Глава 47.

Шах

***

Переодеваюсь в чистую одежду. Херово тело отзывается на каждое движение. Трое суток без сна. Организм требует отдых. Но он мне только снится. Сейчас не до этого. Вся эта мутная возня с поставками оружия закончена, но пламя ярости внутри ни на секунду не утихает.

Рядом Зейнал перетягивает бинтом предплечье. Пуля прошла по касательной, рана не глубокая.

— Живой? — сухо бросаю.

— Думаешь от царапины подохну? — усмехается, завязывая бинт. — Твои враги в тире не тренируются.

Я усмехаюсь, но без капли веселья. Адреналин всё ещё бурлит в крови. В этот момент рация потрескивает. Сигнал зашифрованный, но я сразу понимаю, о чём речь.

— На связи.

Сообщают местонахождение Клеща, и внутри всё вспыхивает с новой силой. Брат давно мёртв, а эта тварь до сих пор ходит по земле. Но сегодня всё изменится. Я лично отправлю его в ад.

Через сорок минут мы с Зейналом подъезжаем к заброшенному складу. Место глухое, грязное, идеально подходящее для такой крысы как Клещ. Я тихо заряжаю оружие, ловлю взгляд Зейнала.

— Сегодня эта гнида подохнет.

Зейнал молча кивает.

Мы одновременно врываемся внутрь. Охраны больше, чем я ожидал — пятеро сразу хватаются за оружие. Первый не успевает даже дёрнуться — пуля прошивает ему горло, он падает, захлёбываясь кровью. Второго Зейнал сбивает с ног и в одно движение сворачивает шею. Третий выстреливает в мою сторону, но промахивается. Моя пуля разбивает его череп, и он заваливается на бетонный пол, пачкая его кровью и мозгами. Оставшиеся двое бросаются к выходу, но Зейнал стреляет им вслед. Они почти одновременно валятся на пол.

Клещ остаётся стоять у стены, глядя на нас с наглой ухмылкой. Никакого страха, только вызов и ненависть.

— Что, Шах, решил сдохнуть красиво? — скалится он, будто не я, а он держит оружие.

Я подхожу ближе, наставляю пистолет ему в лоб.

— Набегался?

Клещ смеётся, но смех переходит в кашель, когда я силой прижимаю ствол к его башке.

— Хули тянешь? Или попиздеть охота? — скалится Клещ, усмешка мерзкая, сука, взгляд бешеный.

— Не мечтай, крыса, сдохнуть от пули я тебе не дам. Это была бы слишком роскошная смерть, — хриплю ему в лицо, нажимая стволом на кожу сильнее. — Сначала ты будешь блевать кровью, потом ползать по полу, моля, чтобы я остановился. Но я не остановлюсь. Ты будешь сдыхать долго и мучительно, как и положено таким шакалам, как ты.

Его зрачки расширяются, на секунду в глазах мелькает страх, но он быстро берёт себя в руки, снова ухмыляясь:

— А братец твой, сука, тоже такой смелый был, пока кровью не захлебнулся. Ты думаешь, тебя другая участь ждёт? Да тебя любая шалава подставить сможет, как и его. Видать, семейная черта — на подставных шлюх вестись.

Пальцы сжимаются на рукоятке так сильно, что суставы хрустят, но я пока не стреляю. Нет. Эта мразь заслуживает куда большего, чем быстрая смерть.

Клещ кривит разбитую пасть, глаза лихорадочно блестят от безумия. Он вскидывает подбородок, пытаясь казаться смелее, чем есть на самом деле. Вот только я вижу в его глазах — этот ублюдок уже прекрасно понимает, что сегодня он сдохнет. Но моя задача — не просто убить его. Слишком простая участь для такого выродка.

— Хорошая попытка, но ты проебался. Так быстро сдохнуть не получится.

— А как будет? Пытать будешь? А потом что, слезу пустишь по братцу своему? Ему глотку перерезали, а ты сопли до сих пор жуёшь. Или это последствия того, что дочку Бурого ебёшь?

