Глава 43. До большой крови

Тууш назвал ее Карой, судя по роду ее деятельности, имечко подходящее. Она наемница с Харакса, а еще работала в охране рудников, проще говоря, на сианской каторге. Наверно, не угодила руководству, так и оказалась на Цоте.

А здесь она служит телохранителем Тууша и выступает на ринге за отдельную плату. У нее будто бы хорошо получается дубасить мужиков вдвое крупнее ее самой. Торговец делает ставки и хорошо зарабатывает. Каре тоже достается немалая доля. Все довольны.

Пока Тууш рассыпается в любезностях перед королем, к нам подходят Шакко и Большой Змей. Они тоже с любопытством разглядывают женщину, что собирается драться за деньги. Яссам она должна понравиться, недаром Шакко мечтательно облизывается. Зато Чугго сосредоточенно озирается вокруг, после стычки с бугорщиками ему везде мерещатся враги.

«Кормушка» сегодня не узнаваема — столы и лавки сдвинуты к стенам, а посредине заведения устроен квадратный помост и натянуты тугие веревки. Здесь будут проходить бои. Для яссов приготовлены места в первом ряду, точнее, из особой комнаты забрали несколько кресел, обтянутых потрескавшейся лиловой кожей.

За стойкой я узнаю Сита, машу ему рукой и в ответ ловлю сдержанную улыбку. По ангару плывут терпкие запахи дыма из широкой курильни. Сит словно жрец у алтаря колдует над закопченной железной чашей, варит свое зелье, смешивает порошки на радость местному сброду.

Замечаю, как раздуваются ноздри Джелло — королю нравится здешняя обстановка. А я не хочу дышать этой будоражащей гадостью, не хочу смотреть на то, как изгои будут разбивать друг другу носы и вышибать зубы.

— Можно я пойду поболтаю с Гаршем или задержусь на кухне?

Джелло понимает мое настроение, но велит остаться на пару боев, чтобы местное общество прониклось новым статусом бывшей "ящерки"- официантки. Завсегдатаи «Кормушки» смотрят на меня вполне доброжелательно — помнят, как разносила здесь брагу и суп из концентратов, ни с кем не ссорилась. Ну, почти… Перед глазами встает перекошенная морда Бубо и благородный облик Дара. Кажется, это случилось тысячу лет назад, но со страхом гляжу на пол у стойки, вдруг там остались пятна крови.

Вокруг много знакомых лиц, правда, летчик-калека сейчас больше похож на мумию — усох и полысел, дремлет в расшатанном кресле или опять под кайфом, наверно, ради праздника кто-то расщедрился на мини-порцию самой дешевой дряни. Глейс скоро доконает этого парня.

Звезды «стрип-шоу» — бодрые хубанки с яркими шевелюрами таращатся на меня вполне уважительно. А Гарш так прямо готов ручки целовать, чего я, естественно, ему не позволю. Пойто доволен, его никто не обязал сидеть в «ложе», а оттого он рысью умчался на кухню. Кажется, знаком с Ситом и кем-то из поваров-чантиан. Будет перенимать опыт или вынюхивать состояние кладовой. Видимо, наш "зяблик" не большой поклонник боев без правил.

Я сижу рядом с Джелло, а по правую руку от него Чугго. Ищу взглядом Шакко — бедняга мается у стойки, где в изобилии льется разносортный алкоголь, от местной браги до элитной сианской лидуры. Шакко шепчется с Ситом и тот, кивнув, цедит ему из бочонка густое темное пиво. Эксклюзив для самых высоких гостей.

Когда Гарш объявляет участников первого боя, ангар наполняется оглушительными воплями и свистом. На импровизированную арену выходит голый до пояса кардарианец, больше смахивающий на дрессированного медведя — коренастый, бородатый, с нечесаной гривой коричнево-рыжих волос, а мускулистый торс изрисован так, что белой кожи не видно.

В противники ему достался невысокий жилистый парень, по словам Джелло, бывший спортсмен, которому не повезло перейти дорогу фавориту высокопоставленного лица на Сиане.

— Так этот тощий — сианец?

— Маловероятно. Полукровка, скорее всего. Своих они сюда не бросают, предпочитая за тяжкие преступления тихо лишать жизни на родине. Я поступал бы также.

Гарш с размаху брякнул молотком по куску зеленовато-серебристого металла с обшивки крыла брошенного военного самолета. Я увела взгляд под высоченный потолок нашего «сарая», не люблю смотреть, как люди терзают друг друга на потеху толпе, а точнее, за вознаграждение.

Победитель получит кучку жетонов, которые так же как в большом мире Антарес называют ларрами. Межпланетная валюта. Чаще всего виртуальная. На Цоте нет цифровых технологий, нет банковской системы и связи, поэтому приходится расплачиваться по старинке — натурпродуктом или вот такими жетонами, курс которых регулирует сам король.

