Глава 10. Донор и реципиент
- Привет! - Джордан улыбался очень приветливо. - Хорошо, что ты здесь. Мне до чертиков надоело завтракать в своей компании. Я очень скучный.
- Доброе утро, - сдержанно ответила Катарина, усаживаясь за столик на веранде.
Как с ним общаться, она еще не решила.
Стол для них был накрыт, как в лучших ресторанах: белая скатерть, маленькая ваза с цветущей веткой какого-то дерева, салфетки, округлый графин с оранжевым соком, кофейник и чашки из тонкого, словно прозрачного фарфора. Знала бы Кэт, что будет такой сервис, вышла бы не в безразмерном махровом халате с цветочками, отлично скрывавшем её изможденное тело, а хотя бы в футболке и штанах, как квантр.
Джордану на завтрак предложили яичницу с беконом и тосты, амадейке - маленькую мисочку с серой жидкой кашей. Обидно, черт возьми!
- Ты чем-то насолила доку? - удивленно выгнул брови квантр. - Он решил тебя отравить?
- Да нет, - промямлила она, ковыряясь в тарелке. - У меня с желудком проблемы. Издержки военной службы.
- Ты воевала? - заинтересовался Джордан, не забывая, впрочем, про яичницу. - Я так и думал. Ничего, что я на "ты"? Нам здесь еще долго киснуть.
- Всё нормально, - кивнула она, пробуя кашу. - Боже, что это? Почему здесь ногти?
Мужчина поперхнулся и заглянул в ее тарелку.
- Овсянка, - с глубоким отвращением идентифицировал он серую жижу. - Давай яишенки, а?
Кэт не хотела объедать Джордана, но он настаивал. И знаете что? Яичница гораздо вкуснее каши, а бекон был просто бесподобен! Женщина едва не стонала от наслаждения - до того это было восхитительно!
Да-Эдра смотрел на нее со странным выражением лица. Его хвост нервно постукивал по ножке стула, то и дело привлекая внимание. Кэт всегда была неравнодушна к хвостам.
Несмотря на набитый под завязку живот, женщина не смогла отказаться от горьковатого желтого сока. Он был похож на апельсиновый, но не такой, как она помнила. Впрочем, память могла и подвести.
- Ты голодала? - напрямик спросил Джордан, глядя, как Кэт закатывает глаза от удовольствия.
- Нет, что ты! Я просто несколько лет сидела на энергетических коктейлях, - призналась она. - Армейских.
Он сморщился от отвращения.
- Ненавижу энергетические коктейли, - заявил квантр. - Они даже хуже, чем сухпаек.
После столь плотного завтрака Катарину начало клонить в сон. Пришлось извиниться и уйти в свою комнату. Палатой ее называть было неловко, скорее - номер. С большой кроватью, шкафом, куда перевезли часть ее вещей, золотистыми занавесками. Стены отделаны деревянными панелями. Комната очень светлая.
Первую неделю амадейка только и делала, что ела и спала - впрочем, как и Джордан. Ее кормили кашками и бульонами, но квантр мужественно спасал свою соседку. Хотя рисовую кашу с ягодами она оценила.
Толку при таком режиме от нее, как от куратора, не было никакого, и Катарина осмелилась отпустить Саманту на свободу, взяв с Джоша обещание везде ее сопровождать. К счастью, Саманта действительно не имела ничего общего с наркотиками, а ночных клубов на Квантре-14 и вовсе не было, во всяком случае таких, как на Амадее и других техногенных планетах.
Кэт ела и спала. Спала и ела. Иногда гуляла или просто сидела на веранде. Чувствовала себя отменно, и неудивительно - это был ее первый отпуск за последние тринадцать лет.
Наконец, Ирвинг остался доволен ее анализами и попросил как-то наладить контакт с соседом. Как - он не объяснил. Катарина на всякий случай промолчала о том, что "контакт" у нее с Джорданом ежедневный - они нередко соприкасались руками, когда обменивались едой. Ей это не вредило, а квантру, возможно, хоть немного помогало.
Что ж, в лучших правилах внедренного агента, стоило действовать по обстановке.
Обед был дивно хорош - у Джордана, естественно. У Кэт был бульон с лапшой и сухариками, а у него - сырный суп с грибами и специями. В этот раз он сразу поменял тарелки.
- Терпеть не могу грибы, - заявил он.
Глаза у него хитро поблескивали, губы сами собой расплывались в улыбке. Врет, конечно. Но Кэт не собиралась играть в благородство и с энтузиазмом съела его обед. Ничего, переживет. Донору нужно хорошо питаться.
Джордан уже передвигается самостоятельно - медленно, с палкой, но в кресло возвращаться отказывается. Сегодня Катарина полна сил - спать ей совсем не хочется. Хочется гулять в саду.
- Джордан, - прищурилась женщина. - Пошли прогуляемся.
- Босиком? - обрадовался квантр.
- Зачем босиком? - не поняла Кэт.
- Так природная энергия лучше усваивается.
- Тогда босиком, - радостно сказала амадейка. - Снимай обувь!
- Не могу, - вздохнул мужчина. - Я не достану. Пока позвоночник и ноги работают плохо.
Катарина пожала плечами, присела на корточки и стянула с него носки и тяжелые ортопедические ботинки. Он пытался возражать, но она просто не стала слушать.
