31

— Да, добрый день, — доносится родной голос сквозь тёмную пелену сна.

Я с трудом открываю глаза. Рома стоит возле окна и с кем-то разговаривает по телефону. На губах тут же расцветает улыбка: я безумно счастлива, что просыпаюсь не одна, что рядом со мной лучший в мире мужчина. Между нами бешеное взаимопонимание и поддержка. И тела идеально совпадают. Не знаю, как бывает у остальных девушек, но две ночи, проведённые с Романом, сделали меня зависимой от секса. Я смотрю на любимого и понимаю, что вновь хочу его. На нём только джинсы, и я рассматриваю его красивое мускулистое тело.

Не удержавшись, поднимаюсь с кровати и, полностью голая, иду к Роману. Он довольно вскидывает брови, придерживает телефон плечом и обнимает меня.

— Да, я слушаю, — хрипло отвечает собеседнику.

Хочу пошалить. Тяну вниз язычок молнии, спускаю брюки и наклоняюсь. Роман прикрывает глаза, цепляется пальцами за подоконник и поддакивает кому-то по телефону.

Как просто лишить мужчину самообладания. Хотя к женщинам это тоже относится, я бы уже сбросила вызов, если бы Роман опустился передо мной на колени.

Я сжимаю рукой его возбуждённый член, языком провожу вдоль всей длины, а потом обхватываю головку губами.

— Да, я запомнил. Хорошо, до встречи, — Роман выключает телефон и шумно дышит. — Нельзя же так делать, — насмешливо говорит он.

— Как? — отвлекаюсь от интересного занятия, чтобы посмотреть на него.

— Соблазнять во время разговора.

Рома тянет меня вверх за руки, страстно целует в губы. Его ничуть не смущает, что несколько секунд назад я делала минет. И это прекрасно: никаких предрассудков и закостенелых стереотипов.

Поцелуй быстро перерастает в секс. Я сижу на письменном столе с разведёнными ногами, а Рома, надев презерватив, резко входит в меня. Обвиваю его шею руками и протяжно стону. Правильно, нафиг прелюдии и лишние трепыхания. Мне нравится именно так: дерзко, мощно, импульсивно.

Через несколько минут тело сотрясается от оргазма. Довольно улыбаюсь, когда Роман совершает финальные толчки и замирает, уткнувшись мне в плечо.

— Я хотя бы не от важного разговора тебя отвлекла? — игриво спрашиваю, сползая со стола.

Я иду в душ, включаю воду и удивлённо поглядываю на Романа. Почему он молчит?

— Что-то случилось? — мой голос немного дрожит.

— Нет, ничего срочного, — Роман подходит ко мне и легонько подталкивает вперёд. — Хочу принять с тобой душ.

— У тебя своя комната есть, вот там и купайся, — с удовольствием подкалываю его. — Ты же сам снял отдельные номера вместо двухместного люкса.

— Долго будешь мне это вспоминать?

— О да! До следующего полнолуния, — я захожу в душевую кабинку и подставляю лицо под упругие струи воды. — Страдай теперь.

— И когда же полнолуние? — Роман становится рядом и выдавливает на ладонь гель для душа.

— Вот скоро Марс в пятом доме будет, а ретроградный Юпитер уступит место Сатурну, тогда и полнолуние не за горами. Пару недель ещё подождать придётся, — несу какую-то чушь, продолжая подшучивать над Ромой. Дёргаюсь, почувствовав его руку на животе.

— Звучит правдоподобно, — шепчет он, прикусывая мочку уха, и по телу вмиг бегут мурашки. — Рассказывай дальше, я внимательно слушаю.

— Намылиться я могу и сама, — нерешительно протестую, когда Роман накрывает мою грудь скользкими руками, обводит пальцами ореолы сосков, оставляя белую пену на вздёрнутых вершинах.

— Нет. Сегодня Марс находится в боевой готовности и хочет Венеру, и тебе остаётся лишь выполнить астрологическое предсказание.

— Но ведь Марс уже был в Венере, — всхлипываю от острого возбуждения, когда Роман надавливает пальцами на клитор.

— Единоразовая высадка не считается, — насмешливо отвечает он, скользя руками вверх, к груди, спускаясь к животу, поглаживая ягодицы и внутреннюю сторону бёдер.

— Ром, — капитулирую я.

Сопротивление бесполезно. Рома медленно вводит в меня пальцы, и я бесстыдно раздвигаю ноги, чтобы ему было удобнее. Он целует шею, лопатки, спину, второй рукой придерживает меня за талию, чтобы я не грохнулась на пол от переизбытка эмоций.

Рома профессионально доводит меня до беспамятства. Убирает пальцы, задевает подушечками набухший клитор, а я вздрагиваю от неприятной пустоты внутри, мотаю головой, двигаю бёдрами навстречу его руке. Он возвращается обратно, усиливает напор.

От мучительно-сладких ласк я взрываюсь: перед глазами всё плывёт, тело дрожит — упираюсь лбом и руками в мокрую плитку душа, вдыхаю разгорячённый влажный воздух.

Сзади раздаётся шелест фольги.

— Ты всё заранее спланировал? — улыбаюсь я.

— Возможно.

