Глава 9. Тревожное предчувствие

Салманов

Спал я паршиво. Вернее, не спал, а крутился, словно в кровати были клопы или кто-то вредный насыпал крошек печенья. Хотел спуститься вниз и трахнуть Дарину. Два раза. Как Минимум. Но это, конечно, было ошибкой. Я собрался все делать медленно. Она сегодня и так устала после интенсивной сессии в машине. Как голос не сорвала только.

Вспоминая ее крики и сильный оргазм, я возбудился снова.

Черти что.

Вроде не подросток, а стояк просто убивает. Раньше мне хватало одного оргазма вполне, чтобы спать спокойно. Никогда не был помешан на сексе до одержимости. А теперь… Теперь я хотел Дарину едва ли не перманентно. Сел на кровати, провел рукой по члену. Желание забрать ее к себе в постель и трахать всю ночь было таким сильным, что я даже встал с кровати и пошел к двери. Одумавшись, я завернул в ванную, где справился своими руками, а потом спустился в тренажерный, чтобы убиться железками. Тренировка помогла, и я вырубился почти мгновенно.

Утром Дарина подала мне завтрак и была такой тихой, что я даже испугался. Хотел сначала отправить ее еще поспать, но потом передумал и велел ждать меня в зале. Когда я вошел, то глазам своим не поверил. Она сидела обнаженная, на коленях, опустив голову. Ох, надо следить за языком.

— Малыш, — ласково позвал я ее, поднимая за плечи. — Я не это имел в виду.

Дарина смотрела на меня огромными виноватыми глазами.

— Ты сказал ждать. Я должна…

— Да, да, не подумал, извини. Я просто хотел провести для тебя тренировку, немного потянуться вместе. У тебя есть здесь спортивная одежда?

— Есть, — кивнула девчонка.

- Оденься быстренько.

Да уж…

Мы оба будем учиться.

Тренировка прошла нервно. Мне приходилось смотреть на Даринину задницу, чтобы следить за техникой, а мысли были совсем другие. Идиотская идея. К тому же разозлился, что тренер не поставила ей хороший присед. К концу занятия я был раздражен, поэтому поставил йогу, чтобы мы могли позаниматься вместе.

Асаны и прочистка мозгов помогли немного расслабиться. Правда, Дарина стала совсем тихой, и я понял почему, только когда мы закончили.

— Если хочешь что-то сказать, то говори. Мы ведь не в экшене сейчас, — заметил я, когда мы шли из зала.

— Мне кажется, ты злишься на меня, — проговорила она через достаточно длинную паузу, вздохнув так печально, что я едва не засмеялся.

Это ранило бы ее, поэтому сдержался. Мы стояли посреди гостиной, и Дарина старательно изучала паркетный пол.

— Детка. — Я ущипнул ее за подбородок, чтобы она подняла голову. — Я не злюсь.

— Ты велел мне одеться.

— Потому что хотел фитнеса, а не секса.

Лжец.

— Это плохо.

— Это нормально. Я не помешан на интиме до такой степени, чтобы трахать тебя днем и ночью.

Лжец. Лжец.

— Да?

Дарина мне не верила, похоже. Что ж… Умная девочка.

— Да. Особенно, если у меня есть планы на вечер.

— Планы? — Глаза загорелись, и она встрепенулась.

— Да, планы, — подтвердил я. — А еще вспомни, что я говорил вчера про ритуалы и наше взаимодействие вне игровой. Разве я надел на тебя ошейник и просил служить мне?

— Нет. — Дарина снова сникла, понимая свой промах.

— Вот! Давай пока мы будем договариваться об играх. Я предупрежу тебя заранее. Хорошо?

— Хорошо.

— Хотя это не отменяет спонтанных сценариев. Как вчера, например. Но я дам тебе знать об этом. Ты поймешь.

— О…

Уверен, что поймет. Вчера, когда я целовал ее у машины, все было кристально ясно.

— В другое время я хочу, чтобы ты вела себя естественно, свободно.

— Какой тогда смысл в кабинете?

Действительно.

Я развел руками.

— Ты можешь там отказаться от секса.

— Ясно.

