Глава 35. Наедине

Обалдеть! Новое ложе из двух кроватей армейского образца занимало треть моей комнаты. Вот уже не знаю, стоит ли по этому поводу ликовать. Скрестив на груди мощные ручищи, «Чингачгук» подпирал плечами стену у порога. Скептически посматривал на то, как Джелло застилает сам постель. Мог бы вообще убраться восвояси — мы справимся. Мы… теперь я легко и уверенно произношу это короткое слово. Только Чугго не собирался оставлять поле боя без последнего выстрела.

— Ну, что, довольна? Согласен, не хватает россыпи лепестков роз — красных и белых вперемешку, как следует по нашим обычаям. Тьфу! Противно даже смотреть на твое падение, ясс! Не думал, что доживу до такого.

Это он мне говорит или нам обоим… Кажется, я сейчас отвечу, раз Джелло молчит, будто не замечая насмешек. Если не считает нужным вмешаться, я сама могу за себя постоять, хотя бы словесно.

— А что такого случилось? Моя комната стала гораздо уютнее. "Это вряд ли на самом деле". Господин Чугго, мне кажется или вы завидуете? Не в смысле моей кандидатуры, естественно, а вообще… Простите, но давно хочу спросить, вы были женаты? Или хотя бы раз влюблены?

— Любо-о-вь? Да что ты об этом знаешь? — скривился Чугго.

— Возможно, не очень много, но не против узнать больше. Сколько успею за свою жизнь. Говорят, любовь разной бывает. Любовь к дому, к родителям и друзьям, влечение души и зов тела. Также слышала, что порой нежные чувства могут начинаться с непримиримой ненависти.

— Моя нынешняя любовь имеет размеры вот этой коробки и всегда под рукой! — хмыкнул он, изобразив сомкнутыми ладонями недвусмысленный жест, а носком босой ступни пнул в мою сторону шкатулку с вибраторами.

Она же была спрятана под кроватью, как оказалась на виду?! Наверно, во время перестановки ее сдвинули. Чугго знает о ее содержимом… Намекает на то, что в его комнате есть нечто подобное только для мужских утех.

Я наклонилась, чтобы подобрать с пола шкатулку, где в отдельных углублениях сладко почивали: «красный гигант», «лимончик» и просто «дружок». Куда бы ее засунуть, чтобы не привлекала внимание… Но, развалившись на царском ложе, вероятно, чтобы проверить его устойчивость, Джелло задержал взгляд на подарке Тууша. Потом улыбнулся уголком рта. Понимающе грустно и с некоторой иронией.

— Надеялся, тебе больше понравится желтый. Ведь почти мой размер.

Откуда он может знать?! Обхватила шкатулку двумя руками, прижала ее к животу, чувствуя, как начинают гореть кончики ушей. Желая отвлечь насторожившегося Чугго, я перешла в наступление:

— Хотите сказать, искусственные аналоги способны заменить человека в интимной сфере?

— Яссы — не люди, а высшие древние существа, — пафосно отвечал тот. — Прежде мы правили в этой части космоса безраздельно. В ту пору черви на Дейкос только начали задирать мягкую головенку к небу.

— Охо-хо! Похоже, эра вашего могущества была не слишком долгой. Лидерство перехватила Сиана. В чем же вы уступили "ястребам": в научных разработках или в военной доблести? А, может, погрязли в междоусобных разборках, где каждый клан считал себя достойнее трона? На этом многие империи спотыкались, ломая хребет, обычное дело.

— Ах ты, маленькая, болтливая …….

Он вдруг быстро-быстро заговорил на "змеином" языке, потрясая кулаком перед моим носом. Джелло возмущенно зашипел в ответ, одним гибким движением спрыгнул с кровати. Кажется, королю не понравился тон обращения к его шайссе. Или смысл сказанного. Немного струхнув, я тоже отступила к стене и, неожиданно наткнувшись на нее лопатками, едва не уронила шкатулку на пол.

В итоге она раскрылась, «красный гигант» вывалился наружу, но я успела прищемить его примерно на середине. Ох, надо было видеть выражение лица "Чингачгука"! Гнев, удивление и даже что-то вроде уважения, нет, конечно, не по отношению ко мне, а фантазии и мастерству разработчиков этого удивительного прибора.

По счастью между мной и Большим Змеем теперь стоял Джелло. Он загородил собой весь обзор и что-то тихо, но очень внушительно выговаривал своему министру. Я же никак не могла запрятать красный член обратно в футляр, у меня руки тряслись от смеха, а вообще было очень неловко. Уфф, вроде все получилось, вот и Чугго уже выпроводили за дверь, хотя даже в коридоре он продолжал ворчать.

