Глава XLVI. Неприятности для хранительницы

– Господин, да пустите вы меня, – сквозь зубы цедила Дейна, изо всех сил пытаясь сползти с плеча наагалея. – Куда? – с шальной улыбкой спросил наг. – За неприятностями? Под стрелы? Под нож? Каким образом ты желаешь умереть? – Я не собираюсь умирать, – женщина из-под кудрявого чуба осмотрелась и с досадой отметила множество ошеломлённых взглядов, направленных на них. Всё же днём в коридорах дворца куда многолюднее, чем вечером, когда наагалей так же, на плече, тащил её из купален. – Тогда лежи куда положил, – улыбка мгновенно сошла с губ нага и на лице осталась только злость. – Иначе умрёшь от моих когтей. – Не умру. Вы же наг и не сможете… – О, – умилился Ссадаши, – так до тебя кое-что всё же дошло? Какая прелесть. Дейна взбрыкнулась, и наагалей разъярённо зашипел: – Не зли меня. Как будто он добрел! Они пробыли у портного почти полтора часа, дожидаясь неведомо чего. Точнее, по истечении этого времени стало ясно, чего ждали, но увиденное Дейну не порадовало. Прибыл наагалей Вааш, крепко обеспокоенный и в сопровождении тюремной кареты – экипажа без окон, тщательно обитого железом. Туда и запихнули Дейну. Без господина. Который, как поняла женщина, вообще поехал в колеснице. Вообразив, какую дивную мишень он из себя представлял, Дейна тоже разозлилась. Все полтора часа, пока они сидели в магазине, наагалей тщательно вытягивал из неё нервы, пытаясь добраться до совести. Дейна даже почувствовала вину, но наагалею всё же стоило поумерить аппетит и не терзать её дальше. К моменту, когда её запихнули в тюремную карету, женщина была так раздраконена, что была готова выбить дверь с ноги. И сил бы хватило! Остановила её капля благоразумия, которую не успел слизнуть наагалей. – У вас плечо костлявое, мне больно, – Дейна самым нахальным образом решила надавить на эти самые неведомые инстинкты. Инстинкты не продавились. – Если бы тебе в голову стрела попала, было бы больнее, – промурлыкал Ссадаши. – Если бы она попала в голову, я бы уже ничего не чувствовала, – в сердцах выпалила хранительница. Наагалей встал как вкопанный, плечо под животом Дейны закаменело, и она горько обругала себя за необдуманные слова. – Молчи! – страшно вращая глазами, прошипел Шширар. – Не подсказывай, – хвост наагалея яростно вильнул из стороны в сторону. – Пусть она сама своими ручками себе погребальный костёр сооружает. Да, Дейна, ты же справишься сама? Дейна прикусила язык. Окружающие их наги смотрели на неё с сочувствием и опаской. Наверное, переживали, что она ещё что-нибудь ляпнет. – Господин, я могу дойти сама? Со свободными руками вам будет ловчее меня защищать, – попыталась быть хитрой Дейна, но наагалей не настолько потерял разум от гнева, чтобы купиться на такую простоту. – Моя милая Дейна, – вкрадчиво протянул наг, – для твоей защиты мне хватит и хвоста. И этих червей. Никуда не годных… – охранники поёжились под пронизывающим взглядом красноватых глаз, хотя пронять многоопытных нагов рода Фасаш не так просто. Ссадаши злился довольно часто, но как-то несерьёзно. Порычит, поскалится и спустя пару минут опять придёт в благожелательное настроение. Охранники знали эту его особенность и господского гнева не очень боялись. Просто некоторое время вели себя тихо и очень-очень покладисто, дабы не раздразнить господина уже всерьёз. Но тут и дразнить не нужно. В таком гневе наагалея не видели уже очень давно. Лет восемь уже, с тех пор как наагасахиа Шайлина, младшая дочь наагашейда, скатилась с лестницы по недогляду охраны. Когда явился повелитель, разбираться уже было не с кем, а дочь плакала от страха перед дядей Ссадаши. Вот и сейчас Ссадаши был в таком гневе, что красная пелена застилала глаза, а кровь пульсировала в голове. И больше всего его бесил не неведомый стрелок, хотя разорвать его будет большим удовольствием, а опрометчивое поведение Дейны. Посмела прикрывать его, идиотка, не прожившая и полсотни лет! А потом ещё что-то лепетала про долг и обязанности. Где её папаша вообще ходит-бродит и как позволяет дочери жить в таком злачном месте, как императорский дворец?! Не удержавшись, Ссадаши прихватил женщину зубами за бедро и, дождавшись испуганного вздоха (увы, со стороны Шширара), разжал