Глава о борьбе и спасении

Взгляд Хиреама Сверада

Он хорошо понимал чувства младшего брата. Да кто бы посмел украсть его жену! Он бы камня на камне не оставил там, где заподозрил бы укрытие своего врага. Но толку-то было буйствовать. Ардису страшно и плохо, и его легко было понять. Академия — уж точно не враг Агате. И тому доказательство, что сразу, как стало известно об исчезновении девушки, преподаватели забегали, словно бешеные. Глаза у некоторых были просто зверские, будто это их жён или невест спёрли, а ректор откровенно рычал.

Искать того, кто мог быть причастен к исчезновению студентки, кинулись многие. Глава академии явно ожидал, что Сверады тоже пожелают в этом участвовать. Но Хиреам посчитал, что сюда ему лучше не лезть. Здешние работники явно лучше знают своих, быстрее отыщут всех подозрительных. И место, откуда Агата пропала, осмотрел лишь издалека. В магии он разбирался слабо и чисто теоретически. Чем он способен помочь? Даже Иоато не посчитал, будто его знаний хватит, чтоб с толком исследовать место переноса.

К моменту, когда мастер пространственных структур уже снял точный магический слепок места, подоспел и принц Арий. Хиреам посмотрел на него без следа симпатии, но и гнать прочь не спешил. У драка должны быть серьёзные возможности для поиска пропавшей. Да, эти ребята до сих пор не способны найти свою сестру. Но, может, с Агатой принцу повезёт больше.

Стоило отдать должное, Арий неплохо держал себя в руках. Он спокойным тоном расспросил, что произошло, после чего осторожно подошёл к месту, уже обследованному академическими магами, и задумался.

И старший Сверад не выдержал.

— Что-то настораживает?

— Весьма. — Принц смотрел себе под ноги. — След знакомый. Подобный был и там, откуда похитили мою сестру. Я помню. Либо жених Агаты нанимал того же чародея для переноса…

— Не называй эту сволочь её женихом, — поморщился Хиреам. — По крайней мере в присутствии Ардиса.

— Да. Согласен. Не стоит. Но я о другом.

— Да, продолжай.

— Словом, либо он нанимал одного и того же мага, что и тот, кто похитил принцессу… А это маловероятно. Либо мы имеем дело с одним и тем же человеком.

— И?

— Тогда я могу примерно представить, где он может обитать.

— Говори! — рыкнул Хиреам, теряя терпение.

— Агата нашла меня в лесу, я до сих пор помню то место. Мы его перерыли вдоль и поперёк. Скажи, когда вы его нашли — сколько, по твоим прикидкам, она провела в пути по лесу?

— Не больше недели.

— Так. Сколько может пройти по лесу растерянная беглянка, которая, к тому же, чувствует себя не самым лучшим образом? — Он размышлял, продолжая оглядывать пол и колонны арки у входа в заклинательный зал. — И торба при ней была небольшая, вроде бы.

— Совсем небольшая.

— Давай поколдуем над картой. Я поставлю точку там, где был найден, а ты — там, где вы её нашли. И получим примерное направление. Дальше нужно будет искать место пространственного парадокса — только в нём можно спрятать обиталище мага так, чтоб его можно было найти, лишь точно зная, что оно там есть.

— А мы сумеем?

Арий пожал плечами.

— Я уже вызвал и бойцов, и поисковиков, и магов. Конечно, в идеале бы иметь зацепку внутри жилища этого чародея. Но, и не имея такой, сдаваться я не собираюсь.

— Как ты намерен действовать? — ожесточённо буркнул, подойдя ближе, Ардис. Он и сейчас скорее предпочёл бы начистить принцу невозмутимое лицо, чем договариваться. Но ужас за супругу мог подвигнуть и к большим уступкам, чем готовность воспользоваться возможностями монаршей особы. Уж принц-то явно способен на большее, чем семья наёмников.

Или нет?

Принц задумчиво посмотрел на младшего Сверада.

— Сколько наёмнических семей вы можете собрать за день-два? Или, может быть, есть на примете ещё какие-нибудь группы? Ввести войско драков на Равнину не так просто. Можно, но потребует долгих дипломатических переговоров с Алифисом и Советом благородных. Я уже отправил брату сообщение, он начнёт. Но не хотелось бы промедлений. Деньги, если что, будут в достатке.

— Можно кое-что сделать, — вмешался Хиреам. — Мне нужны сутки обмозговать и всё обсудить с главами семей.

Арий кивнул.

— Переходы моя сторона обеспечит. Чародеи-поисковики будут на том месте, где меня тогда нашли, уже завтра с утра. Чуть позже подтянутся аналитики и трое боевых магов из особого королевского отряда. Им потребуется больше времени на сборы и подготовку. В течение недели появятся ещё два десятка очень хороших боевых мастеров.

— У Агаты нет недели! — рявкнул Ардис.

— В идеале я и сам хотел бы выдернуть её из вражеских рук уже сейчас, — размеренно ответил принц. — Но мы должны рассматривать любую вероятность. В том числе и такую, что нам не удастся найти её за это время. Меня успокаивает только одна мысль — девушка определённо нужна злоумышленнику как супруга, а не как жертва. А значит, у нас есть верная надежда найти её живой. Я предлагаю всем держать себя в руках.

— Ты — драк! Всем известно, что вам доступна самая сложная магия! Ты уверен, что просто не тянешь время?

Хиреам раздражённо толкнул младшего брата в плечо и с беспокойством глянул на принца. Но тот продолжал являть собой пример сдержанности. Только в глазах на мгновение вспыхнул огонёк гнева — и сразу же потух. Старший Сверад даже испытал уважение к родичу Менея — молодец, мужик, выдержка железная. Он-то не сомневался, что Арий действительно беспокоится об Агате.

— Талантами магического и энергетического поиска среди нас обладал только мой старший брат. Тебе известно, почему он теперь бесполезен.

— Думаешь, сильно ему сочувствую?

— Полагаю, нисколько. Но что есть — то есть.

— Это правда? — прозвучало из коридора.

Мужчины обернулись — там стояли Таята и Шеника, прижавшаяся к её бедру. Женщина мягко поглаживала девочку по волосам и, кажется, даже не замечала этого. И в глазах у обеих жило настоящее отчаяние, а во взгляде малышки — ещё и вина.

Хиреам шагнул к ней.

— Шеника! Что ты тут делаешь?

— Я думала… Я сегодня здесь ночевала, потому что у нас было исследование. — Девочка была бледна, даже, кажется, осунулась, и глаза казались болезненно-большими. — И Таята сказала, что Агату похитили. Это правда, что…

— Да, её похитили. — Старший Сверад постарался прикрыть девочку собой от глаз принца. — Но мы будем её искать и найдём. Иди, малышка, лучше тут не оставаться.

— Это неправильно. — Шеника подняла на него полные страдания глаза. — Если я могу помочь Агате, то должна это сделать. Что с ней там сотворят? Она была так добра ко мне. И она — одна из семьи!

— Девочка моя…

— Я разве не должна сделать всё, что могу? Как и остальные? — Вместо ответа Хиреам лишь поднял её на руки, приобнял за плечи. А малышка продолжила шептать: — Скажи мне только одно — это правда? Меней — он… Имеет дар поиска?

