Глава 21. Попросить разрешение

Ночь прошла тревожно. Я часто просыпалась и, задержав дыхание, прислушивалась к тишине в большом доме. И тотчас начинали одолевать разные мысли: «А вдруг сейчас он заявится ко мне… А вдруг завтра запрет в подвале… Выпустит ли вообще когда-нибудь за ограду, мне уже хочется Фрайма повидать, жив ли бедняга…».

Я даже подбегала к окну и пыталась рассмотреть в непроглядной тьме очертания ближайших построек, потом мне померещился шорох в коридоре, и я прижала ухо к двери. Так промаялась почти до рассвета.

А теперь хочу наскоро умыться и волосы как-то понадежней прибрать, чтобы не мешали. Здешнее солнце уже высоко, кажется, никогда еще на Цоте я не вставала к обеду. После насыщенного трудового дня в «Кормушке» у Гарша засыпала без задних ног, зато вскакивала ни свет, ни заря, готовая к новой битве за выживание.

И ведь никто здесь не разбудил, не поднял по свистку. Интересно, Пойто ко мне заглядывал. Надо бы узнать у него про подвал и общий объем работы. В кухне пахнет омлетом и свежими булочками. И чем-то еще волнующе домашним, родным… Господи, неужели и, правда, горячее какао! У меня даже слезы на глаза навернулись.

— Пойто, — шепчу, — что ты такое вкусненькое готовишь?

— А-а-а… выспалась, королева! — беззлобно-насмешливо протянул он. — Да вот Шакко вчера опять притащил мешочек сладкого порошка, велел сварить клей. Он его любит.

"Далась же ему эта королева, надо сказать, чтоб больше так не называл…"

— Почему же именно клей?

— Так съедобный, не тот, которым соединяют детали. Сейчас нагрею и смешаю с желе. Шакко у нас гурман — ему еще надо до пузырьков взбить эту гадость.

Я покосилась на весело булькающую в кастрюльке коричневую массу. На вид и запах как растопленный шоколад. Мечтательно вздохнула:

— Сюда бы чего-то молочного, я бы тоже попробовала. А то клей как-то не вдохновляет.

Пойто засуетился:

— Есть протеиновый концентрат. По вкусу похоже на козье молоко.

— Давай попробуем! — немедленно вдохновилась я.

— Ну нет! Если испортим, Шакко расстроится, станет ворчать. Не желаю рисковать едой и своей шеей.

Я украдкой стащила со стола ложку с длиннющей ручкой. Попробую запустить в кастрюлю, мне бы только на язычок. Ммм, какая знакомая прелесть…

— Ты какой-то неправильный кулинар! А где же здоровый авантюризм, жажда экспериментов? Хоть пару ложек ты можешь пожертвовать мне на опыты. Вдруг получится шедевр, который Шакко в жизни не пробовал.

— Только если сам разрешит.

Я проследила направление взгляда повара — дверной проем загородила мощная фигура Шакко. Его я почему-то не боялась, между нами сразу установилось что-то вроде доброжелательного нейтралитета. А вот сейчас он, решив пошутить, притворно грозно зарычал на меня:

— Кто тут покушается на мое лакомство?! Ашш… как я зол! Трепещи, девчонка из Дейкос, ведь яссы — кровожадные существа. Порой им хочется попробовать на вкус и маленьких ящерок!

Я вежливо улыбнулась, хотя фраза показалась очень двусмысленной, особенно в свете последних событий. Растопырив пальцы и вытаращив единственный взгляд, Шакко наступал:

— Стра-ашшно тебе?

— Ага! "Счас описаюсь". Шакко, ты самый добрый циклоп за всю историю человечества.

— А что такое циклоп?

— Позволишь взять немного твоего сладкого клея, тогда скажу. Погоди, я тебе приготовлю гораздо более интересный десерт, пальчики оближешь.

На глазах у заинтересованных мужчин я смешала шоколадный порошок с сухим молоком и еще немного нагрела, наломав туда же сахарных палочек. Готовую густую массу перелила в чашку и посыпала ореховой стружкой — недавно в кладовке нашла пакетик, напоминает наш толченый фундук.

