Глава 22. Брат и сестра
Утром накануне бала люди герцога прошли весь периметр, перепроверили всю прислугу, но у них всё же не хватило времени простучать каждую стенку – территория Китового дворца была огромна, а внезапное изменение планов провести бал не в Малом королевском дворце, а в частном – дворце Первого Советника – застало всех врасплох. И всего-то-навсего проводка электрическая замкнула. Бывает. Особенно во дворцах, надолго оставленных без присмотра.
Герцог, конечно, проведёт расследование, жёстко, детально, как умеет, но… Это будет уже не сегодня. И, безусловно, рано или поздно прислуга вспомнит худенького паренька с короткой стрижкой русых волос, помогавшего одноглазому старику-электрику менять лампочки… но… Это будет не сегодня.
Сегодня герцогу пришлось срочно менять планы, и единственным местом, где мог пройти намеченный бал, оказался, конечно, дворец Гория. Во-первых, достаточно вместительным, чтобы принять всех. Во-вторых, обитаемым. В-третьих, уже почти готовым, так как через пять дней хозяин планировал широко отметить свой собственный день рождения.
Вечером, когда стемнело, Елисель ворвалась в ангар вне себя от злости.
– Она его любовница! И я не уверена, что это добровольно, хотя на балу она сама его обнимала, но… он вышвырнул меня из её комнаты! Просто взял и выбросил, как нашкодившего котёнка. Это не тот человек, которому можно сказать «нет». То есть сказать-то можно, но…
Эйв выпустил болт из арбалета в стену. Принц валялся на продавленном диване и лениво тренировался. Нойса, свернувшись, дрыхла на животе принца. Он покосился на сообщницу.
– Ширан публично изнасиловал её, Лися.
– Уверена, не публично – тоже. И, похоже, твоей сестре это уже нравится.
Наследник скрипнул зубами. Елисель в одной рубашке и жилете слуги подошла к нему, присела на корточки рядом, ткнулась лбом в его щёку:
– Прости. Я просто хотела предупредить. Пытаясь её спасти, ты можешь столкнуться с сопротивлением самой жертвы.
– Ты предлагаешь оставить Ирис Ширану? – уточнил Эйв холодно.
– Нет, – Елисель встала, сбросила жилет, стянула рубашку. – Её надо вырвать из его рук. Знаешь, змея свивается кольцами, и глупые йотпы идут прямо к ней в пасть. Но это не значит, что йотп хочет быть съеденным. Это значит, что он может тебя укусить, когда ты будешь его спасать.
Эйв вскочил. Нойса, ворча, спрыгнула.
– Ты заметила кого-нибудь, кто за ней следит?
– Семь. Их семеро. Кстати, твоя сестра как к алкоголю относится?
– Никак. Ирис может выпить за общим столом несколько глотков ради вежливости.
Елисель покосилась на него и принялась одеваться: кальсоны, мужская рубаха, комбинезон.
– Она нахрюкалась, – сказала, застёгивая бретельки. – В полного йотпа.
Принц подошёл, помог застегнуть, наклонился и поцеловал девушку в шею.
– Спасибо, – шепнул на ухо.
Лися передёрнула плечами:
– Я не ради тебя это делаю. И не ради принцессы. Просто не должны быть женщины безвольными рабынями, а мужики чувствовать себя хозяевами жизни. Не должно быть такого, чтобы женщина априори воспринималась красивой вещью. Захотел – нарядил красивой куклой, захотел – оттрахал, захотел…
Эйв обнял её, притянул к себе.
– Женщины способны на большее, – проворчала Лися в его грудь. – Не только печь пирожки и ублажать мужика в постели… Не только рожать ему наследников… или там быть красивой куклой во время приёмов… Я не против пирожков, пойми...
– Я знаю, – шепнул он. – По крайней мере, ты точно можешь. Пожалуйста, береги себя. Меня не жди, ладно? Мужиков много, а ты одна. И ещё, Лисёнок, обещай мне, что месяц – слышишь? – месяц как минимум не будешь читать газет.
Она судорожно всхлипнула. Зажмурилась. Потом резко отстранилась:
– Хорошо. Взамен обещай мне не лезть на рожон. Не вызывать там герцога, знаешь, на дурацкую дуэль. Ну и вот это всё, дебильное.
Принц рассмеялся:
– Обещаю.
Лися высвободилась из его объятий, пошла к воздушному шару:
– Помоги мне нацепить балласт. И баллоны, кстати.
