Глава 5. Счастье пришло, когда я поняла, что нужно чаще делать глубокие вдохи. Это успокаивает мысли и лечит нервы.

Мы раздумывали, что делать: поехать на Багамские острова или развестись. Но в конце концов решили, что Багамы – удовольствие только на две недели, а хороший развод остается на всю жизнь.

Хейвуд Вуди Аллен, американский кинорежиссёр, актёр-комик, сценарист, четырёхкратный обладатель премии «Оскар», писатель, автор многочисленных рассказов и пьес.

Внесите в это логику!

Какой, однако, замечательный девиз. Вон муж смотрит на меня с любопытством и надеждой, уже видимо предвкушая, что я щелкну пальцами и решу все задачки разом. Увы, это так не работает. Поэтому выдыхаем и не спешим разводиться или… становиться вдовой. В конце концов, это я всегда успею. Желающих убить моего мужа, как я поняла, наберется целый замок.

— Как далеко этот город, — и я кивком головы указала на возвышающиеся вдалеке башни и стяги, — находится от твоего родового замка Брейдаблик?

— Ну, если не задерживаться, к ночи доплывем. Но это еще нужно учитывать, что я гребу, помогаю магией и прошу реку поторопиться. Если бы не это, то ближе к полуночи, — ответил муж.

— Хорошо. Сколько прошло времени с тех пор, как ты очнулся в тюрьме? Со мной ты сутки, продолжила я.

— Не знаю, — пожал плечами муж. — Я не знаю, сколько провел без сознания. В тюрьме прошло примерно полдня и вся ночь.

— Ты не знаешь. То есть могло пройти дней пять? Ну, хорошо. Учитываем время на дорогу и пребывание в тюрьме. То есть, ты отсутствуешь в родовом замке Брейдаблик уже примерно неделю. Можно узнать, почему тебя не ищут? Не разослали гонцов? Не беспокоятся, что пропал наследник и старший сын? — спросила я.

— Не знаю, — нахмурился муж.

— Ты не знаешь. Отлично. Что произошло за эти семь предположительно дней? Твой отец не умер? Домочадцы все здоровы? Сестры замуж не повыходили? Братья не женились? У тебя есть ответы на эти вопросы? — снова спросила я.

— Нет, — покачал головой муж, кажется начиная понимать, куда я клоню.

— Ты собираешься заявиться в замок, и ничего этого не знать? Сразу тебе говорю, что это плохая идея. Нужно сходить туда, — я указала на город, — нужно выяснить, что и как, что люди говорят. А уже потом плыть.

— Верно, — почесал он нос.

— Дальше. На ночь глядя сваливаться в замок тоже очень плохая идея. За ночь может многое произойти. Гораздо лучше приплыть уже днем, или еще лучше утром. Вооружившись знаниями хотя бы по основным вопросам и собрав все сплетни и слухи, что есть в городе. А они там, безусловно, есть, — продолжила я.

— Верно. Мне же еще нужно о тебе позаботиться, — выдал этот «роденовский мыслитель».

— И третья немаловажная причина. Я хочу в город!

— Пожалуй, это будет самым решающим фактором, — улыбнулся он.

— Поэтому давай, греби к берегу, — кивнула я.

— Но… — он нахмурился и уставился на меня немного сердитым взглядом.

— Сейчас последует что-то эпическое! Достойное летописи, — с сарказмом закатила я глаза.

— Ты отдашь мне кошелек! Я не могу позволить тебя за меня платить в моем же собственном городе. Ты и так перешла все мыслимые границы там, у виселицы. Ты оплатила все! Свадьбу, пошлину, кольца! — опять разъярился этот «очень умный муж». — Не представляешь, как меня это бесит!

— Внесите в это логику! — заорала я в ответ. — Я что, по-твоему, должна была этого не делать?!

И снова девиз сработал. Муж успокоился и прищурился.

— Отдашь?

