25. Мэт

Лина рядом. Здесь. Я чувствую ее прикосновения. Она пальчиком скользит по моему лицу. Нежно касается им. Обводит нос, глаза. А, когда касается губ, я хватаю ее руку и открываю глаза.

Но передо мной не Лина. Хмурюсь и сажусь на кровати.

Ребенок.

Трясу головой, не сразу соображая, что это сын Лины.

Но почему он здесь?

— Ты кто? — спрашивает малыш.

— Мэт. А ты? Тебя как звать?

— Даня.

В этот момент в комнату вбегает Лина.

— Ах, вот ты где? Иди быстро ко мне! — берет мальчишку на руки. — Прости, Мэт. Пока я в душе была, Данила, по-видимому, убежал.

— Данила значит? — спрашиваю я, вставая с кровати. — А отчество как?

— Не надо, Мэт, — просит Лина и собирается выйти из комнаты.

— Ладно. Пошлите завтракать? — примирительно говорю я.

Завтрак проходит напряженно. Я практически не ем. Смотрю то на Лину, то на Данилу. На последнего больше. Лина, в свою очередь, периодически переводит свой взгляд на меня.

И только мальчишка чувствует себя отлично. Проблемы взрослых его не касаются.

— Мам, гулять, — тянет оy Лину, не дав ей допить кофе.

— Мы во дворе. Можно? — спрашивает она у меня.

Киваю.

Они уходят. Я сижу еще какое-то время, а потом, не выдержав, тоже иду во двор.

Данила бегает с мячом по двору и я подхожу к одиноко стоящей Лине.

— Почему Данилу не хотели из больницы отпускать? — спрашиваю я, глядя на резвящегося мальчишку. По нему и не скажешь, что он чем-то болен.

Лина опускает взгляд.

— Он болен? — допытываюсь я, хотя вижу, что она не настроена разговаривать. — Что с ним, Лина? И почему Виктор запер тебя здесь? Почему ты сбежала тогда?

Вопросы как снежный ком. Их становится все больше и больше. Но понимаю, что надо остановиться.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? Лина?

— Я не могу, Мэт. Не могу, — как-то обреченно вздыхает Лина.

Взять ее, тряхнуть и заставить сказать все.

Но нет.

Что-то подсказывает мне, что так это не сработает. К тому же ребенок… Опять смотрю на пацана. А ведь он мог бы быть моим. Ведь мы не предохранялись тогда.

Очень давно я сильно хотел детей. Но это было так давно.

В этот момент мяч прилетает ко мне.

Данила стоит и ждет, когда я пну ему в ответ. Детская беззаботность и счастье в глазах.

— Если хочешь, мы не будем выходить из комнаты, пока ты в доме, — серьезно произносит Лина, подходя к мячу.

Что за бред она несет.

Вместо ответа я беру мяч и иду к Даниле. По его улыбке понимаю, что он только и ждал, кто бы с ним поиграл.

В моей жизни не было детей. Ни среди родственников, ни среди друзей. Как-то так получилось. И, наверное, я не умею с ними обращаться. Но сейчас, с Данилой, мне легко и даже… весело, что ли. Несмотря на все происходящее.

Его радость передается мне.

— Мэт! — зовет меня Лина. Оборачиваюсь и вижу, что она машет мне. Она взволнована.

Бегу к ней.

— Мэт, мне надо срочно к Ирине съездить.

— Что случилось? — спрашиваю я. Опускает взгляд. — Лина? Что-то серьезное?

— Мэт, пожалуйста, — смотрит с мольбой. — Можно я поеду? Мне правда надо. Я потом тебе все расскажу. Правда. Пожалуйста.

Помню слова Виктора, что нельзя ее одну отпускать, но сам поехать не могу — у меня сегодня важная встреча в офисе. Отменить ее уже поздно.

— Хорошо, но с тобой поедет охранник.

Лина испуганно смотрит на меня.

— Так надо, Лина, — говорю я и добавляю с улыбкой: — вот расскажешь мне все. Всю правду, как обещала. И я тебе расскажу кое-что. Так будет по-честному.

Лина хмурится.

— А Данила? — вдруг вспоминает. — Я его с собой возьму.

— Не надо. Охраннику проще будет за тобой одной следить. Данила здесь останется.

Она открывает рот, чтобы поспорить, наверное.

— Все, Лина. Езжай, пока я не передумал, — говорю я твердо. — За Данилу не беспокойся.

