Глава 20

Оставаться в разбитой мельнице уже не было никакого смысла. Кассиан, собрав остатки своих сил и магии перенёс нас в безопасное место. Перемещение через портал вытрясло душу нам обоим. Словно меня пережевал и выплюнул тролль, у которого серьёзные проблемы с пищеварением, а потом ещё и потоптался сверху для верности. Мы рухнули на пол зала, звон доспехов ударил по ушам, я замерла, пытаясь отдышаться и понять, где у меня руки, а где ноги.

Кассиан не стоял в позе победителя. Никакого плаща из тьмы, который обычно развевался даже без ветра, и пугающего огня в глазах и в помине не было. Сейчас передо мной на полу пытался прийти в себя уставший мужчина. Он опирался руками о камень, а его плечи тяжело вздымались при каждом вдохе.

Я бросилась к нему.

– Стой! – он резко выставил руку.

От него веяло холодом так, что у меня зуб на зуб не попадал. Мороз пробирал до самых костей, словно я нырнула в прорубь посреди зимы.

– Дай мне минуту, – хрипло выдавил некромант.

Он опирался руками о камень, его голос звучал так, будто он с титаническими усилиями выдавливал из себя каждое слово.

Мне тоже нужна была минута. И чашка горячего отвара с успокоительным зельем, желательно целое ведро. Я развернулась и побрела в сторону оранжереи. Мне срочно нужен был воздух, иначе я без сил упаду прям тут, на холодный пол, и никакая магия Жизни не поможет.

Я распахнула двери оранжереи и застыла в шоке.

Даже в замке мрачного мага смерти благоухали цветы и пряные травы, но сейчас тут воняло склепом. Клумбы, которые недавно бодро пытались откусить мне лодыжку, теперь напоминали гнилую капусту. Их стебли почернели и обвисли, а слизь и тлен покрывали всё вокруг. Казалось, сама смерть решила попросится на ночлег.

До меня начало доходить, к сожалению, медленно, но уверенно, что это не отголоски магии Кассиана. Магия Жизни угасала повсюду. В каждом уголке мира природа готовилась умереть.

В голове крутились гадкие мысли, от которых невозможно было сбежать. Моя прошлая жизнь, нелепая смерть в день развода, отчаянное желание чуда и перемен перед темнотой. Всё это не спроста и как бы горько мне не было, но я осознавала, что жизнь не просто так выдернул меня сюда. Я не случайная прохожая. Я ключ спасения для мира, который отчаянно задыхается в агонии.

Прежняя Лика, которая плакала из-за мужа и раздела имущества, умерла прямо здесь, среди этих гниющих лиан и вонючей слизи. Осталась новая я, готовая действовать и брать всё в свои руки. Слёзы кончились, пара подумать о мести судьбе.

Сзади раздались шаги, Кассиан стоял в дверях. Бледный и с глубокими кругами под глазами. Он выглядел так, словно сам только что восстал из мёртвых.

– Грядёт коронация, Лика, – глухо сказал он.

Он смотрел на мёртвые цветы.

– И что? Будем выбирать наряды? – я попыталась выдать шутку.

Голос предательски дрогнул. Шутка вышла так себе.

– Договор династии требует платы, – проигнорировал юмор некромант. – Чтобы правитель сел на трон, пробуждается Королевский Падальщик, это тварь из смерти. При смене власти она пожирает силу тысяч людей. Тот самый мор, что приходит в долину, и с каждым разом она забирает всё больше жизней. Аппетит у неё отменный.

Я сглотнула подступивший ком в горле.

– И ты пойдёшь её убивать. Как рыцарь из сказок, размахивая мечом направо и налево.

– Её нельзя убить, – Кассиан усмехнулся.

В усмешке было столько горечи, что у меня защемило сердце.

– Некромантия бессильна против того, что само является концом. Выход только один. Живая приманка. Я приму удар в себя, вберу тварь в плоть и стану саркофагом.

– Но это убьёт тебя! – закричала я.

Я сделала шаг к нему.

– Да, но это спасёт долину.

Я посмотрела ему прямо в глаза, этот мужчина собирался пожертвовать собой ради людей, тех людей, которые плюют через плечо при встрече с ним и проклинают его имя на каждом углу.