У меня щеки полыхают и глаза мокрые, а губы сами собой растягиваются в улыбку, когда вижу, как Джелло пожимает плечами и облегченно вздыхает.

— Ничего не поняла. Сильно ругался, да? Но он первый начал. Он постоянно цепляется ко мне! — жаловаться начала, вроде, никогда не была ябедой, а тут не сдержалась.

— Я заметил, — спокойно сказал Джелло.

— И даже не заступился!

— Это же Чугго. Он нарочно говорил так, чтобы ты не услышала все плохое.

— Зато ты услышал и понял!

— Но у меня другое мнение на твой счет. Ари, он может говорить, что угодно… до определенных границ.

— Да-да! Называть шпионкой и безмозглым роботом, например!

— Не сердись, шайсса, иди сюда, ты просила, чтоб я тебя обнял.

Чудеса! Он будто уговаривал меня, ласково просил — в его голосе не было даже намека на жесткий приказ. Я сразу обмякла и сдалась.

— Подожди, подожди, пожалуйста, закрой сначала окно.

— Хочешь, чтобы здесь стало темнее? Маленькую лампу тоже не будем включать? В другой раз я принесу свечи. Прости, лепестков роз здесь не достать. Вот если бы мы были на Яшнисс… я осыпал бы тебя цветами с головы до ног.

По его смуглому лицу пробежала тень, а я вдруг не к месту вспомнила слова Дара — очень похожие слова. Словно острый шип кольнул куда-то в центр груди, причинив краткую боль. Чтобы избавиться от тягостных воспоминаний, я бросила шкатулку с «сюрпризами» на кровать и подошла к Джелло вплотную.

— Не нужно никаких цветов, ты и так много для меня сделал. И я тоже хочу… все, что смогу. Все, что ты захочешь.

— Из благодарности? — усмехнулся он. — Что ж, пусть даже так. Ложись.

О, как же стучало мое бедное сердце, когда, отрегулировав освещение, Джелло вернулся к постели и начал раздеваться до белья. Я не отворачивалась, не отводила глаз — разглядывала его безо всякого стеснения. Он был великолепен, словно отлит из металла и столь же прочен на ощупь. Осталось лично в этом убедиться — губами, пальцами и возможно, другими чувствительными частями тела.

— С чего начнем?

Он взял в ладони мое лицо и потерся кончиком носа о мой нос, — в ответ на почти невинную ласку у меня болезненно напряглись соски. Я хотела большего, а Джелло, похоже, совсем не собирался спешить. Я смотрела на него почти умоляюще, неужели не заметно…

«Чего же ты ждешь — поцелуй меня, оближи мне губы, слегка прикусывая их своими безупречными зубами, потом шею и плечи, спустись к груди и удели внимание каждой, задержись здесь подольше, одновременно поглаживая попку или живот, я ведь уже мокрая, разве не хочешь проверить…».

А он все смотрел и смотрел на меня, слегка улыбаясь или горестно морщась, трудно было понять в сумраке. И только потом поцеловал. Сначала в подбородок, потом в нос, будто дразнил сам себя, но я поймала его тонкие губы и прижалась к ним и тогда его словно отпустили невидимые цепи. Он рванул на мне футболку и обнажил грудь.

Я всхлипнула, обхватывая его бедро своими ногами, при этом нечаянно коснулась его поднявшейся плоти. Замерла на мгновение, а потом обняла за плечи, притягивая к себе. Джелло стащил с меня обрывки футболки и трусики, как обычно, целовал везде, стараясь быть осторожными с местами ушибов.

— Так, значит, ты выбрала "малыша"?

— О ч-чем ты?

Краем глаза заметила, как он вытряхнул на одеяло искусственные фаллосы и прозрачный пакетик со смазкой. Но сначала он проверил меня пальцем. И я была немного разочарована, когда на его месте скоро оказался упругий, но совершенно бесчувственный «дружок».

— Тебе нравится то, что я делаю?

— Да…

На самом деле я понимала, что «остываю». Эта заминка со смазкой и вынужденным отстранением Джелло, пусть даже оно было кратким, нарушили тончайшую связь между нами. Мы продолжали целоваться, и это было очень приятно, но уже знала, что не достигну кульминации — просто перегорела.

— Больше не хочу. Мне достаточно. Теперь ты.

— Что я?