На маскараде Ирис не было. Эйв в костюме царя ночи довольно быстро это понял. Он протанцевал один круг с хороводом, умерено флиртуя сразу со всеми дамами разом и не выделяя никого из них, а потом отошёл к столику с игристым вином. Взял бокал, покрутил его в пальцах, изображая меланхоличность. Несмотря на то что принц не знал, в каком костюме будет Ирис, он был уверен, что сестру узнает в любом.
И не узнал. Вернее – узнал не сразу, так сильно она изменилась.
Увидел, как в нескольких шагах от него остановилась девушка в костюме русалки. Как к ней подошёл мужчина в костюме льва. Лион Восточный, ясное дело. Это был не самый умный из сыновей покойного Исольва. Самым хитрым и подающим надежды был третий – Валир. Эйв уже знал, что Ширан планирует жениться на дочери Исольва, и что Лион во имя титула герцога пошёл на союз с муреной против старшего брата. Всё это не удивляло принца. Второй сын Восточного герцога был редкостной дрянью: карточный шулер, которого не смели схватить за руку, напившись, требовал у слуг и шлюх именовать себя «Вашей Светлостью», мог ударить пожилого камердинеры за кривую стрелку на рубашке.
Согласие Эстэль пойти вопреки воле старшего брата тоже не стало для Эйва неожиданностью. Он давно заметил трепетные долгие взгляды красавицы в сторону Ширана. Вздохи и ахи, таинственное молчание – все эти приёмы не замечал разве что сам Ширан, никогда не интересовавшийся такими вещами. Эстэль была дамой романтично-мистичного толка, вздыхавшей над романами о демонах и упырях, над бледными и страдающими героями, и, естественно, фигура мрачного молчаливого и почти всемогущего герцога не могла не растрогать её. Если бы Эйв придумывал для Эстэль девиз, он бы выбрал что-то вроде «я полюблю его, и моя любовь растопит его ледяное сердце».
Эйв уже решил было, что дама в костюме русалки – сама Эстэль, спрятавшая золото своих волос под тёмным париком, но, когда Лион отошёл, маска развернула записку и поправила прядь над ушком таким до боли знакомым движением, что принц едва не раздавил ножку хрустального бокала.
Ирис!
Он увидел, как гримаска искривила её губы, и поразился этому новому выражению злого торжества, которую никогда раньше не видел на её лице. Ирис быстро сунула записку в карман и прямо так, с бокалом в руке, направилась прочь. Поспешить за ней Эйв не торопился. Он подхватил какую-то даму и закружился с ней, оглядывая толпу.
Так… вот один. Слуга быстро поставил поднос на столик и, не разгружая его, двинулся за Ирис. А вот и второй – бросив даму и извинившись – поспешил за ведомой. Где-то караулят ещё пятеро. Как минимум. И все они стерегут его, без сомнения.
Эйв, подхватив двух смеющихся дам, танцуя, кружась и виляя между колонн, последовал за преследователями. Растворился в танцующих. Ирис нырнула на чёрную лестницу, и пару минут спустя за ней последовал один из наблюдателей. За ним второй и… третий. Отлично, уже трое.
Принц подождал, понял, что больше никто не движется. Вышел во внутренний двор, подпрыгнул, вскарабкался по кариатидам, запрыгнул в открытое из-за духоты окно лестницы, кошкой прыгнул на спину последнего из троих, в костюме слуги, лёгким движением воткнул нож в сонную артерию, предварительно ладонью зажав рот. Не дожидаясь завершения агонии, выбросил тело из окна.
Без сомнений, ещё парочка наблюдателей осталась в зале, чтобы увидеть того, кто поспешит за Ирис по лестнице. Хе-хе. Ждите, ждите.
Эйв на цыпочках взбежал по лестнице. Увидел человека в сером плаще, замершего у двери на второй этаж. Значит, Ирис там. Зачем это ей?
Подбежал, шепнул:
– Всё чисто.
– А? – слуга обернулся.
Эйв убил его одним движением, ударом в висок, аккуратно принял на руки, положил в темноте коридора, перед дверью, предварительно сняв его серый плащ, и замер на посту убитого. Третий, очевидно, дежурил на площадке выше, ожидая сигнал.
Принц видел, как Ирис нерешительно замерла в коридоре. Казалось, сестра чего-то боится. Наконец, она на цыпочках подошла к одной из комнат, застыла. Прислонилась к стене, прижав руки к груди так, словно почувствовала физическую боль, а затем, подхватив юбки, на цыпочках бросилась вперёд.
