Глава 31. "Капельку понимания…"

В общей комнате свет был приглушен, зато два окна открыты настежь, и ветер нещадно терзал металлопластик жалюзи, закидывая внутрь горсти песочной пыли. Троица яссов расположилась вокруг стола, заставленного посудой с объедками, причем, одна босая ступня Шакко ловко пристроилась между пустой миской и наполненным до краев стаканом.

Джелло походил на статую верховного божества — сидел прямо, словно в позвоночнике его торчал штырь, да еще подбородок задрал и зубы стиснул, того и гляди разразится проклятиями в адрес ничтожных смертных. А вот долгожданный "Чингачгук"… Ни дать ни взять нахохлившийся гриф-стервятник склонился над добычей, утвердив локти на край стола. Он-то и заговорил со мной первым:

— Ты кто? Откуда здесь взялась?

— Это Аарин. Тебе говорили, она живет с нами… так захотел король, — лениво процедил Шакко, даже не открывая единственный глаз.

Пальцы его ноги, закинутой на стол, при этом ловко пошевелились, пододвигая стакан ближе к ручке кресла, а потом одно быстрое обезьянье движение и можно снова промочить глотку.

Я вышла на середину комнаты, крепко сжимая в неожиданно взмокших ладонях громоздкую бутыль.

— Добрый вечер! С возвращением, господин Чугго. Я представляла вас именно таким — большим, сильным и мудрым. Вот только что отфильтрованная, прохладная вода. Если хотите, налью в чистый бокал.

— Подучили! — взревел пожилой ясс. — Откуда она знает наши обычаи? Это все равно ничего не меняет! Мелкая, тощая птаха…

— Ох, видели бы вы меня раньше, господин Чугго, — кожа да кости, сейчас я гораздо солидней выгляжу, — нервно хохотнула, ища место, куда бы приткнуть свою ношу.

Оставив воду на столе, я обошла кресло Шакко сзади, чтобы не пришлось перелезать через его длинную ногу, и на мгновение замерла перед Джелло.

— Приветствую Ваше Величество!

Далее последовал неуклюжий реверанс, завершая который я развернулась лицом к столу и уселась прямо на ковер у ног короля. Постараюсь держаться с достоинством и в то же время… как это сказал Пойто — «знать свое место». Вот именно!

Чугго угрюмо уставился на меня, а я в ответ несколько бесцеремонно разглядывала его кислую физиономию. Сразу заметно, что он старше остальных яссов — на лбу складки морщин и у массивного носа тоже, на щеке бугрится неровный шрам, нижняя губа совсем тонкая — втянута внутрь, придавая лицу еще более презрительное выражение, а сама фигура грузная, но не оплывшая, ручищи прямо кувалды…

— Да ты с какой планеты, тонконожка?

— Я же тебе рассказывал, пока мы добирались, — кардарианцы забрали ее из Дейкос, — пояснил Шакко с явным раздражением в голосе.

Что-то не заметила особого подобострастия с его стороны. Заслуги пожилого наставника яссы, конечно, чтут, но ребята и сами не промах — давно не сопливые подростки, считают себя вправе порой одергивать старика. Впрочем, на дряхлого и беспомощного старца Чугго никак не тянул. Такое крепкое дерево простоит еще долгие — долгие годы, пока в тени его кроны чахнет слабая поросль.

— Пусть сама отвечает, похоже, у нее острый язычок. Кем она себя тут возомнила!? Ну, чего сидишь, чучело, убери посуду и проваливай, я достаточно нагляделся для первого вечера. И очень разочарован. Пусть все слышат — я разочарован!

Растерянно повернула голову в сторону Джелло. Если он продолжит молчать, раунд проигран. Без его поддержки спорить с Чугго я не имею права. О, можно ли считать это жест королевским одобрением? На мою макушку легла тяжелая ладонь с растопыренными пальцами. И низкий гортанный голос пророкотал:

— Она не обязана выполнять твои команды. Запомни, Аарин — моя шайсса. Тебе придется ее уважать.

— Что-о? Вот это полудохлое недоразумение — твоя шайсса? Ты перегрелся или обкурился — одно из двух.

Я осторожно сняла со своей головы руку Джелло, так же бережно положила ее на широкий подлокотник кресла и выпрямилась в полный рост, уперев кулачки в бока.