челюсти. – Так бы и покусал мерзавку! Чтоб твоя Корона меня пришибла, а ты в следующий раз соображала, что творишь. Дейна приоткрыла рот, но Шширар сердито на неё зашипел. Было ещё кое-что, что не просто злило Ссадаши, а наводило на него испуганную оторопь. Он вспоминал, что не успевал что-либо сделать. Почему он не успел? Как такое могло произойти? – Господин, куда мы? – рискнула спросить женщина. – Туда, где я смогу от тебя избавиться! Вот поганка! Ничего не сказала, звуком себя не выдала, но как сразу присмирела… Лишь бы не отвлекать господина от цели. Ссадаши даже ощутил то, чего уже пару веков не ощущал. Лёгкую обиду. До кабинета императора наагалей в сопровождении своего хвостатого эскорта добрался очень быстро. – Доложить его величеству, что наагалей Ссадаши део Фасаш испрашивает его аудиенции по важному вопросу, – велел Шширар стоящей у дверей охране. Те смерили взглядом Дейну, её видимую нижнюю часть, и один из мужчин, постучавшись, скрылся в приёмной. Менее чем через минуту он приглашающе распахнул дверь. – Подождите немного, наагалей, – попросил уже секретарь императора, торопливо шагая в сторону кабинета. Ещё неделю назад подобная расторопность удивила бы Дейну. Но после близкого знакомства с наагалеем она сама была готова подогнать секретаря, пока у господина совсем не испортилось настроение и он не передумал. – Прошу вас, – секретарь вынырнул в приёмную и с поклоном распахнул перед гостем дверь. Ссадаши заполз в кабинет без охраны, с Дейной на плече и маской кокетливой любезности на лице. И тут же лучезарно улыбнулся графу Мосце и императору. Оба встретили экстравагантное явление наагалея слегка приподнятыми бровями. – Ваше величество, – Ссадаши довольно небрежно сгрузил Дейну в кресло и ткнул в неё пальцем, – я премного благодарен за вашу заботу, но у меня уже нет сил её терпеть. Поэтому при всём моём уважении к вам я вынужден отказаться от охранителя в лице Дейны. Увы, рядом с ней у меня шалят нервы. А она совершенно не заботится о моём душевном спокойствии. – О, как печально, – уголки губ императора опустились. Впрочем, по мнению Дейны, опустились они чересчур низко. – Дейна, я возлагал на тебя такие надежды, – грустный взор повелителя упёрся в хранительницу, но почему-то устыдиться не получилось. – Наагалей, неужели всё так плохо? – О да, – кокетливое выражение неожиданно слетело с лица нага, и он с мрачной усмешкой уставился на императора. – Думаю, вам доложат в красках. Ваше величество, вероятно, мне не стоит говорить о том, как реагируют мужчины моей расы, когда в их женщин летят стрелы. – Х-м-м… – глубокомысленно изрёк император. Дейна поднялась и встала перед столом, заложив руки за спину и покаянно опустив голову. – Мне приходится ставить вас перед выбором. Или вы отзываете вашу заботу, – Ссадаши зыркнул на Дейну, – или в вашем дворце появлюсь сумасшедший я. По мне второй вариант не очень страшен, но почему-то со мной никто не соглашается. – Их можно понять, – отбросил тактичность его императорское величество Раашир. – От вас и от вменяемого проблем выше колокольни. Но мне казалось, что Дейна очень благоразумная девушка и весьма ответственно подходит к своим обязанностям. – Даже чересчур, – поддержал характеристику Ссадаши. – Может, заменить её кем-то… – Не стоит, – сквозь зубы процедил Ссадаши. – Ваше величество, или вы забираете её, или я её спрячу так, что за сто лет не найдут. – Наагалей! – возмутился ультиматумом граф Мосце. Но император лишь с интересом посмотрел на невозмутимую Дейну. Мстительное злорадство распирало его. Он не ожидал, что терпение всё же изменит наагалею, причём так быстро. – Что ж, раз так, Дейна, ты можешь возвращаться к своим прежним обязанностям. – Благодарю, – женщина глубоко поклонилась его величеству, наагалей раздражённо фыркнул. – Можешь идти, – отпустил её император, и Дейна не мешкая направилась на выход. На пороге она всё же бросила взгляд на наагалея и невольно вздрогнула. Выпрямившись и заложив руки за спину, наагалей с непривычно серьёзным выражением смотрел на неё красными глазами. В этот момент он определённо выглядел на свои восемь веков. Ни малейшего притворства, будто все маски сняты и Дейна наконец увидела великого хитреца, который