Эйв аккуратно поддел ножиком позолоченный штапик, держащий стекло в коридорной двери, вынул стекло. Перетащил труп на лестницу, прислонил к двери, просунул руку до плеча в образовавшееся отверстие, привязал её бечёвкой к дверной ручке, зафиксировав труп так, что он повис в более-менее правдоподобной позе, набросил серый плащ, немного поднялся по лестнице. Очевидно, сигнал должен быть звуковым – третий надёжно спрятался. И, вероятно, есть ещё четвёртый – в коридоре следующего этажа. Ну что ж, иллюзия караулящего товарища задержит обоих на какое-то время.
Принц бросился за Ирис, замер рядом с дверью, которая замедлила её. Оттуда доносились характерные звуки: хлюпанье, мужское рычание, женские стоны. Кто-то кого-то ожесточённо имел. Ну не Ширан же это? По реакции сестры можно было бы предположить, что он, но… Такую глупость герцог допустить не мог. Оставить пленницу под контролем только своих людей, без личного пригляда, да ещё и тогда, когда ожидал гостя…
Но где Ширан тогда? Среди танцующих его не было – Эйв был уверен. Ни один костюм не смог бы скрыть герцога мурен от его глаз. Где этот монстр скрывается? И откуда ждать удар? И ещё… Со слов Елисель, покои принцессы располагались здесь же, в противоположной части коридора. Ну а тогда, куда побежала Ирис?
Эйв легко пробежал коридор, увидел вход на тёмную винтовую лестницу и тотчас всё понял.
Он рванул вперёд, уже не заботясь о том, что в коридоре может быть ещё кто-то из наблюдателей. Только бы успеть.
Горий был очень любознательным человеком. Очень. Он интересовался не только недрами океана, но звёздным небом. А Эйв слишком любил праздники в месяцы увольнения, а потому прекрасно знал все интересные места дворцов знати.
Когда-то, года два назад, здесь он соблазнил Жанлис. Показывал прекрасной вдовушке далёкие звёзды, рассказывал о созвездиях, украдкой любуясь натянувшейся юбкой на оттопыренном пышном заду, когда женщина наклонялась к окуляру телескопа. Жанлис, впрочем, наверняка оспорила бы инициативу соблазна, но это было не столь важно. Важно было их горячее утро и та бездна страсти, которая накопилась у красавицы за три года вдовства.
Но сейчас и это не было важно. Ничего не играло роли, кроме – одного – успеть.
Он нёсся наверх, перескакивая через ступеньки. Сердце заколотилось, бок заколол. Да, былую форму Эйв явно успел потерять за эти дни. На винтовой лестнице не горело ни одной свечи. Если кто-то и поспешит за Ирис, он вряд ли догадается, что беглянка свернула именно сюда. Да и зачем бы? Но Эйв в этом не сомневался.
Девочка, которую публично опозорили.
Девочка, которая оказалась в плену.
Девочка, которую изнасиловали и продолжают насиловать.
Девочка, которая не может себе простить, что испытывает удовольствие от насилия. Мнимое удовольствие. Вот только никто не сказал ей, как работает тело.
Девочка, которая потеряла надежду.
Она не могла выбрать иного пути.
Эйв бежал наверх, не разрешая себе останавливаться. Не думал ни о чём, кроме одного: успеть. Ветер ударил в лицо, обжог, рванул за волосы. На площадке никого не было. Высилась лишь тёмная махина телескопа. Принц замер. Внутри всё оборвалось, заледенело. И тут он увидел две тонких белых руки, обнимающих зубец Звёздной башни.
– Ирис... малявка...
– Нет, пожалуйста! Уходи, – жалобно заплакала сестра.
Она стоит на карнизе – понял Эйв. И шагнул вперёд.
– Я разожму руки! Не подходи!
Он замер. Девочка боится. Под её ногами – бездна. Смерть. Одно дело – хотеть умереть, и совсем другое – шагнуть в смерть. Но Ирис уже на полшага ко второму.
– Ри-ри, – позвал Эйв мягко. – Прости меня, я не мог прийти раньше.
Ирис судорожно всхлипнула. Страх перед смертью ещё удерживал её, но то, что девушка уже снаружи, говорило яснее ясного: она решилась. И это решение всерьёз. Просто самоубийца собирает последние силы перед окончательным шагом.
Эйв сделал осторожный полушаг. Если Ирис сейчас разожмёт руки, брат не успеет её перехватить.
