Глава 14

На следующей перемене мы вчетвером все-таки выбрались на школьный двор. На меня продолжали пялиться лицеисты, явно пораженные моей прической. А может, все-таки я выгляжу менее здоровым, чем мне кажется? Яна, например, в очередной раз спросила меня о самочувствии.

Но я снова заверил ее, что все в порядке. И мы сменили тему.

– Аскольд, Вась, а вы уже решили, с кем пойдете на бал? – с любопытством поинтересовалась Инна Комаровская.

Антохин аж опешил от такого поворота беседы. Я, забавляясь его реакцией, сам отвечать не торопился.

– Я, ну… думаю еще, – поняв, что ему отвечать первому, выдавил Вася. – Может, с мамой… Это ведь не запрещено?

– Не запрещено, – покачала головой Оболенская, – но считается немного… хм… странным. Если еще не решил, почему бы тебе не пригласить Машу? Она, насколько мне известно, пока тоже не определилась.

– Машу? – Его брови запрыгнули на лоб. – Ну, это… если вы прикажете…

Яна цокнула и неодобрительно нахмурилась:

– Я не могу приказать тебе пригласить девушку на бал. Просто даю дружеский совет.

– Я подумаю, – вздохнул парень.

Взгляды двух девушек сосредоточились на главном блюде, то есть на мне.

– Я тоже пока не определился, – безразлично пожал я плечами и чуть прищурился. – А что, Ян, может…

– Нет! – неожиданно перебила меня Оболенская и замахала руками. – Не приглашай меня. Я не хочу ранить тебя отказом. Мама настояла, и у меня уже место кавалера занято, – быстро выпалила она, затем чуть смущенно добавила: – Прости…

Эх, и с чего она решила, что я хотел прямо сейчас ее пригласить? Хотя… Ну да, подобные мысли у меня были, но еще не успели оформиться до конца. Считается ли это за приглашение и отказ? Если да, то меня за две перемены дважды отвергли…

Сдаете позиции, ваше высочество.

– А я иду с Владом, – проговорила Комаровская, когда я начал поворачивать голову в ее сторону.

– Повезло ему, – улыбнулся я, про себя размышляя, что мысль о том, чтобы пригласить Инну, у меня даже не успела зародиться. Точно не успела. Так что за третий отказ это определенно не считается.

Мы поболтали еще немного и направились обратно в класс. По дорожке чуть впереди нас шла великая княжна Казанская в обнимку с книжкой. Юлия явно шла из парка. Ее интерес ко мне сегодня бьет все рекорды. Притом мы даже словом не обмолвились. Девушка только кивнула мне утром, когда я здоровался со всем классом.

Как только мы вернулись в класс и расселись по местам, прозвенел звонок. С поразительной пунктуальностью тут же вошла учительница словесности.

– Аскольд Игоревич, рада вновь видеть вас на уроке, – благодушно обратилась она ко мне, после того как поздоровалась со всеми. – Ваш новый образ вам очень идет. Но вы уверены, что уже готовы посещать лицей? – В голосе этой престарелой женщины отчетливо слышались нотки заботы.

– Благодарю, Зинаида Ивановна, – улыбнулся я. – Но я не могу больше пропускать занятия. Да и врач разрешил.

– Смотрите, Аскольд Игоревич, забота о здоровье очень важна.

Да Форкхово дерьмо! Мне теперь каждый встречный будет говорить, что я мог бы еще поболеть? Ну да, немного бледноват, да, не до конца восстановился, но не мог же я больше пропускать школу в преддверии бала и турнира…

Однако состояние здоровья и внешний вид все-таки сыграли со мной злую шутку.

После третьего урока мы обычной, только чуть уменьшенной компанией направились в столовую.

Сидя вчетвером за столиком, обсуждали занятия, предстоящий турнир и подготовку к нему. Недалеко от нас в компании какой-то девицы обедала великая княжна Казанская, то и дело бросавшая в мою сторону задумчивые взгляды. Мне казалось, она пытается на что-то решиться. И вроде бы даже решилась, когда я почти закончил с обедом, но…

Приближение к нашему столику одного не самого приятного типа заставило Юлию резко пересмотреть свои планы.

Я заметил его боковым зрением и скосил взгляд. Ни кружки, ни подноса в его руках нет. Значит, сейчас будет что-то новенькое.

