Разногласия

Ужинали мы с Рэйесом в полной тишине. Мой супруг с отрешённым видом вяло копошился в тарелке с тушёными овощами, будучи полностью погружён в свои мысли. Я благоразумно предпочла его не отвлекать, хотя и чувствовала себя несколько неуютно в этой гнетущей тишине.

– Что ты думаешь насчёт того, чтобы перед визитом к Матэму заглянуть к герцогу Лейда? – внезапно спросил Рэйес, заставив меня непроизвольно вздрогнуть.

– Хейдар – человек чести. Он присягнул на верность моему отцу и никогда не пойдёт за тобой пусть даже и против Матэма. И поведение Эйтора это только подтверждает.

Рэйес хмыкнул и, отложив в сторону столовые приборы, поставил локти на стол, положил подбородок на сложенные вместе ладони и устремил на меня пристальный взгляд.

– Ты – единственная наследница своего отца, – напомнил он мне. – Быть может, Хейдар и его взбалмошный сыночек пойдут за тобой?

– Хочешь под прикрытием моего имени созвать под свои знамёна лояльных моей семье рыцарей? – в свою очередь спросила я.

– Хочу.

Ну, хотя бы на этот раз не стал лукавить и хитрить – уже хорошо.

– Мне казалось, при заключении брака жена входит в семью мужа, а не наоборот, – прохладно заметила я. – Хочешь занять трон – дело твоё. Но не смей прикрываться моим именем.

Я ожидала вспышки гнева, однако Рэйес лишь коротко кивнул, показывая, что принял к сведению мои слова, и вернулся к прерванной трапезе.

– Ты не будешь пытаться меня переубедить? – осторожно уточнила я.

– Нет, – последовал лаконичный ответ.

Меня такой ответ совершенно не устраивал, поскольку не давал понять, что именно творится в голове моего супруга.

– Почему? – продолжила допытываться я.

– Потому что не хочу снова ссориться с тобой, – уголки губ Рэйеса приподнялись в намёке на улыбку. – Ты со мной – пока этого достаточно. Надеюсь, однажды ты перестанешь с опаской и недоверием смотреть на меня и безоговорочно примешь мою сторону. Сейчас же я готов довольствоваться тем, что ты не гонишь меня и хотя бы создаёшь видимость того, что смирилась с нашим браком.

«Неужели наш брак настолько важен для него, что он готов терпеть откровенное неповиновение с моей стороны?»

Мне почему-то верилось в это с трудом.

– Что ты собираешься делать с Эйтором и его людьми? – задала я следующий волнующий меня вопрос.

– Обменяю их на клятву верности герцога Лейда, – с кривой усмешкой сообщил Рэйес. – Уверен, каким бы гордым и преданным почившему королю Хейдар ни был, он не станет рисковать жизнью единственного сына.

Я недовольно поджала губы, ощущая терпкую горечь, разлившуюся в груди после его слов.

На что я вообще рассчитывала? Что Рэйес проявит благородство и милосердие? Наивная дурочка. Чёрному принцу не знакомы такие слова.

– А ты бы что сделала на моём месте?

Я растеряно моргнула и с недоумением уставилась на Рэйеса.

Что бы сделала я на его месте?..

– Проявила бы милосердие, отпустив.

Рэйес откинулся на спинку стула и смерил меня снисходительным взглядом.

– Щадить преступников – признак слабости, а не благородства, – заметил он. – Эйтор организовал покушение на мою жизнь, если ты не забыла. И чуть не убил тебя. Разве подобное поведение не заслуживает строгого наказания?

– Его поведение – лишь ответ на ваши с Матэмом действия. Если бы вы не узурпировали трон, Эйтору и в голову не пришло бы на тебя нападать.

– Удобная позиция, – хмыкнул Рэйес. – То есть если я или мой отец совершаем преступление или подлость – мы злодеи и заслуживаем кары. А если это делает кто-то, кто тебе нравится, значит, он лишь жертва обстоятельств и заслуживает милосердия и прощения. Не кажется ли тебе, Эвелина, это чистой воды лицемерием?

Я не нашлась, что на это ответить. Рэйес же, взвинченный нашим разговором, резко отодвинул стул, поднялся из-за стола и стремительно покинул шатёр, оставив меня одну.

«Вот и поговорили, – тяжело вздохнув, обречённо подумала я. – И что теперь дальше делать?»