Глава 22

Словно накаркала. До своей каюты Кристин дойти не успела. Её грубо развернули за плечо и впечатали в стену. Она стукнулась головой и попыталась разглядеть грубияна сквозь темные круги в глазах.

— Я говорил тебе, не показываться мне на глаза? — зато разъярённое шипение узнала сразу. Максик.

— Вообще-то коридор общественный, это не закрытая зона. И значит ходить по нему никто не запрещает. С чего ты вздумал здесь распоряжаться? — проморгалась и разглядела давнего знакомца в той же серой униформе обслуживающего персонала. И выражение неприкрытой злобы по-прежнему не шло этому холеному лицу с тонкими чертами.

— Всё равно ты не ученый! Тебе нечего здесь делать в рабочее время!

— И давно ты службой безопасности заделался? Что-то я их не наблюдаю, — она демонстративно посмотрела в один конец пустого коридора, в другой, снова на собеседника, — значит никаких правил я не нарушаю. Тебе-то что за дело тогда?

Максимилиан зло раздувал ноздри, но, по существу, ответить ничего не мог. Что злило его только сильнее. Кристин решила, что, пожалуй, не стоит доводить его ещё больше. И так уже руки распустил — затылок до сих пор ноет.

— Как же я тебя ненавижу! — выдохнул он, потянулся рукой к её шее, но в последний момент сжал кулак и ударил в стену рядом, скривившись от боли. — Вся такая уверенная, наглая, ходишь везде без спросу, бездельничаешь, ничего не боишься…

— А ты завидуешь? Наверное, потому что сам не можешь сделать ни шагу без разрешения? Ещё и тру…

— Я не трус! — заорал Максимилиан, с силой тряхнув её за плечи.

Кристин снова стукнулась головой, в глазах потемнело.

Вот не хотела же его дразнить. Нет хуже врага, чем болтливый язык.

— Мне нечего бояться. Эти... синие... сколько угодно могут нос задирать! Недолго им осталось. Его превосходительство Эллисон придумал, как их прижать. Всякие нелюди больше не посмеют смотреть на людей, словно мы убогие или недоразвитые!

Она почувствовала, как лицо поневоле вытягивается. Сдержать удивление не получилось. Макс только шире ухмыльнулся.

— Думаешь, я не видел, как ты ходишь за этими и ловишь каждое их слово? Словно они боги какие-то? А на самом деле паразиты, которых уничтожать надо, пока они наш дом не заразили своей тлёй дурацкой. Поскорее бы господин Эллисон привел свой план в исполнение. Но это время придёт, вот увидишь! — он прошипел последние слова ей прямо в лицо, отшатнулся и быстро ушёл.

Кристин не спешила отлепляться от стены, ноги дрожали. Слишком много потрясений на сегодня.

Но с чего этот идиот решил, что она за многими тланами ходит? Или в своём презрении даже не приглядывался? Если так, к лучшему: тогда он Треона не узнает.

Но в планы этой тройки он вряд ли посвящен. Скорее: что-то услышал, остальное домыслил. Однако, дыма без огня не бывает. В наличии некоего заговора уже можно не сомневаться. Но как узнать, в чем он состоит? Надо придумать, как добыть информацию.

Неизвестное будущее Кристин откровенно пугало. Выждав, она выпрямилась и медленно направилась к своей каюте, раздумывая над вариантами. Одна идея была, но опасная. Возможно, стоит рискнуть.

***

В общем зале никого нет. Синие стены переливаются перламутровыми разводами. Столики сегодня пустуют. Даже тишина кажется вязкой и глухой. Только из коридора за спиной доносятся отголоски разговоров. Кристин незаметно выскользнула наружу. Знакомый маршрут сквозь лес много внимания не требовал, и мысли поневоле свернули к сегодняшним открытиям.

Бредовость предварительных выводов до сих пор вызывала оторопь. Кристин в эту муть верить отказывалась. И в то же время ясно понимала, что оспорить ничего не сможет. Кроме личного мнения научных доказательств у неё нет.

Ей очень хотелось громко возмутится, вытворить что-нибудь безумное, чтобы её услышали. Но мало привлечь внимание, нужно доказать свою точку зрения. А вот с доказательствами пока негусто, одни обрывки фраз, слухи и догадки. От этого зачинщики легко отвертятся.

