Мать и сын

– Я всегда здесь была. Просто ты меня не видел.

Рэйес недовольно поджал губы и явно хотел сказать матери парочку крайне неприятных слов, но я не позволила ему это сделать, мягко положив ладонь на плечо и слегка сжав, заставив переключить внимание на себя.

– Прошу, не нужно делать поспешных выводов, – я проникновенно заглянула ему в глаза. – Позволь ей объясниться.

– Ты не выглядишь удивлённой, – Рэйес внимательно разглядывал моё лицо. – Ты знала, что она здесь?

– Да. Впервые я увидела её рядом с тобой в ту ночь в Таверне, когда ты столь галантно уступил мне кровать, а сам улёгся на полу.

В глазах Рэйеса читалось раздражение.

– Мне не о чем разговаривать с женщиной, не желавшей моего появления на свет.

– Я была юна и глупа, – заявила Асэлэт, с тоской глядя на сына. – Мы с Матэмом были в бегах, у нас за душой не было ни единого медяка. А я так хотела, чтобы мои дети росли в достатке и у них было всё, чего не было у меня. – Она тяжело вздохнула. – В конечном итоге, ты стал принцем. Но нам всем пришлось заплатить за это непомерную цену.

Внезапно меня осенило. А ведь если Асэлэт всё это время была рядом с сыном, то точно должна была заметить, что с её братом что-то не так.

– Асэлэт, – прежде чем женщина продолжила, встряла я. – У меня есть к вам важный вопрос, от ответа на который зависит очень многое.

– Ты хочешь узнать, не одержим ли мой брат демоном и не влияет ли он на Рэйеса? – понятливо уточнила та, и её губы искривились в печальной улыбке. – Всё несколько сложней, чем думает Лугус. И всё же он в своих подозрениях недалёк от истины.

– О чём вы говорите? – Рэйес с подозрением взглянул сначала на меня, а затем на мать. – Какой ещё демон? И причём здесь Лугус?

– Королевский целитель до твоего прихода старательно пытался убедить Эвелину в том, что Матэм – это демон, а ты находишься под его влиянием, – услужливо пояснила Асэлэт. – И даже вручил твоей супруге крайне занимательный флакон с зельем, которое якобы должно погрузить тебя в беспробудный сон.

Я стойко выдержала цепкий взгляд Рэйеса, который он направил на меня, стоило ему услышать о зелье.

– Это правда? – требовательно спросил принц.

– Да, это правда, – не стала юлить я. – Но я не собиралась его использовать.

«Во всяком случае, до тех пор, пока точно не удостоверюсь, что это именно сонное зелье, и что ты действительно находишься под влиянием демона», – мысленно добавила я.

– Лугус – хитрый лис, которому не стоит безоговорочно доверять, – заметила Асэлэт. – Да, он предан королевской семье. Только вот ты, сын мой, впрочем, как и Матэм, в его глазах лишь узурпаторы, достойные лишь презрения и смерти.

– Мне плевать на мнение старика, – пренебрежительно бросил Рэйес. – Он хороший целитель, лучший в королевстве. Но если он будет лезть туда, куда его не просят, моя рука не дрогнет.

Я внутренне содрогнулась от стальных ноток, прозвучавших в его голосе, но постаралась скрыть, насколько мне неприятны все эти намёки на казни и прочую жестокость.

– Асэлэт, – позвала я призрака. – Вы расскажете нам, что на самом деле происходит? Вы ведь знаете?

– Да, я знаю, – с тяжким вздохом подтвердила она. – Но тебе, девочка, мой рассказ точно не понравится.

– Неважно, понравится или нет. Я хочу знать правду.

«Иначе как я помогу Рэйесу, если не буду знать, с чем имею дело?»

Эти слова не были озвучены, однако, судя по понятливому и немного печальному взгляду женщины, она уловила то, что осталось не сказано.

– Моим словам ни один из вас не поверит, – с сожалением проговорила она. – Однако, быть может, поверите воспоминаниям?

Прежде чем я или Рэйес успели хоть что-то сказать, мир вокруг погрузился во тьму.