Глава XXVII. Слепота прошлого

– Слушай, это ведь не из-за тебя её так, – задумчиво протянул Вааш. – Сам смотри, зачем тратить столько сил и денег… лекарелы же ого-ого сколько берут!.. на обычную охранительницу? – Так она не обычная охранительница, – резонно заметил Ссадаши. – Её необычность к тебе, олуху, никакого отношения не имеет. Ты нажил себе неприятности из-за любопытства, ты же и отвечаешь за это. Дейны с тобой не было, она вообще тогда счастливо жила, не зная тебя. – Да ребёнку понятно, что до неё кто-то другой пытается добраться! – огрызнулся Ссадаши. – Ну или кто-то из твоих врагов решил воспользоваться случаем и довести тебя до бешенства, – предположил Дел. Наагариш из всех присутствующих был самым спокойным. Над Дейной, лежащей в постели Ссадаши, хлопотал лекарь, выглядела девушка куда лучше, чем отравленные Ссадаши враги, а противоядие готовил ещё Эош – лекарь наагашейда. Трепать себе нервы смысла не было. Зато Ссадаши был взвинчен и раздражён. Дел с Ваашем приползли очень вовремя: друг держал лекаря за грудки и с ласковой улыбкой ему угрожал. Подчинённые Ссадаши тоже нервничали и имели мрачный вид. Рядом с постелью крутился очень заинтригованный маг Ссамис, которого явно интересовал уже выцветший до серого узор на лбу Дейны. Вааш тоже нервничал, но, как выяснилось, переживал он больше за Ссадаши, чем за Дейну. Впрочем, Дел иного и не ожидал. Раздражённый Ссадаши схватил кувшин с прикроватного столика, но отпить не успел. Вааш решительно выдрал сосуд из его рук и приложился к краю первым. С задумчивым видом посмаковал воду и всё же отдал кувшин злому другу. – Вроде нормальна… Куда ползёшь?! – Вааш рявкнул на Шширара, и тот поспешил убраться подальше и от господина, и от его друга, чей хвост кольцом лежал вокруг Ссадаши. – Да уже четверть часа прошла, – Ссадаши недовольно зыркнул на друга. – Раз сразу не отомстила, то уже не отомстит. – А мы перебдим, – неуступчиво отозвался Вааш. – Ради тебя эта цацка могла и подождать. Месть – блюдо холодное! – Короне плевать на температуру, – Ссадаши сам негодующе сплюнул. – Вааш, тут едва девочка не умерла, а ты за Ссадаши переживаешь, – Дел насмешливо приподнял брови. – Да чего б ей умирать? – Вааш удивлённо моргнул. – Её ж Ссадаши травил. А раз травил, значит, нужно было. Ты ж не думаешь, что он убил бы девочку? Ты что, Ссадаши не знаешь? Ссадаши бы ещё такую уверенность в себе. – Да Ссадаши-то я знаю, – собственно, именно поэтому Дел был так спокоен. – А-а-а-а, – Вааш понимающе улыбнулся. – Думал, я из него душу вытрясу? Дел смущённо кашлянул, но друг не обиделся, только хохотнул добродушно. – Прости, – покаялся наагариш. Когда могучий Вааш ворвался в комнату, никто не бросился на защиту Ссадаши. Даже его охрана. Ибо сколь грозно бы не выглядел Вааш, своего друга он обидит если только оплеухой. – Всё-то он знает, – ядовито прошипел Ссадаши, искоса смотря на друга снизу-вверх. – И про меня, и про Дела… и про Корону, которую носит девчонка… Вот откуда бы? Вааш воззрился на него с искренним недоумением. – А то ты не знаешь? Тебе что, твои черви не донесли? Я вон своих поспрашивал, и они полное родословное древо рода Аррекс зарисовали. Чуть ли не с самых Древних войн! Чистокровные люди, а тут ба! Лекарелка замуж к ним вышла. Я и разузнал, кто такая. А дальше и так всё ясно. Корона по наследству должна была быть у Арирдеши, а у той только одна внучка. Ссадаши с яростью уставился на Шширара, а тот с изумлением