51
Ася сразу же скрывается в ванной комнате, а я завариваю кофе и тупо смотрю в окно. Мы не были вместе почти месяц, и я боюсь потерять самообладание. Хочу прикоснуться к Асе, целовать пухлые губы, любить её всю ночь, слышать протяжные стоны и ощущать, как она царапает мою спину во время оргазма. Какого хрена я пообещал не трогать её?
— Давно у тебя не была, — Ася стоит у стены и мнётся. Растерянно оглядывает кухню, обнимает плечи руками и, кажется, сама не замечает, как тихо звучит её голос.
— Кофе будешь?
— Да, спасибо, — она садится на стул и разглядывает пенку на кофе. — Как твои дела?
В общих чертах рассказываю ей о встрече с отчимом.
— И у тебя есть деньги, чтобы купить дачу? — недоверчиво спрашивает Ася.
— Ну, я много лет жил один и всегда тратил лишь треть зарплаты, остальное годами лежало на карточке. Да, я могу приобрести дачу.
— Рада, что ты достойно вышел из этой ситуации. Без ссор и глупых разборок.
— А у тебя что нового, Ась?
— С нашего вчерашнего разговора мало что изменилось. Придумала, каким должен быть Ксюхин девичник. Осталось только всё организовать.
— И что же её ждёт в день перед свадьбой?
— Стриптиз и алкоголь, — ухмыляется Ася. — Банально, но Ксю всегда хотела девичник, как в американских комедиях. Поэтому я собираюсь арендовать автобус с барменом, ди-джеем и стриптизёром. А ты что на мальчишник Даниилу придумал? Наверное, пойдёте в бар или клуб?
— Не угадала. Данька не любит подобные заведения. У нас всё будет скромно: кальян, приставка, пиво, общение в тесном кругу знакомых.
— Серьёзно? — Ася начинает заливисто смеяться, а я любуюсь ею, забываю, о чём мы говорили секунду назад.
— Да.
— Забавно, прямо как в старых анекдотах: невеста засовывает деньги в трусы стриптизёру, а жених с друзьями смотрит футбольный матч по телевизору.
— Главное, что Даня ревновать не будет. А то свадьба оказалась бы под угрозой.
— Кто-то может всерьёз ревновать к стриптизёру? — хихикает Ася.
— Да, люди разные бывают.
— Ну и дурость. Так можно и к Тому Крузу приревновать, и к любой актрисе из порнофильмов. Главное, кто рядом с тобой, а не на какую картинку ты дрочишь в душе.
— Вот это мудрости пошли, — улыбаюсь, замечая румянец на щеках Аси, живой блеск в её сапфировых глазах. — Всё же странно наяривать на другую девушку, когда за стенкой в кровати спит любовь всей твоей жизни. Не находишь?
— Я утрирую, — дёргает плечиком Ася. — Не хотела бы, чтобы мой мужчина возбуждался при виде других женщин. Но умом понимаю, что ничего ужасного в этом нет. Простая физиология.
— Не согласен. Я не испытываю ни малейшего желания смотреть на других девушек, потому что в моём сердце есть только ты.
Язык мой — враг мой. Но я говорю чистую правду. Ася часто моргает, залпом допивает остывший кофе и недоверчиво смотрит на меня.
— Хочешь сказать, ты ни с кем не спал эти три недели?
— Естественно. Мне никто не нужен.
Ася трёт глаза и тяжело вздыхает. Я вижу, как на её лице отображается привычное сомнение. Она жмурится, втягивает воздух губами и хватает меня за руку. Ведёт в спальню. Указывает на кровать. Я слушаюсь, охреневший от происходящего.
— Только секс, и больше ничего, — шепчет она, усаживаясь на меня сверху. — Как говорят в тупых фильмах — секс по дружбе.
В любой другой ситуации я бы отказался. Но знаю, что у Аси не может быть “только секса”, она хочет обмануть себя и меня, поэтому озвучивает стереотипные формулировки из зарубежного кино.
Она гладит мою щёку пальцами и рвано дышит. Призываю всю свою выдержку, чтобы сдержаться и не поцеловать Асю. Сейчас она руководит действиями, а я не имею права ей мешать.
Её руки судорожно пробираются под ткань моей рубашки, расстёгивают пуговицы, отбрасывают одежду в сторону. Она быстро раздевается и ложится на меня, прижимаясь грудью. Целует шею, покусывает плечо, приподнимается и смотрит мне в глаза. Касается моих губ кончиками пальцев, дотрагивается лбом до моего лба — я чувствую её горячее дыхание на своём лице. Её близость, её запах почти лишает остатков сознания, но я нахожу в себе силы не поддаться примитивным желаниям. Жду.