Она и к отцу пошла больше за информацией, чем за помощью — на второе уже перестала надеяться. С первым тоже оказалось не густо, отец не воспринимает её всерьез и не хочет ничего объяснять. Хотя бы имена основных действующих лиц удалось узнать — уже хорошо. С этим можно попытаться узнать больше.

То, что тетя Лена не поверила ей, оказалось гораздо обиднее. Кристин попыталась до неё достучаться, но с научным складом ума, пока сама всё не изучит, не поменяет точку зрения. На быстрый результат можно не рассчитывать. А значит она может надеяться только на себя.

Вышла из леса, посмотрела вдоль опушки влево-вправо — пока никого. Достала таяр, разложила и начала внимательно разглядывать каждый клочок поверхности. И как эта невидимость включается? Треон как-то проговорился, что подарил ей универсальную версию, значит этот режим должен быть. Но на всей поверхности ни одного обозначения нет.

И Треона не спросишь. Он попросит объяснить: зачем? Врать не хочется, а правду говорить — выставить людей в совсем неприглядном свете. Ещё хуже, если он не отпустит её одну и увяжется с ней.

Одно дело, знать в теории, что люди способны на подлости, другое — услышать, что она совершается прямо сейчас в отношении тебя.

Такого откровения Кристин и врагу бы не пожелала. И то, что Треон пока плохо знает стандарт, ситуацию мало спасёт. Все непонятные моменты он спросит, а ей совесть не позволит смолчать.

Чем большее отвращение у неё вызывало, как люди собираются обойтись с тланами, тем сильнее ей хотелось быть честной. Чтобы хотя бы её Треон запомнил в лучшем свете.

Повторный осмотр таяра опять ничего не дал. Кроме кнопки раскладывания других отличающихся по цвету или выступающих частей он не имел. Никаких обозначений тоже. Но если вспомнить, что всё управление сводится к нажатию на определенные точки и срабатывает от давления или вибрации... Осталось вычислить, куда надо приложить силу.

Ощупав таяр на два раза со всех сторон и надавливанием, и несильными ударами, Кристин не выдержала и в раздражении врезала кулаком по нему. Боль прострелила до плеча, кисть перестала слушаться. Ещё и таяр, сложившись от удара, по инерции развернулся в воздухе и чуть не попал ей по лбу. Еле успела отдернуть голову.

Потом в изнеможении развалилась в траве и рассеянно уставилась в небо. Рука начала отходить, чувствительность возвращалась, но ушибленное место противно заныло.

"Хватит изображать тупого тролля, сила здесь не поможет. Нужно включить голову. Всё управление таяром, если разобраться, удобно в полёте и интуитивно понятно. Значит и невидимость должна легко активироваться в движении. Это по любому что-то элементарное. Думай, Крис!"

Поднялась с земли, дотянулась до таяра, снова разложила его и, привычно оттолкнувшись, встала на доску. Ноги сразу притянуло магнитным полем, благо ирсы она ещё в каюте в обувь вложила, чтобы время не тратить.

Чуть надавила вперёд, начиная полёт на медленной скорости. Прислушалась к ощущениям, приноравливаясь, и попыталась представить, как удобно будет в полёте включить невидимость. Точно не ногами, ими управляется движение, и малейшая смена положения вызовет смену направления или высоты — не вариант. Да и притяжение достаточно сильное, даже просто сдвинуть ногу нелегко. Значит, остаются руки.

Затаив дыхание, Кристин плавно присела. Таких фортелей она ещё в воздухе не выделывала, благо летела пока низко и медленно. В таком положении коснуться таяра руками можно только с одной стороны. Она попыталась нажать на край одной ладонью и невольно качнулась вперед.

Таяр наклонился и начал поворачивать.

От неожиданности вцепилась в него руками и отклонилась назад.

Таяр вильнул в противоположную сторону.

Резко встала и попыталась выровнять полет. Дрожащие ноги и колотящееся сердце изрядно мешали.

Таяр рыскал зигзагами и стабилизироваться никак не хотел. Кристин усилием воли взяла себя в руки и постаралась перестать дергаться. Постепенно полёт выровнялся, и она смогла выдохнуть.

