ГЛАВА 10

Ругался Реваз самозабвенно. Вцепившись в руль, цедил сквозь зубы, перемежая нецензурщину сразу трех языков.

Наконец далеко не с первой попытки — оторвать бы выбравшему именно это дорогу идиоту все лишнее — паровоз[2] взобрался на насыпь, втянувшись на трассу.

— Теперь хрен обгонишь, — вновь дернулся Реваз, когда выбрались следом за автопоездом с двумя прицепами.

И ведь надо было им так… Как говорится, нарочно не придумаешь.

Впрочем, сам Игнат не исключал и такой возможности.

Вопреки ожиданиям, они довольно быстро обогнали фуру. Трасса была относительно пустой, да и автопоезд шел, четко держась своей полосы.

А вот дальше все оказалось совсем не так, как хотелось. Открутили первый километр. Второй. Третий. Пятый…

— Ну и где она?! — не сдержавшись, зарычал Реваз. Подался вперед, словно это могло помочь разглядеть пропавший родстер.

Трасса Ростов-Ставрополь была четырехрядной, с зеленой разделительной полосой. Без отбойников, но справа, куда мог съехать родстер, случись что, обзор хороший. Кустарник если и встречался, то редкий.

— Грунтовка, — отследив взглядом очередной спуск, заметил Игнат.

Хутора, к которым уходили вот такие грунтовки, вдоль трассы встречались часто. Правда, с дороги если что и разглядишь, так сплошное зеленое пятно. Сады, за которыми терялись постройки.

Реваз зло зыркнул, что-то неразборчиво пробурчал.

Игнат мысленно усмехнулся. Темперамент… Иногда он просыпался в бывшем инструкторе совсем некстати.

— Ты маячок-то подсадил? — сделав вид, что не замечает, как бесится Реваз, поинтересовался Игнат.

— Не успел, — огрызнулся тот. — Да и был среди них кто-то одаренный. Рисковать не стал.

Игнат кивнул. Маячок фонил слабо, но если люди настороже, то не пропустят.

— Не нравится мне все это, — тоном «лучше не спорь» после короткой паузы протянул Реваз.

По-русски он говорил без акцента — специфика службы, но вот в такие моменты его прорывало. Едва заметно, но для понимания, до какой степени напряжения добрался, вполне хватало.

— Могла свернуть на хутор, — не веря самому себе, заметил Игнат.

— Не могла, — притопив педаль газа, не согласился с ним Реваз.

Двигатель заурчал, машина рванула…

— Реваз, ты ничего не хочешь сказать? — продолжая искать по сторонам темно-синее пятно, спокойно поинтересовался Игнат.

Реваза он знал слишком хорошо. Подобный «нерв» без веских оснований был ему совершенно несвойственен.

Реваз вновь зыркнул. Игнат проигнорировал. Видел и страшнее.

— Узнал я ее, — все-таки выдавил из себя Реваз. — Это дочь Берковых. Алия. Замужем за Бахтеяровым. Тем, который младший.

Подумав, что лучше бы не спрашивал, Игнат вытащил короткоствол из креплений, положил на колени. Пару магазинов забросил в карман куртки.

Бахтеяровы — это Ростов. Берковы — Мариуполь. Роды из старых, серьезных, с соответствующей репутацией и связями. Это не говоря уже про интересы бизнеса, как паутиной опутавшего «свои» города.

И чтобы за родственницей тех и других… Тут либо несусветная глупость, либо дерзость, либо…

— Это которого нашли мертвым пару месяцев назад? — учитывая возможность третьего «либо», уточнил он.

Газету с известием о смерти младшего княжеского сына Игнат помнил. Как раз потому, что та была зачитана чуть ли не до дыр.

Кем именно зачитана? Если кого и интересовали дела этого региона, так Реваза. Родина не родина, но покрутиться и наследить ему там довелось достаточно, чтобы отслеживать ситуацию.

Фамилия Берковых Игнату тоже была знакома. История не сказать, что свежая, но когда человек, которого считаешь другом, едет свататься, а возвращается чернее тучи, и захочешь, а не забудешь.

— Он, — кивнул Реваз, продолжая скрежетать зубами. — Говорят, влез куда не следует.