А вообще, я бы поставила на Косматого кардарианца. Он такой амбал по сравнению с жидковатым полусианцем. Вокруг нас раздавались крики поддержки каждому противнику, но заметно, что волосатого бродягу любили гораздо громче. На него ставило большинство, и в первые секунды боя он оправдывал надежды.

Размахивая пудовыми кулаками и устрашающе ворча, он наступал, полностью уверенный в своем превосходстве. Ух ты, вот бедный парень уже повис на канатах, держась за правый бок, кровь сплевывает… Бородач ликующе орет, воздымая кверху ручищи, чем еще больше заводит толпу, потом не спеша возвращается к сопернику. Спортсмена искренне жаль. Судьба жестоко посмеялась над ним, оборвав карьеру на взлете.

Но юркий астенианин ускользает от надвигающейся на него туши и вдруг, развернувшись, в прыжке наносит удар ступней по лицу кардарианца. Тот шатается, нелепо дергает головой, словно не понимая, что произошло. Новый резкий удар локтем заставляет его упасть на четвереньки. Теперь кулаки худощавого противника работают с невероятной скоростью, не дают подняться.

Скосив глаза, я заметила на затоптанном полу черные сгустки крови и поглубже уселась в кресло. Чего дергаться? Эти люди признаны отбросами общества, они уже ходячие трупы — смертники, обреченные сдохнуть в этих песках.

— Джелло, а в каком виде спорта он себя проявил?

— Один из редких видов боевого искусства. Известен в захудалой провинции Астенаса, если я правильно помню. Там все дело в ловкости и точных ударах очень сильных рук и ног. Эти люди нарочно отбивают себе надкостницу на голени и локтях, чтобы образовались мозолистые наросты внутри. Стальные ребята. После пары лет тренировок делаются нечувствительны к боли.

— Но они заведомо не равны даже по весу! Зачем он вообще вышел против Бородача? У них разные манеры боя.

Джелло раздраженно вздохнул.

— Никто заранее не проводит отбор, Ари. Имена участников совпали случайно.

— Так же не честно!

— Зато порой весело. И учти, никто не заставляет изгоев биться. Они заранее знают, что могут нарваться на неудобного противника. Осознанно идут на риск.

— Из-за денег, которые тут же пропьют?

— Может, просто от скуки. В прошлом году Шакко тоже хотел поразвлечься, опустив свое имя в общий мешок. Но желающих выйти на ринг, где соперником может оказаться свирепый ясс, нашлось мало. Пришлось ему снять свою кандидатуру, чтобы не портить представление. Ага, смотри, кажется, теперь лидирует худосочный!

Вцепившись в рассохшиеся подлокотники некогда роскошного кресла, я с замиранием сердца следила за происходящим на арене. Кардарианец распластался на брюхе, и только бессильно скреб ногтями по настилу, пока более невзрачный противник, обхватив его за ногами талию, выкручивал могучую шею вправо и вверх пока не раздался противный щелчок.

— Разве обязательно убивать? — прошептала я.

— Эти правила установлены еще до меня и восходят к традициям каторжан, одних из первых поселенцев Цоты. Борьба идет до первой обильной крови или до смерти. Астенианин был избит до багровых синяков и потерял несколько зубов, но публика не слишком довольна. Остается только лишить противника жизни, чтобы уцелеть самому и избежать мести в дальнейшем.

Толпа восхищенно гоготала, но кучка бродяг с Кардарии принялась вопить, что бой велся нечестно, а в кулаке бывшего спортсмена пряталось тонкая игла. Астениане отлично знают секреты особых точек на теле человека. Один укол в нужное место и здоровенный бугай становится слаб, как новорожденный котенок. Пришлось обыскивать победителя, но подвоха так и не нашли.

Итогу боя аплодировали вяло, большинство бродяг ставили на бородача. Думаю, узкоглазый парень с Астенас сегодня не только лишился зубов и заработал хорошие ларры, но и нажил себе кучу врагов.

Прихрамывая, он отошел к чану с брагой и заказал у Сита большую порцию выпивки. Я с полминуты наблюдала, как расплывается по его лицу синева, а левый глаз превращается в сомкнутую щель — пару раз кулак Волосатого все же достиг цели.

Нет, второе убийство я не вынесу! Уже хотела сбежать на кухню вслед за Пойто и оцепенела, когда на арену с дерзким боевым кличем запрыгнула гибкая женская фигура. В обтягивающем синем комбинезоне без рукавов, со своей вздыбленной прической, (сейчас волосы были перетянуты черным шнуром) Кара смотрелась очень эффектно.

Набрав побольше воздуха в грудь, я настроилась вытерпеть новый бой. Это будет трудно, но ей — то придется гораздо труднее, значит, мне нужно остаться и попросить Джелло остановить избиение, если понадобится. Не могу видеть, как бьют женщину, считаю, что лишь последняя мразь способна поднять руку на более слабое существо. Но если женщина сама готова нападать и калечить, если сама живет борьбой и питается восторженными криками толпы?