– Приветствую, первокурсники, – прозвучал справа от меня самоуверенный голос Валентина Митта. Того самого мелкого паренька с коричневыми волосами до плеч и холодным взглядом, который в прошлом году дошел до финала школьного турнира. А в этом проиграл мне, Яне и Владу на коллективной дуэли.

– Добрый день, – ровным тоном ответила Оболенская.

– Здравствуйте, – проговорила Инна, а вслед за ней напряженно поздоровался и Вася.

– Приветствую. – Я коротко кивнул.

Никто из нас не встал из-за обеденного стола, чтобы выказать уважение старшекурснику. Что в принципе не нарушает этикет внутри школы.

Митт приблизился ко мне вплотную и тихо прошептал:

– Как твоя тетушка? Уже нашла новую работу?

Озлобленный парнишка даже не скрывал своего ехидства.

– Нет, отдыхает и наслаждается жизнью, – повернувшись к нему, проговорил я. – Спасибо за это. Я уже и не знал, как убедить ее бросить эту работу.

Митт опешил и отошел на полшага назад. Мой ответ явно не соответствовал его ожиданиям.

– О чем это вы? – спросила Яна, не расслышавшая тихий вопрос Валентина.

– Да так, о своем, – добродушно ответил я девушке и снова повернулся к Митту: – Ну, чем обязаны?

Моргнув, парнишка вернул себе самоуверенный вид.

– Аскольд Сидоров, я вызываю тебя на дуэль! Правила спортивных дуэлей подразумевают возможность реванша. И я хочу этой возможностью воспользоваться.

– Постойте, Валентин! – возмутилась Яна. – Сейчас? В преддверии турнира?

– Это не запрещено, – усмехнулся парень и вперился в меня самодовольным взглядом.

Форкхово дерьмо, а ведь следуя его логике, сейчас наилучшее время, чтобы проучить меня. И дело не в том, что скоро турнир. А в том, что я «болел» и до сих пор выгляжу не особо здоровым. Что это значит? Да все просто – осветленные болеют реже обычных людей, ведь у них больше жизненных сил. Но когда болеют, то часть избытка жизненных сил тратится на восстановление. Особенно это заметно у осветленных с небольшим запасом живы и малым опытом в контроле. Как раз у подростков.

Иными словами, после болезни я должен быть ослаблен, и Митт хочет этим воспользоваться. Очевидно, он уверен, что в моем нынешнем состоянии точно сможет меня победить и не получить при этом серьезных травм. Иначе он не стал бы рисковать своим участием в турнире.

Конечно, биться с ослабленным не очень-то по чести. Но ему явно на это плевать, он хочет публично наказать зазнавшегося простолюдина.

Форкхово дерьмо… Хоть я и не болел, я действительно ослаблен. Мой контроль над обеими энергиями далек от идеала. Далеко не факт, что я смогу точечно вырубить Митта. А если случайно переусердствую, получу труп аристократа в школе и кучу проблем.

Подставиться? Так опять же проблема в контроле. Чтобы грамотно подставиться, нужно рассчитать все до мелочей. А сейчас… могу ведь и сам травму получить, и плакали мои денежки с победы на турнире.

– Дуэль, говоришь… – задумчиво протянул я, не отводя глаз от наглого третьекурсника. – Насколько мне помнится, нельзя просто так взять и вызвать члена учсовета на дуэль.

Мои слова шокировали всех. И Митта, и ребят за столиком, и соседей, которые уже поглядывали в нашу сторону, предчувствуя интересное представление.

– Учсовет? – изумленно проговорил Валентин. Однако тут же самодовольно усмехнулся. – Не ври тут! Я не слышал, чтобы ты вступал в учсовет. Да и значка у тебя не вижу.

– Так я с сегодняшнего дня член учсовета, – пожал я плечами. – А значок забыл забрать из кабинета. Спасибо, что напомнил, как раз сейчас мне нужно будет туда сходить.

Я равнодушно вернулся к своему чаю и недоеденной булке.

– Смотри мне, если я увижу тебя без значка, сочту лгуном, – напоследок проговорил Митт и удалился походкой гордеца.

Мои товарищи продолжили изумленно пялиться на меня. Было видно, что Яна жаждет задать мучающий ее вопрос, но сдерживается. Все-таки нас могут услышать, а подставлять меня неуместными вопросами прямо сейчас великая княжна не хочет.

