27

Когда-то давно я представляла свой первый раз и всегда думала, что он будет неловким, смятым, тревожным. Тупые статьи о потере девственности рисовали один-единственный сценарий — тебе будет хреново, смирись, это нужно перетерпеть. Ага, воодушевляет.

Позже я узнала о том, что в большинстве случаев девушки не испытывают боли, если партнёр рядом с ними опытный, понимающий, старательный. И я успокоилась. Главное — заняться сексом с любимым человеком, а остальное ерунда.

Поэтому от так называемой “потери девственности” я ожидаю только положительных эмоций. На оргазм, конечно, не рассчитываю — его вообще не все женщины испытывают, что уж говорить о первом разе. Но у нас ещё две недели впереди, успеем изучить друг друга.

Роман терзает мои губы так умело, что я всхлипываю и прижимаюсь к его телу как можно теснее. Блуждаю руками по рельефной спине, забираюсь под футболку, наслаждаясь прикосновениями к его горячей коже. В порыве страсти прикусываю нижнюю губу Романа и тут же зализывая рану языком.

Он оставляет в покое мой рот, целует шею и ключицы, чуть прихватывая зубами чувствительную кожу. Выгибаюсь под ним, ёрзаю, пытаясь утихомирить усиливающуюся пульсацию между ног. Роман медленно расстёгивает пуговицы на моей рубашке и целует каждый сантиметр тела. Намеренно пропускает грудь, проводит языком ниже, вдоль живота, сжимает руками бёдра и возвращается к моим губам. Жадно впивается в них, снимая с меня рубашку.

Я обнажена по пояс. Первая мысль — прикрыть грудь руками, но я тут же отметаю её. Нечего корчить из себя скромницу. Прерываю поцелуй, смотрю на Романа сквозь полуопущенные веки — безумен так же, как и я, но ещё сдерживается. Он касается губами моего горла, ключиц, застывает на секунду, разглядывая мою грудь, а затем обхватывает ртом чувствительный сосок, обводит его языком, слегка прикусывает, отпускает и повторяет те же действия со второй вершиной. Я всхлипываю, тело пронзает огненная вспышка. Не думала, что будет так… остро.

— Твоя очередь, — хриплю, приподнимаясь и стаскивая с него одежду. Освещение в комнате приглушенное, но я всё равно вижу его мускулистую грудь, пресс, косые мышцы живота. — Красив ты, чертяка.

— Ты тоже очень красивая, — его голос вибрирует в моём теле, отчего мурашки ползут по оголённой коже.

Я прикасаюсь к его груди, плечам, спине, с каждой секундой сдерживаться становится всё труднее. Я плавлюсь от каждого поцелуя, медовое желание растекается по венам, испепеляет рассудок.

Пальцы Романа пробегают по моему животу, бедрам, пояснице. Такие невесомые касания разжигают сильнее самых откровенных ласк. Инстинктивно тянусь к пряжке ремня на его джинсах, дёргаю за язычок молнии. Роман быстро снимает одежду, оставаясь в одних чёрных боксерах. И я отчётливо вижу выступающую эрекцию. По телу проносится дрожь ожидания, а моя рука упрямо стремится вперёд, чтобы прикоснуться к его члену.

Это так странно — будто не я руковожу телом, а тело руководит мною. Через ткань боксеров провожу пальцами по его длине, а на задворках сознания мелькает будоражащая мысль — большой, массивный, как же я хочу почувствовать его внутри!

— Надо сравнять счёт, — шепчет Роман и за считанные секунды стаскивает мои джинсы.

Лежу в простых хлопковых трусиках. Вздрагиваю от соприкосновения наших тел. Роман тяжёлый, горячий, родной — и мне это безумно нравится. Так бы и лежала, накрытая его телом, вдыхала бы родной запах, целовала и кусала бы его кожу. Всего слишком много: его аромат, вкус, ласковый шёпот, его твёрдость, упирающаяся мне в живот. Кажется, не выдержу больше и секунды этой мучительно-терпкой пытки.

Я вновь ёрзаю на кровати, приподнимая бёдра. Роман считывает мои желания — упирается коленом между ног, надавливает на лобок. Ахаю, вонзаю ногти в его спину, до боли прикусываю губу. Он усиливает напор на пульсирующую точку, и я цепляюсь руками в простынь, стону и выгибаюсь дугой.

— Нет, не так, — мотыляю головой, и Роман ослабляет напор.

Я кусаю его плечо, чувствуя солёный вкус на губах. Очередная вспышка пронзает тело, и я уже ничего не понимаю. Только продолжаю вздрагивать от откровенных прикосновений, отвечать на дурманящие поцелуи и обнимать, сжимать, впитывать его всё сильнее.

В какой-то момент я остаюсь полностью голой. Трезвею, тянусь к его боксерам и спускаю их вниз. Смотреть неудобно, ну и ладно. Обхватываю рукой его член — он приятный на ощупь, пульсирующий, гладкий. Делаю несколько движений вниз и вверх, возбуждаясь ещё больше от того, насколько он твёрдый в моей ладони. Прикосновения к его обнажённой плоти волнуют, будоражат, завлекают в мир плотских удовольствий. Чёрт, я бы попробовала его член на вкус.

