Глава 9. Госпиталь

Если бы больницы на Амадее были похожи на госпиталь для военных в Ди-Эдра, военная карьера была бы куда более привлекательна. Хотя бы потому, что вокруг больнички был парк. Не парк даже, а ботанический сад. И он цвёл. Саманта ахала и охала, разглядывая его.

Катарине, конечно, он тоже понравился, но ее взгляд не мог отличить белый от розового, или персикового, или кремового, а уж про запахи она вообще молчала. Если бы такой парк был на Амадее, за возможность прогуляться по его дорожкам их сопланетники платили бы немалые деньги. Это же роскошь - такая же, как органические продукты или чистый горный воздух.

Женщина вытерла вспотевшие ладони о брюки и вслед за Джошем зашла в стеклянные двери. Здесь везде был эко-стиль: деревянная мебель, деревянная обшивка стен, даже рамы в окнах были деревянные. И стекла, похоже, настоящие, из диоксида кремния.

Боже, немыслимая, варварская роскошь: дорого, всё очень дорого! Разумеется, это всё местного производства, и пластик здесь, скорее всего, только привозной, но всё же: если перевести стоимость этой обстановки в единую валюту - получится огромная сумма.

Госпиталь больше похож на дорогую гостиницу: здесь нет серых стен и длинных гулких коридоров. Везде картины, в холле тихо и ненавязчиво играет какая-то музыка, кругом мягкие диваны.

Впрочем, персонал здесь, как и принято во всем мире, одет в халаты пастельных цветов (Кэт, во всяком случае, надеялась, что пастельных - ей-то они казались серыми). Симпатичная медсестра средних лет отвела посетителей в палату к Да-Эдра.

Что ж, теория Катарины оказалась верной. Рядом с Джорданом мир буквально пульсировал цветами и запахами.

Морозный запах бинтов.

 Приторно-сладкий - каких-то мазей и больной плоти.

Едкий запах антисептика.

Одуряющий аромат цветов и влажной зелени из открытого окна.

 Цвета тоже хороши - все оттенки радуги на лице квантра: желто-зеленые с синим ободом круги под глазами, алые полоски шрамов, розовые следы от инъекций. Ярко-голубые глаза за черными ресницами.

Руки в повязках, на торсе, судя по очертаниям покрывала, экзоскелет. На ступнях - белоснежные носки с черной полоской. Настолько свежие, что даже бирка еще не оторвана.

Несмотря на плачевный вид, Джордан выглядит подавляюще. Под его мрачным взглядом Кэт тушуется и вспоминает все свои тайны, чтобы немедленно их выложить.

Истинная пара - это самый страшный и топорный инструмент эволюции. Недаром все расы, где пары заключались таким образом, вымерли. Катарине не повезло вдвойне. Ее парой был квантр, а у него нет ограничений. Ничто не заставит его полюбить какую-то планетницу. Хотя кто говорит о любви? У истинных пар любви нет - есть предрешенность и махровый эгоизм. Им деваться некуда: если с парой что-то случится, то плохо будет обоим. Поэтому и вынуждены они держаться друг за друга. Хорошо, что химия и гормоны не позволят им взглянуть в сторону другого потенциального партнера.

Кэт и рада была бы создать семью с кем-то другим, но кроме Да-Эдра, ее в физическом плане никто не привлекает. А семья - это прежде всего социальный инструмент воспроизведения потомства. А если, к примеру, один из пары - калека? психопат? бесплодный? А ты уже никуда не денешься с межгалактического шаттла - двигатели запущены, вокруг вакуум... Так и лети до самой посадки.

Услышав своё имя в устах Джоша, она дернулась. Неужели сдал? Нет, это он про Саманту.

 - Катарина - это я, - хмуро представилась она, протягивая руку для рукопожатия.

Опомнилась: он же в экзоскелете! Но коснуться его хотелось неимоверно. Кэт словно всё ещё не верила, что он тут, рядом. Отдегривать пальцы было невежливо и глупо, и она дотронулась до его руки. Ее словно молнией прошибло и нет, это не было приятно. Никаких мурашек и возбуждения, а словно удар под дых.

- Снимите очки, - внезапно потребовал Джордан. - Катарина.

А вот от имени, произнесенного его голосом, колени подкосились.

Очки снимать она не хотела. Синяки под глазами еще не сошли. Но, повинуясь его настойчивому взгляду, амадейка медленно показала своё лицо. Оголилась. Сняла маску.

От жалости на его лице хотелось взвыть. Нет, Кэт вовсе не собирается его соблазнять (во всяком случае, пока) - но любой женщине хочется выглядеть хорошо в глазах привлекательного мужчины. Впрочем, раньше ее это не волновало.

Выдавив из себя извинения, она позорно сбежала на веранду, благо, что в палате был свой выход. Там, вцепившись в деревянную колонну, женщина кусала губы, сдерживая слёзы. Слишком много эмоций, слишком сильные чувства!

Стыд.

Робость.

Вожделение.

Как бы Кэт не отрицала свои ощущения, Джордан очень красивый мужчина. Он огромный – она  всегда любила мужчин, которые могут носить ее на руках. Брюнет, хоть сейчас обрит почти налысо для обработки ран. Широкие плечи, крупные руки, выразительные глаза и прямой нос. Нос, очевидно, восстановили: в последний раз вместо лица было кровавое месиво.

Наверное, ей повезло. Она очень, очень везучая. Он живой, и Кэт тоже будет жить. Женщина подняла внезапно отяжелевшую голову, вдохнула упоительный весенний воздух и страшно закашлялась. Ей было плохо, и не только душевно. Кажется, она нездорова.

