Глава 11 или первый блин комом

Нам всем раздали по цветочку

Еще вручили по горшку

И если мы не справимся

Открутят нам бошку

Адепты заходили в оранжерею с опаской, все-таки слухи о новых жильцах оранжереи просочились, хотя маленькую магическую клятву не разговаривать о магоросянками с непосвященными до момента обнародования данных о них, принесли все, кто был на первой экскурсии. Роберт попросил перестраховаться из-за Дифенбая. Хотя я, если честно, не очень понимала, чем мне или академии может навредить его знание о моих цветочках.

– Здравствуйте, второй курс! – поприветствовала я учеников и указала им на стулья. – Прошу присаживайтесь. Сначала мы запишем нужную для практики информацию, а потом вы разделитесь на пары. И каждый из вас по очереди побудет и руками, и мозгами.

– Кто-то кривыми руками, а кто-то отсутствующими мозгами, – раздался ехидный девичий голос.

– Ну, это кому как повезло при рождении, – пожала я плечами и, не обратив особого внимания на комментарий, продолжила. – Сегодня у нас тема «корни» и это явно не про ваших предков, хотя… Некоторые себя и ведут иногда, как деревья. Или, скорее, пеньки.

– Такие же маленькие и кругленькие? – на этот раз я успела заметить говорливую особу, поэтому посмотрев ей в глаза, расплылась в улыбке.

– Нет, – и резко перестала улыбаться, – такие же тупые, – секунда молчания и дикий хохот всей группы грянул так, что листья на ближайших деревьях затряслись. А эта красотка в обиде дернулась к выходу. – Стоять! Это был не в ваш огород камень, адептка, правда, вот сейчас вы не очень умно поступили. Так же, как и когда юморили. Я не магистр Дифенбай, я не буду ставить оценки, лишь бы вытурить вас скорее отсюда. Для меня важно, чтобы в ваших юных умах задержалось хоть что-нибудь из положенных знаний, а ваши руки не боялись земли и растений. Я тут слышала, что у вас буквально полгода назад была революция на бытовой магии…

– Да, – недовольно кивнула адептка, вернувшись на прежнее место.

Она была невероятно хороша собой, такой идеальной коже позавидовала бы любая особа женского пола от двенадцати и до бесконечности, как и необычным фиолетовым глазам с густыми ресницами и длинным практически белым волосам. Ее даже не портил вздернутый нос и губы с формой, такой популярной сейчас на Земле из-за возможности коррекции за минимальные деньги в любом косметологическом кабинете. Губы-капризули, которые можно вписать в круг. Вероятно, меня ждут с ней проблемы. И скорее все как-то так выглядела любовница моего мужа.

Вот это да, я об Алешке и не вспоминала эти дни. Мне не было ни больно, ни тоскливо… А тут такие мысли, чего это я? Я не вернусь, да и не хочу возвращаться! Мне здесь нравится! Тут я подвисла.

– Мистрес Лавр, так что там с корнями? – парень, севший прямо передо мной посмотрел исподлобья. И тут же уронил ручку, вернув меня в действительность.

– Так, короче, одну революцию вы пережили, придется повторить подвиг. Тема сегодняшнего занятия корни. Запишем общую информацию, а потом уже частную, нужную для пересаживания ятрыша, – так назывался один из видов орхидей, растущих в отдаленной части оранжереи. – А потом, собственно, этим грязным делом и займемся.

– Вот прямо в этой одежде? – с ужасом и уже без шуток заявила девица, которую я уже почти успела невзлюбить.

– А что, проблемы с бытовой магией, адептка? Представьтесь! – от моих слов она покраснела, позеленела и села.

– Клэр Тайл.

– Так вот, адептка Тайл, нет, наш замечательный ректор привез временную спецодежду, позже у каждого появится личный экземпляр. Именно поэтому я просила вас взять с собой спортивную форму. Надеюсь, все справились с таким простым заданием. А теперь записывайте. Корень это осевой вегетативный орган растения, обладающий радиальной симметрией и выполняющий в типичном случае функцию почвенного питания. Кто мне может сказать, какие еще функции выполняют корни?

Дети вполне бодро подключились к обсуждению, и вскоре, я уже объясняла, что такое воздушные корни, почему их может быть много у Ятрыша, как и зачем их обрезать и почему они сохнут. А после отправила детей в раздевалки, готовиться к их первой практике.

Второкурсники в комбинезонах и сапогах выглядели как детсадовцы на весенней прогулке. Я старалась сохранять серьезное выражение лица, но глядя на них, это было сделать невозможно.

