Глава 21

Ночью, с трудом поддавшись сну, я металась от странного видения. Бредя по запущенному саду возле поместья, глядя на усыпанную белыми кувшинками траву, меня не отпускала тревога. Ощущение надвигающейся беды пронзало незримое тело, наполняя тревогой. А после я увидела Деймоса, стоящего вдалеке. Все мои попытки добраться к мужчине были невозможными, нас словно разделяло прозрачное стекло, об которое я постоянно билась.

А потом грянул гром.

Резко открыв глаза, я проснулась оттого, что кровать подо мной задрожала. За окном полыхало — вспышки молний вырывали из темноты силуэты деревьев, и тут же всё погружалось обратно в непроглядную тьму. Гром гремел так, что стены особняка сотрясались, и где-то внизу слышался треск разбивающегося стекла.

Сев на кровати, прижала руки к груди. Вздрагивая от каждого нового раската грома, я никак не могла унять скачущее сердце. Дождь, хотя скорее ливень, нещадно бился об окно. Тяжело вздохнув, я уже было собиралась лечь обратно, но меня остановил крик.

Не тот глухой, полусонный вопль, который я слышала в первую ночь. Нет, этот был другим — полным животного ужаса, такого всепоглощающего, что у меня похолодело внутри.

Деймос.

Ничего не соображая, я вскочила и вылетела из комнаты. Босиком, в тонкой сорочке, не чувствуя обнажёнными ступнями холода. Всего мгновенье прошло, а я уже стояла у дверей покоев дракона. Распахнутой, не скрывающей хаоса внутри. Молния выхватила из темноты опрокинутое кресло, разбитую вазу, бумаги, разметавшиеся по полу. И мужчину — скрючившегося в самом дальнем углу, где сходились стены. Он сидел на полу, обхватив колени руками, и раскачивался вперёд-назад, как дикий зверь в клетке.

— Деймос! — воскликнула я, бросаясь к нему и опускаясь рядом на колени. — Деймос, это я. Эйра.

Меня не слышали и не замечали. Пересохшие губы шевелились, но я не могла разобрать слов. Слепые глаза отражали ужас, что плескался внутри этого некогда сильного дракона. Он весь дрожал, то ли от страха, то ли от порывов ветра, что с мелкими каплями залетал в комнату из дыры в оконном стекле.

— Деймос! — взмолилась я и взяла его лицо в ладони, заставляя поднять голову. — Ты в безопасности. Это просто гроза. Ты дома.

— Нет, — выдохнул дракон, качая головой и вырываясь. — Нет, нет, нет… Опять… Я слышу его… Гром… Также было… Тогда…

Договорить он не успел, обрывая сбивчивую речь на полуслове. Новая вспышка молнии озарила комнату, и грохот последовал за ней почти сразу — так близко, что задребезжали стёкла. Деймос вскрикнул и попытался ещё глубже забиться в угол, вжаться в стены, стать меньше, незаметнее.

И только тогда до меня дошло, что ненастье за окном вскрыло старые душевные раны. Возможно, в тот день магический взрыв звучал точно так же. И теперь, слыша его вновь, дракон оказался на пороге своего ночного кошмара. Только теперь наяву, проживая злополучный миг по второму разу.

— Деймос, послушай меня, — твёрдо произнесла я, крепко сжимая пальцами плечи мужчины и не давая ему биться об стену. — Ты дома. В поместье, в своих покоях. За окном бушует гроза, но она пройдёт до утра. Всего лишь гром и молнии, Деймос! Тот ужасный день остался позади.

Тяжело дыша, дракон уткнулся лицом в моё плечо, и я почувствовала, как его пальцы вцепились в мою сорочку, сминая тонкую ткань. Он дрожал, но уже не пытался вырваться. Теперь Деймос просто держался за меня, как утопающий за спасательный круг.

— Я здесь, — беспрерывно шептала, гладя его по голове, по серебряным волосам, которые на ощупь напоминали шелковые нити. — Я никуда не уйду. Слышишь? Останусь с тобой, пока гроза не утихнет.

Гром гремел снова и снова, но теперь Деймос уже не кричал. Он только вздрагивал всем телом при каждом ударе, прижимался ко мне всё плотнее, но несмотря на это, я чувствовала, что его дыхание постепенно выравнивается и уходит напряжение из мышц.

— Эйра, — хрипло бормотал дракон. — Эйра, не оставляй меня.

— Не оставлю, — пообещала я.

Мы сидели на полу, прижавшись друг к другу, пока буря бушевала за окнами. Я гладила его по спине, изредка переходя на плечи и голову. Дракон прерывисто дышал, уткнувшись в мою шею, и его дыхание казалось невероятно горячим. Почти обжигающим, но я и помыслить не могла о том, чтобы отодвинуться.

Постепенно гроза начала стихать. Раскаты грома становились глуше и реже, молнии били дальше, и в комнате воцарилась та особенная тишина, которая бывает после бури — влажная, прозрачная, наполненная запахом сырости и мокрой земли.

Я сидела, прислонившись спиной к стене, а Деймос лежал головой у меня на коленях. Его рука обнимала мою талию, и он больше не дрожал.

— Ты останешься? — почти неслышно спросил мужчина, сильнее сжимая мою талию в объятиях.

— Да, — ответила я, хотя знала, что это неправильно.