— Да, — помедлив, ответил глава наёмнической семьи. — О нём так говорили. Да и тебя он тогда явно нашёл, опираясь на свои способности.

Плечики девочки слегка дрогнули под его пальцами, но она решительно отстранилась и посмотрела на мужчину с недетской решимостью. Да и откуда в ней детскость? Всё больше и больше становилось заметно, что в хрупком теле незрелой девочки живёт взрослая сущность.

— Я должна. Я решила. — И выглянула из-за Хиреама, который спустил её с рук. Посмотрела на Ария. — Я могу с вами поговорить?

— Разумеется, — медленно проговорил он, глядя на неё застывшим от напряжения взглядом.

— Вы поклянётесь, что не отдадите меня своему брату? Что обещаете свою защиту?

— Я ни в коем случае не отдам вас брату. И даже не сообщу ему о вас без вашего разрешения… Лукина?

— Меня теперь зовут Шеника. — Она хоть и съёжилась, но держалась, и даже голову подняла, пытаясь соблюсти достоинство. — И знайте, что моя готовность сообщить вам о себе не говорит, что я готова покориться вашему брату. Я лучше ещё раз умру, но не подчинюсь ему.

— Я не позволю ему что-либо от вас требовать. — Арий медленно опустился перед девочкой на колени, склонил голову. — Я прошу у вас прощения от имени семьи — но не от имени своего брата. Он сам должен и просить, и заслужить, если только это окажется возможным. Я же лишь могу умолять вас о прощении за то, что семья не вмешалась сразу, не проследила за ситуацией, и теперь прошу вас принять от нас любую помощь, какая только вам понадобится. И любое возмещение, какое вы захотите назначить. Я благодарю вас, что вы решились со мной поговорить. Если желаете, я рад буду дать вам клятву, что никому не сообщу о вас, пока не получу вашего прямого разрешения, и обеспечу вам любую защиту от брата или его людей.

— Я не…

— Ты сейчас принесёшь клятву, что всеми силами станешь защищать Шенику от любых поползновений со стороны драков, кем бы они ни были, — вмешался Хиреам. Говорил он жёстко. — И тогда продолжим разговор. — Принц, не сомневаясь, поддёрнул левый рукав, открывая запястье, и чётко, разборчиво произнёс клятву, правда, на родном языке. Его из присутствующих только старший Сверад и понял. И кивнул, показывая, что всё нормально. — Принято.

— Прошу вас, встаньте, — взмолилась Шеника, опять отступая к Таяте.

Арий поднялся и снова впился взглядом в малышку.

— Я очень рад, что вы живы, — прошептал он.

— Агату нужно найти! — воскликнула девочка. — И если я хоть косвенно могу в этом помочь, я готова… Готова к тому, что ваш брат узнает обо мне.

— Благодарю вас. Если вы согласитесь помочь нам также в поиске моей сестры…

— Да. Помогу.

— Вы очень благородны, госпожа Шеника. — Принц бегло прошёлся по лицам Хиреама и обозлённого Ардиса. — Как понимаю, вы находитесь под покровительством семьи Сверад?

— Безусловно, — процедил Хиреам.

— А вы — матушка госпожи Шеники? — учтиво обратился Арий к Таяте. Та и сама съёжилась в своих покрывалах, не хуже самой девочки. И замотала головой.

— Нет, это тоже наша подопечная. Невеста младшего брата моего отца. Но она заботится о Шенике, словно о родной дочери.

— Я благодарен вам, госпожа.

— Я это делаю не ради благодарности, — пискнула Таята.

— Что тем более ценно.

— И Агата обо мне заботилась, — заявила девочка, чуть набравшись смелости, а может, попросту окончательно отчаявшись. — И потому я хочу, чтоб её спасли как можно быстрее.

— Понимаю. Безусловно. Я немедленно сообщу, чтоб моего брата также везли к месту встречи. А нам с вами предлагаю выезжать немедленно. И верхами, чтоб не привлекать к себе ни малейшего внимания. У меня есть сомнения, что в академии отловят всех крыс одним махом. Боюсь, как бы сведения о том, куда мы отбыли, не добрались до нашего… объекта. Пусть гадает. Из города мы можем выехать по северной дороге, а уж потом свернуть на юго-запад. Якобы мы сперва намерены добраться до Предгорья.

— Хороший вариант, — проворчал Хиреам. — Сейчас-то нас не подслушают?

— Не подслушают. Я принял меры. Отследить тех, кто путешествует традиционно, можно опять же лишь традиционно, а тут ходовые приёмы нам в помощь. И ваша закалка наёмников.

— Да. Идёт.

— Вы успеете поговорить с представителями других семей?

— Конечно. Быстрое дело — разослать сообщения.

— Заверьте, что награда будет самой щедрой.

— Поверьте, они будут стараться не ради награды!

— Я в этом даже и не думал сомневаться. Но куда приятнее, когда чувство долга вознаграждается также и золотом. Они будут спасать не только супругу вашего брата, но и мою невесту. За это я считаю себя обязанным отблагодарить помощников должным образом. Полновесной монетой.

Хиреам с достоинством кивнул.

— Да, так — подходит. Мне требуется два часа. — Он пошёл к выходу, но в коридоре обернулся, сурово глянул на Ардиса, который так и продолжал сверлить принца взглядом: — Брат! Шеника! Таята! Идёмте. — И решительно увёл их всех, оставив принца драков в заклинательной зале.

— Зачем ты это сделала! — простонала Таята, едва они все вышли во двор. — Шеника! Теперь его брат с тебя живой не слезет! Господи…

Девочка шла, глядя под ноги, опустив плечики — вся словно бы обессилевшая, отчаявшаяся.

— А ты бы поступила иначе? — проговорила она тихо. — А если Агату убьют? Или, получив от неё всё, что желают, продадут на рынке?

— Ты же понимаешь, что это очень вряд ли!

— Но вероятно! Я даже думать о таком не хочу! Никто не должен подобное переживать!

— Тише, — прошептал Хиреам, поймав девочку и прижав к себе. — Тише, детка. Мы спасём Агату. Она — девчонка боевитая, продержится.

— Ты не знаешь, что работорговцы делают с девушками, чтоб заставить их подчиняться!

— Я знаю. Увы, знаю. И видел, и слышал. И мы такого не допустим.

— Как⁈

— Именно потому и действуем вместе с парнем из королевской семьи. И, может, ты права, что показалась. Принц поклялся тебя защищать, теперь никуда не денется. Его братцу придётся обкусывать себе локотки и ползать перед тобой на коленях. А ты уж решай, прощать или нет.

Плечики девочки передёрнулись, она ещё ниже опустила голову.

— Можно я пока не буду об этом думать? — боязливо спросила она.

Взгляд принца Ария

Естественно, его приказу подчинились все те, кому следовало. На нужной полянке (уже основательно вытоптанной) ждали и четверо отличных поисковиков, и трое магов-боевиков высшей марки, и двое свитских из числа людей Менея, и сам Меней. Его только что не под руки притащили на место. Он выглядел жалко — встрёпанный, неухоженный, безучастный, с потухшим взглядом. Лишь чуть раздражённый тем, что его куда-то выволокли.