Я вздохнула, вынула кошелек из кармана платья и кинула ему. Он довольно ловко поймал и тут же, как ни в чем не бывало, мне широко улыбнулся. Поразительно просто. Он на диво выводит меня из себя, но в итоге оказывается так, что выгодно ему, а не мне. Нечестно это. Я пока из всей этой авантюры с мужем ничего не приобрела. Только теряю. Вот и лодка с добром уже «наша», и деньги у меня отобрали. А взамен сомнительное удовольствие быть женой этого варвара и мифический замок, на котором родовое проклятье, куча трупов и врагов, судя по всему, не счесть. Ну замечательно просто! Я не ворчу, я просто так упоительно жалуюсь на новую жизнь, полную приключений, и на свое красивое молодое тело, которое сегодня утром целовал огромный сильный мужчина.

Я довольно смотрела, как приближается берег, и как все ближе городские стены. До города было рукой подать, и я потянулась за плащом и шарфом.

— Шарф обязательно одевать? — спросил муж.

— Может, мне кольцо снять или волосы состричь? — закатила я глаза и подняла руку с кольцом-печаткой.

Муж нахмурился.

— А то я не знаю, что ты не можешь его снять. А волосы красивые, — мечтательно посмотрел он на меня.

— Значит, и шарф останется, — ответила я.

Я уже поняла, что рисунок на нем связан с родом Иудекс, так же, как и кольцо-печатка.

— Кстати, а почему твое снялось? — провела параллель я, и осторожно попробовала стянуть перстень-печатку, убедившись, что кольцо сидело намертво и было понятно, что даже с мылом не снимется. — Пальцы у тебя все целы.

— Как только магии меня лишили, так оно с пальца и соскользнуло, как с трупа, — мрачно пояснил муж.

— Точно, — ударила я себя по лбу. — Все не верится, что кто-то оказался на это способен, и забываю об этом, — слукавила я, хотя на самом деле и половины не знала, о чем он говорил. — У кого планируешь теперь его искать?

— В замок прибудем, разберусь, — ответил муженек, причаливая к берегу. — Если сразу не отыщется, возьму у отца другое. Заряжу родовой магией и надену.

Я нетерпеливо притоптывала на берегу, пока он вытаскивал мою… ладно, нашу лодку на берег, и тут вдруг озаботилась. Добра там много, а он вот так просто ее даже в кусты или камыши не увел?

— А… — но спросить ничего не успела.

Лодку заволокло туманом. Вот прямо ниоткуда взялся плотный густой туман, который ее полностью укрыл от посторонних глаз. Со стороны казалось, что облако опустилось на берег и замерло там. Уснуло.

— Ночевала тучка золотая, — процитировала я.

— Что? — не понял муж.

— Ничего, — покачала я головой.

Видимо, никто лодку не тронет, испугавшись потревожить эту туманную магию.

Муж, кстати, надел свой весьма неказистый плащ, который мы купили у мальчишек. Видимо, он проникся тем, что временно стоит скрыть свое появление в городе и сохранить инкогнито. Я лично это только одобрила, натянув при этом на лицо шарф и капюшон тоже.

До городских стен мы добрались очень быстро. Город буквально стоял на реке, которая чуть дальше делала поворот и омывала его стены. Каменные исполины башен возвышались над нашими головами. Все башни были украшены флагами и вымпелами.

— Какой-то праздник? — запрокинув голову и рассматривая мощные стены города, спросила я.

— Скорей всего, — почесал нос муж. — Только вот я что-то не припомню, какой?

— Может быть, празднуют то, что ты пропал? — спросила я с улыбкой, но муж шутку не оценил, а еще больше нахмурился.

— Не бери в голову, Дар. Я неудачно пошутила. Не могут они это праздновать. Всему есть объяснение, — и я, подойдя ближе, взяла его за руку.

— Ты… Ты назвала меня по имени. В первый раз. Сири, — замер он.