– А что вы смеетесь? – тут же надулась Клэр. – Вы же в таком же виде!

– Просто я в такой одежде привыкла ходить, это моя рабочая форма, а вы нет, поэтому чувствуете себя нелепо. А человек выглядит так, как себя чувствует, – я пожала плечами. – А сейчас я попрошу внимательно меня послушать. Сейчас вы кое с кем познакомитесь, и будете предельно вежливы и аккуратны.

– А то нас съедят? – ухмыльнулась адептка.

– Если я не вмешаюсь, то вполне, – в тон ей ответила я. – Девочки! – магоросянки выскочили на мой зов мгновенно. Причем с разных сторон и радостно размахивая листиками. Они так воодушевились прошлым знакомством, что теперь с нетерпением ждали новых гостей.

– Побери меня стихии! – басовито выругался крупный парень, за спину которого нырнула Клэр при виде девочек. Странно, а я думала, что она смелая.

– Никто никого побирать не будет, – успокоила я его. – Адепты, это магоросянки, условно разумные, хотя, нет, вполне себе разумные и без «условно», плотоядные растения. Как вы видите, они могут передвигаться, у них присутствуют хватательные и жевательные рефлексы, так же в их ротовых полостях, если можно это так назвать, содержится яд. Противоядие в нашей лекарской есть.

– То есть случались инциденты? – ужаснулась худощавая девушка, образ которой удачно дополнили бы очки. Уж больно ботанического она была вида.

– Один, и да, сразу выявилось то, что их яд не нейтрализуется оборотом. Но девочки не агрессивны. Единственное, что у них есть прямой приказ доставлять провинившихся мне. А уж я буду решать, как кого наказывать. И да, они способны к ментальному общению. Захотите при них сделать пакость – я узнаю. И даже не при них… Вы не заметите их среди других растений, если они этого не захотят.

– Да ладно, – не поверил мне «защитник» Тайл.

– Все это время вы их не видели, хотя они ждали моего условного сигнала и наблюдали за вами.

– Да как они могут видеть? У них же нет глаз! – решила поймать меня на лжи Клэр.

– А как с закрытыми глазами видит маг? Стихии подарили такую возможность не только людям, – странно, эти дети с рождения живут в мире, где магия царит под каждым кустом, а задают такие вопросы, которые даже мне, которая здесь без году неделя, кажутся глупыми. – Ну что же, раз мы все выяснили, берите тетради и пойдемте пересаживать ятрыш!

Я шла, заглядывала в журнал и по очереди смотрела на детей. Вот же память моя дырявая! Я же вела у них минимальную теорию, а не запомнила вообще ни одного имени. С другой стороны, у меня их было так много в такое короткое время, что даже особо выдающиеся адепты не запомнились. Казалось бы, такую, как Клэр, достаточно увидеть, вернее, услышать один раз. Но нет, в голове настолько пусто, точно вижу ее впервые. Бейджики что ли «придумать», хотя бы на первое время?

Под мои раздумья и восхищенные вздохи адептов мы дошли до зарослей ятрыша. Корни были везде, их было много, на корнях висели клубни, которые нужно было бы собрать на радость лекарям, но как сделать это руками детей с минимальными потерями для цветов я не имела представления. Впрочем, мне повезло, с количеством моих помощниц я могла поставить надзирателя за каждой парой. Так что возможности крупно накосячить у них точно не было.

Я при помощи Лютика продемонстрировала им, как достать растение из его среды, заменить вышедшее из пригодности «местечко», подрезать лишние корни и снять клубни, обработать обрезы и, наконец, посадить растение обратно. Заодно предупредив, чтобы дети не пугались действий магоросянок. Что если те вдруг схватили адепта усиком за руку, это не значит, что цветок хочет откусить человеку голову, а просто человек делает что-то не правильно. Хотя о чем я, конечно, хочет, но не будет. Им этого я, естественно не сказала. И дети, трясясь, как осенние листья, принялись за дело. То и дело слышались вскрики и ругательства. И все было нормально, пока один из парней не подскочил с радостным визгом.

– Мистрес Лавр, я закончил! Надо полить! – он счастливо уставился на меня, и сделал шаг в противоположную сторону к лейке, наступив при этом на пакетик с подкормкой. Поскользнулся, докатился до лейки, споткнулся о нее и полетел носом в землю по другую сторону дорожки. Туда, где росла местная крапива.