Причём, похоже, выволокли, как был — в сером старом одеянии драка самой низшей ступени, обычно лишённого любых признаков магии. А может, и пытались переодеть принца в подобающие одеяния, да тот отбился. Он, прежде с такой гордостью носивший алый, расшитый золотом охабень наследника престола, словно наказывал себя теперь серыми безликими тряпками черни. И драгоценности носил лишь те, которые было совершенно необходимо оставлять при себе. Хотя раньше «алмазный протокол» соблюдал с особой скрупулёзностью.

— Какого хрена? — зло спросил он брата, едва его увидел. — Что тебе от меня надо? Дай сдохнуть спокойно!

— Подождёшь, — с ожесточением ответил младший. И, подхватив Менея под локоть, оттащил его в сторону. — Перестань обсуждать такое в присутствии свиты.

— А мне уже плевать. — Старший принц смотрел в землю. — Чего ты от меня хочешь?

— Уважения к семье. Никакого «плевать», пока ты жив, и пока наша семья правит и хранит Древо.

В ответ — вздох. Лицо без выражения, взгляд без жизни. Всё это заставило остатки жалости шевельнуться в душе Ария. Но он напомнил себе о глазах девочки, о том, как смотрела она, и о прошлом несчастной Лукины. Жалость поутихла.

Он до сих пор с трудом понимал, что произошло со связанной его старшего брата. Да, она умерла после бесчеловечного наказания кнутом — и вот теперь стояла перед ним живая и здоровая, но в обличие совершенно незнакомого ребёнка. Значит, ей удалось каким-то образом, умерев, воплотиться в теле новорожденного малыша. Чудо, подлинное чудо! Должно быть, в произошедшее вмешалась магия Древа. Тут нет ничего удивительного. Такое уже бывало, когда божественная сила вмешивалась в несправедливость, допущенную в отношении связанных кого-то из высших драков. Но ещё ни разу эту несправедливость не допускали сами счастливые обладатели связи.

Вот значимое свидетельство, что эта самая высшая магия встала на сторону пострадавшей, даже не дракаи, отнюдь не его брата. В общем, справедливо. Правильно. Если бы Ария кто-то спросил тогда, он молился бы драконьему богу именно за девушку, не за брата. Брат сам выбрал свою судьбу.

— Да. Ты прав, — выдавил Меней. Смотрел он по-прежнему в сторону. — Я дал маху. Как всегда.

— Прекрати.

— Если я могу что-то полезное сделать — говори, что именно. Сделаю.

— Ты сейчас пообещаешь мне, что будешь сдержан, полон раскаяния, всех прочих добрых чувств и станешь держать себя в руках.

— Чего?

— Обещай!

— Разъясни. Я ни черта не понял.

— Тебе пока не надо понимать. Просто пообещай, что мне не придётся хватать тебя за руки или опрокидывать мордой в землю. Держи себя в руках.

Он пожал плечами.

— Можно подумать…

— Ты нужен здесь затем, чтоб попытаться найти следы сестры и моей невесты.

— Ну и на черта ты тратишь время? Ты же знаешь, я бесполезен в этом смысле… — И запнулся, словно и ногой, и языком попал в капкан.

— Вот именно поэтому, — процедил сквозь зубы Арий. — И если на этот раз ты позволишь себе хоть один неверный шаг, будь уверен, ты её больше никогда не увидишь.

Но брат его больше не слышал, он смотрел только на хрупкую девочку, прижавшуюся к боку Хиреама и нервно кутающуюся в длинную шаль. Смотрел — и не верил. Но младший принц уже видел, что Меней узнал тон энергетики, да и собственная его магия должна была встрепенуться. Он, шатаясь, сделал пару шагов в сторону старшего Сверада и, когда Арий схватил его за руку, лишь попытался вырваться. Он уже ни на что не обращал внимания.

Пришлось его перехватить более жёстко.

— Я ещё раз повторяю! — прошипел младший брат. — Она не только под защитой своих опекунов, но и под моей защитой! Ты слышишь?

— Это… Лукина?

— Ты меня слышишь?

— Даже если бы не слышал. — В голосе Менея звучала боль. — Неужели ты думаешь, я способен хотя бы подумать о том, чтобы…

— Я не должен тебе верить, и они тоже не готовы. Я поручился за тебя!

— Прошу… Отпусти.

— Ты предупреждён. — И Арий сделал шаг назад, неохотно расцепил руки.

На подгибающихся ногах старший принц драков приблизился к испуганной девочке, но, заметив, как она вжимается в Хиреама и прячется под его рукой, остановился в трёх шагах. Качнулся, но устоял.

— Лукина?

— Теперь её зовут Шеника, — жёстко ответил Сверад. — И ты не притронешься к ней, пока я не буду уверен, что ты для неё полностью безопасен.

— Я готов принести любую клятву. — Прежде такой жёсткий, гордый, несгибаемый наследник королевского престола стоял, поникнув, даже не скрывая того, насколько он раздавлен обстоятельствами и чувством вины. — Лукина… Прости, прости меня!

— Меня зовут Шеника, — прошептала она, не отлипая от своего защитника.

— Шеника… Ты позволишь взять тебя за руку? — Она помотала головой. — Прости. Прости! Я поздно понял, к чему меня привела моя спесь.

— Я бы это иначе назвал, — уронил Хиреам, глядя на принца с презрением.

Меней лишь плечами пожал.

— Полагаю, ты вправе. Ты её отец?

— Нет. Она моя подопечная и приёмная сестра, но вся семья заботится о ней как о родной. Мой отец удочерил её.

— Я тебе благодарен…

— Мне неприятно слушать твою благодарность. Так что я не принимаю её. Поверь, если бы не потребность в поиске жены моего брата, я не позволил бы Шенике показаться тебе на глаза.

— Понимаю. Что ж… — Он больными глазами посмотрел на девочку. Та на него не смотрела, и чувствовалось, что, будь у неё возможность, в подмышку Хиреаму бы залезла.

— Брат, хватит. — Арий потянул Менея за собой. — Идём.

Старший принц позволил себя увести. Уже на краю обтоптанной полянки спрятал лицо в ладони и на несколько мгновений замер. Его аж пошатывало то ли от шока, то ли от воспоминаний. Но на ногах стоял. Долго тёр лицо. Потом выдохнул, поднял голову.

— Давно ты знаешь? — спросил он. И его внешнее спокойствие удивило младшего брата больше, чем что-либо ещё. Прежний наследный принц всегда был взрывным, импульсивным, гнев настигал его моментально и неудержимо, как волна захлёстывает берег, и сдерживаться Меней умел плохо. Лишь после гибели Лукины он изменился, и вот как раз сейчас Арий отметил, насколько сильны эти изменения.

— Нет. Подозревал уже какое-то время, но наверняка узнал только вчера.

— Спасибо. Спасибо, что сразу сообщил.

— Дело не в тебе.

— Да, я помню. — Старший принц машинально поискал взглядом девочку, но ту уже увели. — Понимаю. Как это получилось?

— Не знаю. Исследовать произошедшее мы не могли, да я и не стану пока. Малышка очень испугана. Как можно понять, умерев, она тут же воплотилась в ребёнке, сохранив всю прежнюю память. Так что не рассчитывай, что будет легко.