на Вааша: ни один из посланников не докопался до Короны, а наагалей, надо же, нашёл того, кто докопался. – Ты себя точно хорошо чувствуешь? – Вааш обеспокоенно посмотрел на злого друга. – Яда своего лишнего не проглотил? Шширар, он тут после того, как Дейну траванул, ничего в рот не тянул? – Нет, – отозвался охранник. – Может, порезался? Или трогал чего-то? – продолжал допытываться могучий наагалей. – Трогал только Дейну. Вааш с сомнением посмотрел на девушку, но всё же счёл её неядовитой. Узнав, что произошло, наагалей тут же разогнал всех от Ссадаши и начал следить, чтобы Корона ему не отомстила. – Да не будет уже ничего! – взвинченный Ссадаши попробовал выползти из хвоста друга, но тот положил ему на плечо тяжёлую руку. – Ну вот и постой рядышком. Подыши… Поглубже, – Вааш показательно вздохнул. Так, что ткань на груди затрещала. – Авось опять душкой станешь. «Душка» разъярённо зыркнул на него красными глазами. Вааш с умилённой улыбкой потрепал его по белобрысой башке. – А про врагов Дейны тебе случайно никто не напел? – всё ещё недовольно, но уже спокойнее спросил Ссадаши. – Неа. Но у богатых вдов, которые могут стать ещё богаче, бывают недоброжелатели среди родственников. Ты же слышал, чего у неё в семье произошло? – Ты про что? – Про смерть брата, тётки и дяди. – Про это слышал. – В той стороне надо искать. Ты же собираешься искать? – опомнился Вааш. Ссадаши стиснул зубы. Проблемы Дейны – не его дело. Он пробудет здесь не более трёх недель, потом каждый из них заживёт своей жизнью. Но… Инстинкты, Тёмные бы их побрали! Ему дали женщину под опеку, точнее, его отдали под опеку женщины – разницы, впрочем, никакой, – и не было случая, чтобы женщины под его защитой умирали. Хотя на Тейсдариласу кто только не покушался… Лекарелы вот только и не покушались. Проклятийники и наги не ссорились, жили мирно и связываться друг с другом не желали. На нагов, правда, проклятия особо не действовали и на привязанных к их жизням женщин тоже. Проклятия забирали у лекарелов жизненные силы. Чем сильнее и страшнее проклятие, тем больше сил оно съест. А попробуй проклясть насмерть нага, у которого срок жизни – три тысячи лет! Ни у одного лекарела сил столько не найдётся, живут-то они чуть больше людей, около ста двадцати. Ссадаши вроде слышал, что некоторые лекарелы промышляют проклятиями, продают их за очень круглую сумму. Но желающих закончить жизнь раньше положенного срока не так много, а способных оплатить их услуги – ещё меньше. Поэтому, тот, кто хотел убить Дейну, либо богат, либо сам лекарел. Либо не богат, но готов отдать последнее в надежде разбогатеть после смерти Дейны. – Корона должна отомстить и проклявшего, и заказавшего проклятие, если он есть, – заметил Дел. – А если припомнить, что Корона удваивает «благодарность», то эти несчастные уже мертвы. – Если у них нет амулета Слепоты, – мрачно подытожил Ссадаши. – Ты о чём? – удивился Дел. – Ты про кольца Зрячести? – Вааш рылся в памяти, пытаясь припомнить хотя бы пару артефактов, связанных со зрением. – Так он же не про то вообще… – Какое кольцо? – поморщился Ссадаши. – Вы думаете, императрица Хваена и князь Хрѝший не постарались и не обезопасили себя от действия Корон? Хваена могла случайно попасть под месть Малой Короны, а Реанг под действие Большой. Так что они с князем изготовили три амулета Слепоты. Ну… – Ссадаши театрально замялся и с тонкой улыбкой добавил: – Так-то их вроде было два: для императрицы и её