Это объясняло пусть и не все, но многое.

— Думаешь, ее… — скривился Игнат.

Когда за грехи мужиков страдали женщины и дети, вызывало у него неприятие на физическом уровне. Он бы таких уродов…

— Там! — показав направо, в сторону куцей рощицы, закричал он. Темно-синий родстер стоял, съехав в кювет. Черный джип…

— Вот дерьмо! — Даже не притормозив, Реваз бросил машину в поворот.

Другая бы вряд ли удержалась на дороге, эта…

Их заметили. Один из троицы — Реваз в количестве не ошибся, — держа автомат на изготовку, отошел от стоявшего поперек дороги джипа.

Намек был более чем понятен, но…

— Твари! — рявкнул Реваз, разворачивая машину боком и резко тормозя. — Гаси всех!

Водительская дверь открылась еще до того, как машина остановилась. Реваз вывалился…

Сонную магему Игнат успел сбросить до первого выстрела. У Реваза амулет, прикроет, а для всех остальных…

Для всех остальных это было спасением. Увидев лежавшую на обочине женщину и мужика, тащившего к джипу кричавшую девочку, Реваз не пощадил бы никого.

— И что теперь с ними делать? — кивнув на валявшуюся под деревом троицу, исподлобья посмотрел на него Реваз.

Джип он отогнал в рощицу. Выглядела та хиленько, но с учетом поставленного Игнатом отвода и скорых сумерек могло сработать. Родстер оттолкал туда же. Повреждения были незначительными, но без техпомощи не обойтись.

Да и оставлять женщину и ребенка…

Проблему они не решили. Лишь отодвинули на некоторое время.

— Мы не на войне, — положил Игнат руку ему на плечо. — Извини, но лишние трупы…

— А лишние свидетели? — вполне разумно уточнил Реваз.

Алие досталось, дочь она защищала, как кошка. Да и девочка не отделалась только испугом. Судя по следам пальцев на ее ручонках, похитители не заботились об осторожности.

— Времени до утра нам хватит. — Игнат посмотрел на внедорожник, в котором на заднем сиденье спали спасенные.

В Ставрополе их ждала новая машина. И новые личности.

Расстояние между Ростовом и Ставрополем около четырехсот пятидесяти километров. Половину они преодолели. Еще пара часов…

Чтобы полностью закрыть вопрос, останется вся ночь.

— Добрый ты, барин, — тяжело вздохнул Реваз. — Когда-нибудь это тебя погубит.

В какой-то мере Игнат был с ним согласен, но он — целитель. Отнимать жизни умел, но предпочитал их сохранять. Правда, глядя на таких мразей… Дело было не в чистоплюйстве, а в том, чтобы не опуститься до их уровня.

Пока Реваз забрасывал в багажник чемодан и сумку, которые принес из родстера, Игнат шаманил. Углубил сон, сбил метаболизм, выводя по последствиям на тяжелое похмелье.

С двумя получилось без особых усилий — с алкоголем они были на «ты», организм сам скатился до нужного состояния, а вот с магом пришлось повозиться. Даже в отключке сопротивлялся, отказываясь принимать чужую волю.

Когда поднялся, слегка шатало. Но лучше так, чем добавлять на собственное кладбище еще три креста.

— Я телефоны закинул под купол, — все еще дуясь, отчитался Реваз, когда Игнат устроился на переднем пассажирском сиденье. Повернул ключ зажигания, заводя двигатель.

Игнату не хотелось разговаривать — хотелось просто закрыть глаза и хоть немного отдохнуть, но время играло против. Все, что у них есть, — ночь, а потом…

Без дополнительной информации потом была полная непредсказуемость.

— Я сейчас разбужу Алию. — Он боком повернулся на сиденье.

Реваз оглянулся, посмотрел на спавшую женщину.

Машина мягко тронулась. Когда, проехав те самые триста метров, что отделяли трассу от рощицы, выехали на асфальт, довольно зашуршала шинами.

— Предлагаешь не делать глупостей? — давя на газ, оскалился Реваз.

— Предлагаю подумать о том, что чем меньше она о нас узнает…

Андрей не раз шутил, что ни одно доброе дело безнаказанным не остается.