– Малышка, всё будет хорошо. Ри-ри, сестрёнка, я здесь, и мы с тобой выберемся из западни, поверь. Пожалуйста, разреши тебе помочь.
– Уходи. Ты не понимаешь, это ловушка!
– Я знаю, – мягко возразил он. – Ирис, я убил двух из тех, кто шли за тобой. Их скоро обнаружат. У нас очень мало времени. Иди сюда, иди ко мне.
Эйв шёл осторожно, как идут к затаившемуся кролику, перемещаясь с носка на пятку, с пятки на носок, очень-очень плавно, почти незаметно, тем более в темноте.
– Я тебя предала, – рыдая возразила Ирис. – Я вас всех предала. Из-за меня все погибли. Уходи, пожалуйста, уходи! Дай мне просто умереть.
– Ты ни в чём не виновата, мелкая. Если кто и виноват, то это я. И отец. Мы оба должны были защитить вас. Ри-ри, малышка, послушай меня. Пожалуйста. Иди сюда, иди ко мне. Разреши мне спасти тебя хотя бы сейчас. Я увезу тебя далеко-далеко, слышишь?
Ирис судорожно выдохнула.
– Он меня изнасиловал, Эйв. И я сама… я… Я люблю насильника. И убийцу моих родных.
Она с трудом выговорила это, видимо, желая глубоко разочаровать брата, или, что вернее, подогреть собственную жажду смерти. Задыхаясь, запинаясь от смущения, Ирис заговорила яростно и ожесточённо, заставив Эйва прибавить шагу:
– Он меня насилует, а я не терплю, Эйв, я наслаждаюсь, я… я течная сучка. Уходи, потому что твоей сестры больше нет…
– Чушь, – обрезал он, отметив про себя это новое для сестры выражение, – Ирис, маленькая, ты не понимаешь, что с тобой происходит, а я знаю. Иди ко мне. Дай мне руку, пожалуйста. Ширан ломает тебя, твоё тело, душу. Он просто ломает тебя, и без помощи тебе не выжить. Я тебе помогу, Ри-ри.
– Ты не понимаешь…
– Ри-ри, – тихо и твёрдо сказал принц, – если ты сейчас разожмёшь руки и прыгнешь вниз, я обещаю тебе: я прыгну за тобой.
– Эйв, пожалуйста…
Он замер совсем рядом и протянул руку. Медленно:
– Ирис, иди сюда. Во всём, что с тобой случилось, виноват я, не ты. Иди ко мне. Я помогу. Обещаю.
Увидел её бледное лицо, лихорадочно блестящие глаза. Её волосы растрепались, а лицо было грязно. Не принцесса, не дочь короля – насмерть перепуганный зверёк.
– Дай мне руку, – попросил мягко, – мы просто поговорим, Ирис. Ты мне расскажешь, что с тобой происзошло. Мне очень нужно это знать. Если я соглашусь, что ты права, я помогу тебе спрыгнуть, хочешь? Но я так долго шёл к тебе, что уйду только с тобой.
Ирис смотрела на него завороженно. Протянула дрожащую руку. Он схватил её за запястье, перегнулся, перехватил за шиворот и рывком втянул обратно. Сестра дёрнулась, но не успела. Эйв прижал её к себе, выдохнул рвано.
– Ри-ри, – ткнулся в её волосы, провёл по ним рукой. – Ри-ри. Нам надо уходить. Срочно. Я думаю, они уже спохватились. Просто никто не понял, что ты здесь.
– Он убьёт тебе… убьёт… Я уговорила его дать слово не убивать Дайна, но не тебя… Он тебя убьёт…
Она твердила и твердила это безостановочно. Эйв слегла отстранил девушку, заглянул ей в лицо и твёрдо сказал:
– Ирис, запомни, маленькая. Реакции твоего тела это не ты. Просто запомни это. Я тебе как мужчина это скажу. Мне случалось хотеть и тех женщин, кто своей личностью внушал мне лишь отвращение. Это только тело. Всего лишь тело.
Она уткнулась в его плечо.
– Я… я… оно…
– Выделяет смазку? – догадался Эйв, проклиная мать за излишне пуританское воспитание дочерей. – Сколько раз он насиловал тебя без смазки?
– Дважды…
– Это телесная защита, Ри-ри. Не больше. Твоё тело иногда умнее тебя. Понимаешь, малявка, мужчина может порвать женщину и искалечить всё внутри, если её тело не выделило соки. И твоё тело зная, что будет дальше, его выделяет.