— Я и не рассчитываю. Но если это ты направил её душу…

— Нет, не я. — Арий с сожалением качнул головой. — Если бы знал о том, что происходит, вмешался бы до экзекуции, а не после.

— В любом случае я тебе благодарен. Обязан тебе своей душой. Сказал бы, что жизнью, но невелика ценность. — Он презрительно усмехнулся и на миг стал похож на себя прежнего. — Ты действительно позаботишься о ней, если она так и не позволит мне приблизиться?

— Разумеется, позабочусь. В конце концов, на ней теперь завязана твоя жизнь. Отец не простит, если я хотя бы не попытаюсь.

— Что планируешь предложить?

— Куплю ей дом в любом месте, где скажет, обеспечу средствами и хорошей охраной. Но, подозреваю, уговаривать на это придётся не её, а Сверадов.

— Кто они ей?

— Они же сказали — опекуны. Я не совсем разобрался, но, похоже, они её подобрали, беспризорную, и удочерили.

Меней слышно скрипнул зубами.

— Я хотел бы мстить за неё… Но имею ли право?

— Это ты решай для себя.

— Да уж. Первый, кому следовало бы отомстить, это я сам… Брат, что мне делать?

— Ну на-адо же, ты у меня просишь совета? Небо там на землю не упало, пойду-ка гляну!

— Смейся. — Старший криво усмехнулся. — Сколько хочешь смейся. Но делать-то мне что? Я бы сейчас у любого спросил совета, потому что действительно не знаю, что тут можно… придумать.

— Что делать? Кайся. Кайся до тех пор, пока будешь чувствовать, что способен, а после этого кайся снова. Ты ведь её убил. Сперва унизил, потом поиздевался, а следом убил — болезненно, мучительно. И знай, что она не простит, но каяться надо. Просто потому что это правильно. Ты не просто избранную тобой же женщину замучил — ты предал дарованное дракам чудо, магическую связь душ. Ты предал наше общее наследие и основу нашей силы. И за что тебе также следует каяться. — Арий пожал плечами. — Но в общем-то только тебе решать. Никто не может мешать принцу поступать бесчестно.

— Не надо так, брат. Поверь, я всё понял.

— Так докажи! — рыкнул младший. — Докажи нам всем! Не смотри больше на девочку как на свою собственность! Отнесись к ней как к воплощению ветви Пламенеющего Древа, перед которой ты провинился. Что за «позволь взять за руку» в первый же момент? Ты богиню сразу хватаешь за конечности, потому что тебе так хочется⁈

— Да. Ты прав. Я так до сих пор и не выучил урок…

— Иди, — вздохнул Арий. — И готовься. Нужно приступить к поиску как можно быстрее. Конечно, все друг друга утешают, что моей невесте ничего не угрожает, и мерзавец просто желает взять её в жёны, чтоб присвоить её магию. Однако же сложно себе представить, какие червяки в него голове. Я не хочу даже шанса ему предоставить.

— Ты нашёл свою связанную? Ту самую?

Младший принц кивнул.

— А я уж решил, что тебя, кроме своей боли, ничто и не интересует.

— Увы, почти так и было. Но про то, что тебя два года назад привязала какая-то целительница, и ты никак не можешь её найти, я услышал, конечно. Ещё подумал, что наша семья просто проклята.

— Между прочим, ты отчасти виноват в том, что она от меня пряталась, — проворчал Арий. — И я тебе за это уж точно не благодарен.

— Пошли слухи?

— Давно. Тем более что, как оказалось, она и лично была знакома с Лукиной. Шеникой. Сведения из первых рук.

— Кем она оказалась — твоя связанная?

— Не поверишь — студенткой.

— В смысле? Ты же говорил, что искусная опытная целительница. И остальные так же говорили.

— А вот. Оказалось, что к тому моменту она даже обучение в академии не начала. Потому и не могли отыскать.

— Но как же так получилось? — Даже Менея новость вывела из его безучастного состояния. — Обучалась частным образом?

— Не знаю. Известно только, что она родом из другого мира.

— Ах вот оно что… Ну что ж, там она могла и полный академический курс пройти.

— Мир немагический.

— М? То есть… Это тебе повезло заполучить настолько талантливую магиню?

— Это мне повезло встретиться с девочкой огромного потенциала и способностей, которую сюда для себя вытащил другой маг, — поморщился Арий. — А также в том повезло, что она от него сбежала и нашла меня, ещё не вполне кончившегося. И что захотела задержаться рядом и помочь настолько, насколько смогла. Она рассказывала мне об обстоятельствах — как понимаю, момент лечения как раз выпал на этап её окончательной адаптации к энергетике мира. Потому я получил огромный заряд магии, который и мою структуру выправил, и Агате позволил проделать все самые сложные лекарские манипуляции, и не оставил следа, по которому её бы нашёл похититель.

— Сложно поверить в такое везение.

— Однако оно случилось. И ещё мне повезло, что Агата согласилась пообщаться со мной… Хватит, поболтали! Отправляйся готовиться. Я промедления тебе не прощу, если оно, конечно, будет не по простительным причинам.

— Мне надо побыть рядом с ней, — прошептал Меней. — Пусть это даже будет через покрывало. Пусть в присутствии всех её опекунов. Но мне нужно подготовиться, чувствуя, что она на расстоянии протянутой руки.

— Ладно. — Арий поморщился. — Сейчас попробую это объяснить.

И отправился к Сверадам, перебирая в голове аргументы, которые сможет пустить в ход.

В принципе, палатка была. Да и она не обязательна. Хватит того, чтоб поставить малый тент и натянуть тряпочную стенку. В запасе даже есть хорошая плотная ткань для этой цели, Меней и подсмотреть не сможет.

Сверады уже немного обустроились на выбранном лесном пятачке, подготовили кострище в ямке, подволокли кусок брёвнышка, чтоб усадить женщин, разложили кое-какой скарб. На принца посмотрели неласково — ему навстречу шагнули Хиреам и Ардис, а Иоато остался со спутницами.

— Если ты скажешь, что ей нужно будет как-то близко с ним пообщаться или не дай Небеса переспать, чтоб он мог отыскать Агату, — с клокочущей в голосе яростью проговорил Ардис, — то, клянусь Высшей силой, я вас обоих…

— Да избави драконье божество! — Арий замахал руками. — Вы чего! Брат просил лишь рядом посидеть. Я уже прикидываю, как натянуть покрывало, чтоб он её не видел, только чувствовал рядом. Уверен, этого достаточно.

— В каком смысле «чувствовать рядом»? — нахмурившись, уточнил старший Сверад.

— Чтоб сидели, не соприкасаясь, но на минимальном расстоянии. Я сейчас распоряжусь, чтоб установили тент и натянули ткань. Пойдёшь посмотришь, чтоб всё было благопристойно?

Хиреам оглянулся на притихшую Шенику и встревоженную Таяту.

— Идёт. Давай посмотрим.

Взгляд Агаты

Я проснулась довольно рано, отчасти даже в панике. Подскочила на постели и мысленно выругала себя последними словами. Да что ж такое! Да меня такую в отрубе кто угодно мог отволочь куда угодно и с кем угодно обвенчать! То есть, скорее всего, не мог, но засыпать так конкретно в плену категорически не стоит. Хотя бы какие-то ловушки надо было подготовить, что ли! Банок консервных тут нет, но вазы и мыльницу можно было расставить вокруг кровати!