— Вы меня совсем не знаете, а уже пытаетесь оскорбить. Вы всегда судите людей по первому взгляду, господин Чугго? И в женщинах прекрасно разбираетесь, да? Ошибаться ни разу не приходилось? Может, я и мала на вид, но могу заверить — душа моя размером с ваш Антарес, и столь же горяча, даже не сомневайтесь. Прошу также заметить, что наши планеты — Яшнисс и Земля, откуда я родом, — очень похожи по природным зонам. Джелло мне много рассказывал, я успела сопоставить факты. Как и вы, я люблю купаться в теплой воде и наслаждаюсь ясными безоблачными днями. Как и вы, я тоскую по зеленой траве и цветам. И мне не чужды понятия дружбы и благородства, потом, я знаю, каково это — быть преданной теми, кому доверяешь. Ваш король намерен держать меня при себе и пока есть на это его воля…

— Ха-а, это шутка! — Чугго вскочил с кресла, едва не опрокинув его, и направился ко мне разъяренным быком. — Как я сразу не понял, мальчишки, вы решили меня разыграть! Признаю, новая модель превосходна, не отличить от твоей первой подстилки. Да… Сколько ты заплатил за нее, Джел? Не знал, что ясса так просто купить. Ублюдки думают, новая игрушка сделает тебя податливей… Так знай — я этого не допущу!

Я замерла от обиды и страха, кажется, Большой Змей принял меня за робота, которого подарили королю расчетливые сианцы, желая что-то получить взамен.

Чугго попытался схватить меня за волосы, я отшатнулась и почему-то оказалась прижата к груди Шакко, он, видимо, собирается защитить меня от нападок старейшины. Но тут развернулась самая жуткая сцена этого вечера: Джелло держал Чугго за горло, а к животу его приставил нож. Они оба что-то злобно шипели и рычали друг другу в лицо.

Отпихивая от себя Шакко, в полном смятении чувств я выкрикнула:

— Господин Чугго, не злитесь. Я — живой человек и притом не самой крупной комплекции, мне легко повредить. А Джелло обещал беречь. Простите, что все так вышло. Я думала… надеялась, что не стану помехой для вас. Я никогда не видела сианцев, но полностью на вашей стороне. Больше у меня здесь нет никого. И я прошу хотя бы капельку вашего понимания и терпения. Обещаю ничем вас не огорчать… по возможности, конечно. Если вы не начнете первым.

Шакко вдруг затрясся от странного смеха, очень похожего на пьяные рыдания. Джелло опустил руку с ножом и теперь что-то быстро говорил противнику на своем свистящем языке. Они стояли, упершись лбами друг в друга, но уже без явной агрессии.

Потом я различила невнятную речь Чугго:

— Ладно, все… я подожду, пока тебе самому не надоест эта возня. В ней есть что-то неправильное, она может нести большую угрозу. Ты пока слеп… что ж, играй осторожно. Но я теперь здесь и буду за ней следить.

Вот так заявочка. Час от часу не легче! Джелло похлопал наставника по смуглому плечу и, не глядя на меня, бросил небрежно:

— Ари, иди к себе. Пора отдыхать.

Я даже не стала желать им всем доброй ночи. Перешагнула через пустой стакан Шакко на полу у его кресла и покинула залу. Внутри все кипело от обиды и смутного недовольства. «Неправильная, опасная, чучело…». Вот же прегадкий старикашка! На себя бы посмотрел — коряга сухая! Пень… правда, не трухлявый с виду, но все равно упрямый, упертый пень!

Но что толку ругаться, меня больше всего поразила реакция Джелло. С одной стороны он заступился, а с другой промолчал, когда Чугго сказал, что будет за мной следить. Впрочем, я не понимала, о чем они говорили, когда «бодались» в обнимку с оружием в руках. Меня зацепило еще и показное равнодушие короля — он ни разу не посмотрел мне в глаза. А вдруг Чугго убедит его выкинуть меня за периметр… А вдруг я больше ему не нужна… Стоп! Он назвал меня шайсса — при всех, никто его за язык не тянул.

Я запуталась в своих ощущениях. Как будто даже хочу его внимания и ласки, вспоминаю прикосновения больших, жестких рук, горячие жадные взгляды и его губы — тонкие, сухие… влажный язык… Это все от безделья и доступности вкусной еды! Не о чем заботиться больше.