– Но я его хочу…
– Это тоже защита, солншко. Твоё тело защищается как может.
Она выдохнула, задрожала, прижалась доверчиво.
– Мне кажется, что я его люблю… Это тоже…
– Да.
– Он то нежен, то жесток. Почему?
– Он ломает тебя и твой рассудок, Ри-ри. Так дрессируют дикого зверя. Я видел такое. Нам надо уходить, малышка. Прямо сейчас. Пожалуйста, моя мужественная сестричка, соберись. Или ты погубишь и себя, и меня.
Эйв обнимал её нежно и чувствовал, как Ирис начинает ровнее дышать. Принцесса покачала головой:
– Тебе его не победить…
– Верь в меня. Пожалуйста.
Она помолчала. Привстала на цыпочки и шепнула:
– Убей меня, но не отдавай ему. Прошу.
– Клянусь. Не отдам.
Он взял её ледяную ладошку, поднёс к губам и согрел дыханием. А потом потянул за собой.
– Уходим.
Пока не поздно. А может быть, уже поздно. Но об этом Эйв не стал говорить сестре. Стараясь не думать о том, как страшно она изменилась, как перестала быть похожей на саму себя, не допускать эмоций, притормозил у двери на второй этаж, замер, вслушиваясь. Затем подхватил измученную сестру на руки, пробежал мимо дверей, и примерно на первом (тут не было выхода) снова замер, вслушиваясь: нет ли погони.
Погони не было.
Эйв ключом открыл потайную дверь в подвал, закрыл её за ними. Взял Ирис за руку:
– Не бойся.
Взял заранее приготовленный фонарик.
– Одно странно: я не нашёл Ширана, – признался сумрачно. – Ни на маскараде, ни…
– Он занят, – сквозь зубы процедила Ирис и вдруг рассмеялась нервно. – Видимо, зелье любви и страсти действует даже на полудемонов.
Эйв хмыкнул и не стал ни о чём расспрашивать. Это многое объясняло, хоть и было непонятно, когда закончится действие, и как всё это произошло. Включил фонарик и повёл сестру за собой. Итак, гончие герцога сбились со следа. Но в любом случае труп уже обнаружен, и им ясно: брат с сестрой воссоединились. Чтобы он сделал на месте этих людей? Да ясно что: немедленно доложить хозяину. И какой бы силы ни было зелье любви и страсти, Ширан не тот человек, кто не сможет одержать верх над своим телом.
А если так…
Их перехватят снаружи. Можно не сомневаться – дворец оцеплен, и гвардия Ширана уже получила приказ стрелять.
– Эйв, убей меня, пожалуйста, – шептала Ирис в бреду, сжимала руку брата, спотыкалась. – Я его игрушка, понимаешь? Тебя он убьёт, а меня… Ох, Эйв! Меня он не убьёт, понимаешь, но лучше уж умереть…
Принц замер.
А если…
Закрыл глаза. То, что пришло в его голову, было ужасно, омерзительно, но… вероятнее всего, это был единственный шанс спасти девочку. Они слишком много времени потратили на башне. Если она ошибается, то Ширан убьёт их обоих, но иногда смерть действительно становится лучше жизни.
– Не бойся, – прошептал он и взял её руки в свои руки, поставив фонарик на пол. – Ри-ри, ты мне веришь?
– Да, – жалобно пропищала та.
– Тогда слушайся, хорошо? Всё будет хорошо, малявка. Итак, запомни: я их задержу, а твоя задача убежать.
– Но ты…
– Я догоню. Обещаю. Снимай платье.
– Что?
– Платье, Ри-ри. И закутайся в мой чёрный плащ. Я отвернусь, не бойся. Твоя задача – убежать по тропинке. Там тебя ждёт воздушный шар и чудесный человек, которому ты можешь верить, как мне. Хорошо?
– А если тебя…
Он улыбнулся и подмигнул ей:
– Малявка, прости, я не могу посвящать тебя во все детали нашего плана, но всё продумано, всё хорошо. Не бойся. Обещаешь?
– Да, – тоненько и слабо подтвердила она.
Эйв отвернулся.
– Скажи мне, когда переоденешься.
Да простят его все восемь за ложь! План был плох, хромал на все четыре ноги. У заговорщиков не было ни средств, ни людей, ни времени, одни лишь решимость и отчаяние. И воздушный шар. И доверие друг к другу. Но об этом Ирис лучше было не знать. Эйв понимал, что наиболее разумным с его стороны было бы бежать с Елисель, найти сторонников, например, женившись на дочери одного из герцогов. Хотя бы того же Радорма Западного, а затем повести войска на Ширана и…
… отомстить за сестру.