— Понравилось? — снова улыбнулась я.

— ­ Да, — совершенно серьезно кивнул он.

— Пойдем разбираться, что за праздник, Дар? — снова улыбнулась я.

— Идем, Сири, — он мне в ответ весело улыбнулся, и настроение его явно повысилось.

Так мы и вошли в город, заплатив пошлину писцу при входе. Дар при этом разворчался, что никогда еще он не платил медяки, чтобы войти в свой же собственный город. Но я потянула его вперед, туда, куда сейчас шло большинство разряженных горожан.

Судя по всему, на центральную городскую площадь.

— Как красиво! — восхитилась я, когда мы вышли на площадь и я увидела яркую картину.

Кругом стояли пестрые, разноцветные шатры, в которых шла бойкая торговля. Были и мастера, продающие товары ручной работы: ткани, кожу, керамику, ювелирные изделия, оружие, броню, пряности.

Это был большой шумный базар! Разноцветные палатки и столы, заполненные разнообразными товарами и ароматами. Зазывалы приглашают посетителей к покупкам. На возвышении в глубине площади явно шло представление с музыкой, танцами, уличными артистами, фокусниками и жонглёрами.

Феерические костюмы, люди в непривычных для меня нарядах, что совершенно точно надели свою лучшую одежду. Многие женщины щеголяли в платьях с широкими пышными юбками и в причудливых головных уборах.

— Я хочу к торговцам и на представление посмотреть! — подпрыгнула я нетерпеливо.

— Уверена? Ювелирная лавка вон там, — хмыкнул муж и указал в противоположном от ярмарки направлении. — Тут никогда ничего стоящего не продавали. Одни безделушки.

— Да ну, — сложила я губы уточкой, а муж расхохотался. — Хочу безделушки! Идем!

Дальше я потащила его вперед, останавливаясь у каждого лотка и с интересом все рассматривая. А посмотреть было на что.

— Яблоко! В карамели! — важным, приказным тоном заявила я. — И пирожок!

— Так обычно требуют бриллианты разгневанные на измену сварливые женушки. А ты у меня — яблоко в карамели, — снова расхохотался Дар.

— За измену я у тебя просто яйца твои потребую, и все, — невозмутимо пожала я плечами. — А может, и сама их отрежу, — сказала я на этот раз без улыбки, и Дар, который в этот момент откусывал от моего яблока в карамели, поперхнулся.

— Эм…

— Вот тебе и «эм»! — расхохоталась я.

Мы пошли дальше, и я с любопытством рассматривала местные угощения. Чего тут только не было! Свежий хлеб, сыры, колбасы, сладости, напитки, включая что-то похожее на глинтвейн и медовуху. А я еще думала, что буду ограничена одной только кашей. А тут вон, одной колбасы сколько видов! А сыров-то, сыров!

В ювелирных палатках я была слегка озадачена. И это Дар назвал кустарной работой и безделушками? Как на мой взгляд, работа была очень искусная. Хотя, чему я удивляюсь? Я помню найденный клад эпохи викингов. Кажется, он так и назывался, клад Галлоуэя*. И какая тонкая там была работа! Серебренные браслеты были просто великолепны, и я уже не говорю о бутылочке из горного хрусталя с золотой крышечкой. Так что удивляться не приходится, а только любоваться.

Я не просила ничего купить, просто смотрела. Я прекрасно знала содержание нашего кошелька.

А вот Дар смотрел на меня с любопытством, явно чего-то ожидая. Но мы ушли из рядов с украшениями, ничего не купив, и наконец добрались к помосту.

А на помосте шло представление!

Как же я хохотала! Сюжет был очень простой. Нерадивый муж, который все время попадал в разные бытовые и житейские неурядицы. Это было примитивно, просто, незамысловато и очень весело. После каждой его выходки прибегала его «жена», которая, к слову, была выше его, и играл ее мужчина с усами и щетиной, и бил нерадивого «мужа» палкой. Я смеялась до слез.