Решительно потянула на себя платье, закуталась в плед, брошенный поверх такого уютного кресла, и выскользнула за дверь. Прокралась по коридору. Ну да, замок уже потихоньку просыпается, внизу слышны голоса кухонной прислуги, посуда погромыхивает, кого-то окликают, навешивая на него горькую ответственность за то, что щепы опять не хватает. Ничего, можно и успеть мимо них всех проскользнуть.

Прячась в закоулках, я пробралась на первый этаж, потом шмыгнула к лестнице в подвал и благополучно добралась до подземелья, где упрямо сидела накануне. О, как мне повезло, что ни циновки, ни одеяла с подушками отсюда пока не унесли! Я зарылась в одеяло и вздохнула с облегчением. Почему-то здесь мне было спокойнее.

Расслабилась. Так, повторим отправку сообщения. Му-уж! Объелся груш! Я тута, между прочим! Сижу за решёткой в темнице сухой! Спасай давай!.. Жених! Чего притих! Марш совершать подвиги во славу своей любви! Я тут жду, между прочим… Интересно, а не зря ли я решила из подземелья отправлять весточки? А если тут всё экранировано?.. Есть вероятность. Но ведь козлина наверняка мою спальню экранировал не слабее, чем подвал. А из коридора не поотправляешь «магические смс-ки», там надо бодро перебирать ногами.

Ладно, хватит рефлексировать. Всё равно твоя основная задача — снять артефакт. Этому и посвяти все свои мысли. Если речь о барьере, его нужно взломать. Если об обманке, которая сбивает нервную систему с толку и мешает нормальному функционированию нервных окончаний… То есть скорее рецепции магии и восприятия. Тогда нужно придумать ещё что-то. А может, штуковина мешает непосредственно самой передаче сигнала. Тогда следует переучить системку обратно.

— Агата! — Тоа, ворвавшийся в подвал, был уже откровенно зол. — Да какого чёрта⁈

— М?

— Я что, так и буду тягать тебя туда-сюда?

— А ты не тягай. Мне тут спокойнее.

— Да почему, чёрт тебя задери!

— Вообще не надо бы драть. Нежелательно.

— Знаешь, если ты продолжишь в том же духе…

— Ну давай, бери розгу. Я даже потерплю. А ты после этого красиво склеишь ласты, и я пойду куда глаза глядят, солнцем палима.

— Что склею?

— Ласты. Копыта отбросишь. Или коньки. Или хвост. Дашь дуба. Двинешь кони. Протянешь ноги. Сыграешь в ящик! — Я уже орала.

— А-а… — протянул он, заметно успокаиваясь. — Ждёшь, что у меня закончится терпение, и я применю к тебе силу.

— А то нет!

— А вот нет!

— Тогда оставь меня в покое! Я тут посижу!

— Когда уснёшь — отнесу тебя обратно! — пригрозил он. — И давай, борись со сном упорнее, после такого человек засыпает так, что его и грохотом не разбудишь! Сейчас прикажу, чтоб тебе еду принесли.

«Хм, а тут он прав! — подумала я. — Лучше бы часто дремать по чуть-чуть, чтоб не срубиться в дохлую». И задумалась о первом этапе — взломе барьера. Представила его себе так, как он по моей логике должен был выглядеть. Надавила, сокрушила, после чего представила, как расправляю и аккуратно «расчёсываю» магические энерголинии. Подождала. Результат есть? Чё-та не особо. Ла-адно. Продолжаем разгул фантазии. Алё, моя нервная системка, которая научилась не только воспринимать импульсы восприятия из пяти источников, но и магию читать — оживай! Давай-ка обновим тебя! Как ты у меня должна работать? Вспоминай… Не получается уговорить? Ничего, я тебя сейчас заставлю.

Мне показалось, я ощущаю тот предел, за который не выходит ткнуться. И это было уже намного лучше, чем просто попытка представить себе, как мог бы выглядеть магический блок, чтоб его черти взяли. Я его уже чувствовала, а значит, он мне покорится — вопрос лишь во времени, которое на это потребуется.

Вот она, магическая ткань мира. Я снова вижу её, пусть и размыто. Она, словно в какой-то момент уснувшее во мне растение, возрождается опять, и по ощущениям мне остаётся лишь позволить ему развиваться самостоятельно. И моя магическая составляющая живёт так же. Сейчас она воспрянет и уж покажет себя в полной силе…

Что-то не получается. Ну как так-то⁈ Что опять не так? Где я промахнулась?

— Агата!

— Тоа, ты задолбал.

— С чего бы?

— Послушай, я…

— Ты просто упрямишься на пустом месте.

— Сдаётся мне, это уже слышала, и не раз…

— Агата!

— А на черта тебе такая вредная жена? Капризная, упрямая… Откажись!

— Такого исхода ты добиваешься?

— Ну догадайся!

— Агата, ты на самом деле меня покорила! До чего крепкий характер! Я смотрю на тебя и понимаю — вот женщина, ради которой стоит рисковать. Даже жизнью.

— Мужик, а ведь ты реально рискуешь! Даже не представляешь, насколько. Убеждаю — откажись!

— Ага, щас!

— Блин!.. Ты вызываешь уважение своей упёртостью, но на деле у тебя нет шансов. Как жаль.

— Агата!

В следующий момент так полыхнуло магией, что я ощутила её ясно, как привкус еды на языке. Выплеск едва не ослепил. Я упала в одеяла, даже не заметила, как завернулась, притихла, будто в надежде, что меня не найдут. Мне показалось, будто в пространстве полыхнуло настоящим огнём — по крайней мере, ошеломило конкретно так. Я позволила воздуху откинуть себя на подушки, съёжилась в них, сама же приоткрыла глаз, чтоб поинтересоваться, какая фигня тут вообще случилась.

А случилось нечто интересное. По крайней мере, у каменной стены принц Арий, которого я сперва с трудом узнала, усердно колотил Тоа. Тот с переменным успехом сопротивлялся, время от времени пытался пустить в ход магию, но принц брезгливо и уверенно сбивал каждую его такую попытку. Следом в помещении появились ещё двое драков, причём лоб одного был буквально усыпан магическими вставками.

— Твоя очередь, брат, — бросил Арий, отшвырнув Ионафана к стене. После чего поспешно повернулся ко мне. — Агата! Сейчас будет лекарь.

— Да зачем. — Я завозилась в подушках — и тут сообразила, что буквально парой секунд назад видела магию во всех подробностях.

Так, стоп-стоп — значит, у меня получилось? Попыталась ощутить в себе ток энергий, а потом робко позвала феникса. Тот осторожно шевельнулся во мне (странно было это чувствовать — будто ребёнок шевелится, только не во чреве, а в груди), однако наружу пока не спешил. Дал понять, что не может. Значит, печать ещё на месте, просто я её подточила слегка. Обгрызла, скажем так.

Тем временем Арий упал рядом со мной на колени. Поспешно схватил меня за руку и пустил в ход чары — похоже, диагностические.