сына. Но князь не мог обделить себя. – Ты-то откуда знаешь? – удивился Вааш. – Помнишь наш визит во дворец на десятилетие императора Реанга? – Ссадаши хитро прищурил глаза. – Мы с Хришием тогда так нажрались… –… что раскрасили главного имперского дракона, – сухо дополнил Дел, очень хорошо помнивший, как потом отмывали десятисаженную зверюгу. Хотя малолетний император плакал и просил не смывать «картинку». – Вот тогда он мне и рассказал. Амулет Реанга, наверное, во дворце. Может, император его и носит. А вот Хваена свой забрала, и что-то я не увидел его на шее Дейны. – Может, плохо смотрел? – засомневался Вааш. – Как на это, – Ссадаши с теплотой посмотрел на аппетитную грудь, – можно плохо смотреть? Теперь засомневался и Дел. – А по карманам? – Я обыскал и отправил Оршоша осмотреть её комнату. Надеюсь, он найдёт там что-нибудь поинтереснее нижнего белья. Лекарь наконец-то разогнулся, и все взгляды устремились к нему. – Ну как девочка, Лилашей? – обеспокоенно пробасил Вааш. – Крепкая, два дня и встанет, – пообещал наг. – Хрипеть будет дольше, горло ей хорошо помяли. Но важнее, что у неё после яда ничего не отказало. Взволнованно мечущийся хвост Ссадаши успокоено улёгся. – Скорее всего, отделается нарушением координации, красочными снами и галлюцинациями. Наги молча переглянулись. Галлюцинации после яда Ссадаши были знатные. А нарушение координации не мешало весёлым прогулкам. И не очень весёлым тоже. – Шширар, выдели двух парней посмекалистее, пусть присмотрят за Дейной, пока она в себя не придёт, – распорядился Ссадаши. – Могу и я присмотреть, – благородно предложил Вааш. – Нет! – непонятно почему окрысился на друга Ссадаши. – А сам-то куда собрался? – нахмурился Дел. – На свидание. На свидание Ссадаши пополз в компании Шширара. Путь их был недолог и закончился у дверей варлийского князя. – Доложи, – коротко и раздражённо бросил Ссадаши одному из оборотней, охранявших покои, и тот скрылся за дверью. Вернулся он быстро и молча распахнул дверь перед наагалеем. Ссадаши взмахом руки велел Шширару остаться снаружи и заполз в гостиную. – Наагалей, какими судьбами? – весьма гостеприимно встретил его князь Хенесий. Помимо самого князя в покоях был его сын, княжич Лесавий, и встретил тот нага таким взглядом, словно знал, зачем тот приполз. Князь тоже бросил взгляд на сына, а затем хитро посмотрел на Ссадаши. – Что? Девка тебе уже рассказала про их ночные похождения? Ссадаши хмыкнул и плюхнулся в кресло. Князь мог позволить себе панибратское отношение, всё же они выпивали вместе и не раз. Все потомки князя Хришия были мастерами выпить, и, судя по недавним событиям, княжич Лесавий уверенно шёл по стопам предков. – Едва вытянул. Если бы этот… эта… – Ссадаши нахмурился, в очередной раз пытаясь припомнить скользкое имя виконта-дознавателя. – Если бы эта Мозоль не явилась, то она бы к принцессе пошла. – А та бы императору сказала… – Хенесий неодобрительно покачал головой и, вытащив из шкафа бутылку золотистого вина, бедром придвинул к гостю стол, куда и водрузил выпивку. – А зачем его по такому пустяку беспокоить? Лесавий смотрел на них с настороженным удивлением. – И я так же подумал, – поддержал его Ссадаши и не стал отказываться от бокала. – Зачем лишать удовольствия… м-м-м… Боги, да что же у него за имя? – Не забивай голову, Мозоль ему подходит, – Хенесий хохотнул и прикрикнул на сына: – Чего стоишь? Подсаживайся. Хоть познакомься с наагалеем нормально. Парень присел