Дар сначала хмурился, но потом заразился от меня моим неудержимым весельем, и вот мы уже вместе с ним вытираем слезы после очередной проделки маленького карлика-мужа и гротескного избиения его огромной женой.

— Дай им монетку! — потребовала я, нахохотавшись вволю.

Муж кивнул и кинул в протянутую шляпу приличную монету, а не медную мелочь, что мы дали в качестве пошлины у входа в город. Я довольно улыбнулась и даже прижалась ненадолго к его могучему телу.

Мы двинулись дальше, тем более зазывала настойчиво приглашал нас на соревнование по стрельбе из лука. Я громко хлопала и подбадривала каждого участника. Я уже давно стянула с лица свой шарф. Правда, голову обнажать не спешила. Муж, кстати, тоже не сильно прятался, но пока никто к нам не подходил и не спешил узнавать хозяина города.

Потом шли бросание колец, битва на палках и рукопашный бой.

— Рыцарского турнира не хватает и боя на мечах, — сказала я, обращаясь к мужу.

Нас услышал стоящий впереди мальчишка и, обернувшись к нам, весело сказал:

— Так праздники и ярмарка по поводу помолвки сына хёвдинга**! Может быть, когда он женится, то и рыцари приедут, и турнир даже будет.

— Вот как? — вскинула я брови и уставилась на мужа, который внезапно, как мне показалось, даже в лице изменился.

Позеленел слегка мой муж и глянул на меня, я бы даже сказала, испуганно.

— Помолвка которого сына хёвдинга? Старшего или младшего? — решила все же уточнить я.

— Так старшего же? Наследника? — поразился мальчишка моему незнанию.

— А зовут его? — продолжала настаивать я, чтобы избежать малейшей ошибки.

— Дроттинн*** Бальдар Вотан Одинсон! — гордо ответил мне мальчик, как будто это его так звали.

— Вот как, значит! — сдвинула я брови. — Не знает он, по какому поводу праздник! — зашипела я, обращаясь к мужу.

— Не поверишь. Я только сейчас вспомнил! — мгновенно закипел в ответ муж и потащил меня куда-то в сторону.

— Ну, одно, во всяком случае, неплохо, — сказала я, следуя за мужем, который упорно меня куда-то тащил.

— Что? — вскинулся он.

— Ты все еще числишься наследником. Вон даже жениться собрался. Правда, как это возможно, если ты уже женат на мне? — сыпала я вопросами.

А тащил меня муж в сторону расположенного тут же на площади трактира.

Деревянные стены трактира были покрыты поблекшей краской, а над входом висела вывеска с изображением кривой пивной кружки.

Мы вошли и почти сразу муж увел меня в глубину, к самому дальнему и темному столику.

Я села и огляделась. Внутри был приглушённый свет свечей. Приятно пахло дымом и пряностями, звучал шум голосов и звон посуды. Стены трактира украшены кожаными ремнями, рогами и старинными оружейными трофеями. За длинными столами собрались крестьяне и местные жители, делясь историями под звон бокалов и весёлый смех. Все обменивались впечатлениями о ярмарке, и я прислушалась, надеясь уловить что-то полезное.

К нам подлетела весьма разбитная девица, которая ровным счетом ничего не спрашивала и не протягивала меню. Наверное, тут о таком и не слыхивали. Она одарила нас зазывной улыбкой, толкнула крутым бедром мужа и принялась расставлять угощение. Девица поставила перед нами две миски, от которых шел манящий пар, две кружки и тарелку с хлебом. Рядом приземлилась тарелка с порезанным отварным мясом, зеленью и овощами.

Похлебка была изумительная, а время, пока мы гуляли, уже приближалось к вечеру, так что это был поздний обед, плавно перетекающий в ужин.

Мы ели молча. Дар поднял на меня взгляд несколько раз, но я покачала головой, продолжая прислушиваться к гулу голосов. Через какое-то время общая картина стала примерно ясна.