Не спасти, лишь отомстить. Потому что каждый день – каждый – убивает в ней её саму, ломает и уничтожает, и когда Эйв наберёт силы, чтобы выступить против Ширана, от Ирис больше не останется ничего. Ни разума, ни личности. Сестрёнка превратится в животное.
Как сын короля, Эйв должен был пожертвовать сестрой…
– Я готова.
– Ириска, – он взял её лицо в ладони, озорно, до ямочек улыбнулся, – помнишь, как мы с тобой тайком выбирались в город? А как крали яблоки в саду?
– Да.
– А помнишь, мы залезли в особняк Радорма, и потом на нас спустили собак?
– Да.
– Давай поиграем? Это будет самая опасная из наших игр, но оно того стоит. Хорошо? Доверься мне, пожалуйста.
– Да, – прошептала она и ткнулась лбом в его лоб.
Эйв выдохнул. Позволил пару секунд постоять так, прижавшись лбами друг к другу. Они теряли время, но это было очень нужное время для поднятия боевого духа. И его катастрофически не было.
– Возьми платье, привяжи к себе поясом. Прижми руками верх так, чтобы в полумраке никто не подумал, что ты без него. Можешь кричать, можешь визжать, но только, пожалуйста, сделай то, что я тебя прошу. И помни: я с тобой.
Он подхватил её за талию одной рукой, оторвав от земли, открыл дверь, выбежал наружу, обернулся к дворцу и приставил к виску принцессы уже взведённый револьвер.
– Один выстрел, – крикнул громко в тишину. – Один звук взводимого курка, и её больше не будет, Ширан. Клянусь, так и будет. Даже если твой стрелок попадёт в меня, я успею спустить пулю. Не веришь? Проверь.
Ирис вздрогнула, задышала часто-часто, но почти сразу расслабилась, доверившись. Она была убийственно лёгкой, но Эйв снова запретил себе думать почему. Он повернулся и бросился в парк. Спиной чувствовал, как за ним двинулись бесшумные тени.
Ширана среди них нет. Это настораживало.
Эйв перебежал через мостик в парке. Здесь протекал канал. Дальше нельзя – враги начнут окружать, а, окружая беглецов, обнаружат и ангар, и шар, и Елисель. Канал задержит людей Ширана, но ненадолго.
Под большим деревом сидела Нойса, обернувшись хвостом и чутко напрягая большие уши. Эйв поставил сестру за ствол дерева.
– Беги за ней, – приказал шёпотом. – Платье останется тут.
Забрал его, нашёл приготовленное вчера вечером чучело, быстро натянул на него платье и спрятал за большой валун на берегу так, чтобы немного торчало.
– Нойса, ищи Елисель, – приказал хрипло.
Лиса прянула и побежала по тропинке.
– Эйв!
– Я скоро. Беги. Чем быстрее ты доберёшься, тем больше у меня шансов выжить.
Ирис, закутавшись в плащ, бросилась в лесные дебри за рыжим хвостом. Эйв припал на колено, спрятавшись за валуном, и прицелился. Курок уже был взведён – принц не шутил, обещая выстрелить в сестру.
Что-то пошевелилось в кустах на противоположном берегу. Эйв выстрелил, услышал предсмертный крик. Нащупал под валуном арбалет. Мысленно сказал Елисель спасибо. Вчера заговорщики немного обокрали оружейную Гория, и сейчас наличие арбалета было очень кстати: его было быстрее перезаряжать.
Заметил тень и снова выстрелил. А затем ещё четыре раза, и один из них – промашка. То ли показалось, что кто-то есть, то ли просто промазал.
Следующему из погони прилетел болт. Эйв перезарядил и снова выстрелил. Перезарядил. Прислушался. Погоня притихла, возможно, обдумывала положение. Принц принялся перезаряжать и пистолет. Потом привалился к камню и стал ждать.
Пока они уверены, что Ирис с ним, они не будут пытаться обшарить весь парк. Он заботливо поправил платье на чучеле.
В этом отчаянном плане было ужасающе слабое место, о котором принц старался не думать: что если шар уже обнаружили? Что если Ширан ждёт Ирис прямо там, пока её защитник тратит пули и болты, бессмысленно отстреливаясь?