Сжимаю зубы так, что хрустят скулы. Вены на шее напрягаются от едва сдерживаемой ярости. Гнев внутри почти осязаем, он как физическая сила, которая рвётся наружу. Клещ видит мою реакцию и, видимо, окончательно теряет инстинкт самосохранения.

— Что, правда дочка Бурого из тебя тряпку сделала? — продолжает он, едва скрывая дрожь в голосе. — Вот молодец, сучка, профессионалка. Только тебя, Шах, ждёт та же участь, что и братишку твоего тупоголового. Вы с ним два барана одинаковых — оба на подставных шлюх ведётесь.

В помещении повисает мёртвая тишина. Зейнал резко делает шаг вперёд, прекрасно понимая, что за черту этот мудак уже переступил. А я... я чувствую, как кровь в венах закипает и становится раскалённым свинцом.

Глядя прямо в глаза этой твари, чувствую, как пальцы сами собой сжимаются на рукояти пистолета. В горле хрипит глухая, необузданная ярость.

— И опять проебался, — тихо произношу. — Ты будешь молить о пуле, ублюдок.

Клещ открывает рот, явно собираясь продолжить, но я не даю ему договорить. Со всей силы бью его по челюсти рукояткой пистолета. Он оседает на пол, выплёвывая зубы вперемешку с кровью.

— Сука… — Клещ пытается приподняться, хрипит, цепляется руками за грязный пол.

Хватаю его за волосы, резко запрокидывая голову назад. В его глазах мелькает неподдельный ужас, когда я прижимаю ствол прямо к его виску.

— Не сегодня, мразь, — шепчу на ухо почти ласково, холодно улыбаясь. — Сегодня ты просто помолишься, чтобы я не торопился.

Резко бью коленом в лицо. Чувствую, как кость трещит под ударом. Клещ обмякает, теряет сознание, тело падает, словно мешок с мусором. Я медленно выпрямляюсь, смотря на это жалкое тело. Ярость ещё клокочет внутри, пульсирует, требуя выплеска.

— Заберите эту гниду на склад, — на своих людей оборачиваюсь, которые уже успели примчать, стоят в ожидании приказа. Мой голос звучит глухо, ровно. — Пусть придёт в себя, а потом сдерите с него кожу. Только не вздумайте дать ему сдохнуть. Пусть ждёт меня. Лично закончу.

Начальник охраны молча кивает.

Обмякшее тело Клеща быстро утаскивают прочь. Остаюсь на месте, чувствуя, как сердце тяжело стучит в груди. Медленно выдыхаю, ярость постепенно отступает.

— Шах, включи телефон, там какая-то хуета происходит, — резко бросает Зейнал, подходя ближе.

Я хмурюсь, вынимаю телефон из кармана и быстро включаю. Аппарат несколько секунд тупит, затем экран вспыхивает, и на меня тут же обрушивается шквал уведомлений о пропущенных звонках. От малыхи.

— Что за нахуй… — цежу сквозь зубы. Она не стала бы звонить столько раз просто так.

Набираю её. Но малыха не отвечает. Не раздумывая, набираю её водителя. Трубку снимает почти сразу.

— Где девчонка? Что происходит? — рявкаю, едва сдерживая гнев.

— Шах, девчонка пропала из университета, — голос охранника напряжённый. — Мы её отследили по телефону. Она в больнице.

— В какой ещё, блядь, больнице? Что случилось? — ледяным голосом уточняю, чувствуя, как адреналин накрывает с головой.

— Информации пока мало. Просто телефон показал её местоположение там. Я сразу туда направил людей. Пока ждём подробностей.

— Сука, — резко обрываю связь. — Если с её головы хоть волос упал, вам всем пизда.

Отключаюсь и, не говоря ни слова, направляюсь к выходу. Зейнал следует за мной.

— Что-то серьёзное?

— Малыха в больнице, — отвечаю коротко, почти выплёвывая слова. — Если до неё кто-то добрался...

— Ну твоя девчонка умеет в пиздецовые ситуации, и сама попадать...

Зейнал моментально захлопывается, стоит мне на него зыркнуть.

Слова Клеща в голове пульсировать начинают. Если он что-то с ней сделал... Сука...