— Где болит? — едва переводя дух, спросил он, а тем временем нащупывал жилку на запястье.

Я рассматривала его с интересом, словно пыталась понять, действительно ли он за меня переживает. Нет, и в самом деле переживает, вон как хрупнула маска бесстрастия, а в глазах — настоящая буря паники.

— Нигде. Значит, моё сообщение получил?

— Оба. Просто по первому не удалось найти место… Ты правда меня ждёшь?

В это время тот самый драк с россыпью украшений на лбу уже тряс Тоа, как грушу:

— Где сестра⁈ Где⁈

— Какого чёрта⁈ — орал тот. — Какая ещё сестра?

— Хватит меня дурить! Она у тебя. Что — решил себе гарем собрать?

— О! — У меня округлились и глаза, и рот. — Серьёзно? Он ещё какую-то девушку решил прибрать к рукам?

— Чушь! — возмутился Тоа. — Я претендую только на тебя.

— Претендовалка жмёт, я смотрю! — рявкнул, врываясь в подземелье, Ардис. Его едва успели перехватить.

— Постой, — уговаривал его Арий. — Сперва надо допросить. Пусть всё расскажет.

— Та́к он и рассказал, — буркнула я.

Удивительно, но драки меня услышали. Тот, что тряс моего горе-жениха, ещё раз решительно, но аккуратно приложил его об стену. И прорычал:

— Расскажет, куда денется!

— Постой! — Я, кряхтя, поднялась. — У него там планшет. Мне бы его…

— Что у него?

— Досочка такая. Небольшая, каменная. Он мне с помощью неё включал блокировку магии.

Мужчин перекосило. Тоа моментально прижали к стене, на так, что у него едва глаза из орбит не полезли.

— Обыскивай! — приказал Арий одному из сопровождающих. Обыскали мигом и вытрясли из чародея несколько магических вещиц, в частности и пластинку чёрного оникса в оковке. — Давай сюда. — Повертел в пальцах и неуверенно протянул мне. — Думаю, тут нужно позвать чародея-артефактора.

— Да зачем. Можно? — Я подошла поближе к Тоа и сцапала его за руку. Потребовалось несколько мгновений, чтоб снять слепок энергетики, и когда он понял, что я делаю, у него снова округлились глаза. — А вы его заблокировать не хотите? Вообще-то стоило бы.

Украденным отпечатком я оживила «планшет» и, сделав над собой усилие, вообразила виртуальное окно со структурированным расположением условных кнопок. Мда, тут подразумевается немного другой интерфейс, но мне несложно приспособиться. След собственной энергетики я нашла очень быстро, развернула программку, нащупала контакт и сдёрнула с себя остатки блока. После чего преобразовала его обратно в артефакт и даже из интереса присоединила к нему отпечаток Тоа.

Надо же — получилось!

— Вот, будете? — И протянула красно-чёрный кругляшок ближайшему драку.

— Агата, как… — охнул Ионафан, но в следующий миг блокирующий артефакт коснулся его кожи. — Ты не можешь этого делать!

— Почему? — с милым видом уточнила я. — Я тебе магию спасаю вообще-то. Это действительно самый гуманный способ её блокировать, а эти гуманными не будут.

— И не подумаем, — согласился Арий, с любопытством наблюдая за моими действиями. Пусть не сразу, но я сумела при помощи «планшета» запустить блок на полную мощность и очаровательно (надеюсь, что именно так оно и выглядело) улыбнулась. — Что ты делаешь?

— Ищу план крепости. Точнее, её подземелий. Как понимаю, вы намерены всё тут обыскивать.

— Естественно.

— Агата, — рыкнул Тоа. — Полагаю, ты не очень-то хочешь умирать из-за нарушения клятвы.

— Так я и не нарушаю. Вот сейчас я спасаю твою жизнь. Они ведь не слезут. Эти если уверены, что ты куда-то дел их сестру, будут пытать, пока не устанут. А они выносливые.

— Агата!

— Ну чего? Если её тут нет, так зачем тебе волноваться? Ты же не хотел взять себе в жёны ещё одну женщину?

Пленник слышно скрипнул зубами.

— Её для себя похитил Парда.

— Очень интересно. Что за Парда? — ледяным тоном вопросил Арий.

— Иопомен Парда, угиришский архимаг.

— Ну надо же, какой скользкий! — скривился Ардис. — На него же так никто и не подумал.

— Есть там планы? — рыкнул нервный драк, время от времени встряхивающий Тоа. Стоило отдать должное его физической силе — ростом они были примерно одинаковы, да и комплекцией тоже. При этом драк тряс жертву легко, словно имел дело с мальчишкой лет десяти, не больше.

— Нет. — Я пожала плечами. — Тут много что есть, но обыскивать подземелья придётся по-старому… Ребят, ну не надо его так трясти! Он вот, к примеру, мне ничего плохого не сделал.

— Только ты почему-то сидела в подземелье, — со злостью бросил Ардис. Его явно заедало то, что ему так ни разика и не позволили пнуть вражину хоть в одно чувствительное место.

— Скажу честно — я тут засела совершенно добровольно. Тоа честно пытался разместить меня с комфортом и один раз даже уносил отсюда на руках. Но я всё время сбегала сюда.

— Зачем?

— Ну как… Я посчитала, что в подвале меня не обвенчают.

— Ты обещала тут сочетаться со мной браком, Агата!

— Тоа, ты брал с меня клятву в другом подземелье. Кстати, спасибо, что из академии выдернул меня сюда. А не туда.

Маг демонстративно закатил глаза. Но больше возражать не пытался.

— Тебе не поможет этот брак, сволота! — угрожающе пообещал Ардис. — Я тебя прикончу, едва только ты станешь её мужем.

— И ведь убьёт, — сказала я, продолжая изучать содержимое «планшета». — Так что, бегая от венчания, я опять же тебе жизнь спасаю, Тоа. У Арда уйма достоинств, но есть основательный недостаток — он жуть какой ревнивый… Ребят, ну отличная же штука! Только разобраться — и уйма возможностей будет в кармане. — Потрясла в воздухе пластинкой оникса. — Не надо Тоа ничего зубодробительного делать. И убивать точно не надо. Его бы в какую-нибудь шарашку, чтоб трудился на благо науки — вот это было бы дело!

— В куда? Что такое шарашка?

— А что такое «груш», кстати? — уточнил Ардис, с трудом отвлекаясь от пленника.

— Фрукт такой, — отмахнулась я, с удовольствием убедившись, что до мужа мои послания про «объелся груш» тоже дошли. — А шарашка — это тюрьма, где узники не томятся, а творят полезные штуки на благо государства.

— Не о том ты думаешь, — процедил сквозь зубы драк с россыпью украшений на лбу. Он тоже продолжал разглядывать Тоа с ожесточением и явным недовольством, что тут хоть кто-то его защищает.

— А о своей сестре вы сами беспокойтесь. Мне-то что вмешиваться.

— Держите его здесь. Обыск так обыск.

— Меней! — Арий заступил ему путь. — Не осмысленнее ли запустить поиск?

— Сомневаюсь. На таком расстоянии я уже должен был бы… Я не чувствую, но в то же время…

— Интуиция?

— Вроде того.

