Глава 48.

Сижу на паре и тупо смотрю в одну точку. Мысли путаются, и я совершенно не могу сосредоточиться на лекции. Голова забита совсем другими мыслями, а настроение и вовсе на нуле.

— Вишневская!

— Вишневская, — повторяется строже, и я резко вздрагиваю, выходя из ступора.

Преподавательница стоит возле меня и внимательно рассматривает, чуть нахмурив брови.

— Вы вообще меня слышите? Или в своих мыслях куда-то улетели?

— Простите, я… — начинаю сбивчиво оправдываться. Щёки вспыхивают от смущения.

— Постарайтесь сосредоточиться на занятии, — говорит она мягче, затем возвращается к доске, а я снова погружаюсь в тревожные мысли.

Утром я была у ветеринара, проведывала Карамельку. Ей стало чуть лучше, но врач сказала, что оставит её в клинике ещё как минимум на сутки. Отравление оказалось серьёзнее, чем предполагалось изначально, и это только добавляет тревоги. Теперь меня не покидает страх и мысль о том, как и почему это произошло.

После пары я медленно выхожу из университета. В животе неприятно скручивает от голода, ведь я со вчерашнего дня не притронулась к еде в том доме, где отравили Карамельку. Я стараюсь не думать о том, что хотели отравить меня. Не могу поверить, что Галия могла на такое решиться. А если не она... То, кто?! Кто-то из охраны Каида? Как мне тогда вообще там кому-то доверять? Решили воспользоваться тем, что викинг не на связи?

— Арина! — вдруг раздаётся голос за моей спиной.

Я не сразу реагирую.

— Арина! — снова слышу своё имя, и тут же чувствую, как на моём локте сжимаются пальцы. От неожиданности вздрагиваю и резко поворачиваюсь. Передо мной стоит Вика. — Ты пришла, а я переживала, что ты не захочешь разговаривать, — быстро говорит она, нервно оглядываясь.

— А... что? — только сейчас до меня доходит, что сегодня среда и что Вика хотела встретиться. Господи, у меня совершенно это из головы вылетело. — Если честно, мне сейчас совсем не до тебя, — говорю уставшим голосом и пытаюсь пойти дальше, но Вика крепко держит меня за руку.

— Арин, это очень серьёзно, правда. Пошли со мной, прошу, — она настойчиво тянет меня за здание университета, и сердце начинает тревожно стучать в груди. Если честно, то последние дни я чувствую упадок сил. И то, что я не ела, также даёт о себе знать. Я чисто физически не могу вырваться из хватки бывшей подруги. А Вика уверенно меня тянет за собой.

Громко вздыхаю, когда мы за университетом оказываемся. Не сразу замечаю, что в нескольких шагах от нас стоит женщина.

— Вик, честно, я...

Но тут я забываю всё, что хотела сказать. Потому что эта женщина разворачивается. И тут по телу проходит ледяной озноб, и руки невольно начинают дрожать. Это же она! Та самая женщина. Та, что тогда в ресторане пыталась предупредить меня об опасности. Я на месте застываю. Ноги как будто в землю врастают.

— Что происходит, Вика? — спрашиваю почти шёпотом. И с этой женщины взгляд не свожу.

— Просто послушай её, Арин, — тихо, но настойчиво просит Вика, нервно кусая губу.

— Что за бред?! Сюда сейчас придёт охрана. Вам нужны эти проблемы?! - Я хочу сорваться и убежать, но ноги не слушаются. Я в полнейшем шоке от всего происходящего.

— Ты совершенно не представляешь, с кем связалась, девочка, — произносит эта женщина с напряжением. Её слова раздражают, как и она сама. Как и эта дурацкая ситуация.

— Я не хочу ничего от вас слышать, — отвечаю резко, пытаясь развернуться и уйти, но она хватает меня за запястье останавливая.

— Ты должна меня выслушать! — произносит она с давлением, глаза сверлят меня насквозь. — Я знаю его намного лучше тебя! Я была рядом с ним, когда погиб Карим. Я была там, и поверь, то, что случилось потом, не пожелаешь даже врагу.

Я стараюсь вырваться, но женщина держит крепко, почти до боли. Меня пронзают её слова про Карима. Но я понимаю, что это такой манёвр. Выдать личную информацию для большего доверия.

— Мне это не нужно! — тут же выдаю в ответ, оборачиваюсь на Вику. — Отпустите меня!