Их история в очередной раз доказывала, что он не ошибался.

* * *

Младшего Трубецкого он нашел на первом этаже. Тот сидел за столиком в кафе. Один, что было даже лучше.

Подойдя, Андрей устроился напротив. Протянув руку, взял стоявший перед Трубецким бокал, понюхал.

Коктейль оказался безалкогольным.

— Господин Хлопонин… — посмотрев… нет, не зло, надменно, начал приподниматься Трубецкой.

— Сядь! — жестко осадил его Андрей. — Обидишь мою крестницу, будешь иметь дело со мной.

— Что?! — гневно скривился Трубецкой. И тут же поправился: — Кого?!

Его взгляд заметался… На окно — вряд ли «проводить» такси, на котором уже как минут пять назад уехала Александра, на дверь, снова на Андрея…

— Там, в клубе, была она? — мгновенно расслабившись, хмыкнул младшенький не без воодушевления.

— Я тебя предупредил, — поднялся Андрей. — И не трепись о наших с ней… родственных связях. Если помнишь, его превосходительство в отношении тебя предоставил мне широкие полномочия.

— Я не из…

— Ты меня услышал, — оставил последнее слово за собой Андрей и направился к выходу.

Самое главное из того, что запланировано на сегодня, он выполнил. Теперь можно и отдохнуть.

Недолго…

Магофон он достал, уже сев в машину. Пока устраивался, взгляд в зеркале заднего вида зацепился за коробку с письменными принадлежностями. Надо было оформить доставку вместе со всем остальным, но…

Сашка ему не поверила. Зыркала зло, но, что порадовало, молчала.

Хоть и девчонка совсем, но вот эта… женская мудрость, подсказывавшая, когда стоит, а когда не стоит усугублять ситуацию, в ней уже присутствовала.

Магофон «ожил» раньше, чем Андрей набрал номер.

Впрочем, как раз старшему Трубецкому он и собирался звонить.

— Ваше превос…

— Достал уже, — появившись на экране, буркнул князь. — Как Сашка?

Какого или какую Сашку тот имел в виду, Андрей уточнять не стал, хотя мысленно посмеялся. Если их план сработает…

На этой картинке он и «споткнулся».

Каждый из этой парочки и сам по себе был способен устроить окружающим веселую жизнь, а уж вместе…

Впрочем, к тому времени, когда дойдет до чего-нибудь серьезного, оба должны были хоть немного остепениться.

Это не сказать, что успокаивало, но обнадеживало точно.

— Все, как и предполагали. Сообразил он быстро, так что парень небезнадежен.

— Заинтересовался? — подался вперед князь.

— Я бы сказал, как гончая, встал на след. Теперь главное не дать ему возможности проявить инициативу. Пусть созреет, а то опять вспыхнет да наделает дел.

— Если бы все было так просто… — вновь откинулся на спинку кресла старший Трубецкой.

— Это — просто, — приняв «приятельский» тон, возразил ему Андрей. Проследил взглядом за младшим Трубецким, который, выйдя из здания торгового комплекса, направлялся к своей машине.

Основная парковка «Москвы» была подземной. Здесь, у одного из боковых выходов, парковались избранные, имевшие специальные пропуска.

То, что такой имелся у княжеского сына, вполне вписывалось даже не столько в политику императора в отношении старых родов, скорее в понимание безопасности, которую проще было обеспечить именно на «земле».

А вот Андрей…

Это была уже иная история. Тоже связанная с безопасностью, но с той частью, которая обеспечивала ее другим.

— Смола сообщает, что в районе кипиш. Точную причину выяснить он не успел, но в том, что Бахтеяровы имеют к этому непосредственное отношение, уверен.

— А у Бахтеярова с Бабичевыми общий бизнес, — постучав пальцами по краю стола, задумчиво произнес Трубецкой.

— И этот общий бизнес они ведут с Персией, где Каджары опять мутят воду, поглядывая в нашу сторону. Мало им было того конфликта.

— Трон под ними шатается, — буркнул Трубецкой. — Пограничная стража фиксирует рост контрабанды. И практически никакой мелочовки. Партии не столько крупные, сколько дефицитные.