прятался под ними. Увидела, но не смогла ни понять его, ни запомнить. Дверь закрылась, а она, ошеломлённо моргая, уже не могла восстановить в памяти то, что видела пару секунд назад. Ссадаши раздражённо всплеснул хвостом и, не испрашивая высочайшего соизволения, вольготно устроился в кресле. Престарелый советник возмущённо посмотрел на него, но его величество лишь улыбнулся и, закинув ногу на ногу, тоже поудобнее устроился на сиденье. – Вы хотели обсудить что-то ещё, наагалей? – Хотел, – Ссадаши растянул губы в холодной улыбке, непривычной и оттого малость пугающей. Без маски кокетничающего мужеложца он стал похож на совершенно другого нага. Расчётливого, хитрого, многоопытного опасного змея. Потусторонне бледного и красноглазого. И розовое одеяние уже казалось не бабским платьем, а мантией повелителя духов. – Что за проблемы у Дейны? – наагалей уставился на императора так пристально, будто был уверен, что тот может ответить. – Наагалей, вы забываетесь… – начал было граф Мосце, но император прервал его взмахом ладони. Тонкие ноздри Ссадаши хищно шевельнулись. – Вас ведь просили присмотреть за ней? – прямо спросил он императора. – Мне слабо верится, что вы действительно посчитали её достойной защищать вашу дочь. У Дейны неплохие навыки, но их недостаточно, чтобы ей оказали такое доверие. – Ну почему же? – тонко улыбнулся Раашир. – Она прекрасно справляется с Дерри, а моя дочь умеет находить неприятности. Хотя соглашусь, при иных обстоятельствах я бы не согласился принять её на этот пост. Но сейчас я рад, что она всё же его заняла. – Так вас попросили присмотреть за ней? Император качнул ресницами. – И вы подсунули её мне, зная, что на меня охотятся и рядом со мной опасно? – вскинул брови Ссадаши. – Вы наг, наагалей, и я это прекрасно помню. А наг хвоста лишится, но женщину убережёт. Ну и я надеялся, что её присутствие убережёт вас от участия в опасных делах. Император улыбнулся, наагалей ответил ему такой же улыбкой. Ссадаши прекрасно услышал несказанное «И я не мог упустить случай малость отомстить», а Раашир отлично понимал, что наг услышал всё, что он не довысказал вслух. – Так Дейне что-то угрожает? – повторил вопрос Ссадаши. Раашир кивнул. – Вы наверняка уже знаете, что произошло с её семьёй. Граф Аррекс считал, что всё это устроил его шурин. Но Милаш Фанлекс уже мёртв, а на графа не так давно было совершено покушение. Он подозревает, что позволил себя обмануть, и пытается сберечь хотя бы дочь. Дейна об этом не знает, у неё напряжённые отношения с отцом. – То есть неизвестно, кто на неё охотится? – прищурился Ссадаши. – Иначе бы ко мне не обратились. – Моё уважение, ваше величество, какая хитрость с вашей стороны, – с улыбкой похвалил наагалей. – Жаль, что вы вернули Дейну так быстро, – улыбнулся в ответ император. – Вернул? – удивлённо приподнял брови Ссадаши. – Кажется, я в запальчивости упустил кое-что важное. Я не хочу, чтобы она меня охраняла и подставлялась под удар. Вы же прекрасно понимаете, что нагу не так легко бросить на произвол судьбы женщину, которой нужна помощь. – Но вы её уже вернули на моё попечение, – Раашир заинтригованно закусил губу. – Я просто попросил вас снять с неё обязанность меня хранить, – азартно вильнул хвостом Ссадаши. – Вы же не забыли, что Дейна, – наг подался вперёд, – теперь моя невеста. Хотел, кстати, спросить вашего дозволения справить сегодня вечером в Малом зале торжеств нашу помолвку. – Ого, – император откинулся на спинку. – Неужели вы действительно готовы жениться? – Нет, – не стал лукавить Ссадаши. – Но её жизнь теперь не даёт покоя моим инстинктам. Вы же сами впихнули её в мои руки, зная, что я не смогу отвернуться от неё. – Я поступил с вами не очень хорошо, – раскаяния, впрочем, в голосе императора не было. – Я не держу на вас обиду. Ссадаши почти не врал. Он обожал, когда ему мстили. Это же такой повод отомстить в ответ. – Буду рад посетить вашу помолвку, наагалей. А с вами приятно общаться, когда вы… настроены серьёзно. – С вами не все согласятся, – тонко улыбнулся Ссадаши. Граф Мосце почти минуту смотрел на закрывшуюся за спиной наагалея дверь, прежде чем обратиться к императору. – Ваше величество, вы уверены, что это хорошая идея? Всё же это один