Его голос хриплый от желания, руки надавливают на спину, показывая, как правильно выгнуться. На этот раз он входит тягуче-медленно, осторожно, чтобы я привыкла к новой позе. И в ней снова другие ощущения: чувство наполненности ещё сильнее и слаще, я громко дышу, прикусываю губу, постепенно подстраиваясь под движения Романа.

Каждый толчок пронзает до костей: тело вибрирует, томительное наслаждение усиливается, достигает своего пика — хочу задержаться на этом моменте, балансировать на грани болезненного удовольствия ещё немного — но очередной оргазм обрушивается на меня огненной лавиной.

Чудом удерживаюсь на грешной земле. В ушах шумит, и я плохо соображаю, что вообще происходит. Роман помогает мне выйти из душа, укутывает в полотенце и нежно целует.

— Нам нужно позавтракать, чтобы восстановить силы, — самодовольно улыбается он.

— Я не дойду до ресторана, — обнимаю Рому за шею и вдыхаю родной аромат: пьянящие нотки кедра и зелёных яблок, еле ощутимые после душа, приятно кружат голову. — Обожаю твой одеколон.

— И я без ума от твоего запаха.

— Но я не пользуюсь духами.

— Вот именно, — Роман вновь покрывает мои губы невесомыми поцелуями. — Ты пахнешь весенней грозой и морским прибоем, а ещё — звёздами и ночными кострами.

— Ты головушкой не стукнулся случайно? — подшучиваю над Ромой, прикусываю его нижнюю губу, чтобы скрыть набежавшие слёзы. Не знала, что он романтик. Кто бы мог подумать.

— Пойдём завтракать.

Я согласно киваю. Через десять минут мы заходим в ресторан и садимся за тот же столик, что и вчера. Набрасываюсь на салат со зверским аппетитом, уплетаю за обе щеки пасту с морепродуктами и скромный тост с индейкой. Роман улыбается уголками губ и культурненько поглощает ризотто.

— Как у тебя получается быть таким сдержанным? — спрашиваю, потягивая капучино.

— Разве в душевой кабине я был сдержанным? — приподнимает бровь Роман.

От одного упоминания внизу живота разливается приятная тяжесть. Я ненасытная. И снова хочу его. Невольно перевожу взгляд на чувственные губы, вспоминая, как он втягивал ими клитор, как проникал в меня языком. А Рома словно читает мои мысли: похабно улыбается, прожигает откровенным взглядом. Почему в ресторане так жарко?

— Перестань это делать, — прошу я.

— Что? — он обхватывает пальцами чашку и медленно пьёт кофе.

— Ну вот, опять, — в отчаянии машу рукой. — Твои красивые губы, твои длинные пальцы, твой голос с характерной хрипотцой, даже то, как двигается кадык, когда ты пьёшь американо, — тупо всё вызывает во мне очередной прилив желания. Разве так бывает? Я думала, стоит нам пару раз переспать — и возбуждение исчезнет.

— Ты ошибалась, — мягко говорит Роман. — То, что мы так идеально совпали в физическом плане — большая редкость. Тем более с первого раза.

— И что, я теперь всё время буду тебя хотеть?

— Надеюсь.

Он многообещающе улыбается, останавливаясь взглядом на моих губах. Один — один, пусть тоже помучается.

— Нам через час нужно уезжать, — с грустью говорю я. Совсем не хочу покидать это прекрасное место и возвращаться в серую общагу.

— Да, кстати, ты спрашивала, с кем я сегодня общался по телефону. Это был Олег, тот мужчина с инсультом, которого мы спасли. Он ещё лежит в больнице и хочет встретиться с нами, поблагодарить. Что скажешь?

Я облизываю вмиг пересохшие губы. Пустая улица, заснеженная лавочка, незнакомец, валяющийся на земле, скорая помощь, пропахшая страданиями больница. Решение принимаю моментально.

— Давай съездим к нему. Надо перебить плохие воспоминания хорошими.

— Я тоже так подумал. Сегодня?

— Да, не будем затягивать.

В номере я кидаю одежду в рюкзак и долго смотрю на пейзаж за окном. Вряд ли я когда-нибудь вернусь сюда с Романом. Да, мы переспали, но пришла пора возвращаться домой. Я не знаю, чего ожидать: продолжим ли мы и дальше заниматься сексом или это была акция выходного дня? Увидимся ли мы на этой неделе или встретимся аж в субботу, чтобы поехать в мой родной город?

Мне страшно, я боюсь, что счастье вот-вот закончится. И как поступить? Прямо спросить у Романа, будем ли мы трахаться дальше? Или стойко принять любое его решение? Я ведь сама затеяла этот спор с бильярдом, а он согласился выполнить моё безумное желание.

Руки трясутся, я стискиваю челюсть, пытаясь не разрыдаться, как маленький ребёнок, у которого скоро отнимут веру в Деда Мороза. Нет, не время раскисать — мы даже не уехали отсюда, а я уже прощаюсь с Романом. Как глупо.

Надеваю куртку, беру рюкзак и последний раз обвожу взглядом номер, в котором познала счастье близости и взаимной страсти. Сглатываю застрявший в горле комок и выхожу на улицу, где меня ждёт Роман. Он не улыбается, выглядит серьёзным и уже не таким жизнерадостным, как несколько минут назад. Видимо, он тоже осознал, что наша сказка закончилась.