Лина садится на корточки и зовет сына.

— Я к Ирине съезжу быстренько, ты меня подождешь здесь? Плакать не будешь? — спрашивает, гладя его по голове.

— А ты быстро? — спрашивает пацан, обнимая ее за шею.

— Очень быстро. Ты останешься с… Мэтом?

Данила быстро кивает, смотрит на меня с улыбкой. Похоже, мне удалось-таки найти общий язык с ребенком.

Лина целует его, обнимает. Потом встает и уходит. Охранник и водитель идут с ней.

А я звоню секретарю, чтобы срочно нашла няню для Данилы, пока меня не будет дома. У нее есть два часа.

— Ну что? — спрашиваю уже у него. — Что делать будем?

В голове мелькает мысль, что мне нравится общаться с этой мелочью. Все проблемы как-то сами отступают на второй план.

— Мячик, — показывает он на игрушку.

— Ну, давай, — подмигиваю и чуть пинаю мяч.

И все жду звонка от секретаря. А она не звонит. Набираю ее сам. Мне уже пора выезжать.

Выясняется, что она так и не смогла найти няню. Меня это злит. За что я плачу ей деньги? Поэтому легко говорю ей, что она уволена и отключаюсь.

Смотрю на Данилу. Ну, не оставлять же его одного?

— Поедешь со мной? — спрашиваю с улыбкой.

— А куда? — в глазах любопытство.

— Туда, где взрослые дяди делают деньги. Хочешь посмотреть?

В конце концов, там посидит, у меня в кабинете, пока я буду в переговорной. Позову кого-нибудь поиграть с Данилой.

Примерно через полчаса мы уже у входа в офис.

Данила запрокидывает назад голову, пытаясь увидеть все этажи небоскреба.

— Ну что? Пошли? — подаю ему руку и он вприпрыжку заходит в здание.

— Я люблю лифт, — заявляет Даня, пока мы ждем этот самый лифт.

— Я тоже, — подмигиваю.

Вижу, что наш лифт явно производит на него впечатление. Он крутит головой по сторонам. Встает на цыпочки, чтобы достать до зеркала. Забавно наблюдать за ним.

Лифт останавливается на одном из этажей и входит одна из сотрудниц. Здоровается со мной, а Данила вдруг бросается к ней обниматься. Она садится на корточки.

— А ты как здесь? — спрашивает она у него.

— Я деньги пришел смотреть.

Женщина встает и смотрит на меня.

— Неужели сказала?

О чем она?

— Я так рада, — прижимает к себе Данилу. — Никто не заменит родного отца.

Смотрит на меня так, как будто я тоже что-то знаю.

Опять какие-то тайны.

— Фамилия ваша? — спрашиваю, глядя на часы.

Сейчас некогда с ней разбираться, но поговорить мы должны. Похоже, она кое-что знает и готова поделиться со мной информацией.

— Волкова, — растерянно произносит она. — Ольга Волкова.

Лифт останавливается на нужном нам с Даней этаже и мы выходим. Я веду его в свой кабинет. Оставляю в своем кабинете с секретарем. Пусть развлекает, пока я на переговорах.

Встреча очень важная сегодня. Виктор в больнице и поэтому обязательно мое участие. Но все мысли мои не здесь.

Мне не дает покоя встреча в лифте. Волкова Ольга.

Смутно помню, что Лина как-то обмолвилась однажды о своей подруге Ольге. Уж, не она ли это? Тогда становится еще сложнее. Но я чувствую, что приближаюсь к разгадке.

С нетерпением жду окончания переговоров и возвращаюсь в кабинет. Секретарь читает Даниле. тот, не отрываясь, смотрит в книгу.

Рассматриваю пацана. Волосы… Ну, светлее моих, но в детстве многие были блондинами. Глаза. Вот глаза да. Цвет как у меня. Но он у меня не уникальный. Не факт, что у его отца глаза не такого же цвета.

Черт.

К чему я это все?

Неужели Лина не сказала бы мне, если Данила был бы моим сыном? Нет, конечно. Она не могла бы так поступить со мной.

Оставляю Данилу с секретарем и выхожу в приемную. Набираю службу персонала и прошу пригласить ко мне Волкову Ольгу.

Менеджер по персоналу перезванивает через пару минут.

— Волкова домой ушла.

— Что? Почему? Среди рабочего дня? — возмущаюсь я.

— Приболела. Отпросилась. Ее и отпустили. А что-то срочное? Можно ей позвонить.