Похоже, Кара именно такая. Она вальяжно прохаживалась вдоль периметра арены, то и дело вскидывала руки, показывая непристойные жесты. Еще с азартом метала грязные реплики окружившим заграждение голодным самцам, которые истекали слюной при виде ее накачанных форм. Кара скалилась и рычала, потом дернула молнию комбинезона и обнажила тугие шары грудей. Неестественно упругие, с задорно торчащими большими сосками. Мне хотелось уши зажать от протяжного стона, вырвавшегося из сотни луженых глоток.

— Материал качественный, думаю, сианская клиника, — тоненько захихикал Тууш, ерзая в кресле и шумно отдуваясь, поскольку с трудом вместил в него свою желеобразную задницу.

Торгаш еще больше растолстел с нашей последней встречи. Борясь с отвращением, задала ему вопрос о Каре. И почти не удивилась, узнав, что тело ее на треть состоит из протезов и искусственных тканей.

— Она даже боли не чувствует, наша малышка! Но, увы, и удовольствия тоже.

После этой реплики, Тууш гаденько улыбнулся и тихо что-то проговорил Джелло. Меня начала раздражать такая секретность. А еще насторожило благосклонное выражение лица короля и несколько слов, сказанные на змеином языке для остальных яссов. И то, с каким любопытством король на нее смотрел. А потом и Шакко. И даже степенный Чингачгук.

Между тем начался бой, только я подглядывала через частокол пальцев, мне было страшно за Кару и ее силиконовые буфера. Вокруг царило буйное веселье — от хриплого хохота бродяг, казалось, дрожали стены ангара. В зале стоял удушающий запах едкого мужского пота и мочи, с нотками тухлятины и гнили.

Похоже, ссоперник Кары сначала не воспринял всерьез бывшую наемницу. Высокий, сутулый мужик непонятной расы ходил возле нее кругами и гладил себя по надувшейся ширинке. Ручищи у него свисали чуть ли не до колен, грудная клетка была вдавлена, позвоночник искривлен, как у Квазимодо. По подбородку текли желтые слюни или сопли. Он постоянно шмыгал носом.

Вот боец ринулся, чтобы обхватить стройную фигурку соперницы своими лапами и прижать к себе, но получил мощнейший удар в пах и завыл, рухнув на колени. Мне стало его даже немного жаль, но он свое заслужил. А Кара с победным воплем запрыгнула ему на загривок и стиснула бедрами шею. Затем резко провела по его лицу кулаком, склонилась над ухом — на помост брызнула кровь. Толпа бесновалась — между пальцами Кары было зажато лезвие. Противник взвыл и принялся кататься по полу, но женщина уже освободила его шею и вновь стала в боевую стойку. Казалось, ее дыхание даже не участилось во время маневров.

Заметив, что Сутулый не собирается подниматься, она стремительно развернулась в нашу сторону и взмахнула рукой. Под ноги Шакко упал окровавленный кусок плоти — правое ухо неудачливого бойца.

Последующая за этим реплика Кары вызвала всеобщий дикий восторг:

— Мой подарок «железному члену»!

Шакко поднялся и, упираясь ладонями в бока, двинулся к арене. Бой был окончен, может быть, слишком быстро по мнению окружающих, но достаточно красиво. Кара с откровенным вызовом ткнула Шакко в центр груди и заявила, что хочет бороться с ним.

— Если уложишь меня на спину, позволю трахнуть себя!

По ангару прокатился заинтересованный гул. Я с ужасом уставилась на Тууша.

— Что она говорит?

Тот пожал жирными плечами, масляно улыбнулся и громко ответил, чтобы перекрыть шум.

— Во время мятежа на Хараксе ее взяли в плен и двое суток насиловали около сотни человек под землей. Кара еле выжила, перенесла несколько сложных операций. У нее не только сиськи пришиты, но и между ног искусственная нора, так же и задний проход. Даже бронированный член не причинит неудобств — Кара может регулировать степень сжатия и погружения. Правда, сама мало что чувствует, аналоги были не лучшего качества.

Мне стало плохо. Я словно в тумане видела, как Шакко перекинул Кару через плечо и уносит с арены. Она оглушительно визжала и колотила его по спине свободной рукой, поскольку вторую — с лезвием, Шакко вывернул и крепко удерживал. На пути его вырос Чугго. Кажется, собирается забрать Кару себе.

Я с ужасом смотрю на Джелло, но он слушает Гарша, ему не до меня. Когда Чугго и Шакко скрылись в отдельной комнате вместе с Карой, я покинула общую залу и прошла на кухню. А там, не отвечая на вопросы Пойто, кинулась к окну. Ревность раздирала меня на части стальными крючьями, чувство собственной ничтожности заливало раны соленым раствором.

На Цоте появилась женщина, которая может спать с яссами. Что, если Джелло откажется от меня ради ее синтетической дырки? Я же никогда не смогу по-настоящему заниматься с ним сексом. А если он придумает нас чередовать… Делить его с этой тренированной "куклой" я не намерена! Взгляд мой упал на огромный тесак, брошенный в мойку. Я впервые в жизни подумала, что тоже способна кого-то убить.