— Торопятся успеть? — нахмурился Андрей.

За Игната и Реваза он не беспокоился… Это за Реваза он не беспокоился — пройдоха из каких только ситуаций не выбирался с прибылью, а вот Игнат…

Да, бывший полковой лекарь, приданный разведроте и не раз ходивший с группой на ту сторону, был неплохо подготовлен. И не только для целителя. Но для серьезных операций недостаточно.

— Все возможно, — поморщился Трубецкой. — Не вижу я общей картины. Отдельные моменты настораживают, но если задуматься, то вроде и не так все страшно, как кажется.

— Надеетесь, что Игнат с Ревазом прояснят? — не рассчитывая на положительный ответ, все-таки уточнил Андрей.

Их задача — забрать документы из тайника и привезти в столицу.

Со всем остальным пусть разбираются другие люди.

Как он и предполагал, старший Трубецкой только качнул головой. Потом поднялся из-за стола, оставив магофон в подставке.

Тонко звякнул хрусталь, раздался звук льющейся воды…

В фужере, с которым князь вернулся за стол, действительно была вода.

— Тебе не кажется, что Саша в этой компании становится лидером? — Он устроился в вопросительно скрипнувшем кресле.

— Хотите разделить со мной будущие проблемы? — усмехнулся Андрей.

Запись происходившего в парке он просмотрел несколько раз.

Парни действовали четко и слаженно, словно уже отрабатывали подобное. Грамотно произвели захват, тут же передав ребенка подоспевшей Александре. Спокойно, без лишней нервозности контролировали ситуацию до появления полиции. Да и потом…

Благодаря лаконичному, строго по сути происшествия докладу Антона вся эта шебутная компания избежала если не проблем, то нервотрепки точно.

И хотя внешне все выглядело так, словно Саша отработала на вторых ролях, от Андрея не укрылось, что все крутилось вокруг нее. Каждое действие, каждое слово оценивалось с той точки зрения, чтобы как можно быстрее закрыть вопрос, ни в малейшей степени при этом не навредив Саше.

Признаться честно, ситуация лично для Андрея оказалась неожиданной. Саша всегда была одиночкой. В компаниях предпочитала не выделяться.

В Пензе ей это удавалось. Здесь же привычные действия давали противоположный результат.

— Андрей… — Трубецкой, сделав пару глотков, посмотрел на него.

Андрей подобрался, готовясь к той части разговора, для которой все уже сказанное было лишь подводкой.

— Я согласен с твоими аналитиками, что за Бабичевым стоит кто-то из близких к трону старых родов. Но без тех бумаг нам главу не заставить нервничать. А пока он не начнет нервничать…

— Я понял вас, ваше превосходительство, — не столько перебил, сколько вписался в паузу Андрей. — Чтобы Бабичев начал нервничать, Игнат должен выполнить свою задачу. А чтобы он выполнил свою задачу…

У Игната имелось лишь одно слабое место — дочь.

Впрочем, перегрызть глотку за Сашку Андрей мог и без дополнительной мотивации.

Так уж получилось, что дочерью она была не только для Игната, но и для них с Ревазом.

* * *

Андрей клятвенно заверял, что встреча случайна.

Я не поверила. Чувствовала, что лжет.

Не знаю, зачем это нужно… Трубецкой — табу. Опасность, приближаться к которой я не собиралась.

Домой я вернулась на такси, передав все покупки в службу доставки. Впрочем, Андрей на сопровождении и не настаивал. Сказал, что у него дела.

Я на него даже не злилась. Бесполезно. Предъявляй претензии не предъявляй, на все будет один ответ: «Я лучше знаю».

И попробуй поспорь. Я и не спорила, но в дом профессора вернулась не в самом лучшем расположении духа.

Машина Данилы Евгеньевича стояла во дворе. Не та, маленькая, лупоглазая, васильковая «девочка» — вполне обычный, черного цвета седан.

Можно было зайти поздороваться…

Настроение было не то. Испортил бы мне его кто-то другой, а не Андрей, рванула бы в клуб. А так…

Не хотела его встретить даже случайно.

Мы перекусили в кафе еще до того, как «поругались», так что от обеда я отказалась. От ужина, пригласить на который заглянула ко мне Юля, тоже. Ограничилась чаем с печеньем.