Дарина чуть сморщилась, и я понял, что отказываться она вряд ли станет. Озабоченный ублюдок во мне ликовал, а доминант не пытался его урезонить.

Черти что.

Все так перепуталось. Я не хотел угнетать Дарину правилами вне игровой, но все же она должна понимать, что и вне ее я могу доминировать.

Могу и буду.

Как все это совместить, пока не очень понятно. Нам поможет то, что я запланировал на сегодняшний вечер. Одна мысль об это уже делала меня твердым. Нужно завязывать с разговорами.

— Иди к себе, Дарина. Прими душ, отдохни и позаботься о нашем питании на три дня вперед. Я сообщу чуть позже о планах на вечер.

— Хорошего дня, — пискнула она, уловив мой тон моментально, и помчалась к себе.

По дороге в город я старался не циклиться на интиме, но выходило скверно. Правда работа отвлекала, настраивала на нужный лад, а еще Коля заявил, когда мы подъехали к офису:

— Вовчик что-то нарыл по делу Шевцова. Еду к нему сейчас. У меня тоже есть новая информация. Нужно все сопоставить.

— Хорошо. Потом сразу мне отчитаешься.

— Не вопрос, шеф.

Тревожное предчувствие окончательно отвлекло меня от пошлых мыслей.

Перед обедом я спустился вниз, чтобы забрать ошейник для Дарины. Хорошо все же быть богатым извращенцем, который может себе позволить среди ночи разбудить виртуоза ювелирных дел, чтобы сделать срочный заказ.

Мастер меня не разочаровал. Тиффани — это прекрасно, но они не выпускают линейку для БДСМ. А жаль. Хотя — нет. Дарина заслуживает действительно эксклюзивной вещи. Ручная работа, мягкая кожа, платина и немного бриллиантовой крошки. Идеально для нее и для меня. Я не мог дождаться, когда надену его ей на шею.

Пришлось опять себя одергивать.

Вернувшись в офис, я увидел, что стол накрыт для обеда. Тут же секретарь вызвала меня по внутренней связи.

— Кирилл Олегович, к вам Николай и Владимир.

— Да-да, пусть войдут, — ответил я, пряча ошейник в стол.

Я кивнул орлам в сторону переговорной зоны, и они расселись по креслам.

— Излагайте, — велел я, тоже опустившись на диван, но со своим обедом.

— Как мы и полагали, шеф, — начал Вовчик. — Это не батюшка потерпевшего шерстил против Евгения. Да, он держит на контроле следствие и даже с судьей имел встречу, но его больше интересует правда, а не тупое возмездие. Парень вышел из комы, но показания дать пока не может. Еще слаб слишком.

— Ясно, — кивнул я. — Это уже что-то адекватное. — Покушение, значит, было придумано Гараевым? Тянул деньги из Дарины?

— Не совсем, — вступил Николай, проглотив курицу из Цезаря. — Женю избили, едва он поступил в СИЗО. Местные. Очевидно, что не просто так. Проплаченная акция. Надзиратели подтвердили.

— Как только поступил?

— Да, видимо, уговаривали признаться, взять все на себя. Думаю, он говорил об этом Дарине, поэтому она и поверила адвокату так легко.

Я кивал, жуя.

— Не исключено, да. Еще что? С нашим адвокатом говорили?

— Конечно, но его дело — защита, — снова вклинился Вовчик. — О, Николай Иванович, давайте вы. Сами же узнали.

— Ты мне тоже помог, малец, не скромничай.

— Что происходит? — нахмурился я. — Что вы узнали?

— Почти все свидетели изменили показания в пользу обвинения Жени, а до этого они указывали совсем на другого человека. Вовка прочесал соцсети и выбрал самых уязвимых, ну я отправил своих ребят потолковать.

— Иии?

— Их купили, Кир Олегыч, и запугали. Пригрозили отчислением, если скажут правду, дали денег родителям. А на деле все иначе. Шевцов действительно не бил парня. Его месили самого.

— Кто? — спросил я, желая знать имя.

— Агеев, — выдал Коля. — Хлопочет за племянника.

— Агеев — госдума?

— Именно.

— Твою мать.

У меня моментально пропал аппетит.