Передо мной поставили огромную кружку с каким-то пенным напитком, но я не спешила пить. Я не очень хорошо переношу алкоголь, а мне нужна ясная голова. Но сока или воды тут явно посетителям не предлагали, поэтому я сделала маленький глоток этой пенной штуки, оказавшейся на удивление вкусной и напоминающей то ли сидр, то ли медовуху. Я не сильна в алкоголе и плохо разбираюсь в этих тонкостях.

— Итак, что мы имеем? — задала я мужу вопрос.

— Сири, по поводу помолвки, я честно забыл. Да, она должна была состояться, но я не успел. И это хорошо. Помолвка дело серьезное, и будь я ей обременен как обязательством, то магия, возможно, не дала бы нам пожениться. А такая возможность приводит меня в ужас, — сказал муж.

— Ну еще бы. Тебя тогда повесили бы, — хмыкнула я.

— Нет, не поэтому. Лучшей жены, чем ты, я не найду, — без тени улыбки ответил он.

— Помни эту светлую мысль, когда будешь расторгать помолвку. А то развод дело нехитрое. И я его тебе запросто устрою, благо брак у нас еще не закреплен. Не консумирован, — покачала я головой.

— Так я готов! — выкатил он грудь колесом.

— Ты готов. А вот я нет! — припечатала я.

— Я докажу! Я докажу тебе, что я самый лучший муж для тебя! — горячо уверил Дар, а я в ответ сдержанно кивнула.

— Так. Что мы в итоге имеем? Я так поняла, что к тебе накануне приехал твой близкий друг и сосед, — начала я подводить итоги всем услышанному в гуле голосов трактира.

— Да, — кивнул муж. — Хармод Друлинг приехал. Мы выпили, потом подрались, потом помирились, потом еще выпили и опять подрались… а потом провал.

— И вы с этим Хармод Друлинг… Что за имя такое? Хермод Слюнявый****? — фыркнула я, вспомнив скандинавскую мифологию.

— При чем тут он? Хотя ты права, — расплылся Дар в улыбке. — Он похож! Вечно, как выпьет, слюни распускает и ныть начинает! Но друг он хороший, храбрый и верный!

— Так вот. Ты с этим другом на утро собрался ехать на охоту. Не так ли? И судя по всему, он уехал, забрав с собой слуг и всю свиту. Уехал он рано утром на рассвете. Часть обитателей замка еще спала, часть только просыпалась. И никто толком не понял, уехал ты с ним или нет. Вы часто и вдвоем уезжали, доверяя друг другу, и в этом не было ничего необычного. Правильно? — спросила я.

— Да, — кивнул муж. — Вот поэтому меня не ищут. Вот поэтому они гонцов не послали никуда. Все уверены, что я вот-вот вернусь с охоты. И появиться должен буквально завтра, потому что и в самом деле должен был заключить помолвку, — подтвердил муж.

— Все так и считают, кроме тех, кто знает, что ни на какую охоту ты не уехал. И кто ждет твое тело, — сказала я.

— Тело? Чье? Мое? — вскинулся Дар.

— Да. Твое тело должны были увезти в город, а не скинуть в яму рядом с виселицей. Скорей всего кто-то в замке ждет, что его вот-вот привезут. И вместо помолвки будут пышные похороны. С ладьей, рогом и пущенной горящей стрелой, — добила я его.

Муж скрипел зубами и мрачнел.

— Твоя невеста в замке. Гости прибыли, друзья и соседи тоже приехали. Подозрительно, что этого твоего друга еще нет. Вот он бы мог опровергнуть мнение, что ты на охоте, потому что он-то точно знает, что ни на какую охоту он с тобой не поехал. Ты не позвал его на помолвку? Лучшего друга? — спросила я.

