Шаг навстречу

Рэйес отсутствовал около часа, и я вся извелась, пока ждала его возвращения. Меня мучили опасения, что в порыве гнева принц может разделаться с пленниками.

В конце концов, для обмена с герцогом нужен только Эйтор. От остальных же вполне можно и избавиться.

Однако все мои тревоги развеялись, стоило Рэйесу вернуться в шатёр, держа в руках пышный букет ночных лилий, чьи полупрозрачные лепестки слабо светились в полумраке шатра.

– Вот, это тебе, – Рэйес подошёл ко мне и протянул букет, который я с готовностью приняла, при этом не спуская пристального взгляда с лица супруга. – Так сказать в знак примирения.

– В знак примирения, но не в качестве извинений? – уточнила я, ощущая какое-то странное щемящее чувство в груди, название которому я никак не могла подобрать.

– Я не считаю себя неправым, – твёрдо заявил Рэйес. – Но признаю за тобой право иметь мнение, отличное от моего.

Это было приятно слышать.

– Спасибо, – улыбнувшись, искренне поблагодарила я его. – Я ценю это.

– Ты ответишь мне тем же?

Это был коварный вопрос. Потому что, с одной стороны, мне бы очень хотелось ответить взаимностью. Но, с другой стороны, многое, что говорил Рэйес, было мне не просто чуждо, оно вызывало во мне отторжение.

– Я ненавижу насилие, – честно сказала я. – Кровь, крики боли и страха, смерть… Всё это меня пугает. И когда ты спокойно говоришь о наказаниях и казнях, мне становится жутко.

– Ни один король не правит бескровно, – заметил Рэйес, прямо глядя мне в глаза. – Но я могу пообещать тебе, что не стану лить кровь напрасно и буду справедливым правителем.

«Справедливым, но не милосердным», – отметила я про себя. Печальная игра слов, если так подумать.

– Хорошо, – тихо проговорила я и выдавила из себя слабую улыбку. – Я запомню твои слова.

Рэйес осторожно взял меня за руку и нежно коснулся губами костяшек пальцев, отчего моё сердце предательски пропустило удар.

– Уже поздно, – сдавлено заметила я, осторожно высвобождая свою ладонь из его пальцев. – Думаю, нам стоит лечь спать.

– Разумеется, – покладисто согласился Рэйес. – Я прикажу слугам принести вазу с водой для цветов. А ты пока ложись, я подойду чуть позже.

Мой взгляд тут же метнулся в сторону широкой кровати, и я ощутила, как предательский румянец заливает щёки.

– Мой супруг желает разделить со мной ложе? – дрогнувшим голосом спросила я, смущённо отведя взгляд.

Рэйес протянул руку, осторожно положил ладонь мне на щёку и развернул лицо к себе, вынуждая меня посмотреть ему в глаза.

– Если ты позволишь мне лечь с тобой, я почту эту за честь, – совершенно серьёзно заявил он. – Мы будем просто спать. Я знаю, что ты не готова разделить со мной ложе, как с супругом, и не прикоснусь к тебе, пока ты сама этого не пожелаешь. Но если тебе неприятна сама мысль,  что я буду лежать с тобой в одной постели, я прикажу слугам принести матрас и лягу отдельно.

Я покачала головой.

– Негоже принцу спать на холодной земле, – заявила я, внутренне обмирая от собственной смелости. – Кровать достаточно большая для нас двоих.