Затем привезли мои покупки. Потом я села читать, но зашел Данила Евгеньевич.

Его рассказ о посещении клуба быстро скатился к превосходным степеням. Самый лучший прием, самые обходительные и предупредительные наставники. Самое оружейное оружие и патронные патроны…

Да и Яна, по его словам, была настолько окрылена самой возможностью взять в руки пистолет, что практически сразу забыла о невзгодах последних дней. И даже целых два часа высидела на теоретической подготовке, без малейших уговоров согласившись, что без нее на полигон не допустят.

Я слишком хорошо помнила себя в такой же ситуации, свой восторг. И не важно, что сама взяла оружие в руки не для психологической реабилитации, а потому что Андрей и Реваз посчитали, что настала пора их девочке повзрослеть.

Ну а когда Данила Евгеньевич ушел, я поняла, что стихший днем «зуд» вновь напомнил о себе. И не просто дал знать, что он тут и никуда не делся, а буквально начал толкать на всякие сумасбродства. И я ничего не могла с этим поделать. Жажда добраться до истины оказалась сильнее.

Посмотрев на часы — самое начало десятого, направилась в гардеробную. Открыла дверь…

Я как раз выбирала между джинсами и короткой юбкой, когда зазвонил телефон.

Недоуменно переглянувшись с собственным отражением в ростовом зеркале, вернулась в комнату.

Номер оказался знакомым. Игорь. Странно. Время позднее. Будь у нас отношения, так самое то потрепаться, но отношений у нас не было. И неясно, пока не было или…

Эти мысли были грустными. Игорь мне нравился, но сближаться с ним не входило даже не в мои планы, а в планы отца.

— Да, — ответила я, устраиваясь в кресле.

— Ты уже собралась? — подмигнул появившийся на экране Игорь.

Одет он был как собравшийся тусить парень. Джинсы, гламурная футболка, легкая куртка, рукава которой он подтянул до локтей. Судя по всему, он сидел в машине Тохи. Том самом внедорожнике, на котором ездили на «дело».

— Куда? — не сразу поняла я, о чем он спросил.

— Саш… — В голосе Игоря появилась обида. — Ну я же не совсем дурак.

То, что не дурак, точно, но соотнести это заявление и его вопрос все равно не удавалось.

— Мы вроде ни о чем…

— Вот именно! — воодушевленно перебил он меня. И даже расслабленно откинулся на спинку пассажирского сиденья. — Мы ни о чем не договаривались, но тебя ведь это не останавливает.

Вот тут до меня и дошло. Отведя взгляд — не очень приятно было видеть укоризну в его глазах, тяжело вздохнула. И с чего это я решила, что самая умная, и мысль поймать тех маньячек на живца пришла только в мою голову?!

Точнее, прийти-то она могла не только в мою голову, а вот решить, что способна сделать это в одиночку…

— Игорь, это может быть опасно, — вновь вздохнула я.

— Тох, ты это слышал? — там, на экране, чуть развернулся Игорь.

— Слышал, — несмотря на то что ракурс изменился, хмуро ответил все так же невидимый Антон. — Конечно, за нас же беспокоиться надо. Мы же совершенно беспомощные, — посчитал нужным поиздеваться он. — От маминой юбки никуда. Это если плохих дядей, которые крадут детишек, поймать, так можно и нас приспособить. А вот в ночной клуб на маньячек…

— Я все осознала, — подняла я руку в Андрюхином жесте. Могла бы поднять и вторую, но держала в ней телефон. — Через сколько вас ждать?

— Вот это уже другой разговор! — расплылся в довольной улыбке Игорь. — Пятнадцать минут тебе хватит?

Мне хватило бы и десяти, но после того, как выберу, что надеть, юбку или джинсы.

Антон словно догадался о моих затруднениях:

— И оденься так, чтобы убегать было удобно. Мало ли что…

Если «мало ли что», я могла убежать и в юбке, но мысль была понятна. Стоило готовиться к любым ситуациям.

Пожелание быть готовой к любым ситуациям я выполнила. Оделась так же, как Игорь, но в женском варианте и в более яркой цветовой гамме. И даже рукава курточки подтянула к локтям, подстраиваясь под заданный им образ.