— Он действует мягко теперь, но это дурной знак. Судья готов выпустить Шевцова под залог. И это тоже не очень здорово.

Я отложил еду, сложил пальцы домиком, прислонив ко рту и думал, думал, думал… Коля прав, в этом затишье нет ничего хорошего. Если Агеев спускает на тормозах сейчас, он даст жару позже, когда Женя выйдет.

— Распорядись подготовить документы, Коль, — проговорил я устало после долгой паузы раздумий.

— Думаешь, зайдет так далеко?

— Не знаю, но нужно быть готовыми ко всему.

Дарина

Кирилл был прав, конечно. Я дала маху с обнаженной позой ожидания в тренажерном. Наверно, сказывалось мое нетерпение и желание угодить ему. Все мои мысли занимало только это. Я старалась стать покорной до мозга костей, а Салманову, оказалось, это не нужно. Вернее нужно, но не всегда. Похоже, он тоже немого запутался в нашем взаимодействии, но меня это не пугало. Наоборот, было волнительно и приятно понимать, что я рушу его старые схемы и правила.

Хотя и анархии Кирилл не допустит. Что-то похожее было в Казани, когда он трахал меня у двери, словно одержимый зверь, но уже в спальне Салманов пришел в себя и вернул себе контроль. Удивительно, но мне нравилось с ним все. Все его ипостаси. Суровый, требовательный доминант, нежный, понимающий друг, безумный любовник. Он был хорош во всем — это главный его недостаток. Потому что я субстанция непонятная и должна работать над собой, чтобы соответствовать этому шикарному мужчине.

Кирилл уехал, и я решила сразу заняться нашей едой. Предварительно ввернула пробку в задницу. Он не напоминал, но и не должен был. Я делала это с тех пор, как вернулась в свою комнату. Носила ее по два-три часа в день, как и велел Мастер. Даже в Казани мне удалось исполнять его приказ. Я перестала относиться к этому, как к наказанию за грехи или неприятной обязанности. Теперь мне было легко принимать такой приказ, потому что потом самой будет легче.

Мысли об анальном сексе снова кружили голову. Особенно после вчерашних плюсов напротив этого пункта в списке предпочтений. Я поняла, что желаю этого, хоть и боюсь немного. Но была уверена, что Кирилл сделает и этот мой первый раз потрясающим.

Салманов позвонил после полудня по видео связи.

— Как ты, маленькая? — спросил он, улыбаясь как-то странно.

— Все хорошо, Мастер, — ответила я, уловив в его голосе покровительственные, властные интонации.

— Ты используешь пробку, Дарина?

— Каждый день, Мастер, — гордо заявила я.

Гордиться пробкой в заднице — это, конечно, круто. Но я даже не хихикнула.

— Правда? Я не настаивал на ней после наказания. Ты могла подумать, что она отменяется.

— Нет, я носила ее каждый день, как вернулась в свою комнату, Мастер.

— И сегодня?

— Сейчас, — улыбнулась я, опустив глаза.

— Как долго?

— Почти два часа.

— Ты моя хорошая девочка. Думаю, самое время ее вынуть. Закрепи телефон. Покажи мне.

Все мои внутренние органы моментально упали куда-то в живот и там начали крутиться, как по орбите. Я не без труда совладала с волнением и возбуждением, устроилась на кровати, чтобы аккуратно извлечь пробку.

Как всегда, я смотрела на Мастера, пока делала это, но ощущения были совсем другие. Все чувствовалось так остро и возбуждало очень сильно.

Я вытерла руки влажной салфеткой и положила на нее пробку, чтобы помыть чуть позже.

— Прикоснись к себе, маленькая. Потрогай клитор.

Я тут же послушалась и вздрогнула, потому что комок нервов моментально отозвался сладким, почти болезненным спазмом.

— Тихонечко. Немножко, — наставлял Кирилл чуть хриплым голосом. — Не нужно форсировать события.

И я дразнила себя так, как это обычно делал он. Едва сдерживаясь, чтобы не надавить сильнее, не начать выводить быстрые круги, доводя себя до исступления, до дрожи ускользающего удовольствия.

— Я бы вечно смотрел на это, но нужно работать. Спасибо за минутку радости.