– Было очень вкусно, спасибо за компанию, я пошел, – улыбнувшись, проговорил я ребятам и, составив грязную посуду на поднос, вместе с ним направился к специальному окошку-приемнику.

Выйдя из столовой, я размышлял о том, что, если я неправильно истолковал наш разговор с Алисой дома у Оболенских, будет очень некруто.

Кабинет учсовета располагался не в клубном корпусе, а в главном, рядом с кабинетами администрации лицея.

Без приключений добравшись до искомого кабинета, я открыл дверь и заглянул внутрь.

– Здравствуйте, не помешаю? – вежливо поинтересовался я, оглядывая красивое просторное помещение, в центре которого стоял широкий лакированный стол.

В кабинете сейчас находился лишь один человек – глава учсовета. Она сидела за столом, держа спину прямо, и что-то писала в тетради, а на столе перед ней лежал открытый учебник. Подняв на меня глаза, девушка, не выказав удивления, произнесла ровным тоном:

– Здравствуйте, Аскольд Игоревич. Проходите.

Плавным движением закрыв тетрадь и учебник, черноволосая Царица отложила их в сторону и жестом указала на место за столом напротив себя.

– Благодарю, – кивнул я, отодвинув тяжелый деревянный стул с обитыми бархатом сиденьем и спинкой.

Форкхово дерьмо, да эта девушка, кажется, во всем превосходит остальных виденных мною лицеисток! И внешность не исключение! Шелковистые волосы, белоснежная кожа, выразительные серые глаза и грациозный стан, подчеркнутый застегнутым на все пуговицы школьным пиджаком. Хороша! И когда смотришь на ее лицо, взгляд то и дело цепляется за пикантную родинку над верхней губой с правой стороны.

– Аскольд Игоревич, рада, что вы выздоровели. Слышала, вы были несколько дней на больничном.

– Спасибо, Софья Антоновна. Вы хорошо осведомлены, – кивнул я.

– Долг главы учсовета – знать о проблемах учащихся, – ровным тоном ответила она, не сводя с меня оценивающего взгляда.

– Долг главы учсовета – знать о каждом отсутствующем ученике? – Пересилив себя, я перестал косить взгляд на ее родинку и тоже стал смотреть ей в глаза.

– Как минимум об отсутствии самых выдающихся. Итак, с чем пожаловали?

– Разве я не могу зайти, чтобы просто поздороваться с вами?

– Хм… – показательно задумалась она. – Нет. Мы ведь с вами лично не знакомы. Да и в учсовет просто так не ходят. Здесь не чайная и не комната отдыха.

– Ну тогда очень приятно познакомиться, Софья Антоновна, – с полуулыбкой чуть поклонился я.

– Взаимно, Аскольд Игоревич, – кивнула Троекурова. – А теперь попрошу вас перейти к делу. Время у меня предельно ограничено. Мне нужно готовиться к балу и турниру. Причем и как участнику мероприятий, и как организатору.

Я взглянул на закрытый учебник по экономике. Ну да, Царица лицея определенно не похожа на того, кто просто забыл сделать домашнее задание дома и быстро выполняет его на перемене перед уроком. Видимо, график у девушки и правда плотный. Не удивлюсь, если сейчас она делает задание, полученное только сегодня. На будущее, так сказать.

– Хорошо, – кивнул я. – Сразу к сути: мне хотелось бы получить статус члена учсовета. И хотелось бы прямо сегодня.

– Причина? – не поведя и бровью, спросила она. – Очень сомневаюсь, что вы внезапно решили помочь нам с организацией мероприятий.

– Скажу как есть – мне нужен иммунитет от дуэлей. Да, я знаю, что он не полный, но лучше с ним, чем без него.

– Стало быть, вас вызвали на дуэль, – кивнула она. – Почему не хотите согласиться?

– В преддверии турнира? – хмыкнул я. – Не хочу покалечиться.

– Значит, вы еще не восстановились после болезни. До начала турнира восстановитесь?

– Скорее всего, да, – кивнул я.

– Как далеко вы планируете пройти в турнире? Только честно. На что рассчитываете?

– На победу.

– Хотите стать чемпионом школы?

– Империи.