Моего демарша парни не пропустили — переглянувшись, кивнули друг другу, но никак не прокомментировали. Сейчас было важнее другое — определиться, что именно будем делать и стоит ли возможный результат тех проблем, которые сами себе создаем.

И если с первым все было более или менее понятно, то со вторым… Вариант со мной в роли живца отдавал авантюрой.

Впрочем, было в нем и рациональное зерно. Я пусть и будущий, но целитель, да еще и с сильной эмпатией. Незамеченным ко мне не подойти, да и вся эта химия, хоть с алкоголем, хоть без, на меня действовала иначе. Или не действовала, если заранее позаботиться о себе.

— Как мне удалось узнать, все девушки пропали из разных клубов. И все из тех, что принадлежат Ушаковым.

Мы сидели в машине Тохи на парковке у клуба «Юпитер». Антон и Игорь спереди, я — на заднем сиденье, устроившись посередине.

— И сколько их у Ушаковых? — поинтересовалась я у делившегося добытой информацией Игоря.

— Девять, — вместо него ответил Антон. — Но один даже рассматривать не стоит. Не та там публика. Если одаренный заявится, то это будет такой случай, что один на миллион.

— Значит, осталось три, — проявила я чудеса математической логики.

— Или четыре, — не очень весело посмотрел на меня Игорь. — Отец говорит, что для этих маньячек процесс не завершен. Они могут вернуться в тот же клуб, чтобы закончить дело.

— И кому это он говорил? — с намеком ухмыльнулся Антон.

Насколько я поняла, свои сведения Игорь добывал не совсем законным способом. То ли подслушивал, то ли подсматривал, а то ли и у кого-то выспрашивал.

В любом из вариантов его это вроде как не касалось.

— С князем Трубецким он разговаривал, — недовольно, словно поймали на горяченьком, буркнул Игорь. — Сидели в гостиной. А я в библиотеке.

Антон понимающе кивнул, но тут же подобрался:

— Это он из-за статьи к вам приходил?

— Из-за нее, — поморщился Игорь. — Обещал отцу, если все на себя возьму, то найдет для меня теплое местечко.

— Подожди, — подалась я вперед. — Ты имеешь в виду ту статью про мальчишку? Которая на новостном портале?

— И не только на нем, — угрюмо посмотрел на меня Игорь. — Саш…

— Так это мне князю Трубецкому спасибо сказать надо? — отмахнулась я от Валдаева.

А сама подумала о том, что вот так все и выплывает, становясь из тайного явным. Вчера вечером Андрей меня успокоил — в прессе о нас с Юлей не будет ни слова, сегодня выясняется, что князь Трубецкой обещал за это отцу Игоря теплое местечко для сына…

Вывод напрашивался неожиданный. Может, все не так, как мне казалось, и я зря боялась Трубецкого?

— Саш? — не понял Игорь моей задумчивости.

— Все нормально, — подтвердила я уже сказанное. И, откинувшись назад, задумчиво протянула: — Интересно, сколько нам придется ходить по клубам?

«Юпитер» был трехэтажным — план мне уже показали. Первые два — совмещенные. Внизу — танцпол и бар, на втором — огражденной стеклянными перилами широкой галерее, — зоны для отдыха. На третьем спортбар и бильярдная.

Снаружи он выглядел впечатляюще. Отделка черной глянцевой плиткой с вкраплениями звездочек и огромные буквы «Юпитер», желтым пробивавшиеся сквозь стылый мрак.

Как оно будет внутри… Игорь с Тохой, рассказывая, куда идем, уверяли, что достойно.

— А почему они выбирают клубы Ушаковых? — лишь теперь задала я давно мучивший меня вопрос.

— Скорее всего, потому, что здесь можно приобрести наркоту, — скривился Антон. — Ну что, идем?

Игорь кивнул, а я предпочла промолчать. Прихватила маленький рюкзачок, который взяла вместо сумочки, и первой вышла из машины.

* * *

Отойти далеко мне не удалось. Остановило пискнувшее уведомление о пришедшем сообщении. Достав телефон из кармана, открыла.