Не нужно быть гением, чтобы понять: прикосновение к квантру ее ослабило. А ему, значит, дало сил для восстановления. Это хорошо. Пусть так и будет.

Джош и Саманта вышли через несколько минут: пациент заснул. Катарина еле стояла на ногах и тоже не отказалась бы заснуть.

Джош навещал дядю каждый день, а она пыталась бывать в госпитале пореже: боялась, что выдаст себя, и врачи догадаются, отчего восстановление господина бывшего посла идет такими быстрыми темпами. После каждого такого визита Кэт едва не теряла сознание от слабости. Энергетические коктейли на Квантре найти было невозможно, а обычную пищу она употребляла с трудом. Желудок отказывался переваривать настоящее мясо и молочные продукты, отчего амадейка постоянно мучилась болями в животе. Синдром ленивого желудка - кажется, так это можно назвать. Когда Кэт полностью перешла на энергетические коктейли, она даже не думала, что может так получиться.

В один из визитов даже Джордан заметил ее плачевный вид.

 Он уже пытался ходить по палате, хотя врачи запрещали. Экзоскелет с рук и тела сняли. Передвигался он в инвалидном кресле и делал это очень ловко. Вот и сейчас он быстро - отточенным движением - ухватил Катарину за локоть и, повернув к окну, разглядывал ее лицо.

Слишком много Джордана для нее одной! Столь близкое соседство его тела волновало. Кэт уже давно забыла, что такое - хотеть мужчину. А сейчас желание обрушилось на нее подобно взрывной волне. Колени затряслись, руки ослабели, между ног вспыхнул пожар. Женщина едва не плакала от стыда и сокрушительной жажды. Даже не заметила пляшущих перед глазами мушек, пока доктор не оторвал от нее мужские горячие руки.

Прибежавший на вызов врач всё понял с первого взгляда. Его руки были прохладные и сухие - совсем не такие, как у Джордана.

- Медицинское дело где? - требовательно спросил он. - Вы когда в последний раз ели?

Джош немедленно ее сдал, но она бы и сама все рассказала.

 Катарину практически насильно уложили в кровать, подключили капельницу, и доктор Ди-Дран принялся костерить ее на все лады. И за пренебрежение врачебными инструкциями, и за коктейли, и за бессмысленную терпеливость. Под конец он взял у женщины анализы крови и тканей, заставил подписать согласие на лечение и вколол убойную дозу снотворного.

 А за стеной была палата Джордана.

С одной стороны – это мучение и искушение, а с другой - до чего ж удобная кровать и великолепный воздух!

Одна беда, что Саманте нельзя отходить от Катарины далеко. Пришлось и ее оставить в больнице в апартаментах для гостей.

Доктор оказался не просто очень грамотным, но и невероятно въедливым. Как он сумел за ночь проанализировать генетический код? Да еще запрос на Амадею врачу семьи Лайер отправил, хотя ответ придет не скоро - всё же расстояние приличное.

- Катарина, вы ведь понимаете, что у вас серьезная проблема? - спросил док, внимательно разглядывая странную пациентку.

Как и все квантры, он симпатичный и крупный. И с хвостом. Док, похоже, приверженец классической медицины. Его халат безупречно бел. На носу поблескивают тонкие очки.

- И какая же у меня проблема, господин Ирвинг? - спрашивает уныло Катарина.

Имя врача вышито на кармане халата. Он не ищет легких путей. Не бейдж, не краска - вышивка!

- Вы нбат, - любезно подсказывает док.

- Нбаты - давно вымершая раса. О них почти не осталось сведений, - вздыхает женщина.

- Только не на Квантре-14, - удивляет мужчина в белоснежном халате. - Нбаты когда-то были нашими ближайшими соседями.

Вот это новость! Кэт никогда не была сильна в астрографии. Ей и в голову не приходило искать планету нбатов, тем более их не существует уже несколько сотен лет! Что ж - это многое объясняет!

- У господина Да-Эдра тоже гены нбата? - с надеждой спрашивает она, но, поглядев в лицо дока, сдувается.

Конечно, нет. Ей не могло так повезти.

 - Для Джордана вы всего лишь идеальный донор, - вздыхает доктор Ирвинг. - Ведь это вы его нашли на корабле захватчиков? Не отвечайте, я и сам вижу. Мне жаль, Катарина.

Жаль? С чего бы? Катарина смотрит с недоумением, поэтому док поясняет:

- Вашему положению не позавидуешь. Вы без него не сможете, а он - только потребитель вашей энергии. Неравноценный обмен, правда?

Что есть, то есть. И всё же она рада, что нашла его. Без Джордана жизни нет - есть существование.

- Вы расскажете ему? - безнадежно спросила Кэт, опуская глаза на свои белые руки на белом одеяле.

 - Конечно, нет! - возмутился доктор. - Это было бы неэтично! Если вы попросите - то это другое дело. Но не думаю, что вам это нужно.

Женщина выдохнула с благодарностью.

- Что мне теперь делать?

- Восстанавливать силы, - ответил док. - Будем вас откармливать. И... Вы не против побыть еще немного донором? Да Эдра нужен нам здоровым. Под наблюдением это вполне безопасно. Обещаю не доводить до кризиса.

- Я согласна, - кивнула Кэт, не раздумывая.

- Что ж, тогда я подготовлю документы. Между прочим, вам за это заплатят: на Квантре донорство распространенная практика.

Отлично, деньги не лишние. И вообще, она не собирается покидать Квантр-14. Поэтому в ее планах активно лечиться и искать работу.