но этого не произошло.

Все, что показывала сфера, — крайняя степень истощения. Все системы организма работают на пределе.

Но это я могла бы сказать и без обследования.

— Должен быть способ ему помочь, — рассуждала я вслух. — Если при обращении магический импульс настолько сильно повредил его тело, то это…

— Амелия…

— Это должно быть обратимо! Метьюз, нужно ведь что-то придумать! Мы должны!

Я вскинула на Метьюза умоляющий взгляд.

Ну же! Ты работаешь целителем дольше, чем я на свете живу, причем считая обе жизни.

Ты должен что-то придумать! Просто обязан! Ты же умнее всех этих надутых академиков, которые писали те книжки о драконах, в тысячу раз умнее!

Метьюз вздохнул, отворачиваясь.

— Иногда, девочка, остается только молиться. Прости.

* * *

Кажется, я на него накричала и даже вытолкала взашей, а Метьюз за это забыл обозвать меня яйцерезкой, только растерянно и грустно повторял свое “девочка”.

Только стоя на пороге, Метьюз вдруг забыл о том, что хотел поберечь мои чувства и заявил:

— Ну вот что ты разбушевалась? Тебе с герцогом при любом раскладе бы ничего не светило! Не того ты поля ягода!