Весточка была от Андрея. Точнее, их было две. В одной — пожелание хорошо отдохнуть. Во второй — предупреждение. Не мне — парням, что отвечают за меня головой.

Оглянувшись на машину — Игорь с Антохой ждали, когда войду внутрь, переслала сообщение. Пусть осознают, под каким колпаком находимся.

Реакция последовала незамедлительно. Стекло со стороны пассажирского сиденья опустилось, в окне появилась голова Игоря.

Я развела руками. Трудно тягаться с профессионалами.

С другой стороны, так даже лучше. Вряд ли Андрей догадывался, что именно мы задумали, но в случае чего вполне можно рассчитывать на поддержку.

Фейсконтроль прошла без проблем. Да и с чего они могли быть, если я не выделялась из толпы. Магическую проверку на оружие и наркотики тоже выдержала. Какая ирония! Если Антон с Игорем правы и в клубе распространяли наркотики, то вся эта проверка выглядела лишь фикцией. Или защитой от конкурентов.

Войдя в холл, огляделась. Слева — коридор в гардеробную. Справа лестница на второй и третий этажи. Чуть дальше — лифтовая площадка. Для тех, у кого нет сил подняться по лестнице.

А прямо были двери. Для неодаренных — ничем не примечательные, для меня — окутанные защитой. Потому и было здесь тихо. Даже не верилось, что достаточно сделать шаг и ты окажешься в другом мире.

Курточку я снимать не стала. Была она тоненькой, да и мало ли какие обстоятельства, вдруг придется быстро исчезать. Лично я разбрасываться вещами не собиралась. Не так их много у меня.

Когда взялась за ручку двери, вдоль запястья прошелся холодок. Антон предупреждал — магическая метка, которая должна исчезнуть через шесть часов, но я все равно вздрогнула. Неприятно.

Вошла внутрь…

В Пензе я один раз была в ночном клубе. С Андреем, решившим, что мне просто необходимо познакомиться и с этой стороной взрослой жизни.

Тогда мне не понравилось. Громко, душно и неискренне. Не люди — маски. С моей эмпатией — весьма неприятно. И хотя контролировать чувствительность я к тому времени научилась, впечатление было безрадостным.

Сейчас…

Попала я на медленный танец. Музыка звучала проникновенно, словно маня за собой. Пары колыхались в туманной дымке, которой был окутан танцпол. Приглушенный свет обещал тайну…

Отвращения это не вызывало.

Обойдя площадку для танцев, направилась к находившейся в глубине барной стойке.

Народу в зале было много, но здесь оказалось довольно свободно.

Выбрав себе место подальше, устроилась на высоком стуле. Рюкзак положила на колени. Он маленький, не мешал.

Приподняв руку, дала понять бармену, что готова сделать заказ. Тот заканчивал обслуживать парочку, но кивнул мне, что заметил. Освободившись, подошел:

— Восемнадцать есть?

Вопрос мне понравился. Для этого заведения правильный вопрос.

Но насколько я была права с первым впечатлением?

Оказалось, что ошибалась.

— Что-нибудь безалкогольное, — вживаясь в роль, грустно улыбнулась я. — И побольше.

Взгляд бармена стал оценивающим. Всего лишь на мгновение, но я не столько заметила, сколько почувствовала направленное на меня внимание. Как если бы попытались вывернуть наизнанку, проверяя, что внутри.

Высокий стакан, посыпанный по краю сахарной пудрой и шоколадной крошкой, появился передо мной через минуту. Поблагодарив и рассчитавшись, пододвинула к себе ближе. Сделала глоток через трубочку…

Алкоголь в коктейле был. Немного, но с учетом объема стакана для веселья мне вполне хватало.

Нужная магема была наготове. Оставалось только использовать, что я и сделала. Лучше нейтрализовать сразу, чем избавляться от последствий.

Музыка уже давно сменилась. Здесь, у бара, скорее всего, использовались какие-то магические штучки, потому что ритмом било по телу, но не по ушам. И ритм был приятным, заводным. Сама не заметила, как начала отстукивать его ногой.

Спохватилась, когда, бросив случайный взгляд на галерею второго этажа, увидела у перил Игоря.

Стало ли мне стыдно?