Провела рукой по выпуклым мышцам его груди и живота, уверенно обхватила пальцами нетерпеливо подрагивающий член, какой он все же большой и плотный. Шепотом попросила:

— Научи меня…

Он усмехнулся, не разжимая губ.

— Ты стала такой смелой и решительной.

— Тебе неприятно? Может, не хочешь, чтобы я проявляла инициативу?

— Я рад, что в твоих глаза больше нет страха. Я очень этому рад, Ари.

Он положил свою ладонь поверх моих сомкнутых пальцев и начал осторожно сдвигать эту свою «броню».

— Нужно немного сильнее… и быстрее. Еще сильнее.

Уткнулась лицом в его грудь и лизнула сосок, потом слегка прикусила кожу вокруг, расслышав над собой шумный вздох. Потом он вдруг отпустил руку и оттолкнул мою, уложил меня на бок и прижался к моей спине верхней частью своего туловища. Скоро все закончилось.

Я расслабилась, закрыла глаза и даже не вздрогнула, когда его густая, немного липкая жидкость оказалась размазана между моих ягодиц. Какое-то время мы лежали неподвижно. Джелло поглаживал мое плечо, и постепенно его движения замедлялись, пока не прекратились совсем.

Повернув голову, я заметила, что ясс уснул. Ничего удивительного после таких выматывающих суток. Лучше всего подремать и мне, но как назло, вместо умиротворяющей дремоты ощутила новый прилив возбуждения. Но эту штуку использовать не хочу — раздраженно отпихнула коленкой вибратор и перевернулась на живот. Я просто немного поглажу себя сама — это же так легко.

Не остановилась, даже осознав, что он за мной наблюдает. И когда его теплая ладонь накрыла мою поясницу и сжала мягкие полушария ниже — одно за другим. А потом Джелло тихо сказал на ухо:

— Используй мою руку.

Он хочет… хочет, чтобы я действовала с его помощью. Все-таки здорово, что здесь нет яркого света, иначе я бы немало смущалась. Джелло просунул свою правую ладонь между моих ног, а левую поместил мне под грудь. Ему вообще нравилось находиться сзади или сбоку, кажется, он считал, что мне будет комфортнее не видеть его, а только чувствовать.

— Ты мокрая там. Хочешь, я сначала тебя оближу.

— Ничего больше не говори.

Не особо рассчитывала на результат, но хотела попробовать. Всему виной любопытство и желание быть ближе к нему. Мне хватило минуты или чуть меньше, я потерлась о ребро его ладони и скоро выпала из времени, ослепшая и оглохшая от вспышки невероятного оргазма. Кажется, я даже тоненько заскулила, не справляясь с эмоциями, когда поняла, что два пальца Джелло погружаются в мое влажное, содрогающееся лоно, а рядом с моей щекой раздался прерывистый свистящий шепот.

— Хочу сейчас быть в тебе. Маленькая, тесная, сладкая… Моя Ари.

Я вцепилась в его плечо ногтями, потом опомнилась и отпустила руку Джелло, перевернулась на спину — «ну, смотри, как я хороша»: на лице полосы от смятой подушки, пряди волос прилипли к щеке, лоб в испарине, глаза дикие, наверно.

— Теперь-то я знаю, где находится твоя волшебная кнопочка.

Самое невероятное, что я рассчитывала услышать в данный момент! Меня вдруг охватило отчаянное веселье или то была запоздалая реакция на недавний стресс…

Запрокинула голову и рассмеялась, а Джелло шире раздвинул мои бедра и опустился между ними, целуя и облизывая меня, высасывая меня, заново возбуждая и заставляя вертеться и дергать задницей, в напрасных попытках освободиться. Не так уж я этого хотела, если честно.

Король Джелло имеет меня языком и пальцами. И я совершенно не против. Для нас уже нет никаких запретов и ограничений. Мы можем изучать друг друга, как нам в голову взбредет, можем пробовать все, что захотим. Со временем я непременно решусь на «лимончик», а вот «красный» пусть отдыхает, он для меня слишком велик. Если только поиграть со второй его насадочкой… Вай, до чего дошло!

— О чем задумалась, шайсса? Завтра я начну работать над черепашкой. Подарок для тебя скоро будет готов.

Я издала радостный визг, обхватывая Джелло ногами и руками. И тут же замерла на миг, ошарашенная своей же реакцией. Ни разу прежде я не позволяла себе так открыто проявлять эмоции рядом с ним. Он должен быть очень удивлен. Вот даже морщинка появилась на переносице и губы сжались в твердую линию.