— Меней? — Меня пробрало нехорошим ощущением. Нахмурившись, я смотрела вслед рьяному незнакомцу.

Младший принц драков поспешил успокоить меня жестами. Мол, всё у меня под контролем.

— Не волнуйся. Всё хорошо.

Взгляд Агаты

Замок вскипел множеством посторонних людей, как драков, так и обычных людей в одежде наёмников. И на удивление быстро они отыскали сразу несколько магически закрытых помещений, каждое из которых предстояло обследовать, причём со всей осторожностью. И о последнем я заранее намекнула Арию, который постоянно находился рядом со мной, чем заметно бесил Ардиса.

— Что ты предлагаешь? — уточнил он.

— Видишь ли, можно лишь гадать, какие хитрости он придумал, чтоб чужаки, залезая в схроны, что-нибудь там не нашли. Что-нибудь эдакое, компрометирующее. Ну мало ли, вы взломаете дверь, а там всё адским пламенем испепелит.

Принц нахмурился и посмотрел на меня вопросительно.

— И каково твоё мнение, как следует действовать?

— Ну-у… Понимаешь, лучше всего было бы открывать их с планшета… Ну, с этой каменной досочки. Вот только, боюсь, моя клятва может счесть это нарушением.

— Тоже мне проблема, — буркнул Ардис. — Подожди. — Он явился обратно довольно скоро. С собой волок Тоа со связанными за спиной руками и накрепко заткнутым ртом. Маг мог только пучить глаза и мычать. У первой из крепко замкнутых дверей младший Сверад уверенно поставил пленника на колени, за волосы вздёрнул его голову так, чтоб удобно обнажить горло, и вытащил нож: — Открывай дверь, а то я его сейчас прирежу. Живо! — И даже нагло подмигнул.

Пожала плечами. Ну, пожалуй, подойдёт. Я ж клялась и насчёт действия, и насчёт бездействия. Не слушая надрывное мычание сквозь кляп, погрузилась в интерфейс артефакта. Мда, не так-то просто здесь с налёта разобраться…

— Поторапливайся! — весело приказал мне муж.

Я дёрнула плечом.

— Не подгоняй меня! Я стараюсь.

— У меня тут уже руки устают. — И слегка царапнул Тоа по шее. Мычание сквозь кляп стало ещё звучнее.

— Да ни к чему это! И так верю!

— Ну а вдруг — засомневалась. Так чтоб напомнить…

— Нашла! — Я сдвинула палец на кромке «планшета», обозначила нужную точку и, обновив ещё раз в памяти снятый отпечаток чужой энергетики, отдала команду открыть дверь. Створка медленно отъехала в сторону. — Мда-а, — протянула я, разглядывая нутро подземелья, буквально набитого стеллажами со всевозможными материалами. Должно быть, для изготовления артефактов. — Впечатляет.

— Следующий давай!

— Не ори на меня, — но ответила вяло, как бы машинально. И занялась следующей дверью.

За четвёртой обнаружилось почти пустое сводчатое подземелье. Всё, что здесь было — только странной конструкции ложе. А на нём лежала, накрытая едва видимой радужной плёнкой магии, изумительной красоты девушка — белокожая, черноволосая, с яркими губами, крупным переливчатым бриллиантом над правой бровью, плотно закутанная в серое толстое одеяло, так что и не видно было, одета ли она. Даже я, хоть и сама была девчонкой, замерла, рассматривая красавицу. До чего ж совершенна! В душе и зависть не шевельнулась: завидовать можно тому, кто тебе хоть как-то подобен, а эта чаровница была подлинным произведением искусности самой природы. Ею только любоваться можно.

— Ого!.. Нет, Арий, стой! Не трогай! Ты ведь не знаешь, что там за система вшита! — Принц обернулся и посмотрел на меня совершенно сумасшедшими глазами. — Это ведь она — твоя сестра?

— Да, — выдохнул он.

— Подожди. Надо осторожнее. Надо всё изучить. — Я осторожно подошла к ложу.

Взялась было за «планшет» — и замерла, чувствуя, как разрастается боль в груди.

Обернулась — Тоа извивался в хватке двух драков, но дело было даже не в этом. И я без того понимала, что иду по узкой грани. Конечно, муж предложил мне вполне эффективный выход, но его было недостаточно. Магия явно показывала мне, что, искупая свои прежние спорные поступки, я должна сделать всё возможное, чтоб спасти этому человеку жизнь.

— Не могу, — прошептала устало. — Не пускает. Боюсь, вам придётся обменять мою активную помощь на его жизнь.

— А может, сделаем проще? — Ардис ухмыльнулся злорадно. И явно собрался резать пленнику горло, как барану. Я едва успела судорожно замахать руками.

— Нет-нет! Подожди! Мы понятия не имеем, как тут всё настроено. А если его смерть убьёт и пленницу? Нельзя так рисковать… Ну слушайте, что вам дороже — жизнь девушки или Тоа?

— Я начинаю ревновать, — буркнул младший Сверад, ослабляя захват. — Ты так стоишь за его жизнь… Чем он тебе так дорог?

— Ты с самого начала знал, что я связана клятвой, — процедила сквозь зубы. — Если возможность убить его тебе важнее, чем моя жизнь, так изволь! Валяй!

Глаза мужа слегка округлились.

— Зачем ты так?

— Интересно! Мы все устали, Ард! Все! Но сцены ревности тут катаешь только ты и только мне! — Я смотрела в его изумлённые глаза, и тут марево ярости немного схлынуло. Стало неловко за свою вспышку. Помялась, но всё же решилась: — Прости… Что-то понесло меня по кочкам… Перенервничала просто.

— Неудивительно, — с прохладцей произнёс Арий, осторожно подхватывая меня под локти, но не обнимая, а явно желая поддержать, если вдруг задумаю падать. — Агата, тебе нужно отдохнуть. Моя сестра, полагаю, тут лежит уже не первый день. Очевидно, что она в стазисе. Полагаю, сможет подождать ещё немного.

— Не надо. Сейчас… Ребят. Решите уже с Тоа. Прошу — не надо его убивать. Обменяете жизнь сестры на жизнь этого мага?

— Ещё подумаем, — рыкнул, врываясь в подземелье Меней. Оттолкнул брата и замер над ложем. Медленно провёл ладонями по лицу, словно проверяя, действительно ли глаза его видят, и видят то, что есть, а потом с приглушённым рыком развернулся к Тоа. И в глазах его была смерть.

Арий заступил ему путь.

— Стой! — Сразу почувствовалось, что приказывать он умеет не хуже других. — Агата может быть права. Если его смерть погубит Акесту, то оно того не стоит. — Меней медленно промаргивался, приходя в себя. — Подожди. Побеседуем.

И, убедившись, что брат больше не рвётся убивать, подошёл к пленнику и выдернул кляп.

Тоа, тяжело дыша, смотрел на младшего принца. Видимо, уже сообразил, что ждать понимания от старшего не приходится.

— Я не претендовал на неё.

— Но она у тебя в замке.

— Да. Но это не только мой замок.

— Рассказывай, зачем тебе была нужна моя сестра и как снять с неё стазис. Только полная правда сможет гарантировать тебе выживание.

— Как я могу быть в этом уверен?