Ася отстраняется от меня, помогает снять брюки с боксерами, голодным взглядом смотрит на член. Во всех её действиях сквозит одно простое желание — банально трахнуться. Она даже не может меня поцеловать, хотя мы всегда целовались до и во время секса.
Больше не успеваю ни о чём подумать. Ася нависает надо мной, обнажённая, красивая, желанная. Обхватывает член ладонью, а я тянусь к тумбочке, где лежит пачка презервативов.
— Я на таблетках, — задыхаясь от возбуждения, произносит Ася.
Я никогда не занимался сексом без презерватива. Партнёрши пытались меня убедить в том, что они чистые, что только недавно были у гинеколога и вообще я у них второй после первого и единственного. Ни разу им не поверил. Детей я пока не хочу, да и подцепить венерическую болячку тоже не стремлюсь. Только идиоты и умалишённые трахаются без защиты. Ну или люди, живущие в стране сказочных единорогов.
Ася пытливо смотрит на меня, в глубине её глаз сквозит ожидание. Она специально это сказала: хочет узнать, доверюсь я ей или нет.
И вдруг понимаю, что верю Асе безоговорочно. Если она на таблетках — значит, так и есть. Я не встречал людей честнее, чем она.
Киваю и ободряюще улыбаюсь. Ася жмурится, направляет член рукой и медленно насаживается на меня. Ощущения во сто крат сильнее, чем было раньше. Я чувствую, насколько она тугая, горячая и влажная. Каждое скольжение отзывается разрядом тока в позвоночнике, она бесстыдно скачет на мне, её грудь колышется в такт движениям, и от увиденной картины приходится сжать челюсть и подумать о чём-нибудь другом, чтобы секс не закончился раньше времени.
Накрываю ладонями её бёдра, глажу спину и ягодицы, вспоминая её кожу на ощупь. Ася, раскрасневшаяся, с закрытыми глазами и прикушенной нижней губой, ускоряет темп, подводя нас обоих к кульминации.
Вижу, как её лицо искажается от эйфории, она долго стонет, сдавливая член своими мышцами, отчего возбуждение достигает финальной стадии. Ася продолжает двигаться, хотя уже кончила, и я за несколько секунд догоняю её, испытывая ярчайший оргазм. Моё семя выстреливает в неё, и от запредельной близости момента темнеет в глазах.
Ася лежит на моей груди, ошеломленная так же, как и я. Никогда секс не был таким острым, всепоглощающим, сильным. И подозреваю, что причина не только в отсутствии презерватива. На самом деле ощущения без резины не сильно отличаются, но в мозгу что-то перемыкает и привычные действия воспринимаются иначе.
Хотя с Асей всегда было ярче, чем с кем бы то ни было до неё. Секс шикарен, когда к физиологии подключаются чувства.
Ася приподнимается и ложится по правую сторону от меня.
— Я начала пить таблетки в тот день, когда улетела в Италию. Надоело отвлекаться на презервативы, хотела почувствовать тебя внутри без всяких преград. А потом уже пришлось допивать пачку до конца, бросать на середине не рекомендуется. Послезавтра приму последнюю таблетку.
— Тебе не обязательно всё объяснять. Я тебе верю.
— Зря, — хмыкает Ася. — Вдруг я решила от тебя залететь, поэтому выдумала историю с таблетками?
— Отличная шутка, — смеюсь я. — Такой вариант возможен только в том случае, если у тебя есть коварная сестра-близнец.
— Ты слишком хорошо меня знаешь, — улыбается Ася.
Я поворачиваюсь к ней, вижу огонь в глубине синих глаз, не такой ослепляющий, как раньше, но моя выдержка с треском рвётся. Забываю о данном обещании, поднимаю руку и прикасаюсь к Асе: пробегаюсь пальцами по её скулам, обвожу линию губ, зарываю ладонь в мягкие послушные волосы. Тянусь к ней, желая поцеловать, но она в последний момент отворачивается.
— Спать надо. Мне завтра на первую пару идти, — глухо говорит Ася. Выключает свет, отползает на край кровати.
Дурак. Шаг вперёд — два назад.
Когда звонит будильник на телефоне, я сразу поворачиваюсь к Асе, чтобы увидеть её милое сонное лицо. Но её рядом нет.
Подрываюсь с кровати, иду в гостиную, кухню, бездумно оглядываю ванную комнату, ищу взглядом её кроссовки и куртку. Не оставила после себя никаких следов. Ушла. На часах шесть утра. Когда она только успела сбежать? Или совсем не спала?
Сажусь на диван и смеюсь, как ненормальный. Вот, значит, каково ей было, когда я настоял на сексе без обязательств. Обраточка прилетела. Жестоко, но справедливо. Трахнула и смылась до наступления рассвета.
Умеет показывать коготки и отстаивать себя. Смелая ранимая честная Ася. Кажется, я понял, как вернуть твоё доверие.