Наверное. Немного. Все-таки я не была лицедейкой, чтобы точно придерживаться своей роли.

— Это кто у нас здесь скучает?

Я так задумалась, растягивая коктейль, что пропустила, когда ко мне подобралась эта парочка.

Что удивительно — парень и девушка. Оба навеселе, но не настолько, чтобы не понимать, что делают.

— Что? — Мне даже не пришлось делать вид, что я растерялась.

— Чего одна сидишь? — Опередив парня, взяла девушка меня за руку. — Пойдем к нам. Здесь нельзя скучать!

— Куда идти? — на этот раз уже сыграла я.

Не знаю, как получилось, но парочка переглянулась отнюдь не разочарованно.

— С нами, — потянула меня со стула девушка.

Пришлось соскочить, я едва успела подхватить падавший рюкзачок.

— А зачем? — продолжила я представление.

Как ни странно, но особой опасности я не ощущала. Было беспокойство, но что-то подобное я испытывала всегда, когда находилась в незнакомом месте.

— Веселиться будем, — обхватил меня за талию парень. — Ты же новенькая? Никогда раньше здесь не была?

— Новенькая, — чуть заплетающимся языком послушно подтвердила я. — Приехала поступать.

— Так ты у нас провинциалка! — вроде как обрадованно засмеялась девушка. — Кстати, меня зовут Лорой. А это, — она кивнула на парня, — Стасик.

— А я Саша, — назвалась я, представляя, как наша компания выглядит со стороны. Я со своей заторможенностью и эти двое, тащившие меня как на буксире.

Впрочем, смотреть на нас было особо некому. Диджей включил что-то убойное, на танцполе творился настоящий хаос. Чтобы услышать друг друга, приходилось кричать в ухо.

— Хороша Саша… — начал парень, явно собираясь переделать Машу в Сашу.

Закончить ему не удалось.

— А ну, отошли от нее! — вывернув из-за очередного столба, на которых держалась галерея второго этажа, встал у нас на пути Александр Трубецкой.

От неожиданности я впала в ступор. Замерла, глупо хлопая глазами. Уж кого-кого, а этого типа увидеть здесь я точно не ожидала.

— А ты кто такой?! — дернулся ему навстречу Стасик. — Тут таких, как ты…

— Стас, не надо! — перехватила парня Лора, похоже сообразив, что с новым действующим лицом лучше не связываться.

Это она правильно. Судя по тому, что я чувствовала, Трубецкому требовался только повод. А уж потом…

На этой мысли я и начала «отмирать». Но опоздала.

— А ты… — Он жестко сжал своей лапищей мое предплечье. — Это же надо быть такой дурой.

Упираться я даже не пыталась. Все равно что встать на пути разогнавшегося поезда. Сомнет — и поминай как звали.

Продолжая ворчать и время от времени отпуская в мой адрес совсем нелестные эпитеты, Трубецкой вывел меня на улицу. Завел за угол…

И ведь никто из охраны даже не шелохнулся. Словно это было в порядке вещей.

— Ты вообще понимаешь, в чьи лапы чуть не угодила? — прижав к стене, навис надо мной Трубецкой. — Это же завлекалы! Раз — и таблеточка в бокале. А таблеточка непростая. Саше так хорошо станет, что назавтра она без этой таблеточки уже жить не сможет.

Испугалась ли я?

Да, испугалась. Вот этого тяжелого дыхания и взгляда, которым он меня пытался испепелить.

А что касается таблеточки…

Может, в жизни я чего-то и не понимала, но с целительством была знакома. И эта таблеточка…

— Идиотка! — сбив меня с мысли, какая из двух магем лучше помогла бы с таблеточкой, медленно выдохнул Трубецкой. — Я как тебя увидел с ними…

— А сам-то ты что здесь делаешь? — раздалось из-за спины Трубецкого.

Ждать, когда он удовлетворит любопытство Антона, я не стала. Проскочив под рукой Трубецкого, подошла к парням. Встала рядом с Игорем.

И только тогда, заметив, с каким интересом смотрит на нас Трубецкой, поняла, что с вопросом Мещерский не ошибся.

Ладно мы ловили маньячек на живца, а вот что здесь делал он?!