— Арина, пожалуйста, выслушай! — вмешивается Вика, подходя ближе и нервно оглядываясь. — Ты помнишь мою реакцию, когда я узнала, что ты с Шахиным? Я не просто так испугалась! Я знала про него слишком много ещё до того, как вы познакомились. Она… — Вика кивает на женщину, — говорит правду. Её жизнь уже сломана. Твоя может стать следующей. Вспомни, как Каид мне угрожал и закрывал рот каждый раз. Не хотел, чтобы я сболтнула лишнее.

— Я ничего не понимаю… — шепчу. Чувствую, как холодеют руки и подкашиваются ноги.

— Когда я узнала, что беременна от Каида, я думала, что это наш единственный шанс. Я надеялась, что ребёнок сможет вернуть его к жизни, вытащить из того кошмара, в который он погрузился после смерти брата, — эта женщина начинает говорить, а у меня внутри всё леденеет. Её голос срывается, но она тут же собирается и продолжает холодно, — но это была моя самая страшная ошибка.

Сердце стучит в груди настолько быстро и громко, что я едва слышу её слова. Я до сих пор не могу принять смысл этих слов. Что значит была беременна?

— Что вы говорите? О чём вы вообще говорите? — произношу тихо, с ужасом.

— Он не просто не обрадовался. Каид силой притащил меня в клинику, положил на стол и приказал врачам вырезать из меня ЭТО. — Она говорит резко, подчёркивая это жестокое слово, словно оно причиняет ей физическую боль. — Он назвал нашего ребёнка именно так — ЭТО. Срок был большой... Операция прошла неудачно. Мне удалили матку, я больше не смогу иметь детей.

Меня начинает трясти, всё тело покрывается липким потом. Я пытаюсь вдохнуть, но воздух словно заканчивается. Перед глазами всё расплывается.

— Нет… — шепчу едва слышно, — это неправда. Каид не такой, он бы никогда…

Женщина отпускает моё запястье и делает шаг назад. В её глазах уже не гнев, только бесконечная усталость и боль.

— Подумай очень хорошо, Арина, пока ещё есть время. Подумай, стоит ли он того, чтобы повторить мой путь. Потому что назад дороги не будет.

Вика подходит ближе, но я отшатываюсь от неё, глядя в сторону, не в силах поверить в услышанное.

— Арин, пожалуйста, — тихо произносит Вика, — это не игры. Ты должна ей поверить. Я сама не хотела сначала, но она всё доказала…

— Хватит! — резко обрываю её. — Хватит, я не хочу больше ничего слышать. Думаете, что я во всё просто так поверю?! Что после всего вы спокойно сидели в том ресторане и не боялись, что Каид вас узнает?!

Она резко делает шаг ко мне. А после убирает волосы так, чтобы я заметила белёсые шрамы у неё на лице, у самого роста волос.

— Это следы пластической операции. Такова цена свободы. Подумай, готова ли ты на подобное.

Я всё ещё стою здесь. Пялюсь на шрамы. Пытаюсь восстановить дыхание. Пытаясь прийти в себя после услышанного.

Женщина смотрит на меня изучающе, как будто пытается понять мою реакцию. Наконец она делает глубокий вдох и говорит:

— Я понимаю, тебе тяжело это принять. Но у меня есть доказательства. Сейчас покажу.

Она лезет в свою сумочку, но я почти не замечаю её движений. В ушах внезапно начинает шуметь. Запах, резкий и удушающий, вдруг заполняет мои лёгкие, заставляя меня невольно закашляться.

— Что это за запах? — бормочу, прикрывая рот рукой. В голове начинает невыносимо стучать, а в висках словно сжимает стальными тисками.

— Арина? Что с тобой? — голос Вики звучит встревоженно, но отдалённо. Как будто эхо.

Меня начинает резко тошнить. Ноги слабеют, и я чувствую, как теряю равновесие. Мир перед глазами плыть начинает. Только благодаря тому, что Вика вовремя подхватывает меня под локоть, я не падаю на землю.

— Ей плохо, нужно срочно вызвать скорую! — растерянно вскрикивает Вика, пытаясь удержать меня.

— Охрану... позовите охрану, — слабо шепчу, едва шевеля губами, чувствуя, как к горлу подступает новая волна тошноты.

Я слышу снова голос этой женщины:

— Скорую неизвестно сколько ждать, а ей плохо уже сейчас. Моя машина прямо за забором, я быстро отвезу её. Здесь рядом есть хорошая клиника, буквально в пяти минутах отсюда. Нужно срочно ехать!

Вика колеблется всего секунду, затем решительно кивает, и они начинают вести меня к машине.

Ноги заплетаются, я с трудом переставляю их. Что-то внутри меня пытается сопротивляться, кричать, протестовать, но тело абсолютно не слушается.

Последнее, что я успеваю понять, это то, что меня аккуратно усаживают в машину и дверь с глухим стуком захлопывается.