Глава 51

Кира

— Брюнет... — проговаривает Леся, не размыкая губ, — Столик справа от нас.

Девочки как по команде тут же поворачивают туда головы.

— Не так резко! — выстанывает она, — Отвернитесь.

Я тихонько посмеиваюсь. Сидящие за тем столиком парни, конечно, тот час замечают внимание моих подруг и принимаются подмигивать и поигрывать бровями. Тот самый понравившийся Лесе брюнет салютует нам бокалом.

— О, боже... — она отворачивается набирает полную грудь воздуха и выдувает его тонкой струйкой, — Как я выгляжу? Тушь не посыпалась?

— Нет, — говорю я.

— Если что, он мой, — заявляет сразу, строго глянув на нас с Каро.

На Машу даже не смотрит, видимо та в расчет не идет и в качестве конкурентоспособной единицы не воспринимается.

— Даже не смотрите на него, — проговаривает в одной тональности, — Вы обе в отношениях.

Да.

Я в отношениях. Официально. Вся наша компания, друзья Дениса и даже малознакомые люди знают, что мы вместе даже несмотря на то, что он сейчас в Штатах. Уже чертову неделю, каждый день которой для меня проходит как пытка.

Я так глубоко вросла в него за те неполные два месяца, пока мы были вместе, что теперь ощущаю себя инвалидом с ампутированными конечностями. Это ужасное чувство дополняется ощущением тотальной пустоты. Я словно потерянная во времени и пространстве. Живу как прежде, хожу на лекции в университет, но все время спрашиваю себя: «Как надолго меня хватит?»

— Пс-с-с... — Леся отодвигает бокал в сторону и ложится грудью на стол, — Он смотрит сюда?... Смотрит на меня?

Маша, обхватив торчащую из бокала с соком трубочку губами, переводит взгляд на столик у стены, а потом так же незаметно возвращает его к Лесе и отрицательно качает головой.

— Черт!... Давай поменяемся местами!

Они поднимаются. Маша усаживается на стул Леси, а та занимает место рядом со мной.

— Он тебе понравился? — спрашиваю я негромко.

— А тебе нет?

— Нет, — смеюсь я, — Не в моем вкусе.

— Это потому, что ты сейчас вся в Данилове. И не видишь никого вокруг.

Я снова смотрю на того парня и поражаюсь, что в нем такого, что могло вот так сходу зацепить мою подругу.

— Лесь, а ты хорошо его разглядела? — присоединяется Каро, — Он какой-то...

— Что?... — восклицает Леся и, прижав кончик указательного пальца к внешнему уголку глаза, немного оттягивает его, помогая себе сфокусировать зрение.

Она у нас страдает близорукостью.

— У него нос как пятачок у поросенка и странный затылок.

Я давлю смешок, но тут Каро права. Линия роста волос на затылке расположена неестественно высоко, отчего голова сзади кажется горизонтально приплюснутой. И короткий задранный нос, демонстрирующий всем вокруг две идеально круглые ноздри.

— Ой... — хмурится Леся, — С другого ракурса он казался красавчиком.

Маша и Каро прыскают в ладошки, а Леся, оправдываясь, восклицает, — Ну, правда, я забыла надеть линзы!

— Хорошо, что мы с тобой, — смеюсь я, — Иначе страдала бы по нему за зря.

Леся, сощурив глаза, ещё раз внимательно на него смотрит и оказывается застигнутой врасплох, когда он неожиданно поворачивается и плотоядно ей усмехается.

— Фу... — вырывается у нее, — Господи боже, спаси и сохрани!

— Кажется, он к нам идет, — предупреждает Каро тихим шепотом.

— Только не это, — отворачивается Леся.

Направляясь к нам расхлябанной походкой и склонив голову набок так, чтобы длинные пряди от макушки закрывали один глаз, парень быстро перепрыгивает взглядом по нашим лицам.

— Здорово... — раздается его сиплый от природы голос, — Как дела?... Как настроение?