— Нет, — покачал головой Дар. — Он приехал убедить меня не жениться на Нанне Непрансон. Мне было все равно, на ком жениться, а он питал к ней романтические чувства. Ничего серьезного. Так, легкая влюбленность. Но с помолвкой он просил меня подождать. А я тогда сказал, что не хочу спорить с отцом. Отец слаб и болен. Он стар и хочет видеть меня женатым. Я сказал, что не буду огорчать старика. Если бы Харм прямо сказал, что любит ее, то я бы отступил. Что я, другую невесту не нашел бы? Но он мялся, не говорил прямо, все юлил чего-то! Может, мы много выпили, и я его не до конца понял?

— Все рассчитано очень точно. Просто как по нотам. Кто-то наверняка слышал ваш разговор, и как вы ругались. И понял, что охотой там и не пахнет, — хмыкнула я.

— Кто слышал? — и муж воззрился на меня, как будто я восьмое чудо света и сейчас ему имя выдам.

— Кто угодно. Слуги или кто-то, кто за всем этим стоит. Наверняка, вы шумели и не думали ничего скрывать? — муж кивнул. — Ну вот!

— Ты должна мне сказать, кто это! Я его… — и муж сжал руку в кулак.

Не маленький, скажем так, кулак у него получился. Я посмотрела на кулак, потом на Дара, и вздохнула. Я спасла ему жизнь и чувствую, что просто так это не закончится. Не могу же я его сейчас бросить? Его без моей помощи совершенно точно отправят в Хельхейм*****. Тут и вносить, и выносить логику не нужно, чтобы это понять.

— Давай еще по ярмарке погуляем? — предложила я. — Наверняка сейчас, ближе к вечеру, еще что-то интересное будет? — предложила я.

— Пошли! Только расплачусь, — улыбнулся муж и разжал кулак.

Поразительно он переключается. Только что готов был убивать, и вот уже улыбается и страшно доволен жизнью. Мне бы так.

Когда мы вышли на площадь, я сразу же устремила взгляд на помост. Вдруг там еще одно веселое представление? Но то, что я там увидела, меня совершенно не обрадовало. Наоборот, я напряглась и нахмурилась. Кажется, сейчас что-то будет.

Кажется, я собираюсь опять влипнуть в очередные неприятности!

* Клад Галлоуэя. В сентябре 2014 года заядлый кладоискатель Дерек Макленнан обнаружил одну из величайших находок в археологической истории Шотландии⁠. Обыскивая церковные земли недалеко от Балмаги, Макленнан обнаружил клад Галлоуэя. Это сокровищница эпохи викингов, состоящая из более чем 100 предметов, датируемых примерно 900 годом нашей эры. Среди предметов самым невероятным является бутылка из горного хрусталя, украшенная золотом. Бутылка была найдена внутри шелкового мешочка, шелк которого привезли либо из Византии, либо из Азии. Сам хрустальный кувшин не средневековый, а древнеримский и датируется IV веком. Позже, в раннем средневековье, кувшин был украшен золотой филигранью.

** Хёвдинг — племенной вождь у германских и скандинавских народов. Термин происходит от слова главный, глава, голова. Данный термин до сих пор используется в норвежском, шведском и немецком языках для обозначения любого племенного вождя. В шведском от него также образованы слова губернатор и магистр права, в старину несший на себе и ряд административных функций. Хёвдинг одновременно являлся политическим, военным и религиозным лидером.

*** Дроттинн — общегерманское слово для обозначения господина или повелителя с точным значением «военный вождь».

**** Я немного видоизменила имя. Хе́рмод Храбрый — персонаж скандинавской мифологии, один из асов, посланник Одина, бог скорости. Фигурирует в «Видении Гюльви» Снорри Стурлусона. Символизирует собой мудрость. По преданию, когда все Асы собрались вместе, они плюнули в кувшин, из которого впоследствии появился Хермод Слюнявый.

***** Хельхейм в германо-скандинавской мифологии — один из девяти миров, мир мёртвых.