Вот сейчас я, кажется, смог ее удивить. На мгновение Софья сверкнула глазами и, как мне показалось, подавила гнев.

– Вы слышали историю про самого сильного зайца? – неожиданно спросила Царица лицея, и теперь пришел мой черед удивляться.

– Нет, – покачал я головой.

– Она короткая. Жил да был заяц, который победил всех зайцев в округе и стал их князем. И решил князь-заяц покорить лес. А потом его съел первый же попавшийся волк. Конец.

– Весьма поучительно. Но избито, – пожал я плечами.

– Князю-зайцу другие зайцы говорили, чтобы он не прыгал выше головы. А он ответил, что чужие слова его не пугают, – парировала Троекурова. И через две секунды добавила: – Но каждый сам выбирает, как ему жить. Князь-заяц хотел покорить лес. А когда его не стало, волки съели и его княжество. Но это совсем другая история, Аскольд Игоревич.

– Согласен, Софья Антоновна.

– Пишите заявление на вступление, Аскольд Игоревич. – Она достала из ящика стола бланк, в который нужно было вписать ФИО, класс и поставить дату с подписью. – Мое условие такое: я приму вас в учсовет и не буду привлекать к работе в учсовете до завершения вашего выступления на турнире.

– А потом? – уточнил я, уже вписав свое имя.

– А дальнейшее я решу, опираясь на ваши успехи. Но если вы сбежите, не дожидаясь моего решения, то получите просто отвратительную характеристику. А заодно и фактическое разрешение для всех желающих вызвать вас на дуэль.

Я подался вперед, приподнявшись со стула и перевалившись через край стола. Наши направленные друг на друга пристальные взгляды скрестились.

– Софья Антоновна, сбегать от вас я не собираюсь. Но когда я выиграю турнир, вы оставите мне свободу от обязанностей и значок учсовета.

– Идет, – сухо ответила она. – Если выиграете. И если не передумаете.

– Большое спасибо, – улыбнулся я, вернувшись на место. – С вами очень приятно иметь дело.

Я быстро закончил с заявлением, Царица подписала его и поставила печать. Затем все так же, не вставая с места, выдала мне вожделенный металлический значок в виде герба «Алой Мудрости», лежавший в ящике стола рядом с ней, будто он был подготовлен заранее, а еще брошюрку с перечнем прав и обязанностей членов учсовета – для ознакомления.

Я сразу прикрепил значок на лацкан пиджака.

– Поздравляю с вступлением в учсовет, Аскольд Игоревич. – Только сейчас Царица поднялась с места и протянула мне свою ручку.

С виду нежную и бархатную… Но вот рукопожатие девушки оказалось неожиданно крепким.

– Благодарю еще раз. – Я поклонился, а когда выпрямился, поддался порыву – благо атмосфера располагала. – Скажите, пожалуйста, а у вас уже есть кавалер для бала?

– А вы хотите меня пригласить? – В ее голосе я сумел различить нотки удивления.

– Не просто хочу, а уже приглашаю, – склонив голову и согнув спину, я протянул ей руку.

– Увы, я не могу принять ваше приглашение, – спокойно ответила она. – Простите. Как глава учсовета я не смогу наслаждаться праздником, ведь на учсовете лежит ответственность за его проведение.

– То есть вы не будете присутствовать на балу как гость? – Я выпрямился и говорил с ней так же спокойно, как и она со мной.

– Отчего же не буду – буду. Но с партнером я уже определилась.

– Позволите ли узнать, кто этот счастливчик, кто оказался достоин сопровождать вас на этом мероприятии? – Ну вот сразу бы сказала, что уже занята. Так нет же, начала отговорки придумывать.

– Вам действительно интересно? – чуть подняла бровь Царица лицея.

– Любопытно, – кивнул я. – Если это не тайна.

– Для членов учсовета не тайна, – пожала она плечами. – Это мой Мастер.

Снова она меня удивила.

– Благодарю за ответ.

– Не за что. До свидания, Аскольд Игоревич. Поспешите на урок, скоро звонок.

Простившись с Царицей лицея, я еще раз порадовался, что получилось без потерь для репутации отделаться от глупых дуэлей.

А еще думал о том, что за три прошедшие перемены дамы лицея «Алая Мудрость» трижды меня отвергли. Может, мне все-таки не идет новая прическа?