Приворот

– Бред, – негодующе заявил Рэйес, наградив мать неприязненным взглядом. – Матэм – единственный сын Нормана и наследник княжеского титула. Именно под знамёнами Милфордов мы штурмовали королевский замок. А всё это, – он обвёл руками пространство вокруг, – лишь иллюзия. Не знаю, для чего тебе нужно очернять моего отца и притворяться моей матерью… возможно, это такая изощрённая месть. В любом случае, я не верю ни единому твоему слову.

– Твоё право, – спокойно отреагировал на это Асэлэт, а затем посмотрела на меня. – А ты? Ты мне тоже не веришь?

– Верю.

– Эвелина! – возмущённо воскликнул Рэйес. – Как ты можешь?

– Уже тот факт, что её призрак крутится вокруг тебя, говорит о многом, – попыталась объяснить я свою позицию. – Если ты не её убийца, значит, кровный родственник, причём очень близкий. Но ты сам только что сказал, что наследник у князя Милфорда лишь один – Матэм. А значит остаётся два варианта: либо ты чего-то не знаешь о любовных подвигах своего деда, либо Асэлэт всё же твоя мать.

Рэйес нахмурился, обдумывая мои слова. Я же вернула своё внимание к Матэму и князю, всё это время молча стоявших и сверливших друг друга убийственными взглядами.

– Мой сын мёртв из-за твоей шлюхи-сестры, – холодно бросил Норман. – Её приворотное зелье свело его в могилу.

– Его в могилу свели вы! – моментально ощетинился Матэм. – Или хотите сказать, что, дожив до седин, не знали, что человек, находящийся под действием приворотного зелья, нуждается в постоянном присутствии объекта своей привязки и если их разучить на долгое время, приворожённый в буквальном смысле умрёт от тоски?

– Не смей говорить со мной в таком тоне, жалкий щенок! – злобно закричал Норман и отвесил Матэму звонкую пощёчину. – Либо ты отдашь мне внука сам, либо я заберу его у тебя силой.

После чего круто развернулся и ушёл, оставив Матэма одного.

– Вы, правда, приворожили Тирнана? – спросила я у Асэлэт.

– Да. Я работала у князя в доме служанкой, а Тирнан был весьма ветреным мужчиной и волочился за каждой юбкой. Я решила воспользоваться этой его слабостью и опоила зельем, чтобы он потерял голову от любви и женился на мне. Только вот князь узнал о нашей связи и попытался меня убить. И даже мои слова о том, что я ношу под сердцем его внука, не уняли его гнев. В итоге мне удалось избежать смерти лишь чудом – спасибо брату, вовремя пришедшему мне на помощь, и Атэнэйс, приютившей нас в Долине цветов.

– А Тирнан, значит, умер… – пробормотала я, обдумывая ситуацию. – Если он умер из-за вашего приворота, Магия должна была наказать вас.

– Она и наказала, – на лице Асэлэт отразилась печаль. – Я умерла во время родов и даже не успела дать имя сыну – Рэйесом его нарёк Матэм.

– И Атэнэйс ничего не смогла сделать? – удивилась я.

Мне наставница казалась чуть ли не всесильной колдуньей. И уж не спасти роженицу… это было, мягко говоря, странно.

– Она и сделала: дала мне медальон с орхидеей и превратила в цветочную деву. Новоприобретённых сил мне как раз хватило, чтобы остаться рядом с сыном и братом, пусть и лишь в виде бесплотного духа.

– Допустим, всё это правда, – заговорил Рэйес, всем своим видом показывая, что ничуть не верит словам женщины. – Как же так получилось, что Норман признал Матэма своим сыном? И почему ни я, ни Эвелина не знали, что Матэм служил при дворе её отца?