из самых опытных интриганов Шаашидаша. Он пудрит мозги даже нагам вдвое старше себя. – Пусть пудрит и нам, – не устрашился Раашир. – Иногда полезно побыть глупцом. – А если он вдруг действительно решит жениться на Дейне? Как тогда нам быть? – А что в этом плохого? – улыбнулся император. – Наагалей богат, знатен, занимает видное положение, весьма умён и недурён собой, когда не кривляется. Завидный жених. Кроме того, – в глазах его величества мелькнуло что-то шкодливое, – ему достанется Дейна. – Разве с Дейной что-то не так? – насторожился советник. – Что ты! Дейна очень милая девушка. Красивая, добрая, немного наивная и с большим приданым. Замечательная невеста, просто превосходная. Граф подозрительно прищурился, но император ответил ему невиннейшим взглядом. Дейна действительно прекрасная девушка. Только… Перед внутренним взором Раашира предстала сурово нахмурившаяся женщина. А за её спиной медленно нарисовались пять чёрных фигур. Три очень высокие, одна чуть ниже Дейны и ещё одна тоже невысокая, но чрезмерно широкая. На чёрных лицах вспыхнули прорези злорадно прищуренных глаз и глумливых ухмылок. А сама Дейна прекрасная девушка, действительно прекрасная. Шерр торопливо шагал по улице, даже не пытаясь скрыться. Только следил, чтобы капюшон совсем на затылок не сполз, и то скорее по привычке. Его просто колотило от увиденного. Хвала богам, что он всё же сумел выбраться из дворца и проследовать за Дейной и её неугомонным господином. Одно потрясение хлеще другого! Шерр до сих пор не был уверен, что ему не привиделось, но с их удачей скорее всего не привиделось. Перед глазами всё ещё плавал внутренний дворик магазинчика, и одна и та же сцена прокручивалась перед внутренним взором. Столь ошеломляющая, что Шерр даже не особо злился на сестру за то, что та подставилась под стрелу. Наги-то не видели, они все смотрели в сторону колокольни, а Дейну лишь пытались нащупать хвостами. Но Шерр не отводил от неё взгляда и видел, что сестра не проскальзывала между чешуйчатыми кольцами, чтобы прикрыть собой наагалея. Она наступила на тень от хвоста нага, исчезла и вышла из тени хвоста стоящего впереди охранника прямо перед наагалеем. Шерр сперва решил, что ему почудилось. Расстояние было очень маленькое, пара шагов. Может быть, Дейна успела бы миновать его сама. Кроме того, одновременно взметнулись сразу два хвоста, чтобы её перехватить. Может, на какой-то миг они её закрыли? Всё произошло очень быстро. Чересчур быстро! Но сколько Шерр ни прокручивал произошедшее в голове, он не мог избавиться от подозрения, что у сестры проснулось наследие призрачных котов. И это просто отвратительная новость! На территории Давридании призрачные коты не жили, а в семье Фанлекс предки-оборотни встречались слишком давно, их наследие в потомках проявлялось не так часто. В крови Фанлексов слишком много всего намешано. И никто уже не знает, как ходить по теням. Дейна могла застрять, выйти над краем крыши, опять подставиться под стрелу… Нужно предупредить её, чтобы была осторожнее. Но второе потрясение оказалось хуже первого. Шерр занял позицию недалеко от набатной башни. И, опомнившись, всмотрелся в арку, силясь рассмотреть стрелка. И почти тут же сорвался в бег. Наги добрались до башни раньше него, но стрелок уже смылся. Шерр сунулся в один проулок, во второй и, плюнув, бросился прочь. И не во дворец. Остановившись у кованых ворот богатого дома, Шерр нетерпеливо затрезвонил в колокольчик. – К графу, живо! – отрывисто рявкнул он привратнику, и тот поспешил отворить дверцу. Мужчина бегом преодолел расстояние от ворот до дома, взлетел по ступенькам и ворвался внутрь. Навстречу ему попался ошеломлённый дворецкий. – Что вы… – Где граф? Не дожидаясь ответа, Шерр отпихнул мужчину со своего пути, взбежал по лестнице, миновал коридор и распахнул дверь кабинета. Отец поднял на него тяжёлый взгляд. – Представляешь? – Шерр с нервным, злым смешком захлопнул дверь и откинул капюшон. – Наш зять объявился! Полчаса назад Дейну пытался пристрелить. Видать, соскучился, сволочь! На шее графа вздулись жилы, лицо исказилось, глаза налились кровью, а верхняя губа приподнялась в оскале. Толстые пальцы впились в столешницу, и дерево натужно заскрипело и захрустело.