Глава 16

ДАВИД

— Выбирай, на какой фильм или мультфильм мы идем? — останавливаюсь вместе с дочерью перед чередой разноцветных витрин с афишами.

За выбор Амины совершенно не переживаю. Мне вообще всё равно, что там будет транслировать кинематограф: веселую детскую комедию, приключения или же сказку про принцесс.

Главное, это время я проведу со своим ребенком. Наслаждаясь его обществом.

— Ну-у, — забавно тянет кудряшка, наматывая «хвостик» на указательный пальчик и бегая карими глазками от одного рекламного щита к другому, — я бы посмотрела вот этот боевик. Его мальчишки в саду всю неделю хвалили.

Останавливается она возле афиши, на которой двое рисованных сорванцов лет восьми — десяти «дают пять» машинам-роботам.

— Тёма сказал, что полный улёт, а Ванька хвастался, что ему папа его на компьютер уже скачал, — добавляет она, оборачиваясь ко мне. — А тебе что нравится?

— Я доверюсь твоему мнению, — улыбаюсь, слегка удивленный выбором малышки.

С виду такая маленькая, хрупкая и воздушная в своем белом платье в ярко-зеленый крупный горох. На ногах белоснежные носочки с рюшами и балетки на небольшом каблучке. На макушке забавные хвостики, заколотые резинками в виде пушистых гусениц. Шарики разноцветные в руках. Рюкзачок на спине. Очаровательная улыбка. Ямочки на щечках.

Ну вся девочка-девочка. И на тебе, боевик.

М-да, Дав, ничего ты не понимаешь в современной молодежи.

Хмыкаю, удостоверяясь, что мультфильм имеет ограничение 6+, а значит, убийств и расчлененки можно не опасаться.

Ёперный театр, Цикал, ты — отец!

Кайфуй.

Подначиваю себя, чувствуя в душе распирающую гордость.

— Подожди, — дочка сбивает с веселых мыслей и, явно подражая Юле, смешно приподнимает бровки и упирает кулачки в бедра. — Ты что же, в кинотеатр тоже никогда раньше не ходил?

— Ходил, только очень давно, — сознаюсь, любуясь красоткой, которую мне родила и вырастила Котова.

Идеальная.

Вот просто во всем идеальная.

Кажется, я полюбил эту девочку в первый же миг, как понял, что она моя. Или даже чуть раньше, когда она задрала голову вверх, забирая свой мяч, и улыбнулась, заглянув карими глазами, так похожими на мои, в самую душу.

— Наверное, сто лет назад, — кивает с умным видом самой себе Амина.

— Ну, не настолько уж я и старый, — спешу её разуверить в своей дряхлости, замечая улыбки на лицах охраны.

После того, как несколько лет назад на меня было совершено пару покушений, в одном из которых я потерял личного телохранителя, а во втором получил легкое ранение в плечо, эта мера предосторожности стала такой же повседневной и обыденной, как привычка чистить зубы.

И пусть заказчика и организатора тех двух случаев полиция нашла и арестовала, а затем отправила отбывать тюремный срок, я не отказался от услуг квалифицированных спецов.

Дураков на всех хватает, лучше перестраховаться. А сейчас — так тем более, когда появились те, чьи жизни для меня в приоритете.

— Нет, совсем не старый, — смеется дочка, с радостью принимая у продавца попкорна стаканчик со сладким лакомством и бутылку пепси, которые я предложил ей купить до захода в кинозал. — Ты мне нравишься.

Признание звучит так просто и открыто, как могут его делать только дети, не обремененные кучей условностей, и не боящиеся не услышать взаимного признания в ответ.

Чисто и от души.

— Даже больше, чем дядя Влад, — продолжает малышка, не замечая моей заминки и стекшей с лица улыбки.

— А дядя Влад хороший? Он тебя не обижает? — спрашиваю, сглотнув неприятный комок, вставший поперек горла.

Знаю, что эти вопросы нечестны по отношению к Юле, и я не имею на них права. И тем более на претензии… но, чёррт, кто из нас идеален? Кто не полюбопытствует, когда рядом идет и сияет белоснежной улыбкой такой отличный источник информации.

— Нет, не обижает, — Амина даже головкой трясет, подтверждая свои слова. — Он хороший. Куклу мне подарил и шоколадки, — добавляет через паузу. А потом, как гром среди ясного неба. — Только он чужой. Не мой папа.

Тяжелый грустный детский вздох разрывает душу в клочья.

Не папа.

Конечно, не папа.

Сжимаю кулаки, уговаривая себя еще немого потерпеть.

Я обещал Юле дать ей время.

И сдержу слово. Она это заслужила.

* * *

— Давид Дамирович, — звучит в трубке, когда я отвечаю на звонок от одного из охранников, поехавших вместе с Юлей.

Амина настолько увлечена мультфильмом и поеданием попкорна, что не замечает моих действий. Достаю из кармана телефон, стоящий на беззвучном режиме, и, слегка отклонившись в сторону, принимаю вызов.

— Слушаю, Семен, — даю понять, что узнал абонента и готов к разговору.

— Юлия Леонидовна полчаса назад встречалась в кафе с Зубковым Владиславом, — отчитывается парень, хотя такой команды я не давал, а значит, что-то произошло. — Вначале беседа протекала мирно, а потом, кхм, Юлия Леонидовна сняла кольцо с руки и положила перед Зубковым.

— Дальше, — поторапливаю Иванченко, хотя он и так не мямлит.

Просто меня слегка штормит. А вот информация действительно интересная и требует размышлений.

Я заметил, что Юля слегка нервничала перед тем, как уехать. И ее непрекращающиеся попытки стянуть кольцо, очень схожее с помолвочным, также засек, хоть и не стал комментировать.

— Мужчина вспылил. Нами с Максом было принято решение вмешаться.

Верно, молодцы.

Мысленно оцениваю действия охраны.

Защита Котовой — их прямая обязанность.

— И? Вмешались?

— Нет. Юлия Леонидовна дала отмашку, чтобы не подходили. Я так понял, она не хотела, чтобы ее собеседник о нас знал, — отчитывается Семен.

— Вполне возможно, — соглашаюсь с ним. — Теперь она где?

— В своей машине пока, паркуется возле торгового центра на Первомайском. Зубков тоже здесь. Я так понял, он ее сюда и позвал, так как мы следовали за ним. Давид Дамирович, если Юлия Леонидовна пойдет внутрь, нам ее сопровождать?

— Да, обязательно. Но аккуратно. Пока не светитесь без необходимости.

— Понял. Принял.

— Действуйте.