– Я иду с тобой, – твёрдо сказала я. – Моя магия поможет. Я маг Жизни, забыл? Мы с тобой связаны, я не хочу, чтобы провалился во тьму, – сама того не понимая, я произнесла эти слова, без злобы и обид.

– Твоя магия там будет как закуска для Падальщика, – отрезал Кассиан. – Ты останешься здесь.

– Вот уж нет! Я не для того тащилась через болота и кормила собой местных комаров, чтобы ты сейчас помер! Я спасла тебя от приступов не для того, чтобы отдать на съедение какому-то Падальщику!

– Лика, это не обсуждается, – его голос стал ледяным.

– Ещё как обсуждается! Ты эгоист, Кассиан. Решил сыграть в мученика и оставить меня тут на веки вечные быть одной? С этими вонючими растениями? Я тебе не буду сидеть на пороге и ждать!

Между нами из-под пола взметнулась стена, словно магический барьер, сотканный из вязкого тумана.

Я бросилась вперёд и ударила кулаками по преграде. Пальцы тут же обожгло холодом.

– Эй! Открой немедленно! – завопила я.

Я пнула барьер ногой, и она тут же отозвалась резкой болью.

– Замок не выпустит тебя до моего возвращения, – глухо донеслось с той стороны. – Или до моей смерти. Прощай, Лика.

– Вернись, герой недоделанный! – крикнула я в пустоту.

Он развернулся и ушёл. Двери захлопнулись со звоном, и я осталась одна.

Огромный замок, который раньше казался мне мрачным, теперь давил пустотой. Я бродила по коридорам, касалась рукой стен, а тишина сводила меня с ума. Каждый зал кричал об отсутствии хозяина, обещая свести меня от одиночества.

Я поймала себя на мысли, что прислушиваюсь. Ждала, не раздастся ли где-то шутка Вейна, и не послышатся ли шаги Кассиана. Мне безумно не хватало их обоих. Я сидела на ступеньках у запертой двери и до меня дошло. Я полюбила его. Не слепого наёмника-засранца и не мага Смерти по отдельности, ведь по своей сути они были сущностями одного и того же человека. Я полюбила именно его, того, кто лечил мои стёртые ноги мазью на привале и того, кто рискнул быть со мной уязвимым и пойти в город, став саркофагом для тьмы.

Он решил умереть ради всех этих неблагодарных людей. А я не позволю ему умереть ради меня. Скупая слеза покатилась по щеке, заставляя меня принять опасное, но верное решение.

Я вскочила на ноги, вытерла слёзы рукавом рубашки. Хватит ныть, пора брать дело в свои руки.

Я подошла к тайному выходу из замка, здесь барьер поддерживала не только магия. Тут росли заросли лозы, Кассиан вырастил их века назад для защиты. Обычно через такое прорубаются секирой. Или сжигают магическим огнём.

Я опустилась на колени прямо перед шипастым клубком.

– Привет, – тихо сказала я.

Я приложила ладонь к стеблю, растение вздрогнуло. Зашипело и выпустило странную слизь.

– Фу, ну и мерзость, – поморщилась я. – Придётся вытирать руки, но мы с вами сейчас договоримся.

Я не стала давить силой, а просто попросила, обратившись к ауре растения, поток магии мягко обволакивал колючки. Я не приказывала, как это делал некромант, а просто пустила по стеблю каплю своего тепла.

– Я знаю, он велел вам меня не пускать, – прошептала я. – И я чувствую боль ваших отмирающих корней, но он умрёт, если вы меня остановите. А я единственная, кто может его спасти. Пожалуйста, пропустите меня. А я потом полью вас кровью культистов, обещаю, вам понравится. Я даже выберу тех, кто пожирнее.

Лианы задрожали. Корни, которые подчинялись магу Смерти столетиями, сделали свой выбор. Растения потянулись к моему теплу и с шорохом шипы втянулись. Толстые стебли раздвинулись в стороны, открылась решётка и ход на задний двор.

Я благодарно погладила ближайший листок. Поднявшись, я достала из кармана Цветок Некроманта. В моей руке он вспыхнул светом, и начал пульсировать, словно компас, указывая направление. Где-то там Кассиан готовился шагнуть в бездну.

Был ли у меня чёткий план? Нет. Это было чистой воды самоубийство.

Я поправила походный плащ и покрепче перехватила артефакт.