и мрачно уставился на сладко улыбающегося Ссадаши. – Поганец мне ночью посыльный огонёк прислал, но я спал, так что им пришлось самим выбираться, – Хенесий сокрушённо покачал головой. – Наследили, конечно, знатно. Этот… Мозоль с утра туманников трясёт. Сепу̀ша пока молчит насчёт Лесавия, как-никак единственный сын горячо любимой сестры, но виконт скоро и сам докопается. Я, конечно, мозги ему пожую, но тебе бы побыстрее разобраться с этим делом, пока император не встрял. Я так понимаю, у твоей девки проблемы. – А у тебя их нет? – Ты ж знаешь, Корону нам носить смысла нет, – Лесавий ошеломлённо вскинулся, но отец махнул на него рукой. – Успокойся, этот проходимец уже всё знает. Везде свой любопытный нос сунул! Ссадаши польщённо улыбнулся. – Болтать по пьяни нужно меньше. Хенесий пренебрежительно фыркнул. – Семейство у нас небольшое, а прямой наследник только один. Остальные рогами не вышли. И если кто из них от нас избавиться захочет, то им придётся ещё лет сорок рога растить, чтобы княжье место занять. За это время кто-то другой трон к лапам приберёт. Но кто-то другой, не нашей крови, Корону надеть не сможет. А нам с Лесавием… Ну так просто таскать её, что ли? Князь хохотнул. – А у твоей девки, слышал, наследство громадное. И рога растить, чтобы им завладеть, не нужно. Под неё роют. Она среди этой рухляди с моим обалдуем не иначе как по желанию Хранителей оказалась. Я почти уверен, что там в наследстве дело, а подступиться к девке страшно. Всё ж Большая Корона! Только, сам знаешь, Малая Корона им не пособница в делах. Ссадаши знал, а в народе бытовал миф, что носящему одну из Корон не может отомстить вторая. Может. – Вообще-то я к тебе по другому делу, – Ссадаши с наслаждением принюхался к вину. – Можешь сделать амулет Слепоты? – Зачем тебе? – удивился Хенесий. – Для девочки. – О, ты глянь на него, – князь подпихнул сына в бок. – И недели с бабой не знаком, а уже переживает… Мож, женишься, Ссадаши? Невеста богатая, хороша собой, да и тебе спуску не даст. – Хенесий, я наг, – с улыбкой напомнил Ссадаши. – Я не могу бросить женщину в беде. – Ну а ей-то зачем? Амулет с Короной идёт. – У неё нет амулета, – наагалей с удовольствием отпил вина. – Корона есть, а амулета нет. А Малую Корону стащил неизвестно кто. – Хм… – задумчиво протянул князь. – Сделать-то можно, но я схемы с собой не брал. Знаешь ли, не думал, что мне придётся срочно делать Богами забытый артефакт. – А если, – Ссадаши неторопливо вытянул из-за ворота один из амулетов – круглую, слегка потемневшую красноватую пластину с витиеватыми знаками, – я дам образец? – Ого! – Хенесий подался вперёд. – Это ещё прадед делал? Их же всего три было. Давай сюда. Князь сам стащил с шеи нага амулет и, прищурившись, начал осматривать узор. – Ну что ж… Лесавий тут как раз, когда гнездо себе вытаптывал, рога наломал, так что материал у нас есть. Тащи свои рогульки, – вел Хенесий сыну, – покажу тебе, как настоящая вещь делается, а то только и умеешь сам себя своими картинами пугать. Князь весело зыркнул в сторону, и проследивший за его взглядом Ссадаши увидел на спинке кресла вольготно раскинувшуюся мордой кверху юбку Делилониса. – А на башне она мне больше нравилась… – Да этот неслух, – князь подмигнул обиженно фыркнувшему сыну, – снял её и хотел постирать, чтоб наагаришу вернуть. Едва вырвать из рук успел! – Шедевр! – весело подначил княжича Ссадаши. – Ага, – ответил за сына князь. – Жене отвезу, пусть полюбуется!