Разум твердил, что утром мне будет ужасно стыдно. Напоминал про лечебную этику и недавний разговор, в котором именно я провела черту в наших с драконом отношениях. Однако сейчас, в этой тишине, после всего прожитого ночью, я просто не могла оставить Деймоса в одиночестве.

Он поднял голову, и его слепые глаза нашли моё лицо — я не знала, как, дракон смотрел точно на меня. Его рука поднялась, пальцы коснулись моего подбородка, неспешно скользнули выше, мягко исследуя каждый миллиметр кожи.

— Мне кажется, я вижу тебя, — прошептал Деймос. — Пусть не глазами, а сердцем…

У меня перехватило дыхание, и я застыла, как каменное изваяние. Охватившее волнение не давало пошевелиться, зато заставляло сердце трепетать от каждого тёплого касания.

— Твои волосы пахнут мелиссой, — продолжал мужчина, проводя ладонью по моей голове. — Они мягкие. Я представляю их отливающими золотом, особенно в лучах солнца.

Его пальцы плавно спустились к моим бровям, к ресницам.

— У тебя длинные ресницы, — сказал он, касаясь их кончиками пальцев. — Они щекочут.

— Деймос… — выдохнула я, пытаясь остановить дракона.

— Твой нос чуть вздёрнут, — не обращая внимания, произнёс мужчина. — И веснушки здесь, на скулах. Я чувствую их.

Внезапно тонкие пальцы опустились ниже, останавливаясь у самых губ. Кончиками пальцев, осторожно, словно спрашивая разрешения, он прикоснулся к ним. Чуть надавливая, провёл подушечкой по нижней губе, вызывая у меня мелкую дрожь в теле.

— А губы, — прошептал Деймос, — у тебя мягкие губы. Я представлял их много раз. Они должны быть розовыми, как лепестки чайных роз, что раньше цвели в саду.

— Деймос, — уже почти взмолилась я, не в силах совладать с нахлынувшими ощущениями. — Что ты делаешь?

— Всего лишь хочу увидеть тебя, — ответил дракон. — Так как могу.

Приблизившись, мужчина дал мне время на раздумье. Я чувствовала его дыхание на своих губах — тёплое, с горьковатым привкусом, который уже стал для меня родным. У меня внутри разгорался пожар, заставляя кровь вскипать от томящегося ожидания.

— Эйра, — прошептал Деймос, почти касаясь ртом моих губ. — Можно?

Первое касание оказалось невесомым, как пёрышко. Судорожно вздохнув, я отбросила все сомнения. Прижалась к крепкому телу, обвила руками мужскую шею и притянула ближе. Его губы оказались мягкими, чувственными и обжигающими.

Не давая опомниться, дракон углубил поцелуй, и я почувствовала, как его рука скользнула с моего лица на затылок. Осторожно придерживая, мужчина не давал отстраниться. Только вот я не хотела отстраняться. Всё, чего мне хотелось — чтобы этот момент никогда не заканчивался. Забыть обо всём мире, отбросить предрассудки и прошлое.

— Эйра, — выдохнул Деймос, отрываясь от моих губ, и в его голосе было такое… благоговение, словно он прикоснулся к чему-то священному. — Ты не представляешь, как долго я хотел это сделать.

— Представляю, — прошептала я, касаясь губами его скулы и прокладывая дорожку из коротких поцелуев туда, где виднелись тонкие шрамы. — Я тоже хотела.

Дракон замер.

— С первого раза, когда ты пришла с этой дурацкой книжкой, — признался на выдохе мужчина, потираясь носом о мой висок. — Нет, даже раньше. Когда ты не сбежала после того, как я швырнул в тебя подсвечником.

Хмыкнув, я усмехнулась.

— Идиот, — сказала я без капли злости. — Ты мог меня убить.

— Тогда я бы умер от раскаяния, — серьёзно ответил дракон. — Или оттого, что больше никогда тебя не услышу.

Мы целовались долго. В темноте, на холодном полу, под шум затихающей грозы. Его руки изучали моё лицо, волосы, плечи — слепо, но так точно, будто Деймос делал это на протяжении тысячи лет. Мои пальцы путались в серебряных волосах, нежно гладили широкую грудь, сжимали его запястья, чтобы убедиться — дракон настоящий. Это не сон.

Я не знаю, сколько времени прошло. Час, два, или же целая вечность. Когда гроза совсем ушла, и за окнами начал разливаться рассвет, мужчина поднялся на ноги и помог мне встать.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — сказал Деймос, удерживая меня в объятиях.

— Так я и не ухожу, — фыркнула и улыбнулась.

Меня повели к кровати. Пожалуй, предложи дракон мне переспать, я бы даже не раздумывала. Сейчас у меня настолько всё горело и ныло, что хотелось продолжить эту сладостную пытку. Но Деймос не настаивал, просто уложил меня себе под бок, крепко прижимая к мускулистому телу, и засопел в макушку.

Его сердце учащённо билось, но больше не напоминало о пережитом страхе. Уверена, моё глупое сердечко сейчас точно с такой же частотой трепыхалось в груди. Внезапно накатила усталость, притупляя недавнюю страсть. Немного поёрзав и услышав приглушённый рык, я затихла.

— Деймос, — прошептала я, уже засыпая.

— М-м-м?

— Завтра утром не делай вид, что ничего не помнишь. Хорошо?

Он помолчал, а потом я почувствовала, как его губы коснулись моей макушки.

— Не сделаю, — сказал дракон. — Обещаю.