В итоге вышло изысканное кушанье, ему бы немного застыть, но Шакко тотчас вооружился специально выточенной ребристой деревянной палочкой. С ее помощью-то и снял пробу. К удивлению Пойто яссу очень понравился именно мой вариант. Сам-то «птицелюдь» терпеть не мог такие приторно сладкие продукты. А вот со мной Шакко поделился. Не только десертом, но и планами на сегодняшний день.

— Кихо обещал раздобыть еще пару коробок такого порошка, надо слетать. Пойто, ты со мной! Возьмешь на складе, что требуется: концентраты, сушеные плоды — Кихо отдаст все. Он доволен, что «крысы» больше не станут досаждать.

Вспомнив окровавленную кисть Шакко, я осмелилась спросить о вчерашнем происшествии за пределами базы.

— На вас напали? Ты не ранен?

В том, что Джелло не пострадал, я уже успела убедиться. А вот Шакко самодовольно улыбнулся, кивнув гладкой головой в сторону окна:

— Их было четверо. С последнего я не стал срезать уши, они исколоты кольцами, как у женщин. Пришлось забрать нос, кровь била фонтаном, едва успел увернуться.

Я медленно передвинула чашечку с лакомством ближе к яссу. Что-то пропал аппетит. Пойто хрипло откашлялся, посматривая на меня с любопытством. Я выдохнула через сложенные трубочкой губы.

— И что ты сделал с трофеями?

— Как обычно — приколотил к стене, скоро подсохнут. Пойто, заканчивай со своими мисками, пора вылетать!

Я первой вскочила из-за стола:

— Джелло с вами?

— Останется здесь.

При мысли о нашем скором уединение на базе, мне поплохело. Конечно, никто не помешает ему со мной разобраться и в присутствии остальных, но хочется думать, что база обитаема теми, кому не безразлично мое настроение. Пойто хотя бы посочувствовать способен.

— Шакко, ваш летмобиль вроде рассчитан на троих, возьмите меня с собой.

— Это еще зачем? — искренне удивился ясс.

— Хочется еще разок полетать. Снова испытать удивительное ощущение. На моей планете ведь нет подобных машин.

Шакко пожал плечами, торопливо доедая остатки шоколада.

— Попроси Джелло тебя покатать. Думаю, он придумает маршрут, просто так нет смысла тратить заряд батарей.

Я ухватилась за идею экономии.

— Вот-вот! Лучше беречь энергию для дела. Я могла бы с вами отправиться, по пути. Еще интересно посмотреть склад. Там, наверно, и одежда есть. Я бы кое-что себе подыскала, если можно. Пойто, что думаешь?

Наш повар неопределенно поморщился, поглядывая на ясса — тот явно сомневался:

— Ну, не знаю… Все равно надо спрашивать позволения Джелло. Сам я тебя не возьму.

— Конечно, надо спросить моего непосредственного хозяина, — горько съязвила я.

— Это правильно, — равнодушно ответил Шакко, будто не заметив моей иронии.

— Так ты узнаешь насчет меня?

— Не-ет. Джелло начнет думать, что я на тебя глаз положил. Зачем мне такая дурная слава?

Кажется, он опять мне подмигнул, потому-то стала смелее и разговорчивей.

— Уф! Как же можно заподозрить благородного ясса в симпатии к такому страшилищу, как я?

— Хммм, если тебя обрить и нарастить мускулов, ты будешь похожа на худосочную ясску, которую плохо кормили в детстве.

Шакко откровенно посмеивался. Даже над пристрастиями своего господина. Видимо, ему можно. А у меня проснулся живой интерес:

— Значит, ваши женщины крепки телом?

— Ясски везде твердые, упругие и воинственные даже в постели, — мечтательно вздохнул Шакко.

— Настоящие амазонки!

— Кто это?