Недолго просто летела по прямой, стараясь вернуть ощущение власти над воздухом, волшебство полета. Когда дыхание окончательно успокоилось, а ноги перестали дрожать, заложила пару петель, возвращая себе уверенность. И при смене угла освещения заметила, что воздух, огибающий её тело, словно расплывается маревом. Неужели?!

Затормозила, приблизила ладонь к глазам. Вплотную она оказалась вполне видна. Но если отвести подальше... на расстоянии кисть уже расплывалась неопределимым пятном. Ступни совсем терялись в расплывчатых цветных завихрениях. Эффект похож на описанный Треоном при невидимости. У неё получилось!

Единственная загвоздка, непонятно с какого расстояния невидимость становится полной. Треон точных цифр не называл, только: не подлетать близко. Это расплывчатое определение. Ладно, можно рискнуть.

Кристин развернула таяр в сторону пропасти, но спешить не стала. В пути она продолжила отрабатывать медленные ювелирные манёвры. Не хотелось глупо попасться из-за потери управления в самый ответственный момент. Время ещё есть.

***

Солнце клонилось к зубчатой кромке гор, обещая скорые сумерки. Ветерок гонял по траве волны и заигрывал с листвой деревьев и кустов. Те возмущенно шелестели в ответ.

Кристин убрала с лица прядь, залепившую глаза. Раздраженно собрала волосы в пучок и завязала узлом. Опять сегодня собрать резинкой забыла. Она парила на таяре недалеко от обрыва и не могла решить, спускаться к базе внизу или подстеречь тех, кто будет к комплексу возвращаться. У обоих вариантов есть плюсы и минусы.

Если спускаться вниз, могут заметить. Там и камеры, и лазерная сетка. К тому же наивно надеяться, что будут что-то обсуждать снаружи. А за закрытыми дверями уж точно не подслушаешь сквозь стены. И без таяра она невидимости лишится.

Если же караулить у леса, не угадаешь, когда нужные люди пройдут. Да и будут ли разговаривать при этом? Однако риск точно меньше. И возвращаться можно до тех пор, пока не дождёшься.

Кристин чуть надавила на таяр, двинувшись к обрыву. Миновав его, заглянула вниз. Вроде идут по тропе вверх какие-то люди. Она плавно развернулась, поднимаясь чуть выше, затормозила над самым обрывом, вглядываясь в маленькие фигурки. Прикинула расстояние от таяра до земли — около семи метров. Остаётся надеяться, что этого хватит для полной невидимости. Отлетать дальше — есть риск ничего не услышать. Придётся положиться на удачу. И что скоро начнёт темнеть.

Время тянулось ужасно медленно. Ноги уже начали уставать, а люди ещё не добрались до кромки обрыва. Солнце словно застряло, насадившись на горные пики. Умом она понимала, что прошло не так много минут, но заставить себя не паниковать оказалось сложно. Бесконечные "а что, если" роились в голове, пытаясь изгнать последние крохи спокойствия.

Вдруг её всё-таки заметят…

Она потеряет управление…

Врежется куда-нибудь…

Выдаст себя шумом…

Обхватила себя руками и зажмурилась.

Без паники. Никаких резких движений, это как раз и чревато половиной воображаемых последствий.

Заставила себя сосредоточится на дыхании, сделать его размеренным и медленным. Вдох-выдох. Страх понемногу начал отпускать. На крайний случай, удрать она всегда успеет.

Кристин взглянула вниз. И непроизвольно рванула таяр вперёд. Опомнилась и резко затормозила. Застыла на месте, оценив расстояние до земли. Вроде те же семь метров, может чуть меньше.

Оглянулась назад. Над кромкой земли показались первые люди. Военная форма, оружие в руках.

Она затаила дыхание: момент истины. Из-за обрыва поднимались всё новые солдаты. Первые осмотрели окрестности и небо вокруг, потом выдвинулись вперёд небольшой дугой. Остальные выстраивались следом. Отряд приближался к ней вдоль опушки леса, но никаких признаков, что её заметили, не выказывал.

Похоже невидимость работает!

Пока люди проходил внизу, Кристин, затаив дыхание, ждала развязки. И выдохнула, когда поняла: её не видят! Была б на земле, развалилась от облегчения. В воздухе так не получится, а жаль: усталость начала ощутимо сковывать движения. Но неожиданная мысль снова заставила напрячься.