Придя к себе, я скинула одежду и забралась под едва теплый душ. Кожа сразу покрылась противными пупырышками, а фантазия не на шутку разыгралась. Вот сейчас войдет Джелло и увидит меня, разденется… Надо удалить волосы внизу живота… Пойто сказал, если несколько раз использовать этот лазерный корректор, они вовсе перестанут расти. Удобная машинка, крохотная совсем и не причиняет дискомфорта. А какой гладенькой после нее становишься…

Хочется быть чистой и желанной. Хочется выпить вина. И секса тоже хочется. Дико. Безумно. Прямо сейчас мне бы это здорово помогло. Только нормального секса у нас не получится. Не поэтому ли Джелло решил избегать физических контактов вовсе? А каково приходится остальным. Тот же Шакко — молодой горячий жеребец — сбрасывает напряжение, убивая самых мерзких бродяг. Истинный санитар Цоты!

Дальше Чугго — потомственный следопыт, охотится за грызунами, снимает шкурки, выдумывает новые экзотические блюда — дегустатор хренов! Пойто… тот держится молодцом, следуя своей долбанной философии отщепенца. Хайам бы посмеялся в седую бороду — Хайам служил при дворе, снискав милости падишаха. Ему, наверно, не приходилось прислуживать в загаженной харчевне, а потом отбиваться от извращенцев, недаром Пойто боготворит Джелло, — его могли до смерти затрахать инопланетные уроды.

А я? Чем заняться мне? Секса хочу… на Земле давно уже ни с кем ничего, здесь на Цоте тарсианский пилот вызвал бурные эмоции, я почти ему уступила, а он бросил меня: «Держись, Ари, я прилечу, если не забуду…» Потом одиночество, страх перед яссом, смирение и жажда эротических экспериментов. А теперь Джелло не до меня. У Джелло на уме только политика и отчаянные планы на побег. Но за восемь лет на Цоте он так и не приблизился к цели.

Выбралась из ванны, дрожа от холода. Скорей закутаться в спасительное одеяло! Сейчас оно казалось тонким, почему-то совсем не грело! Долго не могла уснуть и, окончательно измучившись, включила слабый свет, перегнулась через край постели, чтобы нашарить под кроватью коробку — развратный подарок Тууша. Вертела в руках, посмеиваясь про себя, потом разложила на подушке предметы и каждому дала милое прозвище.

Самый большой был красного цвета и имел дополнительную насадку для ануса — «красный гигант», тот, что поменьше — желтенький и приятный на ощупь, в мягких пупырышках — ну, прямо «лимончик», а третий «дружок» оказался голубовато-серебристым, быстро нагревался в руках и легко сминался пальцами, не в пример более упругим собратьям. Надо сполоснуть в водичке, насухо обтереть и смазать…

Жидкий гель пах невероятно возбуждающе, я даже лизнула его, размазывая по пальцам. Судя по тем каплям, что однажды попали в рот, сперма Джелло гораздо вкуснее… Вот же фигня, не могу сообразить, как включается эта штуковина! Кругом подстава! Так я ничего не добьюсь. Потихоньку разобралась и, уже расслабившись, представляла, как Джелло склоняется надо мной, двигается во мне, снова называет шайссой… даже пыталась вообразить вес его огромного тела, кажется, застонала вслух, откинула одеяло на пол и широко развела ноги.

Получив что-то вроде смазанного удовлетворения, торопливо, будто чего-то стыдясь, уложила «игрушки» на свои места в шкатулке и спрятала ее под кровать. Ну, вот и все, стоило ли вообще заводиться…

И все же улыбаюсь, разглядывая потолок, как вдруг замечаю темное пятнышко над центром моей кровати. Надеюсь, это не насекомое, терпеть не могу пауков и им подобных созданий. Точнее, побаиваюсь. И не помню, было ли это пятно еще вчера. Лень подниматься, но я нехотя встаю на кровати и шлепаю по потолку, как веником, собственной футболкой. Рукой-то не достанешь, высокие здесь потолки.

Нет, точно не паук. Ну, и плевать. Завтра при свете дня посмотрю, если, конечно, не забуду. А пока спать, Ари, спать….