— Испытываешь меня на прочность? — сдавленно шутит Роман, и его рука оказывается между моих ног.

Он прикасается пальцами к клитору, слегка надавливает — и из моих губ вырывается неконтролируемый стон. Роман исследует дальше, водит по половым губам, распределяет влагу и вновь возвращается к чувствительной горошине. И вроде нужно смутиться, но ничего подобного не происходит. Вскидываю бёдра вверх, чтобы он стимулировал ещё сильнее.

Я на грани. Пальцы Романа потирают клитор то тягучими медленными движениями, то быстрыми и сильными. Ещё чуть-чуть — и произойдёт взрыв.

— Подожди, — выдыхаю, перехватывая его руку. — Хочу тебя… внутри.

— Нетерпеливая, — улыбается в полумраке Роман.

Он поворачивается к тумбочке, достаёт из пачки серый квадратик и раскатывает презерватив по всей длине. Я приподнимаюсь на локтях и, как зачарованная, наблюдаю за этим нехитрым действием. Член у него и правда красивый: с выступающими венами, ровный и длинный. Слюна скапливается во рту, и я судорожно сглатываю. Совсем скоро всё произойдёт! Тело вибрирует в предвкушении. Смотрю в потолок, чтобы хоть как-то дожить до главного действия. Никакого страха не испытываю. Только отчаянное желание наконец познать его до конца.

Роман нападает с поцелуями, изучает языком мой рот, дразнит томительным ожиданием. Как он только выдерживает?

— Ром, — произношу между поцелуями. — Ты издеваешься…

Он ласкает рукой мою грудь, нежно прикасается губами к шее и говорит:

— Если будет больно, не молчи.

Киваю, дотрагиваюсь руками до быльцы кровати, стараясь не сойти с ума от волнения. Роман полностью накрывает моё тело своим, щекочет дыханием нежную кожу плеча и, наконец, медленно проводит головкой члена по влажным складкам. Вновь дразнит, а я раздвигаю ноги шире, всхлипываю, сжимаю пальцами одеяло, шепчу что-то несуразное, развратное.

Роман начинает проникать в меня: бережно, неторопливо, подстраивая мои внутренности под свой крупный размер. Боли я не чувствую, только непривычное растяжение. Искристая волна размывает сознание. Зажмуриваюсь, крепко обнимаю Романа и жду, когда его член окажется полностью во мне.

Он целует губы, двигает бёдрами — и заполняет меня до краёв. Вытягиваюсь стрункой, пытаясь привыкнуть к новым ощущением. Немного саднит, но я не обращаю на дискомфорт никакого внимания. Внутри — огненная лава, ощущение странной наполненности, желанное воссоединение двух тел. Это так прекрасно и пугающе!

— Ты как? — слышу его хриплый встревоженный голос. Он остановился ради меня, застыл, заполнив до конца, а я не подаю никаких признаков жизни. Брёвнышко.

— Прекрасно, — отвечаю, прикасаясь пальцами к его губам. — Продолжай.

Он выходит почти полностью, и я цепляюсь за него руками и ногами, тяну к себе, чтобы вернулся обратно и никогда не отпускал.

Он постепенно ускоряет движения. С каждым толчком я ощущаю электрические разряды, бегущие по телу, они пронзают меня, я всхлипываю, мычу, прикусываю кожу на его плече. Сдерживаться невозможно — я стискиваю подушку, одеяло, простынь, хватаюсь пальцами за спинку кровати, извиваюсь, кричу под его сильным телом, обхватываю его ногами и сама двигаюсь навстречу — лишь бы толчки не прекращались, мне так мало, ещё, продолжай!

В какой-то момент полностью теряю контроль над собой. Царапаю спину Романа, впиваюсь в его губы безумным поцелуем, и шепчу:

— Не останавливайся. Быстрее!

Внутри меня зарождается молния, которая вот-вот откликнется в теле ярким разрядом. Забыв обо всём, я кричу, когда пронзительно-острая вспышка скручивает тело, выбивает почву из-под ног. Я исчезаю из реальности, и долго стону, вжимаясь в Романа, стискивая внутренними мышцами его член. Перед глазами темнеет, тело дёргается в финальных конвульсиях.

Он двигается глубже и быстрее, вбиваясь в меня до конца. Слышу хриплый стон возле уха. Всхлипываю, дышу часто и отрывисто, по коже течёт пот. Никак не могу прийти в себя после умопомрачительного оргазма.

Произошедшее не укладывается в голове. Это было так остро, мощно и волшебно. Как бы я жила, не познав счастье близости с Романом?

Он целует меня в губы, отстраняется, выбрасывает презерватив в мусорную корзину, стоящую возле кровати, и привлекает к себе. Слизываю капельки пота с его плеча, упиваясь моментом. Между ног — томно, жарко и влажно, в душе царит полная гармония, а веки тяжелеют, и я оказываюсь между сном и явью. Хочу очнуться и поговорить с Романом, но сил нет.

Утыкаюсь носом ему в шею и мгновенно уплываю в царство Морфея.