28

Просыпаюсь ранним утром, сладко потягиваюсь в кровати. На меня сразу накатывают воспоминания о вчерашнем безумии, отчего тело опаляет жаркая волна. Никогда не думала, что первый раз может быть таким великолепным: без стеснения, страха или боли, только полное доверие и растворение в любимом человеке.

Прислушиваюсь к ощущениям: внизу живота немного тянет, как перед месячными, ничего смертельного, я готова ко второму раунду. Глаза до сих пор закрыты, губы растягиваются в широкой улыбке. Поворачиваюсь на бок и тяну руку вперёд, желая прикоснуться к спящему Роману.

Натыкаюсь на пустую кровать.

Я резко вскакиваю и оглядываюсь по сторонам — мой номер пуст и безмятежен. В душевой тоже тишина, одежды Романа нигде не видно. Неужели ушёл к себе? Помню, что мы засыпали в объятиях друг друга. Не мог же он потом сбежать в свой номер, это уж слишком тупо.

Решаю не паниковать раньше времени, а принять душ. Не помешает освежиться после вчерашней ночи, заодно и в зеркало на себя посмотреть, Почему-то кажется, что я должна выглядеть по-другому.

Выбираюсь из-под одеяла и голой направляюсь в ванную комнату. В отражении вижу всю ту же себя, только всё равно изменившуюся. Что не так? Вряд ли дело в сексе. Вглядываюсь в своё лицо, в расширенные зрачки и румянец на щеках, улыбаюсь при виде растрёпанных, пышных волос, напоминающих птичье гнездо.

Вот, нашла — изменилось выражение глаз! Они до неприличия счастливые, яркие, опаляющие внутренним сиянием. Я всегда гордилась глубоким синим цветом своих глаз, а сейчас их оттенок стал ещё насыщеннее, будто кто-то включил режим HDR+. Щипаю себя за руку, чтобы опомниться и принять наконец душ.

Через пятнадцать минут обматываюсь полотенцем и выхожу из ванной. Приятная нега окутывает тело, хочется упасть на кровать и обниматься с любимым под тёплым одеялом, наплевав на все развлечения загородного комплекса.

Но где же Роман?

Слышу, как в двери поворачивается ключ — и в комнату входит он. Держит в руках пластмассовые стаканчики с кофе, улыбается, глаза сияют.

— Завтрак будет через полчаса, а пока можем выпить американо, — разувается, снимает пальто и медленно подходит ко мне. — Доброе утро!

— Доброе, — я вдруг смущаюсь и отвожу взгляд. — Давно проснулся?

— Час назад.

Он ставит кофе на стол и прикасается ладонями к моему лицу. Долго-долго смотрит в глаза, проникая в душу, выворачивая каждую эмоцию наружу, и я перестаю смущаться. Встаю на цыпочки, тянусь к Роману губами, целую нежно, тягуче, дразняще. Не нужен мне кофе.

Я прижимаюсь к нему. Тело дрожит от предвкушения, руки нагло пробираются под футболку, ногти впиваются в горячую кожу. За считанные секунды во мне вспыхивает искрящееся желание, внизу живота стремительно влажнеет.

Ощущаю руки Романа на своих бёдрах, он приподнимает меня и сажает на письменный стол. Его язык сталкивается с моим, испытывает, разжигает огонь, дразнит и сводит с ума. Лихорадочно снимаю его футболку, он одним движением срывает с меня полотенце. Сижу голая, на прохладной деревянной поверхности, и часто дышу от нетерпения.

Моя рука обхватывает выпуклость на его джинсах, сжимает, тянется к ремню, но Роман прерывает поцелуй и говорит:

— Нет, тебе нужно подождать хотя бы до вечера перед следующим разом.

— Но я прекрасно себя чувствую! — возражаю пылко, удивлённая его заботой.

— У нас вся ночь впереди, а пока до завтрака можно заняться чем-нибудь другим.

— Телевизор посмотреть? — горько вздыхаю, вожу пальцами по его руке, ощупываю твёрдые мышцы.

— Мы же не старпёры, — ухмыляется Роман.

Он покрывает поцелуями мою шею, ключицы, грудь, втягивает и облизывает соски. Гладит ладонями ноги и разводит их в стороны. Впиваюсь пальцами в прохладную поверхность стола и ловлю губами раскалённый воздух.