Джордан встал и, тяжело опираясь на палку, спустился по нагретым солнцем деревянным ступенькам. Она едва успела подхватить его, когда он стал заваливаться в бок.
- Рано, - пробормотал он. - Но это невероятный кайф.
Квантр стоял на земле, оперевшись на хрупкие женские плечи. На его лице было выражение блаженства. Интересно, она выглядела также, когда пробовала бекон? Словно... словно побывала в постели с любимым человеком. Упс.
Не думать об этом, не думать! Не поддаваться жаркой волне, захлестывающей тело. Сдерживаться, чтобы не погладить, не прикоснуться, не вцепиться пальцами в его бок. Не застонать в голос.
Не вышло.
Какой-то всхлип всё же вырвался сквозь сжатые зубы.
- Катарина, черт, - опомнился Джордан. - Ты же сама еле живая, а я на тебя навалился! Прости.
Как два инвалида, коими они, впрочем, и являлись, кряхтя, уселись на ступеньки крыльца и подставили лица лучам солнца. К счастью, они больше не касались друг друга. Кэт только крепче сжала колени, пытаясь унять жар тела.
- Джордан, - нарушила молчание она. - А можно я сделаю что-то очень страшное? Даже, вероятно, интимное?
Квантр с интересом на нее уставился, ожидающе приподняв брови.
- Я давно мечтала потрогать твой хвост, - смущенно призналась женщина. - Никогда не трогала хвост у квантра.
Он прищурил свои голубые глаза, немного подумал и положил хвост ей в руки. Хвост был гладкий, теплый и упругий. Катарина с упоением тискала его и ощупывала пальцами утолщение на конце. Джордан стоически терпел ее любопытство. Вдруг женщине пришла в голову безумная мысль, и она в ужасе уставилась на мужчину.
- Джордан, - хрипло спросила Кэт. - Хвост ведь не эрогенная зона, нет? Я сейчас не делаю что-то очень неприличное?
Квантр медленно вытянул у нее из рук свою пятую конечность, сжал в кулаке "кисточку", поводил ладонью туда-сюда и закатил глаза. Кэт ахнула, прижав ладони к пылающим щекам. Он расхохотался в голос.
- Ты бы себя видела, - выдавил он сквозь смех. - О, это лицо!
Амадейка криво улыбнулась: злиться на него не получалось. Мужчины с чувством юмора – это потрясающе.
- Серьезно, Кэт, - отсмеявшись, сказал квантр. - Хвост не слишком чувствительный. Но управлять я им могу без труда, почти как руками.
Он убрал хвостом волосы с ее лица.
Как руками, да? Воображение тут же нарисовало столь бесстыжую картину, что женщина снова покраснела и плотно сжала ноги.
- И о чем ты сейчас подумала? - низким голосом спросил Джордан, внимательно разглядывая ее.
- Оружие, - выпалила Кэт первое (ну хорошо, второе), что пришло в голову. - В драке хорошая помощь!
- В драке, да? - по-мальчишечьи ухмыльнулся квантр. - Да, в драке с бесхвостыми он хорош!
Они еще немного посидели, думая каждый о своем, а потом пришла медсестра и долго ругала Джордана за снятую обувь, а Катарину - за усталый вид. Их, будто маленьких детей, развели по своим комнатам и уложили спать.
Женщина проспала недолго, пару часов, и проснулась совершенно разбитая. Дело было даже не в том, что она, очевидно, побыла донором. Просто тело устало от отдыха. Надо возобновлять тренировки - хотя бы и бассейн. Тем более, у нее с собой было несколько спортивных купальников. Да и бассейн входил в список рекомендованных нагрузок.
Доктор Ирвинг не возражал, но попросил быть осторожнее. Сдав в очередной раз анализы (и откуда в хрупком теле Кэт столько крови?), женщина отправилась на плавание. Бассейн, как и всё в этой клинике, был шикарен: просторный, глубокий, выложенный цветной керамической мозаикой. И совершенно пустой. Иногда Кэт казалось, что в госпитале кроме нее и Джордана (ну и кучи медперсонала) никого нет, но в коридоре она видела немало мужчин-пациентов. А вот женщин не встречала.
Признаться, она обрадовалась, что не придется ни перед кем щеголять в купальнике: от ее некогда неплохой спортивной фигуры мало что осталось. Сейчас она была безобразно худа, ребра можно пересчитать. Кэт себе категорически не нравилась. Плавание утомляло, но это была хорошая правильная усталость, проясняющая мысли. Катарина получала удовольствие от ноющих мышц - боль по-прежнему ее успокаивала, возвращала ее в прежний кокон. Это тревожило и немного раздражало, но мысль о психотерапевте была сразу же отброшена прочь. Достаточно они ей в юности промывали мозги.
И всё же физическая боль милосердна. Боль душевная не знает пощады.
К Джордану приехала невеста.
Кэт казалось, они с ним сблизились, стали друзьями. Иногда она ловила его взгляд и понимала, что нравится квантру. Не как временная соседка, а как женщина. Даже не будь он ее парой, в него так легко влюбиться: он добр и отзывчив. Он умел смеяться над собой - редкое качество для мужчин. Ну и хвост, конечно, Кэт была заворожена его хвостом.
Но его невеста... она была очень красивая. Куда красивее Катарины даже в лучшее время.