Пришлось рассказывать сразу и про циклопа и про дев, что по легенде выжигали себе левую грудь для удобства стрельбы из лука. Шакко был очень впечатлен, да и Пойто вроде прислушивался. Вот только меня не покидала мысль хоть на недолгое время покинуть базу. Маленькое приключение. Совсем крохотное — оно бы меня подбодрило. После шоколада и сказок одноглазый ясс уже более благодушно наставлял по поводу официального разрешения:

— Иди к нему, он тренируется на дворе. Четко изложишь свое прошение с упором на то, что собираешься вести себя хорошо. Потом я поддержу, если надо. Ну, смелей!

— Мне надо немного настроиться. Только не улетайте без меня, вдруг все же отпустит. Ах, нет, Джелло велел мне чистить трубы в подвале и проветривать одеяла! Я проспала и ничего не успела. Как же теперь быть — он разозлится.

Шакко очень удивился, перевел взгляд на Пойто:

— В подвале? А что там чистить? У нас в подвале полный порядок. Нечего ей туда даже лезть.

Пойто вздохнул и невнятно пробурчал что-то вроде:

— Воспитательный прием.

— Ха! Я бы придумал заданье повеселее. Например, смести с крыши песок и сухую траву.

— Она может оттуда свалиться.

— Тогда соскрести жир со шкурок, нарезать и сшить…

— Мое любимое занятие в холодное время, когда вы все спите, да ей и не справиться, — веско заметил Пойто.

— Ладно, пусть забавляется с подвалом.

Я смотрела на них с недоумением, о чем они вообще говорят. Яссы впадают в спячку зимой, тут вообще бывает зима? Как мало я, оказывается, знаю о Цоте. И яссах.

Шакко неопределенно хмыкнул, легонько дернул меня за прядку у виска и отправился проверять летательную машину, а я с тоской обратилась к Пойто:

— Джелло наверняка воспримет мою просьбу как проявление покорности. Стоило ему вчера накричать, как я уже начинаю лебезить и заискивать. Как это все неприятно… И так хочется отправиться с вами.

— О-о! Надо же, какие тонкости. На твоем месте мне бы и в голову не пришло стыдиться. Но кое-какие мыслишки я тебе подскажу…

— Могу представить!

— Тогда иди и выполняй. Ты все-таки женщина, которую он захотел, а это уже не мало. Эх, Ари! Ты можешь получить здесь так много, а собираешься довольствоваться жалкими огрызками.

— Я хочу встретиться с Фраймом, он же не разрешит!

— А ты пробовала? Вспомни, что твоя старая одежда была доставлена на другой же день. И это уже говорит о его лояльности.

— Да-да, но мне приходится платить.

Пойто посмотрел на меня с печальным сожалением, как на конченую глупышку:

— Разве ты еще не поняла? Так или иначе ты уже принадлежишь Джелло. Осталось лишь выбрать, как именно ты будешь принадлежать ему дальше. Рабыни не могут ничего просить — это верно. Так разве ты здесь рабыня? Кукла, которая умеет только плакать и жаловаться? Или сильная женщина, которая за свое расположение требует некоторых компенсаций. Ари, я же все вижу — ты бьешься, как птичка в клетке, но выхода у тебя нет. Прости, я говорю очевидные вещи. И в таком случае, почему бы тебе не устроиться здесь поудобнее и платить с большим комфортом, претендуя в ответ на определенные удовольствия.

— Откуда ты такой умный выискался?!

Пойто улыбнулся, подавая мне чашку с теплым цветочным настоем.

— Когда-то давно я был похож на тебя, Ари. Я искал понимания и справедливости. А потом меня стало швырять по всей системе и больно бить обо все острые углы подряд. Я прислуживал солдатам, и они тушили сигареты о мою шею, вот видишь, тут, где потолще кожа — не так просто прожечь. Потом заставили ухаживать за умирающими от страшного вируса — меня он не доставал, но мучили грязь и смрад гниющих заживо тел.

Однажды я полюбил одно несчастное существо, думал как-то помочь, а она продала меня за порцию глейса на потеху зверью. Джелло вытащил меня из дерьма, поэтому я всегда на его стороне. Но я еще помню, что когда-то давно был похож на тебя… Поэтому я и на твоей стороне, Ари. Можешь мне верить. И скажу лишь одно: тебе придется договариваться с Джелло, чтобы сохранить себя такой, какая ты есть. Дай ему увидеть не только мягкое и сладкое тело, он жаждет еще и близкую душу, но душу ведь невозможно забрать и присвоить. Ею можно только поделиться. Если есть чем.