Роман опускается передо мной на колени, опаляет кожу горячим дыханием и смотрит мне между ног с блуждающей улыбкой на губах, его глаза заволакивает туманом страсти. А я даже смутиться не могу, настолько происходящее не вписывается в мои представления о Романе. Я считала, что будет просто секс, без особых чувств и эмоций, ведь он привык спать с незнакомками ради банального удовлетворения естественных потребностей. Но вряд ли перед девушками из клуба он становился на колени. Этого я совсем не ожидала.

— Ты везде красивая, — хрипло произносит Роман, и от такой пошлой откровенности из моих губ вырывается стон.

Роман наклоняется, целует внутреннюю поверхность бедра, электризуя кожу чувственными ласками. Через секунду его губы обхватывают клитор, и я вскрикиваю от слишком ярких эмоций. Он проводит языком по чувствительному месту, всасывает горошинку, отпускает её, вновь терзает губами, заставляя меня биться в предоргазменных судорогах.

Он будто знает, когда я балансирую на грани. Вовремя останавливается, замедляет темп, и я немного расслабляюсь, но тут новый виток наслаждения затуманивает сознание. Роман проникает в меня языком, глубоко и жадно, словно не может мной насытиться. Продолжает целовать так, как до этого целовал мой рот.

Задыхаюсь и пытаюсь немного отстраниться. Чересчур откровенно, невыносимо остро. Он считывает моё секундное замешательство и тут же возвращается к клитору, пальцами гладит влажные складки, отчего волны чистого удовольствия усиливаются до критической отметки. Открываю глаза, чтобы посмотреть на порно от первого лица, и от увиденного кружится голова.

Роман вводит два пальца внутрь, делает несколько сильных движений, ударяя языком по клитору. И я больше не выдерживаю — громко кричу, когда спазм наслаждения проносится по телу, а перед глазами мелькают разноцветные вспышки.

Как только дрожь утихает, а сердце перестаёт бешено стучать, я вспоминаю о Романе.

— А как же ты? — спрашиваю тихо, всё ещё ошеломлённая мощностью оргазма.

— А я завтракать хочу, — улыбается он, поднимая с пола футболку.

Такой ответ меня не устраивает. Спрыгиваю со стола, тяну Романа за руку, сажусь на край кровати и цепляюсь за пряжку ремня на его джинсах.

— Ась, всё вечером, — пытается возразить он.

— Слушай, ты кайф получил, удовлетворив меня. Теперь я тоже хочу, не будь жадиной.

Спускаю вниз его джинсы и боксеры, обнаруживая под ними напряжённый член. Полминуты я просто любуюсь им: набухшая головка, выступающие вены, длинный ствол, подрагивающий от нетерпения. Хочу, чтобы Роману было так же хорошо, как и мне.

Ладонью сжимаю член у основания, наклоняюсь и касаюсь языком его вершины. Слышу, как учащается дыхание Романа, и ликую от радости — ему нравится! Обхватываю головку губами и погружаю член как можно глубже. Скольжу обратно, выпускаю, чтобы языком провести по всей его длине. Хватаюсь за бёдра Романа руками, и чувствую, как он невольно вздрагивает после каждого моего движения.

Мне нравится доставлять ему удовольствие, от его вкуса и от его твёрдости в крови вновь бурлит возбуждение. Сейчас он в моей власти: доступный, беззащитный, настоящий. Двигаюсь быстрее, пытаюсь вобрать его ещё глубже, изучаю свои возможности. С каждой секундой член в моём рту напрягается сильнее, увеличивается в размере.

— Я почти, — предупреждает Роман.

Я ускоряю темп и смотрю на него: хочу видеть Романа в миг наивысшего наслаждения. Он прикусывает губу, прикрывает глаза, в последний раз обращается ко мне:

— Ась, ты не должна…

Мне и в голову не приходит отстраниться. Хочу впитать его полностью, до конца. Плотнее сжимаю губы — и в следующую секунду его семя заполняет мой рот. Глотаю, наслаждаясь его вкусом — терпким, слегка горьковатым, приятным. Никакого отторжения, только чистый незамутнённый кайф. Что может быть интимнее его спермы на моём языке?

— Надеюсь, для первого раза я неплохо справилась, — иронизирую, падая на кровать и раскидывая руки в стороны. Я чувствую полное удовлетворение: и физическое, и эмоциональное.

— Ещё как, — Роман ложится рядом и обнимает меня. — Наши тела словно созданы друг для друга.

Я не успеваю обдумать его слова, когда в дверь стучат. Идеальный момент для завтрака.