Глава 18. Слава

Впервые за последние несколько месяцев у Джордана не болело ничего. Абсолютно. Он ходил, не задыхаясь от слабости, не останавливался передохнуть каждые пять шагов. Прошли навязчивые головные боли. Боль в душе тоже как-то подозрительно быстро пропала, словно и не было неприятного разрыва с невестой. Хотя нет, одно место всё же ныло. Тело требовало разрядки. Тело требовало женщину.

О, это всё донорство! Если бы не его несомненная польза, следовало бы его запретить. Не хотеть донора невозможно. Это ему еще повезло: Кэт была молодой и красивой. А если бы на ее месте был мужчина? Конечно, Джордан гордился своим широким кругозором и терпимостью, но не до такой степени. Да и Верена тоже хороша - покинуть его тогда, когда он в ней нуждался... как мужчина. Док, кстати, отказался выписать успокоительные, объясняя своё решение чистотой эксперимента. Хорошо ему со своей стороны стекла – наблюдать за ними, словно за хомячками. А хомячкам плохо.

Да еще Кэт хороша, как хороша! И целуется сногсшибательно, и льнет к нему, и совершенно не стесняется. Как объяснить ей, что ему в голову ударило... то, о чем не говорят в приличном обществе? Мда, а чувство юмора у него отказывает - ну дурак. Ну неудачно пошутил. Обиделась - имела полное право. Верена бы за такую шутку полгода дулась, а Кэт просто поколотила его основательно и, кажется, простила. Жаль только, что она здесь, на Квантре, ненадолго. Жаль, что она планетница: улетит домой, к семье - и поминай как звали. Да, красивая, умная, смелая - а толку-то, если ее дом далеко отсюда? И планета ее куда более развита.

Разве останется она на Квантре - сельскохозяйственной планете с не самыми высокими техническими возможностями, отсутствием развлечений, жесткими нормами поведения? В полицию ее работать не возьмут - там традиционно работают мужчины. Да и вообще на Квантре женщины обычно сидят дома и воспитывают детей, а содержат их мужья или другие родственники. Каково свободной гражданке галактики отказаться от привычного образа жизни, от звездного неба, от новых открытий - и осесть на планете третьего мира? Он бы ни за что не отказался.

На самом деле прошлое Катарины Джордана совершенно не волновало. Другие мужчины? Да и черт с ними. Отчего-то он был уверен, что с ними она не вспыхивала как спичка. Или вспыхивала? Запрокидывала голову, подставляя шею под поцелуи, кусала губы, впивалась пальцами в плечи... Нет, не может быть. Не казалась она счастливой женщиной, которая довольна собой и миром вокруг. Напротив: вздрагивала от резких движений, замыкалась в себе, никому не доверяла. И медленно сходила с ума: он отлично видел свежие алые шрамы на ее бедре. И молчал.

Мара, его сестра, после гибели мужа долго лечилась. Она никак не могла научиться жить в опустевшем мире даже ради сына. Несколько раз он ловил ее с лезвием в руках. Порезы и раны были для нее чем-то вроде анестезии. Физическая боль заглушала душевную. Потребовалось несколько лет, прежде чем Маре удалось выплыть из этого омута. Судя по досье, жизнь Катарину не баловала. Столько пережить! Тем неожиданнее оказался тот факт, что она вообще-то из непростой семьи. Нет, ну кто бы мог подумать! Внучка Марии Скармозэ! Той самой всемирно известной певицы, бабушка которой была квантрой.

Мария Скармозэ некогда была невероятно популярна на Квантре-14. Родители Джордана когда-то были на ее концерте - настоящем, живом концерте! Мать до сих пор вспоминала тот день как самый восхитительный в своей жизни. И вот теперь донна Скармозэ прилетела на Квантр. И пусть она давно оставила сцену, это, без сомнения, событие века, тем более для закрытой планеты.

 Джордан в лепешку расшибется, но устроит певице такую встречу, что она будет просто обязана полюбить Квантр-14 всем сердцем. Цветы? Да-да! Море цветов! Оркестр? С этим сложнее. Номер в лучшей гостинице, шикарный флаер, приветствие президента... Нет, с президентом перебор. Она же к внучке приехала, а не к президенту. Катарина волновалась не меньше: выбирала наряд, кусала губы, накрасилась, умылась, снова накрасилась. В золотых глазах с кошачьим зрачком плескалась паника. Пришлось ее встряхнуть за плечи:

- Ау, Кэт! Это твоя бабушка! Чего ты паникуешь! Не съест же она тебя!

 - Не съест, - жалобно сказала женщина. - Просто начнет сватать всем подряд.

Сказала и вдруг залилась краской, даже уши заполыхали малиновым. Что это с ней? Обычно она не отличалась стыдливостью или застенчивостью, да это и понятно - планетницы, воспитание, далекое от пуританского. Джордан никогда не встречал робких планетниц. Напротив, все они - особенно те, кто служит в полиции или армии - уверенные в себе и очень красивые.