— Мы не знакомимся, — отвечает Каро с улыбкой сожаления.

Я достаю телефон из сумки и открываю приложение такси.

— А мы с моими друзьями поняли иначе.

Леся поворачивает голову, так, чтобы он не мог видеть ее лица и округляет глаза в притворном ужасе. Я еле сдерживаю смех.

— Мы уже уходим, — заявляю нейтральное, обращаясь к парню.

— Можем покататься. Мы с парнями на колесах, — не отстает он.

Каро поднимает руку и громко просит счет.

Через десять минут, с трудом отделавшись от несостоявшегося краша Леси, мы всей компанией выходим на улицу.

— Блин, девочки, — хнычет она, — Ну простите!... У меня овуляция! И потом...

— Близорукость и овуляция вместе очень опасная штука, — замечает Маша.

Каро, хохоча, едва не сгибается пополам.

— И потом, — продолжает она, — Вы все в отношениях, а я тоже хочу.

— Ты в следующий раз в овуляцию лучше дома сиди, — заливается Каро, — А то нас может не оказаться рядом.

— Да ну вас! — надувается она, но не надолго.

И, хрюкнув, тоже заходится в хохоте.

Я поддерживаю веселье, потому что это действительно смешно, но всеми мыслями уже дома, в моей комнате с Ганей и с Даниловым на том конце провода.

— Иди сюда, — говорю я кукле позже, падая на кровать в своей спальне и зажигая в изголовье ночник, — Будем звонить нашему с тобой мужику.

Набираю его номер, держа телефон на вытянутой перед собой руке и под вибрирующие длинные гудки жду, когда он ответит. Экран вспыхивает, и в нем появляется лицо Дениса.

— Привет, не рано?...

— Нормально, — отзывается он, глядя на меня во все глаза.

Так всегда случается, когда начинается наш разговор. Первые несколько секунд мы жадно пялимся друг на друга, а только потом начинаем задавать вопросы.

— Как дела? — спрашиваю я, — Как прошел день?

— Как всегда. Офис, духота, мониторы компьютеров.

— Устал?

Он падает на кровать и закидывает руку за голову. На лице напряжение и полуулыбка.

— Есть немного.

— Может, я позже наберу? — предлагаю, чувствуя как в груди болезненно сжимается.

— Только попробуй отключиться, Рокотова.

— Хорошо, — отвечаю со смехом, — Мне показалось, ты не в настроении.

— Как прошел твой день? — игнорирует мою реплику, — Чем занималась?

— У меня сегодня выходной, — принимаюсь рассказывать, — Встречалась с девочками в городе.

— Куда ходили?

— Эм-м... В бар, а что?

— Дай угадаю. В «Шифт»?

— Да-а-а-а... — тяну я, — Откуда ты знаешь?

— Я подписан на твоих подруг, — проговаривает Данилов, и все в моей голове встает на свои места.

Это наверняка Каро, опубликовала историю на своей странице в соцсети.

— Эй!... Погода-ка. Ты что, следишь за мной?

— Да разве можно?...

— Ревнуешь? — давлю смешок, — Ты серьезно?

— Бар был забит утырками на любой вкус.

— Денис! — восклицаю я, — Ты сейчас серьезно?

Он тяжело вздыхает и с силой растирает лицо рукой. Мои глаза наполняются слезами, потому что я вижу, как он скучает, и скучаю не меньше его.

— Что-то мне тут душно, Кира... — проговаривает он наконец, — Тошно.

— Мне здесь тоже.

— Мне тяжело видеть тебя и не иметь возможности дотронуться.

Закусив губы, я тихонько всхлипываю.

— Я знаю...

— Только не плачь, окей?...

— Не-е-е-ет, — мотаю головой, понимая, что слезы уже стекают по лицу, — Нельзя плакать. Артем обещал разбить тебе нос, если увидит хоть одну слезинку.

Данилов хрипло смеется, а потом вдруг серьезнеет и говорит:

— Покажи мне грудь.