Робко спросила:

— Ты сердишься? Я себя порой веду как ребенок. Особенно, когда мне так хорошо, как сейчас.

— Заметил. Я рад, что теперь ты спокойна и тебе хорошо. Люблю видеть тебя такой. Очень люблю, Ари.

Его голос как будто дрогнул, и я вдруг ощутила смутное беспокойство.

— Да… Может… ты хочешь уснуть, я бы не против, день уже к вечеру клонится, скоро Шакко привезут.

— Что ж, давай сменим тему. Новая постель, кажется, тебя устраивает. А почему ты сняла со стены карту? Дыру в ней можно было закрыть. Признаю, не стоило портить твою вещь.

— Вот именно!

— Чем же мне откупиться?

— Надо подумать…

Перевела взгляд на потолок, силясь разглядеть на нем темное пятно, что не так давно вызвало мой интерес. Джелло заложил руку за голову, второй привлекая меня к себе на грудь.

— Так ты заметила ее?

— О чем ты?

— Сианская мини-камера. Одна из современных разработок. Проводит съемку при любом освещении.

— Стой — стой, то есть она записала все, что мы тут с тобой вытворяли?

Джелло кивнул, играя кончиками моих растрепавшихся волос. Они заметно отросли с момента моего появления на Цоте.

— И то, что ты делала здесь одна в ночь, когда мы праздновали возвращение Чугго. Вчера я долго наслаждался, пересматривая твои забавы с «малышом». Жалел, что позволил тебе оставить базу, а потом услышал вопли Шакко о том, как вас хубанцем украли или, возможно, ты убежала сама.

— Немыслимо!

— Но мы рассмотрели и эту версию, пока рыскали по свалкам. А потом могильщик-мутант дал подсказку искать в норах за склепами.

— Надо ее убрать!

— Ты о камере? Сперва мы посмотрим сегодняшнюю запись.

— Настаиваешь? Хочешь посмаковать?

— Самой разве не интересно? Твоя попка так задорно подпрыгивала, пока ты была на моей руке. Я любовался и очень хотел лечь на тебя в этот момент. Лечь на твою мягкую, розовую попку. Чтобы ты вся была подо мной.

— Обещай, что больше не будешь подсматривать! Где еще есть камеры?

— Только одна. Я сейчас тебе покажу.

Он встал на постели во весь свой огромный рост и, отогнув края покрытия, достал плоскую коробочку размером со школьный пенал.

Потом мы зажгли лампу и на крохотном экране попытались увидеть первые кадры порнофильма собственного сочинения. Неужели я действительно кажусь настолько мелкой рядом с яссом? Да, он и сам часто говорил — нежная, хрупкая, немудрено, что ему приходится сдерживаться со мной. А уж сцена, где я использовала его руку для того, чтобы себя ублажить…

Мой смущенный возглас Джелло принял за недовольство качеством изображения.

— Можно сделать крупнее! Сейчас я изменю настройки.

На шершавой серой стене у кровати вдруг замерцали серебристые искорки и появилось изображение постели почти в натуральную величину — вид сверху.

— Голограмма? Ах, какая прелесть! Хочешь в подробностях рассмотреть мой голый зад?

Стоит признать, что в совокупности с четким звуком, передающим каждый наш вздох, зрелище невероятно возбуждало, но я попросила Джелло выключить камеру.

— Зачем тебе вообще понадобилось наблюдать за мной исподтишка?

— У тебя на лице написаны все чувства — страхи и желания. Мне нравится разгадывать тебя, Ари, читать словно книгу. Наедине с собой ты особенно откровенна. И я узнал гораздо больше, чем рассчитывал. Смотрим дальше или ты уже потеряла интерес?

Он лежал на боку, опираясь на локоть, которым поддерживал голову — занимал почти всю нашу новую постель. В глазах его, обычно холодных и отстраненных, теперь плясали золотистые искорки веселья. Мне захотелось прикоснуться к нему, снова поцеловать, не обращая никакого внимания на бесстыжие постанывания голографической девушки, то есть меня. Неужели там у стены — это я, а между моих раздвинутых колен покачивается гладкая макушка короля Цоты.

— Наверно, на сегодня достаточно впечатлений. Ты ведь ее больше не поместишь над кроватью? Не нужно, прошу тебя. Я и при тебе не стану скрывать чувств.

Он обнял меня, соглашаясь. Кажется, начинаю засыпать. Джелло рядом, его ладонь на моем животе, значит, все хорошо.