Она быстро окинула взглядом удаляющийся отряд. Никакой ошибки: одни солдаты. Тех, кого она искала, среди них нет. Расстроено выдохнула. Не повезло сегодня. Захотелось рвануть домой, но ноги после сегодняшних нагрузок и всех волнений держали с трудом.

Она медленно пустила таяр вперёд. Теперь уж точно спешить некуда. Глупо было рассчитывать, что сразу получится всё узнать. Но всё равно глухая досада не давала успокоиться.

Начали сгущаться сумерки.

Кристин бросила прощальный взгляд назад. Кромка обрыва стала нечеткой в вечернем свете. Но ни тени, ни движения не видно. Увы. Пора признать, что на сегодня план провалился.

Она развернулась обратно и направила таяр к комплексу, заворачивая вправо над лесом. Не хотелось снова столкнуться с ушедшей вперёд вдоль опушки компанией. Вдобавок стремительно темнело, отдельные деревья становились неразличимы. Раньше ей не приходилось возвращаться так поздно, ещё и по воздуху. Не хотелось заблудится.

Восходящая луна помогала не сильно, призрачными штрихами очерчивая густые пучки листьев на макушках крон. Лес сверху казался морем с рябью волн, бликующей в лунном свете. Отчего причудливый инопланетный пейзаж превратился в дикую фантасмагорию. Только далеко впереди отчётливо выделялись ровные столбы света. Ничего похожего в пределах видимости не наблюдалось, отчего они выглядели чужеродно для окружающего пейзажа. Оставалось надеяться, что это прожекторы на посадочном поле.

Кристин направилась к ним, постепенно снижаясь. Когда освещенное место приблизилось настолько, что окружающий мрак стал редеть, затормозила, выискивая просвет в деревьях, где спуститься можно. Остаток пути лучше пешком пройти. Неизвестно, насколько хорошо работает невидимость при таком ярком свете. Незачем зря рисковать.

Как назло, ни одной поляны в округе не наблюдалось. Она сделала круг на таяре, потом ещё один шире. И заметила небольшой пятачок, темнеющий среди моря бликующей листвы. На поляну не тянет, слишком мало места, но ничего лучше в зоне видимости нет. Зашла на третий круг, примериваясь, чтобы резко спуститься в замеченный просвет. И рванула вниз.

В последней момент заметила движение на поле. Невольно оглянулась. Успела увидеть темные фигуры людей на фоне света от прожекторов. И в этот миг они скрылись за деревьями. Осознать увиденное она не успела. Резкий рывок выбил все мысли из головы.

Боль обожгла кожу под волосами, аж слезы выступили.

Таяр резко повело в сторону. Ноги по инерции несло вперёд, а голова оставалась на месте. Боль стала нестерпимой.

Она вслепую нащупала зацепившуюся прядь волос. Резко дернула.

Но выровнять таяр уже не смогла.

Листья хлестнули по лицу. Глаза тоже обожгло болью. Сквозь слезы в темноте она уже ничего не видела.

Кувыркнулась.

Ударилась плечом.

Слетела с таяра.

Что-то хлестнуло по рукам и спине.

Зацепилась за ветки куста.

Треск.

Глухой удар о землю.

Дыхание выбило. В глазах темно.

Кристин далеко не сразу смогла нормально вздохнуть. Казалось, адски болит каждая часть тела. Стряхнула с пальцев выдранный клок волос. И когда узел успел развязаться? Наверное, в полете ветром растрепало. Точно надо завязывать перед выходом из комнаты.

С трудом поднялась на четвереньки. Ушибленное плечо прострелило, рука подвернулась. Чуть не ткнулась носом в землю. Медленно привстала снова, стараясь отрешится от боли. Проморгалась и огляделась.

За спиной и с боков частично обломанные ветки куста. Прямо сквозь деревья пробиваются слабые отблески, очерчивая стволы и контуры крон. Значит, со зрением всё в порядке.

И тут обожгла паническая мысль: где таяр?!

Забыв про боль, вскочила, выдираясь из плена куста и судорожно озираясь. Не то, чтобы ей жалко было потерять подарок Треона (конечно, жалко!), но улики такие оставлять попросту опасно. Тем более совсем рядом с комплексом!

Как назло, в такой темноте разглядеть ничего не удавалось.

Со стороны поля послышались голоса. Кто-то идет!