— Зависит от того, чем ты можешь быть полезен нашему роду и на какие ограничения пойти, чтоб доказать свою безопасность. И для драков, и для людей. Чтоб я принёс тебе клятву, тебе придётся постараться.

Маг скрипнул зубами. Я же тем временем продолжала изучать «содержимое» его артефакта. Ситуация с куполом становилась чуть яснее. Но вряд ли я могу говорить о том, что успела узнать. Моя магия уже давала мне понять, что следующее неосторожное слово или действие может стать для меня критичным. А уж жизнь моя пострадает или магия — разница не слишком велика. Я уже пропиталась чародейством, боюсь, если сейчас у меня её отнять, долго я не протяну.

— Без меня вы принцессу не вынете.

— Тоа, ты ж меня знаешь, — пробормотала я, уловив, что беседа, кажется, грозит пойти по опасной тропе. — Я ведь могу и отыскать варианты.

— Какие варианты⁈ Ты уже готова идти напролом⁈

— Да зачем напролом-то? Не ори. Лучше подумай — я уже столько смогла себе позволить и при этом формально не нарушила клятву. — Жестом я выпустила на свободу своего феникса, сейчас старавшегося остаться крохотным, чтоб никому не мешать и ничего не зацепить. — А вдруг смогу и большее? Ты лучше с ними договорись. Я же пытаюсь помочь тебе. Мне, право слово, так проще. Но я ж могу и напрячься.

— Чего вы хотите знать? — помрачнел чародей. — Зачем принцесса? Я же сказал — на ней желал жениться Парда.

— И почему?

Мрачный взгляд в ответ.

— Рассчитывал претендовать на престол.

— Я смотрю, и на мне уже поставили крест, — произнёс Арий. — Но ведь Акеста пропала до того, как у меня появилась связанная. Брак был уже назначен. Как твой Парда собирался поступить, если бы я связал магию с предыдущей невестой в ходе обряда?

— Были идеи.

— Любопытно. — Принц наклонил голову. — И как вообще этот архимаг собирался править драками, даже если бы Акеста осталась бы единственной законной наследницей? По нашим законам драками может править только драк.

— Да не нужен был ему трон! А только доступ к Пламенному Древу!

— Что? — Глаза представителя правящего дракского семейства полыхнули ледяным пламенем.

Его собеседник скривил разбитые губы.

— Вы ладно устроились, да? Подгребли под себя единственное средоточие, способное наделять мужчин магией от рождения — и удивляетесь, что кто-то желает перехватить его и распределить на всех!

— А ты, значит, за общее благо тут страдаешь? — рявкнул Ардис, встряхнув пленника. Не так эффектно, как это удавалось Менею, но тоже вполне себе.

— Распределить мощь Пламенеющего Древа нельзя. Только драки могут воспринимать её.

— Это вы так говорите.

Арий слегка пожал плечами.

— Если твоему архимагу кажется, что это не так, он же должен основывать свою уверенность на чём-то. А раз ты взялся ему помогать, значит, считаешь, что аргумент веский.

— Считаю, что средоточие нужно исследовать, и способ найдётся. Если бы вы так уж принципиально отличались от обычных людей, у вас не было бы детей от наших женщин, — отрезал Тоа.

Я вопросительно взглянула на младшего принца. Но тот не спешил ни спорить, ни соглашаться — он лишь смотрел на пленника и молчал.

— Освобождай Агату от клятвы. И тогда я найду способ сохранить тебе жизнь.

— Мне ни на черта не нужна жизнь в дракском застенке!

— Ты в любом случае никогда не будешь её мужем. Скорее мы убьём тебя. Но пока ты жив, есть надежда. Особенно если сможешь договориться по-хорошему с моим отцом. Стоящие чародеи-исследователи всем нужны. Когда он успокоится и отойдёт, когда вся королевская семья оттает, а ты сам осознаешь, что твои амбиции беспочвенны и смиришься с этим, мы сможем найти общий язык и предмет обсуждения. Решай. — Он пожал плечами. — Мы уже нашли сестру. Мы не оставим её ни тебе, ни Парде. У вас уже в любом случае не сложилось задуманное.

Тоа молчаливо сверлил его взглядом почти минуту.

— Ладно. Освободите мне руки. Я разрешу Агату от клятвы, а ты поклянёшься, что мне сохранят жизнь и не будут мучить.

Арий кивнул, и Ардис Сверад неохотно уступил его жесту, отпустил пленника, но не расслабился и ни на шаг не отошёл, как и два других крепкоплечих драка. Эти рассматривали мага с таким ожесточением, что, казалось, если им только позволить, они Ионафана на тонкие полосочки нарежут и ещё запекут на ближайшем очаге.

Тоа со страданием на лице потянулся.

— Клятву, — напомнил он.

— Отрешай Агату! И заверяй, что поможешь освободить мою сестру из-под своих чар.

— Одновременно! — Они с Арием сцепились руками, и взаимная клятва была принесена даже без крови, видимо, на одних отголосках дракской магии. Я помнила, что, в принципе, такое тоже возможно, даже если один из клянущихся заблокирован. Чародей развернулся ко мне и протянул руку. — Давай церу.

Я рефлекторно отдёрнула руку. И на удивление принц меня поддержал.

— Ну уж нет. Эта вещь тебе в руки не попадёт. Объясняй Агате, что нужно делать.

— Как, по-твоему, я должен это сделать? Она впервые видит мой рабочий артефакт!

— Я уже поняла, что требуется, — буркнула, водя пальцем по пластинке оникса. — Если клятва меня больше не связывает…

— Не связывает, — шепнул Тоа, глядя на меня так жадно, словно и в самом деле любил всей душой. Но было у меня смутное подозрение, что дело тут совсем не в любви. Рухнувшие надежды и тонко выстроенный расчёт, в один миг накрывшийся медным тазом, уязвляют побольнее.

Но не хватало только ему сочувствовать.

— Вот и чудно. — Провела пальцем по кромке нужного заклинания и убедилась, что начинка там действительно была самая «интересная». И смерть создателя сдерживающей системы, и несколько аварийных сигналов, и даже не совсем точный и не самый свежий оттиск энергетики — всё это должно было испепелить содержимое купола в один миг. Пришлось хватать Тоа за руку и снимать новый оттиск. Следом я отключила все «сигналки» и заставила погаснуть радужный, едва видимый купол над ложем. — Ну да, ну да. Парда, как же… Система-то твоего авторства.

— Я иного и не утверждал.

— Ну да, ну да… Но это только защита. Стазис управляется по-другому. И там тоже есть свои нюансы. Я бы посоветовала снимать его не здесь.

— Девушка права, — произнёс Меней. Он подошёл к ложу, ласково провёл пальцами по лицу неподвижной девушки. Наклонился и осторожно поднял её на руки. — Лучше пусть над сестрёнкой колдуют наши чародеи. И твоя уникальная невеста, брат. Идёмте, Агата. Вам лучше выйти из этого замка, вряд ли он вызывает у вас добрые чувства.

— Да вы, как бы, тоже к себе не располагаете, — брякнула я.

И, прикусив язык, пристроилась за ним. Ну в самом деле, нашла когда свой характер демонстрировать. И свою сообразительность.