— Нет, — следующий мой шаг приходит мне на ум сразу же. — Адрес ее давайте.

И менеджер диктует мне адрес Волковой Ольги.

— Поехали, Данила, — говорю я, возвращаясь в кабинет.

— К маме? — спрашивает он, спрыгивая с дивана.

— Сначала к тете Оле, — слежу за его реакцией.

— Ура! — Данила подпрыгивает и так вприпрыжку и бежит к лифту.

К дому Волковой мы подъезжаем спустя полчаса.

— Ты был тут уже раньше? — спрашиваю у Данилы.

— Да!

— Тогда показывай дорогу, — подмигиваю ему.

Теплая ладошка ложится мне в руку и Данила тянет меня за собой.

У входа в подъезд я звоню в домофон. Но никто не отвечает.

— Подождем в машине? — спрашиваю у Данилы. Он кивает в ответ.

Ждать приходится долго. «Больная» Волкова где-то шастает. Я уже не знаю, чем еще занять Данилу. Он, как мог, практически все рассказал о своей жизни. Музыку мы тоже уже послушали. В телефоне потыкали.

Наконец, вижу знакомую фигуру.

Выхожу из машины с Данилой.

— Ольга! — кричу в спину женщины.

Она замирает и оборачивается.

Данила убирает свою руку из моей ладони и бежит к Ольге. Обнимает ее. А я смотрю на Ольгу и вижу ее испуганный взгляд.

— Думаю, нам надо поговорить, — говорю, подходя к ней.

— Я себя плохо чувствую, — начинает она.

— Это не займет много времени. И лучше это сделать не на улице.

Под моим тяжелым взглядом Ольга тяжело вздыхает и идет к подъезду в обнимку с Данилой.

В квартире он сразу куда-то убегает. Похоже, он здесь частый гость.

— Чаю? Или кофе? — спрашивает Ольга.

— Сядьте, Ольга. Я ничего не хочу, кроме как услышать правду.

— Я не понимаю, о чем вы.

Вижу, что волнуется. Мнет салфетку. Не смотрит мне в глаза.

— Ольга, — подхожу ближе. — Правду, Ольга. Что вы имели в виду в лифте?

— Я перепутала… забыла… не знаю… с утра так плохо себя чувствовала…

— Вы же врете мне сейчас. Зачем? Что вы скрываете? Я ведь все равно узнаю. Рано или поздно. От вас или от кого-то другого.

Повисает тишина.

Похоже, ей нелегко дается решение, но она, наконец, принимает его.

— Лина с вами? Раз Данила у вас, значит и Лина с вами. Так?

Киваю.

— С ней все в порядке? Она как-то резко пропала. Ничего толком не сказала.

— С ней все в порядке. Не волнуйтесь. Рассказывайте.

— Странно тогда, почему она вам сама не рассказала. Или рассказала? — смотрит на меня внимательно.

Эти игры надели мне.

— Рассказала, кто отец Данилы? — спрашиваю прямо.

Кивает в ответ. Но молчит.

— Кто?

— Я не могу, — почти шепчет она. — Лина…

— Лине угрожает опасность. И Даниле тоже, — решаю действовать так. — Кто отец Данилы? — наседаю на нее. — Только это спасет их. Я должен знать, Ольга. Я хочу защитить их, но я должен знать. Вы же знаете, кто отец. Знаете. Кто он?

— Вы! — наконец, не выдерживает она натиска и я слышу то, что заставляет меня замереть на месте.

Отшатываюсь от нее, как будто она ударила меня. смотрю, не моргая.

Я?! Я — отец Данилы?!

В этот момент он как раз забегает на кухню и я перевожу взгляд с Ольги на него. вглядываюсь внимательнее.

Это мой сын?! Сажусь на корточки и тянусь к нему. приближаю к себе.

Рассматриваю его как будто в первый раз.

— Неужели вы до сих пор этого не поняли? — слышу голос Ольги. — Это же так очевидно. Одно лицо. А сроки? У Лины никого не было кроме вас. Несмотря на то, как вы с ней поступили, она всегда ждала только вас.

Ее слова больно ранят.

Я ведь думал иначе.

— Надеюсь, теперь вы поступите так, как должны поступить, — продолжает Ольга.

Я встаю и беру на руки Данилу.

— Мэт, — слышу уже в дверях. Оборачиваюсь. — Не обижайте Лину, Мэт. Она заслужила счастье. Не обижайте ее.