Я, словно в замедленном режиме съемки, смотрела, как этот несчастный вот-вот приземлиться в особо жгучую разновидность травы. А главное, подумав о том, что я никоем образом не успеваю его поймать. О магии же я позабыла напрочь. К счастью, мои помощницы всегда на чеку, и Лиля, которая Лилия, на пару с Гладиолусом, ставшим Гладиком, вытянув усики, подхватили неуклюжего адепта за руки и за ноги, не дав его лицу соприкоснуться с крапивой. Распластанный, как муха в паутине, он завис над ней, в каких-то пяти сантиметрах.

– Спасибо, мои хорошие, – поблагодарила я цветочки, а они приземлили парня на дорожку. – С вас, адепт, пару булочек за спасение. Кто мне скажет, что случилось бы с ним, если бы он все же «искупался» в тех кустах?

– Сутки провел бы с жутко вонючей мазью на лице, – широко улыбнулся тот самый «защитник Тайл». – Ну, или она бы горела и чесалась у него. Хотя чесаться так и так будет.

– А ты откуда знаешь, Карлос? – спасенный с ужасом пощупал свое лицо, а потом с восхищением на магоросянок.

– У нас недалеко от бабушкиного дома лес, в котором этой жгучки видимо-невидимо. В детстве родители часто отправляли меня к ней в гости, так как обернулся рано, и я бегал с друзьями в лесу. Интересно же, да и зверю лучше, чем в городе. В шкуре-то без разницы, какая трава, но я однажды на озере хотел человеком искупаться. Искупался. Правда, в ней. Ощущения не забываемые, и да, вот как с магоросянками, оборот не спасает. Даже хуже становится, с шерстью-то мазь хорошо не нанесешь, – расхохотался он. – Так что, Джар, теперь невероятно повезло.

– Спасибо! – жарко пожал усики адепт. – Обещаю, на следующую практику с меня вкусности. Честное слово, – цветы тут же довольно заухмылялись, а я подумала, если бы у них были глаза, то они бы и подмигнули друг другу еще. И это было так подозрительно…

– Так, девочки, – сурово посмотрела я на них. – Адептов опасности не подвергать, выпрашивая таким образом еду за спасение! – цветы заметно приуныли, а потом резко подняли головки и развернули их к выходу. – Лютик, за старшую, я пойду, проверю, кто там к нам в гости пожаловал.

Оставив на попечение Лютика второй курс, я пошла к выходу, не сразу заметив, что следом за мной пристроилась Гортензия. То ли из любопытства, то ли присматривать приставили, прогонять я ее не стала, не только же мне их опекать.

У двери стеснительно топтался пятикурсник, один из троицы Этери. Шарль Грейвз, насколько помню.

– Добрый день, мистрес Лавр! – оживился он, увидев меня. – Извините, я знаю, у вас сейчас пара. Но в лекарскую третьекурсников с отравлением притащили с зельеварения. А у нас ни калгана, ни тысячелистника, ни зверобоя. Очень неловко вас тревожить, не знаю, как так получилось, – он растеряно развел руками.

– Так, Грейвз, идемте. Я вам покажу, где можете срезать нужное, но с одним условием. Растения, помеченные краской, – веревочек на всех бы не хватило, – не берите, они не подойдут для зелий. Договорились?

– Да, конечно, как скажете!

– А еще, сделайте ревизию всего, что у вас есть, и, начиная с этого момента, записывайте, сколько израсходовали, и сколько осталось, чтобы в будущем знать, запасы каких трав на исходе и нуждаются в пополнении.

– То есть, составить таблички, как у вас? – заинтересовался адепт. – Просто у нас есть журнал, но в нем… Неудобно. Пока долистаешь, пока поймешь. Мистрес Генезер привыкла и ей не составляет труда, а для нас это в новинку.

– Да, табличка в вашем случае будет нагляднее, – я ободряюще ему кивнула и мы, как раз, подошли к нужным «грядкам». – Так, нужно есть вот здесь, все подписано. Напоминаю про окрашенные растения. Так… Давайте оставлю с вами на всякий случай Горти. Гортензия, помоги, пожалуйста, адепту, – цветок потер листочками и ткнул усиками Грейвзу в нужный кустик. – Прекрасно. Если что-то понадобиться, вызывайте по окулусу. Договорились?

– Да, спасибо большое, мистрес Лавр. Думаю, мы с Гортензией прекрасно справимся, – энтузиазм адепта смущал, но я подумала, что при магоросянке пакостить он не будет, да и я сразу б этом узнаю, поэтому вернулась к второкурсникам, которые худо-бедно, но потихоньку справлялись с заданием.