– Ну держись, Вейн, – пробормотала я. – Или Кассиан. Кто из вас там сейчас главный. Я иду спасать ваши жизни. Пусть все силы, что сейчас есть во мне, помогут нам всем.

И шагнула в темноту тайного хода.

Тайный ход вывел меня на поверхность. Я упала на колени и сильно ободрала ладони о сухую землю. Откашлялась от вековой пыли, которая забилась в горло. Подняла голову и увидела, что снаружи всё гораздо хуже, чем я ожидала.

Сказка окончательно закончилась и начался настоящий конец света.

Небо затянуло свинцовой пеленой, а солнца не было видно вообще. Едкий трупный запах забивался в ноздри, вызывая приступы тошноты, и на языке осел мерзкий горький привкус. Я сплюнула на землю, но это ничуть не помогло.

Я кряхтя встала и отряхнула подол дорожного плаща. Огляделась по сторонам. Лес умирал прямо на моих глазах. Огромные деревья теперь просто осыпались. С них падал мелкий серый пепел. Ветки с громким треском ломались под собственной тяжестью и летели на дорогу. Они рассыпались в пыль ещё до того, как успевали коснуться земли. Листья стремительно чернели, скручивались в трубочки и опадали. Всё это происходило с тихим пугающим звуком, от которого мороз пробирал по коже.

В долину пришёл Мор. Тот самый ужас, о котором говорил Кассиан.

Королевский Падальщик проснулся после долгой спячки. Его безмерный аппетит уже расползался от столицы по всей долине. Я поёжилась и посильнее закуталась в плащ. Тьма ощутимо давила на плечи и тянула из меня силы, видимо она пыталась прорвать мою природную ауру Жизни. Ведь я для неё являлось ядом.

– Отличный план, Лика, – пробормотала я себе под нос, шагая по дороге. Голос звучал хрипло. – Бросить безопасный замок с толстыми стенами. Пойти пешком в эпицентр заразы, не зная, что и как делать. И всё ради того, чтобы спасти упрямца, который сам тебя запер.

Я пнула попавшийся под ноги камешек, и он моментально рассыпался в труху.

– В прошлой жизни я терпела мужа-скуфа, – продолжала я ворчать, чтобы не сойти с ума от страха. – А в этой бегу спасать некроманта-самоубийцу. Моя приёмная матушка из этого мира точно бы грохнулась в обморок. Нормальные девицы сидят дома и вышивают крестиком, а я лезу в пасть к древнему злу.

Я упорно шла вперёд, стараясь смотреть только под ноги, чтобы не видеть мёртвые деревья. До столицы было далеко, ноги уже гудели от усталости, а новые сапоги снова начали натирать пятки.

Вдруг на обочине что-то тихо пискнуло. Звук был жалким и надломленным, он едва различался за шорохом лесного пепла.

Я резко остановилась. Внутренний голос истерично кричал: «Иди дальше! У тебя нет времени! Кассиан сейчас станет сосудом для монстра!». Но ноги почему-то сами свернули к обочине.

В кучке дорожной пыли копошилось нечто, это было создание размером не больше домашнего котёнка. У него было полупрозрачное тельце, слабые лапки и стремительно угасающие глазки. Малыш был Лесным духом и сейчас он умирал в агонии. Тьма безжалостно разъедала его шкурку. На ней то и дело появлялись чёрные дымящиеся язвы.

Дух заскулил и зажмурился, свернулся клубочком и покорно приготовился стать горсткой пепла.

Я тяжело вздохнула.

– Ну вот куда я лезу? – спросила я пустоту. – У меня же резерв не бесконечный.

Но я не могла уйти. Просто физически не могла перешагнуть через живое существо, которому больно. Мой Дар бунтовал против смерти.

Я опустилась прямо в дорожную пыль, поспешно стянула перчатки и отбросила их в сторону. Осторожно подхватила духа в ладони. Он был холодным и лёгким, словно лебяжий пух.

– Иди ко мне, мелочь, – тихо сказала я.

Я закрыла глаза и потянулась к внутреннему источнику, к тому тёплому огоньку, который лечил жуткие откаты Кассиана. Магия Жизни отозвалась неохотно, тьма вокруг давила слишком сильно и глушила свет. Но я упрямо стиснула зубы и заставила энергию течь по венам, которая горячим потоком устремилась к кончикам пальцев.