— Пожалуйста, Мастер.

Я даже смогла улыбнуться и почти не жалела о том, что он не позволил мне кончить. Когда это Кирилл был таким щедрым на оргазмы? День только начался. Скорее всего, мы продолжим позже.

Салманов поспешил подтвердить мои предположения.

— Я отправил за тобой Николая. Надень то, что я пришлю, и приезжай в офис. С едой разобралась?

— Да, я все приготовила.

— Молодец. Коля привезет еще продукты, позаботься о них.

— Хорошо, Мастер.

У него на столе зазвонил телефон.

— Мне нужно идти, сладкая.

— Доброго дня, мастер.

— До встречи, Дарина.

Он отключился, и я обняла себя руками. Энергия возбуждения все еще гуляла по телу, соблазняя меня выпустить ее на волю, нарушив волю хозяина. Но я не позволила этой слабости обрести власть надо мной, а пошла в душ, чтобы привести себя в порядок. Что-то подсказывало: сегодня будет феерический вечер.

Николай приехал ближе к вечеру. Он оставил на кухне два пакета с едой, передал мне красивую запакованную коробку, сказал, что мы должны выехать через тридцать минут. Как всегда, кратко, лаконично, по делу.

Я разобрала продукты и поспешила к себе, чтобы открыть коробку. Содрав упаковку, я так и ахнула. Внутри было черное белье. Чулки и боди. От одного вида у меня закружилась голова и стало тяжело дышать. К белью прилагалась записка.

Черное кожаное пальто, черные туфли и это.

Подождите, что?!

А одежда? Платье, брюки, кофта? Про них ни слова, и скорее всего это значит…

Я сглотнула.

Звонить. Кирилл разрешил звонить, если что-то не понимаю. Я взяла телефон и набрала его. Вызов моментально был сброшен, но тут же пришло смс.

На совещание. Что хотела?

Я набрала ответ дрожащими пальцами.

Ты прислал белье, но ничего не написал про одежду.

Ответ не заставил себя ждать.

Ты умная девочка, сделай выводы, и не опаздывай. Будь у меня в 17.30

Ох, черт. Только белье и кожаное пальто. Я быстро написала «ок» и стряхнула руки, чтобы избавиться от тремора. Мое время подходило к концу и долгие паузы для настроиться — это шанс опоздать. Я помнила, чем каралась непунктуальность, и знала, что в этот раз Кирилл заменит ладонь ремнем. Именно так значилось в списке наказаний за нарушение правил.

Сорвав этикетки и облачившись в белье, я чуть подкрасила губы, мазнула тушью по ресницам. Кирилл не любил яркий макияж. Разве что для благотворительного вечера он сделал исключение, разрешив мастеру наложить мне тон и выделить глаза.

Коля просигналил, и я поспешила выйти из комнаты. В шкафу у двери висело мое пальто, а в обувнице стояли туфли. Чертовски странно было выходит на улицу вот так. Конечно, Николай вряд ли догадался бы, что под верхней одеждой у меня только белье, и перегородка все еще была закрыта. Я могла расстегнуться, но не стала рисковать. В машине было комфортно, а достаточно долгая дорога помогла мне привыкнуть к необычному наряду. Выходя из машины, цокая каблуками к дверям офисного центра, я уже ощущала себя эдакой Анжелиной Джоли-шпионкой- Миссис Смит, которая идет наказать извращенца и торговца оружием. Уверенная в себе, обольстительная, желанная. Просто дива.

В лифте со мной ехали трое мужчин, и это было чертовски волнительно. Они выходили, чуть задевали меня плечами и даже не догадывались, что я почти голая. Знал об этом только мой Мастер. Я почти вибрировала, когда лифт доставил меня на верхний этаж.

Секретарь Кирилла сидела за столом, что-то печатала. Я поздоровалась, чтобы привлечь ее внимание.

— О, здравствуйте, — откликнулась она. — Кирилл Олегович вас ждет. Можете пройти. Я подняла глаза на часы, что висели у двери в кабинет.

17:24

Не смотря на разрешение секретаря войти, я постучала.

— Да, — откликнулся Кирилл.

Я выдохнула и толкнула дверь.