— Ты так хорошо говоришь…

— Только не вздумай опять реветь! Слезы нужно использовать крайне редко. В самых исключительных случаях, лишь тогда они представляют ценность. Кто бы стал ценить желтый и белый металл, будь он как песок под ногами. Но в недрах земли порой попадаются сверкающие камни — чем реже, тем дороже они стоят.

— Доморощенный поэт! Пойто, я тебя обожаю.

— Э-эйбз! Ты способна вдохновлять и на большие подвиги! Так иди к нему и убеди в том, что тебе жизненно необходима эта поездка. Разве никогда не приходилось убеждать мужчин сделать так, как хочешь именно ты? На своей планете ты пользовалась хоть каким-нибудь спросом?

Последний вопрос меня здорово развеселил. А уж сравнение Джелло с земными мужчинами и вовсе. Но его грубые на вид руки умеют прикасаться бережно и ласково. А губы и язык словно понимают, как можно угодить женщине. Ну, не мне конкретно, а какой-то теоретической женщине. Хотя, если закрыть глаза и не думать, что над тобой склоняется ясс…

Еще недавно я старалась изгнать из памяти моменты его особой настойчивости, была испугана и подавлена, а потом просто переполнена ненавистью. А теперь мне нужно самой приблизиться к нему и смиренно попросить об услуге. Сущую ерунду попросить! Почему-то стало жарко и заныла грудь, инстинктивно напряглись бедра. Но что я теряю от простого вопроса… Тем более, есть множество разных интонаций и даже взгляд можно отрепетировать. Нет, стоит мне его увидеть, захочется повернуть обратно…

— Ари, тебе надо бы поспешить. Шакко не будет ждать.

— Да-да, я уже иду.

— И возвращайся с победой!

— «Со щитом или на щите…».

Не помню, откуда пришла в голову фраза, кажется, из какого-то исторического фильма — давнее земное воспоминание. И уже ступая по белому песку двора, легко подумала, а стоит ли так уж сильно бояться того, кто еще вчера целовал меня между ног, а потом осторожно размазывал по моему животу… Странно, когда потом мылась в душе, снова чувствовала этот морской запах на своем теле. Неужели его сперма так хорошо пахнет. Удивительно устроены эти яссы.

Я уже видела однажды краем глаза, как Джелло тренировался на улице. Просто лупил руками и ногами по набитому песком большущему чучелу, на которое был напялен расползшийся по швам военный мундир серого цвета. Может, Джелло представлял, что перед ним сианский офицер и оттого старался вовсю.

Это было жутковатое зрелище, впрочем, как и спарринг с Шакко. Видимо, от скуки яссы регулярно устраивали такие потасовки, дрались как будто всерьез. Ну что ж, помогает мужчинам держать себя в форме. А форма у яссов очень даже атлетическая. Да они еще постоянно будто выставляют напоказ свои смуглые гладкие тела с налитыми мускулами — нарочно ходят обнаженными по пояс.

Я застыла в нескольких метрах от Джелло, желая немного настроиться на беседу — он все же расслышал мои крадущиеся шаги, раз обратился ко мне, не поворачиваясь.

— Ты что-то хотела?

Ох, не стоит даже надеяться на его разрешение… Судя по голосу, "хозяин" явно не в настроении.

— Мне нужно с тобой поговорить. Для меня это очень важно.

Еще один короткий мощный удар кулаком по беззащитному животу песочного человека и Джелло наконец удостаивает меня испытующим взглядом.

— Разве ты закончила с уборкой?

— Неловко признать, но даже не начинала. Я сейчас объясню.

— Попробуй.

Очень хотелось понять, что он чувствует под своей равнодушной, холодной маской. Мне почудилась легкая усмешка в интонации или ошибаюсь. Придется оправдываться.