Мои ладони засветились мягким зеленоватым светом.

Дух вздрогнул и судорожно вдохнул моё тепло. Чёрные язвы на его шкурке начали медленно затягиваться. Но вместе с этим я почувствовала, как слабею сама. Силы стремительно утекали, а перед глазами заплясали чёрные точки.

Чтобы не свалиться в обморок прямо на дороге, я начала говорить вслух. Просто чтобы слышать собственный голос в этой давящей тишине.

– Знаешь, я ведь не просила меня сюда переносить, – пожаловалась я духу. Погладила его большим пальцем по голове. – Я искренне хотела чуда, как в сказках. Красивые платья, принц на белом коне, огромный замок, сундуки с золотом. А что получила? Плотоядные клумбы, грязные болота и угрозу смерти. Ещё и пешком иду, как беглая крестьянка!

Дух завозился в ладонях, он устраивался поудобнее и подставлял спинку. Свечение становилось ярче, разгоняя мрак вокруг нас.

– А мужики здесь – это отдельная песня, – продолжала я изливать душу. На глаза наворачивались злые слёзы. – Что в моём родном мире, что в этом. Все одинаковые! Сначала привязывают к себе, заботятся, лечат стёртые ноги, шутят у костра. Заставляют поверить, что ты им нужна. Показывают свои слабости, а потом бросают! «Я должен спасти этот проклятый мир, Лика. Прощай, я запру тебя в холодной башне ради твоего блага!». Невыносимые идиоты с комплексом героя. Хоть бы спросил, какое благо мне нужно.

Я громко шмыгнула носом, дух открыл глаза, они больше не были тусклыми и светились ярким зелёным светом, напоминая молодую листву. Малыш смотрел на меня так внимательно, словно понимал каждое слово.

– Он даже не спросил, чего хочу я, – мой голос предательски дрогнул. – Взял и решил умереть. Гордый маг смерти! А я не хочу, чтобы он умирал. Понимаешь, малыш? Не хочу. Он бесит меня до скрипа в зубах. Его вечный сарказм, и мрачный вид, его дурацкие игры с переодеванием в наёмника Вейна. Заставил меня поверить простому парню с повязкой на глазах, а сам оказался могущественным некромантом. Но я дышать без него не могу. Вот она сила цветка, работает сильнее приворотное зелье.

В этом крошечном существе я вдруг увидела саму себя. Такая же искра жизни, заброшенная в чужой мёртвый мир. Мы оба изо всех сил пытались выжить там, где всё хотело нас убить.

Дух звонко пискнул. Он смело выпрямился на моих ладонях, а его тельце стало плотным и налилось дикой природной силой. Тьма испуганно отступила от него. Он боднул мою руку головой, словно ласковый котёнок, а затем оттолкнулся лапками. Взмыл высоко в воздух и быстро растворился среди мёртвых деревьев. После него остался только лёгкий запах хвои.

Я искренне улыбнулась. А на душе стало чуточку легче. Терапия разговором сработала на отлично. Я спасла его, а он молча выслушал моё нытьё.

– Ладно. Пора в путь, – решительно сказала я и поднялась на ноги.

До окраин столицы я добралась, когда небо окончательно почернело.

Я осторожно спряталась за камнем на обочине тракта. Впереди, сквозь клочья серого тумана, виднелись высокие шпили города. Но войти туда через ворота было невозможно.

Дорогу преграждали магические кордоны. Фанатики из Культа Королевской Крови постарались на славу. Я не видела печатей обычным зрением, но моё чутьё буквально вопило от животного ужаса. Воздух впереди был густо усеян невидимыми магическими нитями. Наступишь, и от тебя пепла не останется. Никакой боевой маг здесь бы не прошёл. Грубая сила только активировала бы ловушки.

Неподалёку от ворот у чахлого костра стояли двое сектантов. Они кутались в одинаковые тёмные балахоны и недовольно переговаривались. Я притаилась за своим камнем и прислушалась.

– Холодно сегодня, – проворчал первый стражник. Он нервно переступил с ноги на ногу. – Эта Тьма пробирает до костей, скорей бы великий ритуал закончился. И мы все пойдём по домам.

– И не говори, брат, – поддакнул второй стражник. Его голос дрожал. – Жрец сказал, что Падальщик сожрёт жизнь в городе до рассвета. А потом мы станем правителями. Будем купаться в золоте!