Пластическая хирургия в большинстве солнечных систем настолько доступна, что ни одной естественной женщины просто не существует в природе. Джордан даже думал, что глаза с вертикальным зрачком у Кэт не настоящие, модифицированные, но док уверил его, что Катарина практически не прибегала к услугам хирургов. Максимум - убирала шрамы. И вообще (тут доктор зловеще расхохотался) - пластическая хирургия может исправить внешность, но не генетику - и потом по ребенку всё равно будет понятно, как выглядят "настоящие" родители. Тем более, вмешиваться во внешность ребенка запрещено на всех планетах.

Когда-то человечество, в период своего очередного кризиса, позволяло производить с детьми самые разные манипуляции, вплоть до смены пола и био-модифицирования. Квантр-14 это, конечно, не затронуло - слишком консервативная здесь политика. Но последствия безумия люди разгребали до сих пор. Сколько сумасшедших, безумных, ущербных взрослых выросло из этих экспериментов? А потом у них родились свои дети... Закон о неприкосновенности ребенка теперь практически не нарушался: наказание за него сурово. Вмешательство в детских организм допускалось только в лечебных целях.

Итак, Катарина красива не потому, что перекроила нос и глаза в угоду моде. И дети у нее будут с кошачьими глазками. Хотя она что-то говорила про генетические дефекты. Будут ли у нее дети вообще? На миг он представил их общего ребенка: с хвостом. Они родят кота, да-да. Несмотря на нелепость этих мыслей, Джордану немедленно захотелось ребенка: он вообще детей любил. На Квантре, можно сказать, культ детей. Без малыша невозможно представить счастливую семью. Немного поколебавшись, Джордан набрал код отца.

- Дан? - удивленно пророкотал с экрана седой мужчина. - Какими судьбами? Надеюсь, осложнений нет?

Отец, после завершения политической карьеры, занял пост ректора научно-исследовательского Института морской флоры и фауны, и вместе с супругой постоянно проживали на базе посередине океана. В госпитале они были дважды, но Джордан настоял на их возвращении на любимую работу, пообещав звонить. Наврал, конечно. Он так давно жил самостоятельно, что звонил родителям, только когда что-то случалось. Отец, впрочем, тоже не нуждался в постоянном общении. Мама звонила чаще.

- Пап, у меня вопрос, - со вздохом решился Джордан. - Мама ведь твой донор, так? Как оно вообще... С донором?

- Сколько процентов совместимость? - быстро понял отец. - А Верена что же? Ты ведь собирался жениться?

- Абсолютная совместимость, - признался квантр. - Стопроцентная. И она планетница.

- Сын, - серьезно сказал отец. - Хватай ее и не отпускай. Ни с одной женщиной ты не получишь такого счастья. Это... это невероятная удача! Я о таком даже не слышал. Она красивая?

- Она побила меня в спаринге, - пожаловался Джордан. - Правда, я не особо сопротивлялся. Думал только о том, чтобы ее полапать. Пап, она планетница! Зачем я ей, если у нее перед ногами вся вселенная? И да... ты не поверишь! Она внучка Марии Скармозэ.

- Кто это? - на лице отца искреннее недоумение. – Это что, та певица, от которой без ума твоя мать? Она что, живая ещё?

- Судя по тому, что она летит с орбитальной станции сюда, более чем.

- Летит? - раздался женский вопль за спиной отца. - Мария Скармозэ? А ну дай комм! Быстро отдай комм, питекантроп! Привет, сын!

Изображение на экране завертелось, некоторое время из динамиков доносилось только сопение и звуки борьбы. Джордан широко улыбнулся. Потом в комме появилась торжествующая раскрасневшаяся мать, отобравшая у мужа игрушку.

- Когда, ты говоришь, приезжает донна Скармозэ? - сразу же спросила женщина. - Я приеду тебя навестить. Как только закончу тут... кое-что.

- То есть то, что у Дана абсолютный донор, тебя не интересует, - проворчал где-то за ее спиной отец. - А какая-то инопланетная певичка - это важно, да?

- Эран, наши дети давно выросли и живут отдельно, - раздраженно ответила мать. - Со своей личной жизнью они сами разберутся. Уж тем более Дан! Кстати, а что Верена?

- Она меня бросила, - нажаловался Джордан.

- И поделом тебе, - тут же отреагировала мать. - Ты ей столько лет голову морочил! Ни одна девушка не выдержит!

- Спасибо, мама, - уныло пробормотал Джордан. - Ты как всегда умеешь поддержать!

- Хватит ныть! - усмехнулась мать. - Иди лучше себе что-нибудь сломай... Как Эран в свое время. И хорошенько вылечи это с донором. Как маленький, всему-то учить надо!