— Подвал ведь никуда не убежит. Я могу завтра там весь день провозиться и все последующие дни тоже. Могу оттуда не вылезать, если пожелаешь, но сегодня…

Я не нарочно сделала паузу, у меня просто дыхание перехватило, требовалось набрать в грудь новую порцию воздуха. Джелло медленно приближался, потряхивая кистями и поворачивая шеей из стороны в стороны, словно завершая разминку.

— Сегодня я прошу тебя позволить мне вместе с Пойто и Шакко слетать на склад разных вещей.

Выпалила эту заранее приготовленную фразу почти без запинки и задрала подбородок вверх, чтобы посмотреть яссу прямо в глаза. А они сузились и полыхнули гневом:

— Кто это придумал?

— Я услышала о поездке и захотела присоединиться. Ведь я здесь не пленница, правда? И потом, мне нужна кое-какая одежда. Пойто сказал, там и женская попадается — чего только нет. Твои футболки, конечно, хороши, но мне требуется еще и белье. И было бы интересно снова подняться в воздух — удивительные ощущения полета, да… просто незабываемые ощущения.

От волнения я начала заикаться, а вот Джелло говорил, словно пудовые гири кидал:

— Пойто и Шакко действительно собирались наведаться к старой хубанской жабе, но кто предложил тебе разделить их компанию — хочу я знать.

— Да никто не предлагал, я вызвалась сама! Согласись, здесь не так уж много развлечений, почему бы мне не погулять по базару, раз есть такая возможность? Я вернусь на базу в отличном настроении и с новыми силами займусь уборкой подвала… если там требуется уборка, конечно.

Отчего-то меня охватил лютый азарт. Самое страшное было — начать разговор с Джелло, а теперь я могу о чем угодно болтать, полыхай оно все фиолетовым пламенем, как горелки в кухне у Гарша.

— Может, ты решила сбежать? — спокойно полюбопытствовал Джелло, положив ладонь мне на плечо и наклоняясь к лицу.

Я невольно качнулась назад, успев только пробормотать:

— Разве такое возможно? Совершенно бесполезное занятие.

И зачем-то не к месту добавила:

— Разве что поиграть в догонялки…

Ясс открыто усмехнулся, и у меня холодок пробежал по спине:

— Это верно. Бежать тебе некуда, а поиграть мы можем и здесь во все, что захочешь.

— Я хочу всего лишь прогуляться с ними. Это новое приключение для меня. Так необычно. Я раньше даже не могла бы представить. Пожалуйста, разреши.

Прошептала тихо-тихо, коснувшись подвески на его бурно вздымающейся груди. Кажется, сейчас голос мой звучал вовсе не как у сильной и гордой женщины, требующей компенсаций за свою лояльность. Но иначе я не могла. А вот Джелло мог все, что угодно, например, настоять на своем:

— Попроси как следует. Назови мое имя.

Так это совершенно не трудно, совсем легкий приказ.

— Джелло… отпусти меня в поездку с Шакко на склад всякой чудесной всячины. Обещаю не потеряться.

— Еще раз!

"Он что — издевается?"

— Джелло…

Не дал договорить, приложил палец к губам, оттянул нижнюю и приказал:

— Оближи!

Я мотнула головой в сторону.

— У тебя же руки в песке, ты только что молотил кулаками по своей груше.

"Можно подумать, причина лишь в этом…"

— Значит позже. Когда ты вернешься довольная развлечением.

"Опять какой-то договор и новые требования… Иначе он не умеет?"

— Мои долги перед тобой растут, словно горы мусора на Цоте.

— Я считаю, нужно вовремя их разбирать.

— Так ты позволяешь мне лететь с ними? — с вызовом произнесла свой вопрос, смело глядя ему в глаза.

Джелло кивнул и тотчас озабоченно уставился вдаль поверх моей макушки.

— Скажу Шакко, чтобы берег тебя, как свой единственный глаз.

— Настоящее сокровище, — поддакнула я, не в силах удержать язык за зубами — была так воодушевлена этой крохотной победой.

— Таких здесь больше нет, — подтвердил Джелло, и придерживая за плечо, повел меня в сторону летмобиля.