– Правителями, держи карман шире, – хмыкнул первый. – Главное, чтобы нас первыми не сожрали. Я слышал, этот некромант прорвался к центральной площади. Злой, как демон! Говорят, он половину нашего элитного отряда уложил одними взмахами рук.

– А я тебе говорю, нам конец, если он сюда сунется! – запаниковал второй. – Ты вспомни, что он с нашими братьями в долине сделал. Поднял мертвецов и натравил на живых. Я как вспомню, у меня мороз по коже.

– Тише ты! Хватит жаловаться! – зашипел первый, озираясь. – Услышат жрецы, лишат языка. Наша задача сторожить барьер. Сюда всё равно никто не сунется. Тут защитной магии столько, что дракона разорвёт на кусочки.

Я прижалась спиной к холодному камню. Думай, Лика. Думай своей светлой головой.

Я не умею кидать огромные огненные шары или вызывать смерчи, как Вейн, зато у меня есть кое-что получше.

Я полезла в карман плаща и достала Цветок Некроманта.

Сам по себе он выглядел как простой сорняк, но в моих руках он становился ключом. Я крепко сжала стебель.

– Давай, дружок. Покажи мне дорогу, проведи через ловушки, – жарко прошептала я.

Я пустила в цветок ровную струйку магии Жизни, лепестки тут же вспыхнули голубоватым светом и артефакт отозвался на зов. Он жадно впитывал моё тепло, а взамен начинал резонировать с окружающей Смертью.

Цветок задрожал в руке, его свечение вытянулось прямо вперёд, словно путеводная нить в темноте. В этом призрачном свете я увидела чёрные нити магических ловушек. Они хитро переплетались и создавали почти непроходимую стену. Почти.

Я сделала первый осторожный шаг из укрытия. Цветок в руке тревожно мигнул.

– Так, сюда нельзя, смерть, – шёпотом констатировала я.

Взяла левее и свечение артефакта стало ровным и спокойным. Путь свободен.

Я шла через смертоносный кордон, как ловкая воровка в чужом богатом доме. Артефакт Смерти показывал мне слепые зоны. Там, где культисты оставили бреши, где нити заклинаний ослабли. Я плавно скользила между печатями, пригибалась и переступала через преграды. Замирала и не дышала на каждом шаге, чтобы не создать лишние колебания в пространстве.

Шаг, ещё один шаг, аккуратно обойти воронку и перешагнуть через толстый корень, который зловеще пульсировал светом. Я чувствовала, как магия смерти холодит кожу даже на расстоянии. Она тянулась ко мне, пыталась зацепить подол плаща, но свет Цветка отгонял её прочь.

Охранники у ворот продолжали болтать о своём. Они даже не соизволили посмотреть в мою сторону. Были свято уверены, что барьер убьёт любого нарушителя. Идиоты. Никогда не недооценивайте доведённую до отчаяния женщину.

Последняя нить осталась позади, и я облегчённо выдохнула. По спине тёк липкий холодный пот, а колени предательски дрожали. Если я чудом выживу, обязательно начну обучать людей мастерству скрытности. Буду брать за уроки целые мешки золота.

Я вышла на скалистый утёс, который возвышался над самим городом, открывая захватывающую панораму.

Резкий порыв ледяного ветра растрепал мои рыжие волосы. Я посмотрела вниз и нервно сглотнула подступивший ком.

Вся столица была плотно окутана чёрным маревом. Оно пульсировало, вздымалось и опадало, словно огромное гнилое сердце. Здесь был эпицентр мора. Древняя тварь уже жадно жрала жизни горожан и медленно готовилась к главной трапезе.

Там, в самом центре этого невообразимого ужаса, в одиночестве находился Кассиан. Я бережно спрятала сияющий Цветок во внутренний карман плаща, поближе к сердцу.

Страшно ли мне было? До одури. Хотелось развернуться и убежать в леса. Спрятаться под одеялом и забыть всё как дурной сон, а еще лучше, проснуться в гостях у родителей, где мама готовит завтрак, а папа прогревает мою машину. Но бежать мне было некуда, этот дивный мир теперь мой дом.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Собрала всю волю в кулак и шагнула прямо в сердце клубящейся тьмы.

– Никто не смеет забирать невинные жизни, – твёрдо произнесла я.